Постановление от 18 марта 2025 г. по делу № А11-3401/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород

Дело № А11-3401/2022

19 марта 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05.03.2025.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Чижова И.В.,

судей Белозеровой Ю.Б., Елисеевой Е.В.,

при участии представителя

от ФИО3:

ФИО1 (доверенность от 15.06.2022),

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО3

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2024

по делу № А11-3401/2022 Арбитражного суда Владимирской области

по ходатайству финансового управляющего ФИО2

о завершении процедуры реализации имущества

ФИО3

(ИНН <***>, СНИЛС <***>)

и у с т а н о в и л :

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник, предприниматель) финансовый управляющий имуществом должника ФИО2 (далее – финансовый управляющий) обратилась в Арбитражный суд по Владимирской области с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина и его освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Арбитражный суд Владимирской области определением от 10.06.2024 завершил процедуру реализации имущества ФИО3, применив к нему правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2024 определение от 10.06.2024 отменено в части освобождения ФИО3 от дальнейшего исполнения требований Федеральной налоговой службы в общей сумме 35 699 866 рублей 14 копеек, из которых основной долг – 11 653 713 рублей 69 копеек, пени – 17 553 539 рублей 90 копеек, штраф – 6 492 612 рублей 55 копеек.

Не согласившись с состоявшимся судебным актом апелляционной инстанции, ФИО3 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просил отменить постановление от 10.12.2024 и оставить в силе определение от 10.06.2024.

В обоснование кассационной жалобы заявитель настаивал на том, что в ходе процедуры банкротства он действовал добросовестно: не скрывал имущество, не совершал мнимых или притворных сделок или иных незаконных действий по отчуждению активов должника, не открывал новых лицевых счетов в кредитных учреждениях, не пользовался банковскими счетами своих родственников, не предпринимал действий по смене места жительства. При этом заявитель не был привлечен к уголовной или административной ответственности, наличия у него признаков преднамеренного банкротства финансовым управляющим не выявлено.

Как полагал ФИО3, неуплата налогов обусловлена добросовестным заблуждением, о наличии которого должник, являясь директором общества с ограниченной ответственностью «КСК-М» (далее – общество «КСК-М»), заявлял при оспаривании решения налогового органа в рамках дела № А11-2223/2017, на основании которого юридическому лицу доначислено 230 000 000 рублей. Суд первой инстанции, применив правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед налоговым органом, справедливо учел факт полного погашения долгов общества «КСК-М», а также частичную оплату долга ФИО3 в результате продажи активов. Требование налогового органа в оставшейся сумме представляет для заявителя непосильное и невыполнимое обязательство с учетом его возраста (72 года), размера пенсии, состояния здоровья, требующего приобретения медикаментов.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

В письменном отзыве Федеральная налоговая службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Владимирской области (далее – Управление, уполномоченный орган) просила отказать в удовлетворении кассационной жалобы, сославшись на законность и обоснованность постановления суда апелляционной инстанции. По мнению налогового органа, факт умышленного причинения ущерба бюджету Российской Федерации установлен вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Владимирской области от 24.11.2021 по делу № А11-2222/2017, Ленинского районного суда города Владимира от 16.08.2022 по делу № 2а-1870/2022.

В судебном заседании 19.02.2025 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 05.03.2025, после которого заседание продолжено при участии представителя заявителя, который поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе и уточнении к ней. Заявитель дополнительно указал на необходимость уменьшения налогового требования на сумму налогов, уплаченных в бюджет участниками «схемы».

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2024 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам, изложенным в кассационной жалобе.

Как следует из материалов дела и установили суды, Арбитражный суд Владимирской области решением от 07.07.2022 признал ФИО3 несостоятельным (банкротом), ввел в отношении него процедуру реализации имущества, утвердил финансовым управляющим ФИО2

Реестр требований кредиторов должника сформирован в сумме 46 702 034 рублей 11 копеек, в том числе требования налогового органа составляют 45 115 901 рубль 70 копеек (21 069 749 рублей 25 копеек – основной долг, 17 553 539 рублей 90 копеек – пени, 6 492 612 рублей 55 копеек – сумма штрафов).

В конкурсную массу поступили денежные средства в общей сумме 11 573 061 рубль 70 копеек (пенсия, доход от реализации имущества), из которых 10 159 571 рубль 91 копейка направлены на частичное погашение требований кредиторов третьей очереди, 599 225 рублей 89 копеек исключены из конкурсной массы и предоставлены должнику для обеспечения его жизнедеятельности. Оставшаяся сумма направлена на погашение текущих платежей.

Финансовый управляющий представил в суд первой инстанции ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, приложив отчет о результатах проведения процедуры, а также иные документы, предусмотренные Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В свою очередь, Управление ходатайствовало о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед Российской Федерацией в части задолженности в размере 35 699 866 рублей 14 копеек, образованной по результатам решения выездной налоговой проверки от 10.11.2016 № 10-11/08831.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьей 213.28 Закона о банкротстве и разъяснениями, содержащимися в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45), завершил процедуру реализации имущества гражданина, установив, что финансовым управляющим проведены все необходимые мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства гражданина. При решении вопроса об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами суд не усмотрел обстоятельств, препятствующих освобождению гражданина от исполнения обязательств перед кредиторами.

Суд апелляционной инстанции, установив, что должник умышленно уклонился от уплаты налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ), пришел к выводу о наличии в действиях должника признаков недобросовестности и не применил в отношении ФИО3 правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед налоговым органом.

Рассмотрев кассационную жалобу должника, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не нашел правовых оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции.

Предметом кассационного обжалования является несогласие заявителя с выводом суда апелляционной инстанции в части неприменения к ФИО3 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед налоговым органом.

Институт банкротства граждан предусматривает исключительный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов, который позволяет гражданину заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, но при этом в определенной степени ущемляет права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им удовлетворения. Целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина, к которому предъявляются повышенные требования в части его добросовестности.

Отказ в применении к гражданину правил об освобождении от долгов является исключительной мерой, направленной либо на защиту других социально значимых ценностей, либо на недопущение поощрения злоупотреблений (определении Судебной коллегии по экономическим спорами Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2023 № 305-ЭС22-25685).

Конституционный Суд Российской Федерации связывает такие исключения из реабилитационной направленности процедуры банкротства гражданина с принципом недопустимости извлечения преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Определение такого соотношения интересов участников процесса по делу о банкротстве установлено законодателем императивной нормой и не может быть произвольно изменено рассматривающим дело судом или сторонами по делу.

По общему правилу, установленному в пункте 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Исключение из данного правила составляют требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту завершения процедуры реализации имущества, а также требования, указанные в пунктах 4 – 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В силу пункта 4 (абзац четвертый) статьи 213.28 Закона о банкротстве должник не освобождается от дальнейшего исполнения обязательства, если доказано, что при возникновении (исполнении) обязательства, на котором конкурсный кредитор (уполномоченный орган) основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, скрыл или умышленно уничтожил имуществ.

Диспозиция указанного пункта предполагает, что не только уклонение от уплаты налога, но и иные незаконные действия гражданина при возникновении и исполнении им обязанностей налогоплательщика могут быть препятствием для применения правила об освобождении от требования налогового органа.

Пунктом 14 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 15.05.2024, установлено, что раскрывая предусмотренные в четвертом абзаце пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве виды незаконного поведения, законодатель приводит исключительно случаи, относящиеся к совершению должником умышленных действий.

Термин «уклонение от уплаты налога» раскрыт в части 1 статьи 198 Уголовного кодекса Российской Федерации и в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» через перечисление способов уклонения от уплаты налогов – это действия, состоящие в умышленном включении в налоговую декларацию (расчет) или иные документы, представление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах является обязательным, заведомо ложных сведений, либо бездействие, выражающееся в умышленном непредставлении налоговой декларации (расчета) или иных указанных документов.

Таким образом, привлечение гражданина к ответственности за совершение налогового правонарушения может быть препятствием для освобождения должника от исполнения требования налогового органа об уплате обязательных платежей, если это правонарушение совершено умышленно и связано с возникновением и исполнением данного требования.

Судами установлено, что требование налогового органа основано на решении от 10.11.2016 № 10-11/08831 о привлечении ФИО3 к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неуплату сумм НДФЛ в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога или других неправомерных действий (бездействия), совершенные умышленно, в виде штрафа в размере 8 707 400 рублей, а также к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 119 Налогового кодекса Российской Федерации за непредставление в установленный срок налоговой декларации по НДФЛ в виде штрафа в размере 4 277 825 рублей 10 копеек. Указанным решением предпринимателю доначислены недоимка по НДФЛ в сумме 21 768 500 рублей и пени по налогу в размере 6 391 040 рублей 09 копеек.

Законность принятого налоговым органом решения была предметом оценки арбитражного суда в рамках дела № А11-2222/2017, в ходе рассмотрения которого судами установлено, что ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 07.09.1998, основным видом деятельности которого является оптовая торговля моторным топливом, включая авиационный бензин. ФИО3 в 2012 – 2013 годах применял упрощенную систему налогообложения. В качестве объекта налогообложения заявлен доход, основная часть которого отражена в виде комиссионного вознаграждения, полученного в рамках агентских договоров на приобретение нефтепродуктов, их приемку, транспортировку на склад и хранение, а также на отпуск клиентам принципала, заключенных с обществом с ограниченной ответственностью «Батлер», имеющим признаки «фирмы-однодневки».

Вместе с тем предприниматель принимал участие в схеме «дробления бизнеса», созданной обществом «КСК-М», в котором он являлся директором и одним из учредителей с долей участия в размере 33,33 процента.

Обстоятельства создания и функционирования указанной схемы, имеющей целью минимизацию налоговых обязательств за счет перераспределения выручки от реализации ГСМ на взаимозависимые и подконтрольные организации, установлены вступившим в законную силу решением от 29.11.2019 по делу № А11-2223/2017 об отказе в признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Владимирской области от 10.11.2016 № 10-11/08830.

В ходе проведения мероприятий налогового контроля установлено, что в собственности общества «КСК-М» находился склад горюче-смазочных материалов (далее – ГСМ), административное здание, ремонтный бокс, гараж, тринадцать АЗС.

Общество «КСК-М» осуществляло реализацию нефтепродуктов бренда «ЛУКОЙЛ» на трех АЗС. Иное принадлежащее обществу «КСК-М» имущество передано в аренду предпринимателю, часть нежилых помещений административного здания занимали общества с ограниченной ответственностью «Импульс» и «Кама», десять АЗС предоставлялись в аренду в 2012 году обществам с ограниченной ответственностью «Шельф» и «Ритек», с конца 2012 года – обществам с ограниченной ответственностью «Леокар» и «Нана-ойл».

В собственности обществ «Кама», «Росинвест» и «Альянс», учредителями которых являлись ФИО3 и ФИО4, находились пять АЗС, которые сдавались в аренду обществам «Ритек», «Нана-ойл», «Шельф», «Леокар», «Гранд» и «Сириус» (розничная реализация), а также обществам «Нефтеком», «Дельта», «Аксиос», «Магистраль», «Импульс» (оптовая торговля).

Организации, участвующие в реализации ГСМ (кроме общества «КСК-М»), не являлись непубличными, комплекс услуг по реализации нефтепродуктов всех марок оптом и в розницу на восемнадцати АЗС, принадлежащих обществам «КСК-М», «Кама», «Росинвест», «Альянс», предлагался через интернет-сайт www.sunpetrol.ru. В качестве контактной информации указывались адреса и иные реквизиты общества «КСК-М», которое полностью несло расходы на содержание указанного интернет-сайта; контактные данные и домен sunpetrol.ru, зарегистрированные за обществом «КСК-М», использовались в качестве контактной информации организациями – собственниками имущества и иными участниками схемы.

Товарный знак SunPetrol, правообладателем которого является общество «КСК-М», использовался также для оформления АЗС, принадлежащих обществам «Росинвест», «Кама», «Альянс» по договорам коммерческой концессии, которые ими в части оплаты не исполнялись, вознаграждение за использование товарного знака Обществу не выплачивалось созданной обществом «КСК-М».

Сотрудники общества «КСК-М» одновременно осуществляли трудовую деятельность в иных организациях – участниках схемы: главный бухгалтер ФИО5 осуществляла деятельность в ООО «Стрелец и К», оказывающем транспортные услуги по перевозке нефтепродуктов с нефтебазы, склада ГСМ на АЗС, и в ООО «Персона», оказывающем менеджерские, логистические, юридические услуги для всех организаций холдинга. Кроме того, сотрудники общества «КСК-М» одновременно являлись учредителями и директорами организаций – участников схемы: менеджер ФИО6 (сын ФИО3) является учредителем общества «Стрелец и К», учредителем и директором общества «Импульс»; энергетик ФИО7 – учредителем и директором общества «Шельф», управляющий АЗС ФИО8 – учредителем и директором общества «Нана-ойл»

Все организации, созданные при участии общества «КСК-М» и его руководителя ФИО3, реализующие топливо, обеспечивали функционирование единого комплекса, контроль за товарными и денежными потоками внутри которого осуществлялся обществом «КСК-М», являющимся собственником товарного знака и всех необходимых материальных ресурсов, включая АЗС.

Общества «Кама», «Росинвест», «Альянс», хоть и являлись отдельными зарегистрированными единицами со своим имуществом, фактически их деятельность была несамостоятельной, они являлись одним имущественным комплексом, на мощностях которого функционировал бизнес по реализации нефтепродуктов, контролируемый обществом «КСК-М» и его руководителем ФИО3, а разделение имущества на отдельные компании обусловлено возможностью применения специального налогового режима – упрощенной системы налогообложения, так как общая стоимость имущества компаний превышала 100 000 000 рублей.

Решением от 24.11.2021 по делу № А11-2222/2017 на основании материалов налогового проверки в отношении предпринимателя установлено, что налогоплательщиком в нарушение статей 210, 228 Налогового кодекса Российской Федерации занижена налоговая база по НДФЛ за 2012, 2013 годы на доходы в размере денежных средств, поступивших на его карточные счета, открытые в банке, и обналиченных через банкоматы (57 762 176 рублей 57 копеек – в 2012 году, 109 687 819 рублей 59 копеек – в 2013 году). С указанных сумм налогоплательщиком не исчислен и не уплачен НДФЛ по ставке 13 процентов в размере 7 509 083 рублей за 2012 год, в размере 14 259 417 рублей за 2013 год.

Достоверных доказательств того, что обналиченные денежные средства использованы ФИО3 в своей предпринимательской деятельности, внесены в кассу общества «Батлер» (принципал) либо иным образом возвращены принципалу, не представлено.

При этом налоговые органы установили, что предпринимателем в качестве налоговой базы в декларациях по упрощенной системе налогообложения за 2012, 2013 годы указаны только суммы вознаграждения, полученные от общества «Батлер», а также в меньшем объеме – от обществ «Нефтемаркет», «Гутим-ойл», «Дельта». При этом установлен фиктивный характер взаимоотношений ФИО3 с обществом «Батлер», которое используется для документального оформления операций по движению нефтепродуктов. Взаимоотношения ИП ФИО3 с обществами «Нефтемаркет», «Гутим-ойл», «Дельта» по договорам хранения также фиктивны, поскольку вся деятельность вышеописанных лиц осуществлялась в рамках единой схемы дробления бизнеса с целью получения необоснованной выгоды обществом «КСК-М».

В этой связи налоговый орган не нашел оснований для уменьшения дохода ФИО3, полученного им как физическим лицом, на суммы дохода от недействительной посреднической деятельности предпринимателя, включенной в схему, которая уже подвергалась налогообложению в рамках упрощенной системы налогообложения по ставке 6 процентов.

При изложенных обстоятельствах, суды в рамках дела № А11-2222/2017 пришли к выводу, что реализация схемы «дробления бизнеса» позволила ФИО3, как физическому лицу, получить на личные банковские карты разницу между средствами, полученными от реализации нефтепродуктов, и средствами, направленными на закупку нефтепродуктов и иные цели финансово-хозяйственной деятельности в интересах участников «схемы», и в последующем эту разницу обналичить через банкоматы.

Кроме того, предприниматель в нарушение пункта 3 статьи 228 и пункта 1 статьи 229 Налогового кодекса Российской Федерации не представил в установленный срок налоговые декларации о доходах, полученных в 2012, 2013 годах.

На основании совокупности представленных в дело № А11-2222/2017 доказательств с учетом обстоятельств, установленных в деле № А11-2223/2017, Первый арбитражный апелляционный суд в постановлении от 29.03.2022 признал, что предприниматель осознавал противоправный характер своих действий, желал либо сознательно допускал наступление негативных последствий.

Установленные вступившим в законную силу решениями Арбитражного суда Владимирской области от 24.11.2021 по делу № А11-2222/2017, от 29.11.2019 по делу № А11-2223/2017, решением Ленинского районного суда г. Владимира от 16.08.2022 по делу № 2а-1870/2022 факты преднамеренного участия предпринимателя в схеме «дробления бизнеса», созданной им как директором и учредителем общества «КСК-М» с формальным включением в нее взаимозависимых лиц и «фирм-однодневок», позволившей должнику как физическому лицу «обналичить» оставшиеся в холдинге денежные средства и скрыть полученные доходы от налогообложения, свидетельствуют о наличии препятствий для применения правила об освобождении гражданина от погашения требований уполномоченного органа через процедуру банкротства.

Довод заявителя о том, что занижение налоговой базы по НДФЛ обусловлено добросовестным заблуждением, документально не подтвержден и опровергается вышеизложенными обстоятельствами.

Как справедливо указал суд апелляционной инстанции, факты того, что в ходе проведения процедуры банкротства должник действовал добросовестно, часть задолженности перед уполномоченным органом была погашена, не опровергает довод уполномоченного органа о совершении должником налогового правонарушения и совершения им умышленных неправомерных действий в виде уклонения от исполнения публично-правовой обязанности по уплате налогов.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований, позволяющих освободить ФИО3 от дальнейшего исполнения обязательств перед уполномоченным органом.

Обстоятельства, приведенные кассатором в обоснование применения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, в частности, наличие у него заслуг перед Отечеством, проблем со здоровьем, возраст гражданина учтены судами в рамках дела № А11-2222/2017 при снижении размера штрафных санкций, начисленных решением уполномоченного органа от 10.11.2016 № 10-11/08831. Кроме того, судами принято во внимание совершение правонарушения впервые, уплату в добровольном порядке в бюджет налога в сумме 484 000 рублей, несоразмерность нарушения и суммы штрафа, перспективу банкротства предпринимателя в случае погашения его долгов перед бюджетом.

Вместе с тем решением от 29.11.2019 по делу № А11-2223/2017 установлено, что в налогооблагаемый доход ФИО3 не включены поступившие на расчетные счета индивидуального предпринимателя денежные средства, потраченные на закупку ГСМ и обеспечение финансово-хозяйственной деятельности лиц, входящих в «схему». В качестве дохода физического лица налогоплательщику вменены только суммы перечислений, поступивших с расчетного счета индивидуального предпринимателя на его расчетные счета, используемые в личных целях, то есть оставшиеся в распоряжении заявителя.

При этом сумма дохода, полученного ФИО3 в результате снятия денежных средств с личных счетов, уменьшена инспекцией на суммы денежных средств, внесенных им в кассу и отраженных в кассовой книге, которые были перечислены на выплату заработной платы и на счета взаимозависимых лиц (обществ с ограниченной ответственностью «Дельта» и «Магистраль»).

Довод заявителя о том, что денежные средства, снятые с карт, переданы ФИО3 обществу ООО «КСК-М» в интересах «схемы», на закупку ГСМ у обществ «Инвестконсалт» и «Реал-Групп» был предметом оценки в делах № А11-2223/2017, А11-2222/2017. Суды приняли во внимание, что налоговой проверкой установлен формальный документооборот, оформленный от имени обществ «Инвестконсалт» и «Реал-Групп», являющимися «фирмами-однодневками», не осуществляющими реальную деятельность. Доказательств несения заявителем расходов на закупку ГСМ у иных лиц, за счет которых подлежат уменьшению вмененные ему доходы в рамках налоговой проверки и в материалы дел не представлено. При этом уполномоченный орган предпринял все необходимые меры для получения документального подтверждения заявленных ФИО3 расходов, в том числе путем направления запросов в соответствующие организации.

Вопреки доводам заявителя оснований для уменьшения вмененной налоговым органом недоимки по НДФЛ на сумму налогов, начисленных в бюджет участникам «схемы», не имеется, поскольку отсутствуют доказательства их уплаты последними. Решение налогового органа от 10.11.2016 № 10-11/08831, на которое ссылается заявитель, содержит лишь указание на начисление налогов в отсутствие подтверждения их уплаты.

Несогласие заявителя с выводами апелляционной инстанции, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствует о наличии в принятом судебном акте существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или судебной ошибки.

Оснований для отмены обжалованного судебного акта с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанций не допущено.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации граждане-должники освобождены от уплаты государственной пошлины за рассмотрение кассационных жалоб на судебные акты по данной категории споров в судах всех инстанций, в связи с чем государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета в порядке, предусмотренном в статье 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1), 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2024 по делу № А11-3401/2022 Арбитражного суда Владимирской области оставить без изменения, кассационную жалобу Калашника Александра Владимировича – без удовлетворения.

Возвратить ФИО3 из федерального бюджета 20 000 рублей государственной пошлины, уплаченной 17.12.2024 посредством мобильного приложения «Сбербанк Онлайн» безналичным платежом (платеж включен в платежное поручение от 18.12.2024 № 40288591).

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий


И.В. Чижов

Судьи

Ю.Б. Белозерова

Е.В. Елисеева