Постановление от 13 июня 2024 г. по делу № А47-5736/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


№ Ф09-2344/24

Екатеринбург

14 июня 2024 г.


Дело № А47-5736/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 июня 2024 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Артемьевой Н.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2024 по делу № А47-5736/2021 Арбитражного суда Оренбургской области.

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.


         Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 12.10.2021 ФИО1 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2.

В арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО2 о признании недействительным договора уступки права требования (цессии) от 03.10.2021, заключенного между должником и ФИО3, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу денежных средств в сумме 750 000 руб., признания за ФИО3 права требования к обществу с ограниченной ответственностью «Строй Инвест» (далее – общество «Строй Инвест») по договору-обязательству купли-продажи будущей недвижимой вещи с условием о предварительной оплате от 21.11.2018 № 07.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 09.10.2023 заявленные требования удовлетворены в полном объеме, договор цессии признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу 750 000 руб., восстановления права требования ФИО3 к обществу «Строй Инвест» по договору-обязательству купли-продажи от 21.11.2018 № 07.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2024 определение суда первой инстанции от 09.10.2023 отменено, в удовлетворении заявления о признании недействительным договора уступки права требования (цессии) от 03.10.2021, заключенного между ФИО1 и ФИО3, отказано.

Не согласившись с вынесенным судом апелляционной инстанции судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление апелляционного суда от 16.02.2024 отменить.

В кассационной жалобе заявитель указывает на то, что апелляционный суд неправильно применил нормы материального права при рассмотрении вопроса о недействительности сделки по основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Кассатор утверждает, что судом апелляционной инстанции не учтено то, что отказ ФИО3 от иска, заявленный при рассмотрении дела № А47-8699/2020, лишает цессионария (должника в лице его финансового управляющего) права на обращение в арбитражный суд с тождественным заявлением, и, как следствие, возможности пополнения конкурсной массы за счет общества «Строй Инвест» как в рамках первого дела о его банкротстве № А47-8699/2020, так и в рамках текущего дела № А47-18275/2023 путем оспаривания заключенных обществом «Строй Инвест» сделок и привлечения генерального директора общества «Строй Инвест» к субсидиарной ответственности после включения требований должника в реестр общества «Строй Инвест». По убеждению финансового управляющего, действуя добросовестно, учитывая интересы кредиторов должника, ФИО3 должна была обратиться в рамках дела № А47-8699/2020 с заявлением о процессуальном правопреемстве, а не заявлять отказ от иска.

Заявитель жалобы выражает несогласие с выводом апелляционного суда о необходимости оказания предпочтения требованиям одного из участников долевого строительства перед включенными в реестр требований кредиторов требованиями уполномоченного органа в виде задолженности по налогам и страховым взносам на обязательное медицинское страхование.

ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу в отношении изложенных доводов возражает, просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив законность судебных актов в порядке, установленном статьями 284 - 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО3 (цедент) и ФИО1 (цессионарий) 03.10.2021 заключен договор уступки права требования (цессии), согласно условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права и обязанности по договору-обязательству купли-продажи будущей недвижимой вещи с условием о предварительной оплате от 21.11.2018 № 07, заключенному между обществом «Строй Инвест» и ФИО3 (покупатель) (пункт 1.1 договора).

Право требования состоит из обязанности общества «Строй Инвест», согласно разделу 1 договора от 21.11.2018 № 07, заключить основной договор купли-продажи квартиры и передать покупателю квартиру общей ориентировочной площадью 47 кв. м, состоящую из двух жилых комнат, расположенную на первом этаже трехэтажного 8-квартирного дома по адресу: Оренбургская обл., Оренбургский р-он, сельское поселение Ленинский сельсовет, <...> Победы, дом № 12/5, согласно техническим характеристикам (комплектации), указанным в приложении № 1. Срок заключения основного договора – до 20.12.2018, стоимость квартиры – 1 300 000 руб., оплата – в рассрочку с момента подписания договора от 21.11.2018 № 07 до момента заключения основного договора.

На дату заключения данного договора уступки права требования (цессии) ФИО3 внесла предоплату по договору-обязательству купли-продажи от 21.11.2018 № 07 в сумме 750 000 руб. (пункт 1.2 договора).

Согласно пункту 3.1 договора в счет уступаемых прав и обязанностей цессионарий производит оплату цеденту в сумме 750 000 руб.

В пункте 3.2 договора отражено, что расчет между сторонами производится в день подписания настоящего договора. Получив указанные денежные средства, цедент полностью отказывается от притязаний к обществу «Строй Инвест» по договору от 21.11.2018 № 07.

Сторонами составлена расписка от 03.10.2021, согласно которой ФИО3 получила от ФИО1 денежные средства в сумме 750 000 руб.

В приговоре Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 19.10.2021 по уголовному делу по обвинению ФИО1 отражено, что ФИО1 возместил ущерб ФИО4, ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7, что явилось обстоятельством, смягчившим наказание.

Приговором суда установлено, что ФИО1 осуществил с  нарушением требований законодательства Российской Федерации об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, привлечение денежных средств граждан на сумму 7320000 руб. для строительства жилых помещений в трехэтажном 8-квартирном доме по адресу: Оренбургская область, Оренбургский район, сельское поселение Ленинский сельсовет, <...> Победы, дом № 12/5, который не был введен в эксплуатацию. Администрацией Ленинского сельсовета Оренбургского района выдано разрешение обществу «Строй Инвест» на строительство указанного дома на земельном участке с кадастровым номером 56:21:1301001:3622. Срок действия разрешения установлен до 09.06.2019. ФИО1, являвшийся  в период с 12.04.2018 по 12.12.2018 фактическим руководителем общества «Строй Инвест», действуя  от имени общества «Строй Инвест» заключил договор аренды указанного земельного участка с ФИО8 с последующим выкупом в 2017 году, сроком на 11 месяцев. Для строительства жилого дома он привлек денежные средства граждан под видом инвестиций в строительство жилого дома, при этом осознавая, что привлечение денежных средств граждан допускается только на основании договора участия в долевом строительстве, который подлежит обязательной государственной регистрации, однако, умышленно проигнорировал установленный законом порядок организации привлечения денежных средств граждан, связанный с возникающим у граждан правом собственности на жилые помещения в многоквартирных домах. ФИО1 заключил договоры-обязательства купли-продажи будущей недвижимой вещи с условием о предварительной оплате с шестью покупателями, в том числе и ФИО3 на сумму 1 300 000 руб. По договору ФИО3 внесена сумма 750 000 руб. ФИО1 подано заявление в Администрацию Ленинского сельсовета Оренбургского района о вводе дома в эксплуатацию. Однако дом не введен в эксплуатацию, поскольку имелись несущественные нарушения, которые можно было исправить в течение непродолжительного времени. После устранения нарушений ФИО1 вновь обратился с заявлением о вводе дома в эксплуатацию, но на тот момент уже закончился срок разрешения на строительство, Администрацией в продлении данного срока отказано. В результате дом построен полностью, но не введен в эксплуатацию. Договор аренды земельного участка ФИО8 расторгнут в одностороннем порядке в марте 2019 года. ФИО1 возместил ущерб некоторым покупателям квартир.

Полагая, что спорная сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, при наличии у последнего признаков неплатежеспособности, с заинтересованным лицом, финансовый управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора уступки права требования (цессии) от 03.10.2021.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указал, что в соответствии с данными Единого государственного реестра юридических лиц директором общества «Строй Инвест» является ФИО9, бывшая супруга должника, фактическое руководство обществом «Строй Инвест» осуществлял ФИО1, единственным основанием для прекращения производства по делу о банкротстве общества «Строй Инвест» являлось отсутствие средств, достаточных для финансирования процедуры банкротства, следовательно, ФИО1 является заинтересованным по отношению к обществу «Строй Инвест» лицом и должен был знать о недостаточности у общества имущества для осуществления встречного исполнения, поскольку по спорному договору приобрел права требования к обществу «Строй Инвест» уже после установления у общества признаков несостоятельности.

В дополнительном отзыве на заявление от 09.06.2023 ФИО3 заявила о применении исковой давности. По ее мнению, срок давности составляет один год и истек 05.10.2022, в то время как заявление подано финансовым управляющим 09.02.2023.

Суд первой инстанции, установив, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при наличии у должника неисполненных обязательств, констатируя, что ответчик как сторона сделки знал о наличии у должника неправомерной цели причинить вред кредиторам при совершении сделки, знал о признаках неплатежеспособности должника либо недостаточности его имущества, либо об ущемлении интересов кредиторов должника, пришел к выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку цель причинения и непосредственное причинение вреда правам и законным интересам кредиторов оспариваемой сделкой подтверждена материалами дела.

Кроме того, суд первой инстанции счел, что заявив при рассмотрении настоящего обособленного спора об отсутствии исполнения ФИО1 обязательств в части расчета по оспариваемому договору; формальном заключении оспариваемого договора; неполучении денежных средств в размере 750 000 руб.,  ФИО3 и ФИО1 действуют в нарушение положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в нарушение принципа эстоппель, запрещающего лицу отрицать существование обстоятельств, которые им до этого подтверждались и на которые полагалось другое лицо, действующее на основании данных обстоятельств, что свидетельствует о недобросовестном процессуальном поведении ответчика и должника и влечет потерю ответчиком и должником права на соответствующие доводы.

При этом суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения срока исковой давности, исходя из  положений статей 181, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, 213,32, 61.9 Закона о банкротстве, разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» и учитывая, что должник признан несостоятельным (банкротом) 05.10.2021 (объявлена резолютивная часть решения); финансовый управляющий обратился с заявлением об оспаривании сделки 27.02.2023 (в электронном виде) указывая, что узнал о наличии спорного договора (но не получил копии договора и подробности его заключения) 14.03.2022, от конкурсного кредитора ФИО8 в адрес финансового управляющего 12.03.2022 (суббота) поступила копия определения суда от 10.03.2022 по делу №А47-8699/2020, в котором указано, что право требования от ФИО4 перешло к ФИО1 по договору цессии, в то время как у финансового управляющего не было ни копий договоров, ни копий расписок, ни какой - либо иной информации, которая позволила бы проанализировать указанные документы и обратиться в суд с обоснованным и документально подтвержденным заявлением об оспаривании сделки, в отношении договора цессии с ФИО3 не было известно даже о дате договора, должник же от предоставления спорного договора цессии и расписки уклонялся, взаимоотношения скрывал.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не согласился, указав на то, что в рассматриваемом случае отсутствует совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по заявленным основаниям, при этом полагая, что ФИО3 не являлась аффилированным по отношению к должнику лицом, не могла и не должна была знать о наличии цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в данной ситуации, заключая договор уступки права требования, ФИО3, права которой были ранее нарушены ФИО1, рассчитывала на возврат внесенных ею в кассу общества «Строй Инвест» денежных средств; при заключении оспариваемого договора цессии она получила возмещение причиненного ущерба, поскольку общество «Строй Инвест» не осуществило встречное исполнение обязательства застройщика и не передало квартиру ФИО3

По мнению суда апелляционной инстанции, ФИО3 являлась экономически и юридически слабой стороной в отношениях долевого строительства, передала обществу «Строй Инвест» в лице ФИО1 денежные средства в целях приобретения жилого помещения, строительство которого так и не завершено. Апелляционным судом также учтено, что ФИО3 признана потерпевшей в рамках уголовного дела.

Помимо этого суд апелляционной инстанции указал на то, что в рамках настоящего дела имущественные права кредиторов противопоставлены правам граждан – участников долевого строительства, пострадавших вследствие неисполнения обязательств застройщиком, в связи с чем должник в первую очередь должен был оказать предпочтение требованиям   ФИО3 как гражданина – участника долевого строительства, поскольку негативные последствия ненадлежащего исполнения принятых на себя обязательств не могут быть возложены на граждан – участников строительства в ситуации, когда гражданин (экономически слабая сторона) передает денежные средства должнику (профессионалу в сфере строительства) в оплату строящегося жилого помещения, добросовестно рассчитывая на встречное исполнение обязательства.

При этом суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции об отсутствии пропуска срока исковой давности. Заявителем кассационной жалобы доводов, выражающих несогласие с выводами судов относительно отсутствия пропуска срока исковой давности, не приведено, кассатор выражает несогласие с выводами суда апелляционной инстанции относительно отсутствия оснований для признания сделки недействительной.

 Суд округа полагает, что постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене, поскольку апелляционным судом не учтено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки причинен такой вред; в) другая сторона сделки знала (должна была знать) об указанной цели должника к моменту совершения сделки, а при недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по этому основанию (пункт 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»; далее – постановление № 63).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 6 постановления № 63).

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33, 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно данным нормам Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (пункт 6 постановления № 63).

В соответствии с пунктом 7 постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

По общему правилу, целью оспаривания является не констатация недействительности сделки сама по себе, а применение последствий ее недействительности, заключающееся в приведении сторон в положение, существовавшее до совершения сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации) – для наиболее полного удовлетворения требований кредиторов, исходя из принципов очередности и пропорциональности.

Как верно было отмечено судом первой инстанции, оспариваемая сделка состоялась после возбуждения дела о банкротстве (19.07.2021), за два дня до объявления резолютивной части решения о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) – резолютивная часть решения объявлена судом 05.10.2021, оспариваемый договор уступки права требования (цессии) заключен 03.10.2021.

На момент совершения спорной сделки, как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, должник имел неисполненные и в последующем включенные в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника обязательства перед обществом с ограниченной ответственностью «Терем» (далее – общество «Терем»), которое инициировало судебное разбирательство по взысканию с должника задолженности по договору поручительства в сумме 3663 957 руб. 33 коп., из которых: 3 087 818 руб. 24 коп. – долг, 500 000 руб. – пени, 76 139 руб. – судебные расходы (решение Симоновского районного суда г. Москвы от 01.04.2019, вступило в законную силу 07.05.2019). Обществу «Терем» 13.06.2019 выдан исполнительный лист. Из письма УФССП по Оренбургской области от 29.07.2021 следует, что остаток задолженности по исполнительному производству составляет 3 663 910 руб. 21 коп. Ответчик прекратил исполнять обязательства перед кредитором, и данные обстоятельства не были опровергнуты в ходе судебного разбирательства.

       Таким образом, как верно отражено судом первой инстанции, оспариваемая сделка совершена в период наличия у ответчика признаков неплатежеспособности.

Судами установлено, что условия договора цессии от 03.10.2021 предусматривают оплату ФИО1 ФИО3 денежных средств за уступаемое право требования в сумме 750 000 руб., которые, как следует из расписки  от 03.10.2021, были переданы должником ФИО3 

При этом суд первой инстанции, проанализировав фактические обстоятельства дела и представленные доказательства, установив, что определением арбитражного суда от 24.03.2022  прекращено производство по делу № А47-8699/2020 в связи с принятием отказа ФИО3 от требований о признании несостоятельным (банкротом) общества «Строй Инвест», причиной которого, как указано в данном определении, является то, что право требования к обществу «Строй Инвест» передано ФИО3 ФИО1 по договору цессии от 03.10.2021, в счет оплаты уступленного права ФИО1 произвел в пользу ФИО3 платеж в сумме 750000 руб., что подтверждается распиской от 03.10.2021, исходя из положений статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доводы ФИО3 об отсутствии доказательств реальности оплаты по оспариваемому договору цессии, отклонил.

         Кроме того, судом первой инстанции при оценке данных доводов ответчика также учтено, что в приговоре Дзержинского районного суда г.Оренбурга  от 19.10.2021 по уголовному делу, возбужденному по обвинению ФИО1 отражено, что ФИО1 возместил ущерб ФИО4, ФИО3,   ФИО5, ФИО6, ФИО7

Судом первой инстанции отмечено, что при вынесении Дзержинским районным судом г. Оренбурга приговора по обвинению ФИО1 суды исходили из факта оплаты ФИО1 договора цессии и возмещения ФИО1 ущерба ФИО3

В то же время, как верно указал суд первой инстанции, действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель, когда участник спора может лишиться права выдвигать возражения). Таким поведением является, в том числе поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

Приняв во внимание изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в результате совершения оспариваемой сделки произошло уменьшение активов  должника ФИО1, уплатившего ФИО3 750 000 руб., соотносимых с суммой денежных средств, ранее уплаченных ею по договору купли – продажи  будущей недвижимой вещи  с условием о предварительной оплате  №07 от 21.11.2018, заключенному с обществом «Строй Инвест», и фактически тем самым исполнившего обязательства данного общества перед ФИО3,  влекущее за собой уменьшение конкурсной массы и, как следствие, причинение вреда имущественным правам кредиторов, учитывая вывод из конкурсной массы должника денежных средств после возбуждения дела о банкротстве должника при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции принял во внимание позицию ответчика, изложенную в отзыве от 20.04.2023, согласно которой ФИО3 знала о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества у должника, а также о совершении данной сделки должником (ФИО1) с целью наиболее благоприятного для него разрешения уголовного дела (оплата произведена 03.10.2021, незадолго до вынесения приговора – 19.10.2021; аналогичные действия ФИО1 были предприняты с целью возмещения ущерба целому ряду лиц, оказавшихся в схожей ситуации).

         Выводы суда апелляционной инстанции о том, что в результате совершенной сделки должник приобрел права и обязанности по Договору-обязательству купли-продажи № 07 будущей недвижимой вещи с условием о предварительной оплате от 21.11.2018, заключенному между обществом «Строй Инвест» и ФИО3 (Покупатель) (пункт 1.1 договора) не свидетельствуют об отсутствии нарушении прав кредиторов должника ФИО1, поскольку, как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, должником в результате оспариваемой сделки не получено встречное исполнение, о чем свидетельствует, в том числе, сообщение филиала ППК «Роскадастр» по Оренбургской области от 19.07.2023, из которого следует, что по сведениям ЕГРН объект недвижимости (жилой дом) с местоположением: Оренбургская область, Оренбургский район. сельское поселение Ленинский сельсовет, <...> Победы, д. 12/5, на государственном кадастровом учете не стоит.

        С учетом изложенного выводы апелляционного суда об отсутствии совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются неверными. В данном случае цель причинения и непосредственное причинение вреда правам и законным интересам кредиторов должника, осуществившего вывод из конкурсной массы денежных средств (750 000 руб.) с целью наиболее благоприятного разрешения уголовного дела, возбужденного в отношении должника, оспариваемой сделкой подтверждена материалами дела.

Выводы апелляционной коллегии о приоритетной защите прав граждан – участников долевого строительства сделаны без учета того обстоятельства, что приоритетная защита таких прав осуществляется за счет конкурсной массы общества – застройщика, а не конкурсной массы бенефициара этого общества.

Таким образом, оснований для отмены определения суда первой инстанции и отказа в признании сделки недействительной у суда апелляционной инстанции не имелось, постановление апелляционного суда подлежит отмене как принятое с нарушением норм материального права (часть 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Выводы суда первой инстанции о наличии оснований для признания сделки недействительной применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются верными, сделаны на основании исследования имеющихся в деле доказательств, надлежащим образом мотивированы.

В качестве последствий недействительной сделки суд первой инстанции правомерно взыскал с ФИО3 в конкурсную массу ФИО1 денежные средства в сумме 750 000 руб., восстановил права требования ФИО3 к обществу «Строй Инвест» по договору-обязательству купли-продажи будущей недвижимой вещи с условием о предварительной оплате от 21.11.2018 № 07.

Таким образом, поскольку судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования представленных в дело доказательств правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, верно применены нормы материального и процессуального права, определение суда первой инстанции следует оставить в силе.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  



П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2024 по делу № А47-5736/2021 Арбитражного суда Оренбургской области отменить.

Определение Арбитражного суда Оренбургской области от 09.10.2023 по делу № А47-5736/2021 оставить в силе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий                                             Е.А. Павлова


Судьи                                                                          Ю.В. Кудинова


                                                                                     Н.А. Артемьева