Постановление от 9 сентября 2019 г. по делу № А60-60454/2018



АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4785/19

Екатеринбург

09 сентября 2019 г.


Дело № А60-60454/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 сентября 2019 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сирота Е.Г.,

судей Васильченко Н.С., Абозновой О.В.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу обществас ограниченной ответственностью «Правовая защита лизингополучателя» (далее – общество «ПЗЛ»), общества с ограниченной ответственностью «Уфа Транзит» (далее – общество «Уфа Транзит») на решение Арбитражного суда Свердловской области от 19.03.2019 по делу № А60-60454/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2019 по тому же делу.

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Общество «Уфа-Транзит», общество «ПЗЛ» обратились в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Практика ЛК» (далее общество «Практика ЛК»)о взыскании 6 426 243 руб. неосновательного обогащения, а также процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 13.12.2017 по день уплаты суммы долга.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Гилязов Руслан Энверович, Калимуллин Радик Рамилевич, общество с ограниченной ответственностью «Р-Транс» (далее – общество«Р-Транс»), судебный пристав-исполнитель межрайонного отдела судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств УФССПпо Республике Башкортостан Тимерьянов Айтуган Ахатович.

Решением суда от 19.03.2019 (судья Коликов В.В.) в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2019 (судьи Семенов В.В., Зеленина Т.Л., Полякова М.А.) решение оставлено без изменения.

Не согласившись с судебными актами, истцы обратились с кассационной жалобой. Заявители жалобы указывают, что фактически предмет лизинга находился во владении общества «Практика ЛК» с момента составления акта об изъятии от 12.08.2018, ответчик был обязан снять предмет лизингас регистрационного учета либо изменить регистрационные данные на свое имя. Кассаторы указывают, что общество «Уфа-транзит» не чинило препятствийв передаче техники лизингодателю после расторжения договоров лизинга, более того, все процедуры проводились с участием представителя общества «Практика ЛК», техника в исправном рабочем состоянии возвращена лизингодателю.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не нашел оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении спора, между обществом «Практика ЛК» (лизингодатель) и обществом «Уфа-Транзит» (лизингополучатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга) от 11.12.2014 № 316/14-У, согласно условиям которого лизингодатель предоставил лизингополучателю следующее имущество – транспортное средство Тягач седельный Volvo FM-TRUCK 6*4, идентификационный номер (VIN) X9PXG10D4FW115226.

Согласно приложению № 2 к договору лизинга (график платежей) общий размер лизинговых платежей составляет 7 492 885 руб. и подлежит выплатев срок до 12.12.2017.

Уведомлением от 21.02.2018 лизингодатель в одностороннем порядке расторг договор лизинга на основании пункта 12.2 договора ввиду длительного неисполнения обязательства по внесению лизинговых платежей. На дату направления уведомления сумма долга составила 73 757 руб. Лизингодателем также было предложено возвратить предмет лизинга.

Согласно акту приема-передачи (изъятия) от 12.08.2018 общество «Практика-ЛК» приняло предмет лизинга.

Согласно постановлению от 09.08.2018 в рамках исполнительного производства № 15158/18/02068-ИП, возбужденного на основании исполнительного листа от 24.05.2018, выданного Октябрьским районным судом города Уфы по делу № 2-2116/2018, судебным приставом-исполнителем приняты меры в виде наложения запрета на регистрационные действия в отношении, в частности спорного предмета лизинга.

Согласно акту от 13.08.2018 предмет лизинга арестован и передан на хранение без права пользования и распоряжения взыскателю – обществу «Практика ЛК».

Основанием для обращения в суд с рассматриваемым иском о взыскании неосновательного обогащения и процентов (с учетом договора цессии, заключенного между истцами) послужило определение истцами сальдо обязательств ответчика ввиду прекращения лизинговых отношений.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды исходили из того, что на момент рассмотрения искового требования предмет лизинга не может считаться возвращенным лизингодателю, поскольку фактически находитсяу лизингополучателя, что по смыслу пункта 3.3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – Постановление № 17) исключает возможность расчета сальдо встречных обязательств.

В соответствии со статьей 665 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и статьей 2 Федерального закона от 29.10.1998№ 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге) договором лизинга является договор, по которому арендодатель (лизингодатель) обязуется приобрести в собственность указанное арендатором (лизингополучателем) имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование.

Согласно пункту 5 статьи 15 Закона о лизинге по договору лизинга лизингополучатель обязуется принять предмет лизинга, а также выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга.

В соответствии с пунктом 3.1 постановления № 17 расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2 постановления № 17).

В соответствии с пунктом 3.3 постановления № 17, если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Соотнесение взаимных предоставлений сторон по договору лизинга невозможно до фактического возврата предмета лизинга лизингодателю, поскольку при соотнесении взаимных предоставлений сторон и определения завершающей обязанности одной стороны в отношении другой должны учитываться стоимость возвращенного лизингодателю предмета лизинга, которая подлежит определению по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайно порчи предмета лизинга (по общему правилу статья 669 ГК РФ – при возврате предмета лизинга лизингодателю).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательствав соответствии со статьей 71 АПК РФ, суды первой и апелляционной инстанций установили, что фактически предмет лизинга не был возвращен лизингодателю после расторжения договора от 11.12.2014 № 316/14-У, в связис чем пришли к выводу об отсутствии возможности расчета сальдо встречных обязательств.

При этом судами принято во внимание, что в соответствии с актом приема-передачи арестованного имущества должнику от 27.02.2019, составленного в рамках исполнительного производства от 23.07.2018№ 15158/18/02068-ИП, судебный пристав-исполнитель произвел передачу предмета лизинга (транспортное средство) обществу «Уфа Транзит». Имущество принято общество «Уфа Транзит» без замечаний.

Доказательств, подтверждающих, что предмет лизинга возвращен обществу «Практика ЛК», материалы дела не содержат.

Поскольку доказательств, опровергающих данные обстоятельства, не представлено, суды не усмотрели оснований для удовлетворения требований обществ «Уфа-Транзит» и «ПЗЛ» о взыскании с общества «Практика ЛК» неосновательного обогащения.

Кроме того, судами учтено, что задолженность общества «Уфа-Транзит» по договору финансовой аренды (лизинга) от 11.12.2014 № 316/14-У по лизинговым платежам составляет 73 757 руб., что менее 1% от общего размера лизинговых платежей.

Фактически имущественный интерес как лизингодателя, так и лизингополучателя почти полностью удовлетворен.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Заявленное требование истцов о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 6 426 243 руб. признано судами не соответствующим принципу добросовестности и существенным образом нарушающим баланс интересов сторон по сделке.

При этом довод обществ «Уфа-Транзит» и «ПЗЛ» о том, что предмет лизинга фактически находился во владении ответчика, судами рассмотрен и не принят во внимание судами, поскольку опровергаются материалами дела.

По смыслу разъяснений постановления № 17 арест предмета лизинга как имущества должника в обеспечение исполнения иных обязательств должника не является возвратом предмета лизинга.

Судами установлено, что в настоящее время предмет лизинга в порядке статьи 316 ГК РФ в месте нахождения лизингодателя (территория Свердловской области или месту нахождения филиала – территория Республики Башкортостан) не возвращен, находится на территории Республики Якутия, согласно акту приема-передачи в лизинг передавался на территории Московской области.

Поскольку возможность реализовать предмет лизинга у лизингодателя отсутствовала и отсутствует, оснований для определения сальдо встречных обязательств в порядке пункта 3.2 постановления №17 не имеется.

Доводы кассационной жалобы фактически повторяют доводы, изложенные в суде первой и апелляционной инстанций, указанные доводы судами рассмотрены и им дана надлежащая оценка, что нашло свое отражение в судебных актах. Подобного рода доводы не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Возражения заявителя по сути направлены на переоценку доказательств и установленных судами обстоятельств по делу, оснований для которой у суда кассационной инстанции не имеется. Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в частности в определении от 17.02.2015 N 274-О, статьи 286–288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 АПК РФ, суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 19.03.2019 по делу№ А60-60454/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Правовая защита лизингополучателя», общества с ограниченной ответственностью «Уфа Транзит» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.




Председательствующий Е.Г. Сирота


Судьи Н.С. Васильченко


О.В. Абознова