Постановление от 27 марта 2024 г. по делу № А40-241910/2020

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 09АП-4365/2024

Дело № А40-241910/20
г. Москва
27 марта 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2024 года Постановление изготовлено в полном объеме 27 марта 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой, судей А.С. Маслова, М.С. Сафроновой, при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.12.2023 по делу № А40-241910/20, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина-должника ФИО2,

об удовлетворении ходатайства должника об отстранении финансового управляющего ФИО1 от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве ФИО2, отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей в деле о несостоятельности (банкротстве) гражданина-должника ФИО2

при участии в судебном заседании: лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 17.12.2021 в отношении гражданина-должника ФИО2 (дата рождения: 18.07.1985, место рождения: гор. Москва) введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев.

Финансовым управляющим должника суд первой инстанции утвердил арбитражного управляющего ФИО1 (член Ассоциации СОАУ Центрального федерального округа, peг. номер: 369, ИНН: <***>, адрес для направления корреспонденции: 115191. г. Москва. Гамсоновский пер., д. 2, стр. 1, подъезд 6, эт. 1, пом. 85-94).

В Арбитражный суд города Москвы 13.09.2023 поступило ходатайство должника об отстранении финансового управляющего ФИО1 от исполнения возложенных на него обязанностей, 16.10.2023 поступило уточненное ходатайство об отстранении от

исполнения обязанностей аффилированного к кредитору арбитражного управляющего и утверждении кандидатуры арбитражного управляющего посредством случайной выборки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2023 удовлетворено ходатайство должника об отстранении финансового управляющего ФИО1 от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве ФИО2. ФИО1 отстранен от исполнения обязанностей в деле о несостоятельности (банкротстве) гражданина-должника ФИО2. Назначено судебное заседание по вопросу утверждения финансового управляющего гражданина-должника ФИО2.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, финансовый управляющий ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит указанное определение суда первой инстанции отменить полностью.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Дело рассмотрено в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, который на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен судом к материалам дела протокольным определением от 14.03.2024.

От ФИО1 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие, которое удовлетворено судом апелляционной инстанции.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

По доводам ходатайства ФИО2 следует, что у финансового управляющего и кредитора должника имеются общие представители.

Заявитель полагает, что арбитражный управляющий ФИО1 не является независимым беспристрастным лицом и подлежит отстранению от исполнения возложенных на него обязанностей финансового управляющего ФИО2, в связи со следующим: у финансового управляющего и кредитора должника имеются общие представители; установленный факт конфликта интересов в деле № А40-207905/17-44-299 «Б»; основание назначения финансовым управляющим должника в деле о банкротстве А40241910/20-164-456 «Ф»; представители ФИО3; взаимосвязь ФИО4 и ФИО5; представители ФИО3, которые также являются представителями

ФИО1; полагает о том, что имеются признаки лоббирования интересов конкурсного кредитора ФИО3; по заявлению кредитора ФИО3 о признании обязательства должника и его супруги общим; единый адрес проведения собраний кредиторов должников, совпадающий с адресом направления почтовой корреспонденции представителю ФИО3 – ФИО4; по делу о банкротстве А40-71770/19-3067 «ИП» гражданина-должника ФИО6, где ФИО4 является

представителем конкурсного кредитора ФИО7, а ФИО5 - представителем финансового управляющего ФИО1; по делу о банкротстве А40127413/19-9-25«Б» ООО «ПОНКЦ», где заявителем по делу о банкротстве является ООО «ОМИКСЛАБ».

По доводам финансового управляющего должник препятствует деятельности арбитражного управляющего, затягивая процедуру банкротства, считает ходатайство должника необоснованным, полагает о том, что понятие «аффилированность» отсутствует при банкротстве физического лица, отметив при этом, что указанные в ходатайстве должника лица не представляли интересы финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО2.

Оценив все представленные в материалы дела доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об удовлетворении ходатайства ФИО2, об отстранении финансового управляющего – ФИО1 от возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве А40-241910/20-164-456 «Ф», исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту также – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту также – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (ч. 1 ст. 67, ст. 68 АПК РФ).

В силу ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).

Стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 8, ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Согласно ч. 2 ст. 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О

несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в деле о банкротстве рассматриваются жалобы представителя учредителей (участников) должника, представителя собственника имущества должника - унитарного предприятия, иных лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, решения собрания кредиторов или комитета кредиторов, нарушающие права и законные интересы лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве.

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными или недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) действительно нарушены права и законные интересы подателя жалобы.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Из доводов заявителя следует, что основаниями для удовлетворения жалобы, является следующее: - несоответствие действий арбитражного управляющего требованиям разумности; - несоответствие действий арбитражного управляющего требованиям добросовестности.

Согласно пункту 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве при принятии решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд утверждает в качестве финансового управляющего для участия в процедуре реализации имущества гражданина лицо, исполнявшее обязанности финансового управляющего и участвовавшее в процедуре реструктуризации долгов гражданина, если иная кандидатура к моменту признания гражданина банкротом не будет предложена собранием кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.9 Закона о банкротстве участие финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина является обязательным.

Пунктом 2 статьи 213.9 Закона о банкротстве установлено, что финансовый управляющий, утверждаемый арбитражным судом в деле о банкротстве гражданина, должен соответствовать требованиям, установленным данным Законом к арбитражному управляющему в целях утверждения его в деле о банкротстве гражданина.

Арбитражный суд утверждает финансового управляющего в порядке, установленном статьей 45 Закона о банкротстве, с учетом положений статьи 213.4 данного Закона и настоящей статьи.

Статьей 45 Закона о банкротстве установлен порядок утверждения арбитражного управляющего, в соответствии с которым арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего по результатам рассмотрения представленной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих информации о соответствии кандидатуры арбитражного управляющего требованиям, предусмотренным статьями 20 и 20.2 Закона.

В силу пункта 2 статьи 12 Закона о банкротстве решение о выборе кандидатуры арбитражного управляющего или иной саморегулируемой организации арбитражных управляющих относится к исключительной компетенции собрания кредиторов.

Установив, что кандидатура арбитражного управляющего ФИО1, соответствует требованиями статьей 20.2 Закона о банкротстве, принимая во внимание отсутствие обстоятельств, способных поставить под сомнение компетентность и добросовестность управляющего, указывающих на неспособность к надлежащему ведению им процедуры банкротства, свидетельствующих о ненадлежащем исполнении, а также неисполнении управляющим возложенных на него обязанностей, суд первой инстанции пришел к выводу о возможности утверждения кандидатуры арбитражного управляющего ФИО1 (член Ассоциации СОАУ Центрального федерального округа, per. номер: 369, ИНН: <***>, адрес для направления корреспонденции: 115191. г. Москва. Гамсоновский пер., д. 2, стр. 1, подъезд 6, эт. 1, пом. 85-94) финансовым управляющим имуществом должника ФИО2.

Вместе с тем, при утверждении ФИО1 финансовым управляющим гражданина-должника ФИО2 суд первой инстанции не располагал сведениями, позволяющими констатировать факт аффилированности и заинтересованности финансового управляющего по отношению к конкурсным кредиторам.

Арбитражным судом в качестве временных управляющих, административных управляющих, внешних управляющих или конкурсных управляющих не могут быть утверждены в деле о банкротстве арбитражные управляющие, которые являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, кредиторам (абзаца 2 пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве).

При осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 5 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 N 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации, статья 2 АПК РФ, пункт 56 Постановления N 35).

В целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Для обеспечения независимости и беспристрастности арбитражного управляющего, кандидатура которого поддерживается кредитором должника в условиях представления возражений со стороны иных кредиторов, ссылающихся на наличие признаков аффилированности между должником и кредитором, заявившим конкретную кандидатуру, необходимо проводить содержательный анализ взаимоотношения сторон для исключения разумных подозрений в независимости арбитражного управляющего.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 N 308- ЭС15- 1607 сформирована правовая позиция, в силу которой судам необходимо устанавливать, кроме формальных признаков, предусмотренных законодательством и определяющих отнесение организаций к одной группе лиц, также и фактическую аффилированность.

Такая аффилированность может прослеживаться, например, через участие представителей в одних и тех же делах, ведение совместного бизнеса и т.п. (постановления Арбитражного суда Московского округа от 22.07.2021 по делу N А40- 61943/2018, от 09.09.2021 по делу N А40-95953/2019).

Вместе с тем, материалами дела подтверждается, что финансовый управляющий ФИО1 в своей деятельности совершает действия, свидетельствующие о его заинтересованности и взаимосвязанности с кредитором ФИО3, что приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства, а его заинтересованность в соблюдении только интересов кредиторов ФИО3 может повлечь за собой причинение убытков должнику.

Суд первой инстанции установил, что финансовый управляющий ФИО1 входит в одну группу лиц, которая является заинтересована по отношению к друг другу и действуют через одного и того же представителя – ФИО4, действующего от имени ФИО1, представляя интересы конкурсного управляющего АО «Волокаламская УК» в деле № А40-53172/18, где ФИО4 представлял интересы ФИО3.

Между тем в нотариальной доверенности № 77АГ3605644 ФИО3 наделил полномочиями по представлению интересов – ФИО5, которая представляла интересы ФИО1 как арбитражного управляющего в делах №№ А40-53172/15, А40-71770/19.

Согласно определению Арбитражного суда города Москвы от 21.01.2021 по делу № А40-71770/19 участвовали в заседании: финансовый управляющий – ФИО1 лично и от финансового управляющего – ФИО5 (доверенность от 01.12.2020).

Когда по делу № А40-241910/20 о банкротстве ФИО2 финансовый управляющий ФИО1 назначен был только 17.12.2021, а именно через 11 месяцев после совместного представления интересов финансового управляющего ФИО6, что говорит об их взаимном интересе.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что действия

ФИО1 являются недопустимыми в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве.

Фидуциарная сделка арбитражного управляющего по выдаче доверенности на участие в деле о банкротстве лицу, которое уже действует по доверенности от имени конкурсного кредитора, приводит тому, что доверенное лицо в одном и том же деле о банкротстве действует от участвующих в деле лиц, материальные и процессуальные интересы которых отличаются.

Такие действия арбитражного управляющего не соответствуют критериям разумности и добросовестности, создают атмосферу недоверия в среде кредиторов и иных участвующих в деле лиц к течению процедуры и порождают сомнения в независимости арбитражного управляющего и в отсутствии привилегий у отдельных кредиторов в деле о банкротстве.

Между тем, доказанность/недоказанность факта причинения ущерба интересам должника, кредиторов не является предметом рассмотрения настоящего обособленного спора, хотя и может учитываться при разрешении такового.

Ущерб иным кредиторам и должнику может быть и не доказан в условиях, когда финансовый управляющий и кредиторы действуют в рамках доверительных отношений, что, однако, не умаляет обоснованность заявленных требований, поскольку сам факт наличия обоснованных сомнений в беспристрастности финансового управляющего при осуществлении своей деятельности по отношению к кредиторам, должнику уже свидетельствует о нарушении действующего законодательства - такое лицо не обеспечивает баланс интересов кредиторов и должника.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о доверительном характере отношений и сотрудничестве ФИО1, ФИО5, ФИО4,

ФИО3 в течение продолжительного времени.

Такой характер отношений в спорной ситуации может обусловить выбор варианта поведения в пользу дружественного лица в нарушение принципа, установленного пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве.

Взаимная зависимость указанных лиц в связи с такими отношениями может оказывать влияние на деятельность управляющего, повысить конфликтность и отрицательно сказаться на продолжительности результатах процедуры банкротства.

Вопреки утверждениям лиц, участвующих в деле, указанная ситуация образует конфликт интересов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве не могут быть утверждены в деле о банкротстве арбитражные управляющие, которые являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, кредиторам.

Аффилированность лиц может носить фактический характер без наличия формально юридических связей между лицами, что соответствует сложившейся практике по данному вопросу: определение Верховного Суда Российской Федерации от 11 февраля 2019 N 305- 3018-17063, определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 по делу N А12-45751/2015, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).

Фактическая аффилированность двух лиц может быть установлена на основании анализа совокупности согласованных друг с другом косвенных доказательств, характеризующих поведение указанных лиц (определение Верховного Суда РФ от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472 (4,5,7) по делу N А33-1677/2013).

Поэтому формальное отсутствие установленных пунктами 1 и 3 статьи 19 Закона о банкротстве признаков заинтересованности между должником и ответчиком не препятствует оценить обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности.

Отстранение арбитражного управляющего является исключительной мерой, должно быть направлено на защиту интересов должника и кредиторов и применяться только тогда, когда очевидна его заинтересованность и неспособность к надлежащему ведению процедур банкротства.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2020 N 308-ЭС-2721, стороне, возражающей относительно конкретной кандидатуры арбитражного управляющего, достаточно подтвердить существенные и обоснованные сомнения в независимости управляющего, иными словами, зародить у суда разумные подозрения относительно приемлемости названной кандидатуры.

Установленные судом первой инстанции обстоятельства свидетельствуют о том, что между ФИО1, ФИО5, ФИО4, ФИО3 имеются устойчивые связи, что позволяет утверждать об их фактической аффилированности.

Учитывая конкретные обстоятельства настоящего обособленного спора в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии достаточных оснований для отстранения арбитражного управляющего ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего гражданина-должника ФИО2 на основании абзаца четвертого пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве, ввиду выявления обстоятельств, вызывающих обоснованные сомнения в его независимости и беспристрастности, в целях необходимости исключения любого конфликта интересов между арбитражным управляющим, должником и его кредиторами.

Обстоятельства заинтересованности ФИО1 имелись при его утверждении в данном дела о банкротстве, но выявлены после этого.

В предмет спора не входят и суд первой инстанции не устанавливал обстоятельства ненадлежащего исполнения обязанностей ФИО1, основанием вывода суда первой инстанции являются обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии у управляющего необходимой независимости от кредитора.

В пункте 16 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 N 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» приведена правовая позиция, согласно которой в функции суда, рассматривающего дело о банкротстве, входит не только защита реально нарушенных арбитражным управляющим прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, но и предотвращение угрозы их нарушения со стороны такого управляющего.

Принимая во внимание, что арбитражный управляющий, утверждаемый для осуществления процедур банкротства, обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии независимости которого у суда имеются существенные и обоснованные сомнения; при наличии таких сомнений суд вправе по своей инициативе или по ходатайству участвующих в деле лиц отказать в утверждении такого арбитражного управляющего или отстранить его.

При возникновении сомнений в отсутствие угрозы нарушения прав лиц, участвующих в данном деле о банкротстве, а также в реальной возможности их последующей защиты, суд вправе, не дожидаясь аналогичных нарушений в данном деле о банкротстве, отстранить арбитражного управляющего.

Следовательно, положения статьи 45 Закона о банкротстве не исключают наличия у арбитражного суда дискреционных полномочий назначить арбитражного управляющего посредством случайного выбора саморегулируемой организации, что является наиболее оптимальным вариантом поиска управляющего для всех спорных ситуаций в условиях действующего правового регулирования.

Таким образом, суд первой инстанции исходил из того, что для отстранения финансового управляющего не нужно в обязательном порядке устанавливать факт нарушения прав должника и причинение ему вреда действиями финансового управляющего ФИО1, достаточно существенных и обоснованных сомнений в его независимости и беспристрастности и угрозы такого нарушения в условиях конфликта интересов сторон.

При этом суд первой инстанции нашел необходимым разъяснить, что доводы о добросовестности управляющего ФИО1 при проведении процедуры банкротства ФИО2 не опровергают выводы суда о наличии риска возникновения конфликта интересов по вышеприведенным основаниям.

Обратного суду первой инстанции не было представлено.

Пункт 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» далее - постановление N 35) разъясняет, что при осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 5 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 N 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» и статья 2 АПК РФ).

В соответствии с абзацем третьим пункта 3 статьи 65, абзацем восьмым пункта 5 статьи 83, абзацем четвертым пункта 1 статьи 98 и абзацем четвертым пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве арбитражный управляющий может быть отстранен судом от исполнения своих обязанностей в случае выявления обстоятельств, препятствовавших утверждению лица арбитражным управляющим (пункт 2 статьи 20.2 Закона), а также в случае, если такие обстоятельства возникли после утверждения лица арбитражным управляющим.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей является основанием для отстранения такого управляющего по ходатайству собрания (комитета) кредиторов либо лица, участвующего в деле о банкротстве (абзац второй пункта 3 статьи 65, абзацы шестой и седьмой пункта 5 статьи 83, абзацы второй и третий пункта 1 статьи 98 и абзацы второй и третий пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве).

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

В связи с этим, а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Принимая во внимание совершение финансовым управляющим ФИО1 действий, свидетельствующих о его заинтересованности и взаимосвязанности с кредитором ФИО3, суд первой инстанции нашел обоснованными сомнения должника в способности данного арбитражного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства, учитывая, что его заинтересованность в соблюдении только интересов кредиторов ФИО3 может повлечь за собой причинение убытков должнику.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу, что имеются основания для отстранения ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина-должника ФИО2

Обратного суду первой инстанции не представлено.

В силу части 1 статьи 64, статей 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об удовлетворении ходатайства должника об отстранении финансового управляющего ФИО1 от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве ФИО2, отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей в деле о несостоятельности (банкротстве) гражданина-должника

ФИО2, назначении судебного заседания по вопросу утверждения финансового управляющего гражданина-должника ФИО2.

При отстранении арбитражного управляющего в деле о банкротстве от исполнения возложенных на него обязательств, наличие заинтересованности арбитражного управляющего по отношению к должнику или кредиторам является самостоятельным основанием для его отстранения (абз. 2 ст. 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов определения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о вынесении судом первой инстанции определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.12.2023 по делу № А40-241910/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ж.В. Поташова Судьи: А.С. Маслов

М.С. Сафронова