Постановление от 29 июня 2021 г. по делу № А06-1506/2020

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-1506/2020
г. Саратов
29 июня 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена «28» июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен «29» июня 2021 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Макарихиной Л.А.,

судей Грабко О.В., Самохваловой

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (г. Астрахань)

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 26 апреля 2021 года по делу № А06-1506/2020 (судья Подосинников Ю.В.)

по заявлению финансового управляющего должника ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживающего по адресу: 414057 <...>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании представителя ФИО2 – ФИО5, действующего на основании доверенности от 11.06.2020, представителя ФИО4 – ФИО6, действующего на основании доверенности от 15.01.2021, конкурсного управляющего ООО «Производственно-коммерческая фирма «Эталон» ФИО7, паспорт обозревался.

УСТАНОВИЛ:

Решением арбитражного суда Астраханской области 13.10.2020 ФИО4 (далее должник, ФИО4) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

22.09.2020 финансовый управляющий ФИО3 обратился с заявлением о признании недействительным договор займа от 06.02.2017, заключенного между ФИО2 и ФИО4

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 26.04.2021 указанный договор займа признан недействительным.

ФИО2, не согласившись с выводами суда, обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 26.04.2021, отказать в удовлетворении заявления. В обоснование апелляционной жалобы указано, что на момент выдачи займа у ФИО2, имелась финансовая возможность; реальность заключения договора займа подтверждается решением Советского районного суда г.Астрахани от 08.10.2019; на дату заключения договора займа должник признаками неплатежеспособности не обладал.

В судебном заседании представители ФИО2, ФИО4 поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просили обжалуемое определение отменить, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В представленном отзыве финансовый управляющий ФИО3 возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Конкурсный управляющий ООО «Производственно-коммерческая фирма «Эталон» ФИО7 возражала против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просила оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-272 АПК РФ.

В силу статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, 06.02.2017 между ФИО2 (займодавец) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа № 1, согласно которому займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 9 300 000,00 руб., а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа.

Финансовый управляющий, полагая, что факт передачи денежных средств по договору займа не доказан, действия ФИО2 и должника, являются неправомерным поведением, направленным на формирование искусственной кредиторской задолженности в целях получения контроля над процедурой банкротства обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, пришел к выводу о наличии правовых оснований для признания оспариваемого договора займа от 06.02.2017 недействительным на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности о включении в реестр требований кредиторов). Поэтому при рассмотрении вопроса о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также другие доказательства.

Для признания оспариваемой сделки мнимой необходимо установить тот факт, что стороны сделки не имели намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения и при этом осознавали, что сделка не порождает для них каких-либо обязательств.

Согласно абзацу 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В делах о банкротстве применяется более повышенный стандарт доказывания, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197 по делу N А32-43610/2015).

ФИО2 в обоснование наличия финансовый возможности предоставления денежных средств по договору займа от 06.02.2017 на сумму 9 300 000,00 руб., представил договор купли-продажи от 14.12.2011, согласно которому им отчуждено нежилое помещение стоимостью 10 000 000,00 руб.

Однако с момента продажи имущества в 2011 до заключения договора займа в 2017 прошел значительный промежуток времени. При этом доказательств того, что денежные средства, полученные в 2011 году хранились ФИО2 до 2017 года в наличной форме, не представлено, поскольку отсутствуют пояснения, какая именно сумма была изначально отложена на хранение, в каком порядке расходовалась, на какие нужды, каков был остаток средств на момент выдачи займа и т.п. Кроме того, согласно представленной выписке из ЕГРН и пояснениям финансового управляющего должника, ФИО2 с 2011 по 2017 активно продавал и покупал иную недвижимость.

При этом ФИО2 должен обладать не только денежными средствами, подлежащими передаче по договору займа, но и средствами для несения расходов на обеспечение жизни и на личные потребности (нужды).

Таким образом, представленные ФИО2 документы не свидетельствует однозначно о том, что денежные средства (даже при наличии финансовой возможности) действительно были направлены на предоставление займа должнику, а не на иные цели.

В материалах дела также отсутствуют доказательства, которые подтверждали бы наличие каких-либо экономических связей или иных отношений ФИО2 и должника.

В указанной связи, апелляционный суд принимает во внимание, что ФИО2 при рассмотрении настоящего обособленного спора не представил достоверных пояснений в отношении разумных экономических или иных причин (деловой цели) предоставления займа наличными денежными средствами на более чем значительную сумму (9 300 000,00 руб.) в отсутствие какого-либо обеспечения (залог, поручительство, гарантия и т.п.).

Ссылка на доверительные дружеские отношения, не может служить основанием для иных выводов, учитывая экономический характер взаимных отношений, более того может свидетельствовать о фактической аффилированности с должником и создания искусственной задолженности с целью контроля процедуры банкротства должника.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).

Гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Согласно правовой позиции, изложенной в определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776, разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В данном случае установленные обстоятельства спора указывают на то, что презумпция разумности поведения ФИО2 опровергнута. Его поведение не соответствует типичной модели поведения обычного гражданина - участника гражданского оборота, находящегося в схожих обстоятельствах, оно противоречит интересам самого ФИО2

Кроме того, должником также не представлено доказательств расходования полученных им денежных средств.

Как следует из материалов дела, в том числе выписок по счету, у самого должника имелись денежные средства в размере суммы займа на дату заключения оспариваемой сделки (по состоянию на 24.06.2016 имелось 217 000 долларов США или 14 543 341,18 руб.).

Судом первой инстанции критически оценены доводы должника о необходимости заключения займа с ФИО2 для погашения предыдущих займов (ФИО8 – совместно с должником учредитель ООО ПФ "Стройиндустрия"), поскольку экономическая целесообразность указанных действий не раскрыта. Кроме того, как было указано у ФИО4 в спорный период было достаточно денежных средств для погашения займов (при их действительном наличии), и необходимости в заключении нового договора займа отсутствовала.

Ссылка должника на предоставление должником займа ООО "РКЗ "Катран", также отклоняется, поскольку в рамках дела о банкротстве N А06-8538/2017 (ООО "РКЗ "Катран"), договоры займа, заключенные с ФИО4 признаны недействительными (определение Арбитражного суда Астраханской области от 30.12.2020).

Доводы апеллянта, что на момент совершения сделок должник не обладал признаками неплатежеспособности, отклоняется как несостоятельный. Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710, применимой к рассматриваемым правоотношениям, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Довод апеллянта, что реальность заключения договора займа подтверждается решением Советского районного суда г.Астрахани от 08.10.2019, отклоняется поскольку суд общей юрисдикции при принятии решения о взыскании с ФИО4 в пользу ФИО2 задолженности по договору займа от 06.02.2017, исходил из признания иска ответчиком и не исследовал реальное исполнение заключенного с должником договора, финансовое положение истца. При этом возможность предъявления возражений арбитражным управляющим и независимыми кредиторами относительно заявленных требований может быть реализована как в порядке обжалования такого судебного акта, так и при оценке доказательств в рамках обособленного спора, подтверждающих реальное исполнение договоров.

Согласно существующим правовым позициям, изложенным, в том числе, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.11.2016 № 309-ЭС15-18625, от 30.11.2016 № 309-ЭС15-18214, взыскание долга по договору на основании вступивших в законную силу судебных актов не препятствует признанию такой сделки недействительной мнимой (пункт 1 статьи 170 ГК РФ) в рамках дела о банкротстве, если суд общей юрисдикции не исследовал вопрос о действительности передачи имущества.

Соответственно, взыскание долга по договору займа на основании вступившего в законную силу акта суда общей юрисдикции не препятствует рассмотрению в рамках дела о банкротстве заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной по основаниям ее мнимости.

Доводы, что в установленном порядке о фальсификации (161 АПК РФ), указанных доказательства, в т.ч. договора займа не заявлено, отклоняются, поскольку согласно правовой позиции, отраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 N 7204/12, в делах об оспаривании мнимых сделок заявление о фальсификации применительно к действительности совершенных на документах подписей не достигает цели, так как совершая сделки для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

С учетом, установленных судом обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о наличии правовых оснований для признания оспариваемого договора займа от 06.02.2017 недействительным на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2014 N 4-КГ14-16 указано, что принимая решение по делу, суд должен руководствоваться не формальными соображениями и основаниями для отказа в удовлетворении иска, а исходить из мотивов, связанных с оценкой существа самого спорного права, и принимать во внимание все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, периодических и тематических обзорах судебной практики - в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Особо подчеркивается необходимость применения повышенного стандарта доказывания при оценке обоснованности требований заинтересованных по отношению к должнику кредиторов.

Поскольку пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает применение реституции с фактом исполнения сделки, к мнимой сделке реституция не применяется.

Вместе с тем, апелляционный суд учитывает, что ФИО2 обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 9 340 000 руб. по договору займа от 06.02.2017 (судебное заседание отложено на 05.07.2021).

Каких-либо доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с выводами суда и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены обжалуемого определения.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 26 апреля 2021 года по делу № А06-1506/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

Председательствующий судья Л.А. Макарихина

Судьи О.В. Грабко

ФИО9