Постановление от 30 октября 2024 г. по делу № А32-51604/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-51604/2022
г. Краснодар
30 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 октября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 октября 2024 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Воловик Л.Н. (замена судьи на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – Кодекс) и ФИО1, при участии в судебном заседании от заявителя – индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) – ФИО3 (доверенность от 12.08.2024), ФИО4 (доверенность от 12.08.2024), от заинтересованного лица – Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Краснодарскому краю – ФИО5 (доверенность от 11.05.2023), ФИО6 (доверенность от 24.04.2023), ФИО7 (доверенность от 25.08.2023), ФИО8 (доверенность от 02.06.2023), рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2024 по делу № А32-51604/2022, установил следующее.

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – предприниматель, налогоплательщик) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительным решения от 20.06.2022 № 10-40-03 Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 18 по Краснодарскому краю (далее – налоговый орган, инспекция) о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением суда от 19.04.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 14.06.2023, требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31.08.2023 решение суда от 19.04.2023 и постановление апелляционного суда от 14.06.2023 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края. Суд округа указал, что налоговым органом заявлялся довод о том, что в данном случае имеется необоснованная налоговая выгода, связанная с формальным документооборотом, направленным на сохранение возможности применения специального налогового режима путем занижения количества реально используемого автотранспорта и непревышения лимита в 20 автомашин. Применительно к этому доводу налоговый орган ссылается на показания водителей, а также информацию полученную в ходе мероприятий налогового контроля. Налоговый орган указывает, что в отношении автотранспорта, принадлежащего другим предпринимателям, указанные автомашины содержались на территории заявителя, силами которого проводилось их техническое обслуживание, предрейсовые и послерейсовые осмотры. Водители фактически получали заработную плату от заявителя, который также, помимо этого, выдавал средства и контролировал расходы на приобретение топлива, проезда по системе «Платон» и остальные расходы, связанные с эксплуатацией спорного автотранспорта. Налоговым органом заявлялся довод о том, что заключенные в этом случае договоры с иными предпринимателями на оказание услуг перевозки грузов фактически носят номинальный характер, поскольку эти привлеченные лица собственными силами работу не выполняли, все перевозки финансировались и организовывались силами заявителя, а сами договоры заключены только с целью непревышения лимита в 20 автомашин. Кроме того, налоговый орган указывал, что установлены случаи получения автотранспорта от других предпринимателей без заключения формального договора. При этом налоговый орган ссылался на конкретные документы в подтверждение своих доводов, в том числе, транспортные и перевозочные документы на груз, согласно которым возможно установить конкретную автомашину и факт перевозки, по доводам налогового органа, в коммерческих интересах налогоплательщика. Применительно к методике расчета лимита автотранспорта в конкретный налоговый период инспекция указывает, что произведены расчеты не только поквартально, но и помесячно, и в этих периодах также налоговым органом установлено превышение лимита. Указанные доводы налогового органа не исследованы судами в полном объеме. Свидетельские показания отклонены без достаточного правового обоснования. Документам о перевозках в интересах налогоплательщика надлежащая правовая оценка не дана.

При новом рассмотрении решением суда от 05.02.2024 заявление предпринимателя, уточненное в порядке статьи 49 Кодекса, удовлетворено, признано недействительным решение инспекции от 20.06.2022 № 10-40-03 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части, оставленной без изменения решением Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю (далее – управление) от 29.09.2022 № 25-13/28681@, как не соответствующее Налоговому кодексу Российской Федерации (далее – Налоговый кодекс).

Постановлением апелляционного суда от 17.07.2024 решение суда от 05.02.2024 отменено, в удовлетворении заявления предпринимателя отказано. Судебный акт мотивирован тем, что решение налогового органа является законным и обоснованным, основания для удовлетворения заявления отсутствуют.

В кассационной жалобе с учетом дополнений предприниматель просит постановление апелляционного суда отменить, оставив в силе решение суда первой инстанции. По мнению подателя жалобы, апелляционный суд нарушил нормы материального и процессуального права. Предприниматель указывает, что расчет базовой доходности для применения ЕНВД производится за месяц. Заявитель поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что оспариваемое решение инспекции является недействительным.

В отзыве на кассационную жалобу инспекция просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на законность и обоснованность постановления апелляционного суда.

Предприниматель представил пояснения на отзыв налогового органа.

Инспекция представила пояснения по делу.

Предприниматель представил отзыв на пояснения налогового органа.

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали свои позиции по делу.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва с учетом дополнений и пояснений, заслушав пояснения представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обжалуемый судебный акт надлежит оставить без изменения по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка предпринимателя за период с 01.01.2017 по 31.12.2019 по всем налогам и сборам, по результатам которой составлен акт выездной налоговой проверки № 10-39-08 и вынесено решение от 20.06.2022 № 10-40-03 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым налогоплательщику доначислены суммы неуплаченного НДФЛ в сумме 6 744 301 рубля, НДС в сумме 15 194 529 рублей, налога в связи с применением УСН в сумме 4 275 791 рубля, пени в сумме 7 336 744 рублей 54 копеек в порядке статьи 75 Налогового кодекса, налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса в виде штрафа в сумме 3 068 611 рублей. Основанием для оспариваемых доначислений сумм налогов является вывод инспекции о допущенном налогоплательщиком выходе за пределы осуществления прав по применению ЕНВД (пункт 1 статьи 54.1 Налогового кодекса) путём превышения лимита физического показателя «Количество транспортных средств» в результате использования транспортных средств, принадлежащих третьим лицам, и не отражения действительного количества использованных транспортных средств в деятельности, облагаемой ЕНВД. По результатам мероприятий налогового контроля инспекция ставит под сомнение заключение договоров предпринимателем с арендодателями транспортных средств, осуществление выплат их собственникам за аренду транспорта и не удержание НДФЛ с этих выплат налоговым агентом. Инспекция ссылается на то, что в отношении пластиковых карт для заправки транспортных средств на АЗС указаны номера телефонов и электронные адреса почты заявителя. Налоговый орган сделал вывод о том, что формальный документооборот создан с целью скрыть фактического исполнителя перевозок и количество используемых в грузоперевозках транспортных средств.

Решением управления от 29.09.2022 № 25-13/28681@ по результатам рассмотрения жалобы предпринимателя решение инспекции отменено в части доначисления налога на добавленную за 2019 год в сумме 6167 рублей, пени по налогу на добавленную стоимость в сумме 1218 рублей 12 копеек, штрафных санкций по статье 122 Налогового кодекса по НДФЛ в сумме 2 023 290 рублей, штрафных санкций по статье 122 Налогового кодекса по НДС в сумме 278 785 рублей, в остальной части решение оставлено без изменения.

Налогоплательщик обратился в суд с заявлением о признании недействительным решения инспекции.

При новом рассмотрении суд первой инстанции заявленные требования удовлетворил. Суд пришел к выводу о необоснованности доводов налогового органа о превышении предельных показателей количества транспортных средств, установленного для целей применения ЕНВД, в том числе по причине использования в своей предпринимательской деятельности автомобилей, принадлежащих ему на праве собственности, на праве аренды, а также принадлежащий иным индивидуальным предпринимателям, и, как следствие, о недоказанности получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, связанной с формальным документооборотом, направленным на сохранение возможности применения специального налогового режима путем занижения количества реально используемого автотранспорта и непревышения лимита (20 автомобилей). Суд первой инстанции на основании представленных налогоплательщиком протоколов опроса отклонил в качестве доказательств протоколы допросов, составленные налоговым органом в рамках мероприятий налогового контроля, а также пришел к выводу о многочисленных фактах несоответствия данных налогового органа документам, содержащимся в материалах дела о правообладателе автомобилей, что не позволяет их учитывать для определения общего количества транспортных средств в налоговый период.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявления предпринимателя, апелляционный суд учел указания суда округа, данные в постановлении от 31.08.2023, руководствовался статьями 71, 198, 200, 201 Кодекса, статьями 54.1, 81, 346.13, 346.26, 346.29, 346.30 Налогового кодекса, разъяснениями постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.02.2010 № 295-О-О, определениями Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2013 № ВАС-7075/13 по делу № А74-3121/2012, разъяснениями, изложенными в письмах Минфина России от 28.12.2010 № 03-11-06/3/173, от 27.06.2011 № 03-11-06/3/75, от 10.10.2012 № 03-11-06/3/69.

Апелляционный суд установил, что в проверяемом периоде предприниматель совмещал применение УСН и систему налогообложения в виде ЕНВД в связи с деятельностью, связанной, в том числе с перевозкой грузов автомобильным транспортом: в 2017, 2018 годах и I – III кварталах 2019 года являлся плательщиком ЕНВД по виду деятельности – оказание транспортных услуг по перевозке грузов; в 2017 и 2018 годах являлся плательщиком налога в связи с применением УСН по виду доходы; в 2019 году являлся налогоплательщиком на общей системе налогообложения.

По результатам выездной налоговой проверки инспекция пришла к выводу о нарушении предпринимателем условий, необходимых для применения специального налогового режима, в том числе, связанных с превышением лимита в 20 единиц автотранспорта, используемого для ведения предпринимательской деятельности.

Апелляционный суд согласился с выводом налогового органа об умышленном занижении предпринимателем физического показателя «количество автомобилей» для использования льготного режима налогообложения в виде ЕНВД.

Апелляционный суд установил, что в проверяемый период налогоплательщик использовал транспортные средства, принадлежащие ему на праве собственности, на праве аренды, а также принадлежащий иным индивидуальным предпринимателям.

В проверяемый период предприниматель оказывал услуги по перевозке грузов по заключенным договорам с ООО «Агронефтепродукт» (04.04.2017 № 44-1, от 23.01.2018 № 64) и индивидуальным предпринимателем ФИО9 (от 19.07.2017 № ТР-7, от 09.01.2018 № 1), а также агентскому договору с ООО «Каргилл» от 03.07.2018 № АД-003.

Исполнение условий договоров перевозки осуществлялось как собственным, так и арендованными транспортными средствами, принадлежащими индивидуальным предпринимателям ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15

По результатам выездной налоговой проверки инспекция пришла к выводу о том, что в целях сохранения льготного режима налогообложения налогоплательщик занижал реальное количество транспортных средств, используемое при оказании заказчикам транспортных услуг, заключая кратковременные договора аренды транспортных средств.

По результатам мероприятий налогового контроля инспекция пришла к выводу о том, что для перевозки зерна автомобильным транспортом налогоплательщик использовал: в III квартале 2017 года 30 транспортных средств; в IV квартале 2017 года 30 транспортных средств; в I квартале 2018 года 28 транспортных средств; во II квартале 2018 года 29 транспортных средств; в III квартале 2018 года 29 транспортных средств; в IV квартале 2018 года 43 транспортных средства.

Апелляционный суд обоснованно заключил, что приводимые инспекцией доводы о превышении предпринимателем предельного уровня физического показателя «количество транспортных средств» в каждом налоговом периоде основаны на совокупности установленных по результатам мероприятий налогового контроля обстоятельств.

В подтверждение оказания транспортных услуг налогоплательщик представил договоры аренды транспортных средств, принадлежащих индивидуальным предпринимателям ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15

Проверив выводы суда первой инстанции на их соответствие материалам дела и повторно оценив доводы налогового органа и представленные им материалы выездной налоговой проверки, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о наличии доказательств фактического оказания услуг предпринимателем, формальном заключении с перечисленными индивидуальными предпринимателями договоров перевозки в интересах заказчиков в целях сохранения льготного режима налогообложения.

В представленных товарно-транспортных накладных по взаимоотношениям с индивидуальным предпринимателям ФИО16, ФИО14, ФИО17, ФИО18, ФИО2 отражены сведения об одних и тех же водителях.

В рамках мероприятий налогового контроля инспекцией проведены допросы водителей, которые пояснили, что являются работниками налогоплательщика, транспортные средства использовались только налогоплательщиком, заработную плату они получали от предпринимателя, который контролировал все перевозки по телефону и руководил работой базы.

Апелляционный суд учел показания свидетелей, отраженные в протоколах допроса, составленных в рамках мероприятий налогового контроля.

В отношении адреса места осуществления налогоплательщиком предпринимательской деятельности инспекция установила, что грузовые автомобили базировались на смежных и неразделенных между собой земельных участках по адресу: <...> по которому строения и земельные участки принадлежат проверяемому налогоплательщику и ФИО14 на праве собственности. Налоговый орган указывает, что расчеты между ФИО14 и налогоплательщиком по эксплуатации земельного участка и находящихся на нём строений не установлены.

Инспекция из товарно-транспортных накладных, представленных налогоплательщиком, установила, что им использовались транспортные средства, в том числе указанные в договорах аренды. Однако предприниматель не исчислял и не удерживал НДФЛ с выплат в 2017 году в пользу физических лиц. По расчётному счету предпринимателя платежи за аренду транспортных средств и оплата НДФЛ не выявлены.

Управление расчетными счетами предпринимателя и индивидуального предпринимателя ФИО16 производилась с одних и тех же ip-адресов. Данные обстоятельства документально не опровергнуты. Как следует из протокола допроса от 27.05.2021 ФИО12, в период 2017 – 2018 годов он являлся индивидуальным предпринимателем, осуществлял сдачу помещений в аренду (кафе), располагал на праве собственности транспортными средствами с государственными регистрационными знаками с444ен123, к220со93, р930ва123, с066оу123, е340нм123 в период с июля 2017 по декабрь 2018 года. Указанные транспортные средства сдавал в аренду только проверяемому, который был другом его сына ФИО16 Свидетель ФИО12 пояснил, что арендную плату получал от налогоплательщика наличными денежными средствами, иным лицам транспортные средства не сдавал.

Суд первой инстанции, отклоняя представленные инспекцией доказательства, сослался на представление налогоплательщиком протоколов опросов водителей, заверенные нотариально, в которых они подтвердили факт сдачи принадлежащих им транспортных средств в аренду предпринимателем и получение денежных средств за аренду в полном объеме.

Также с апелляционной жалобой представлены пояснения ФИО12, в которых он меняет свои показания и заявляет, что его сын ФИО16 использовал в предпринимательской деятельности также самостоятельно транспорт, сданный в аренду налогоплательщику.

Однако налогоплательщик не опроверг данные инспекции о том, что индивидуальные предприниматели ФИО16, ФИО14, ФИО17 и ФИО18, а также проверяемый налогоплательщик не отражали в проверяемом периоде операции по перевозке грузов по представленным договорам.

Показания перечисленных индивидуальных предпринимателей, зафиксированные нотариально, подлежат оценке наряду с иными доказательствами по делу (часть 4 статьи 71 Кодекса). Их сопоставление с документами, содержащимися в материалах налоговой проверки, указывает на отсутствие таких услуг, в том числе по причине отсутствия документальных доказательств передачи денежных средств и неотражения дохода в бухгалтерском учёте. Апелляционный суд критически оценил представленные налогоплательщиком нотариальные заявления допрошенных свидетелей, которые представлены после проведенных налоговым органом допросов и по содержанию не соответствуют ранее данным пояснениям, в том числе относительно сведений об искажении инспектором их показаний. Судебная коллегия приняла во внимание, что возражения на протокол допроса после его составления в установленном порядке не представлено, об их фальсификации в рамках судебного разбирательства не заявлено, что указывает на отсутствие доказательств искажения пояснений свидетелей. Суд апелляционной инстанции счел заслуживающим внимание довод инспекции о том, что в рамках налоговой проверки допрошены 20 водителей, из которых только по 10-ти представлены заявления. Таким образом, поступившие впоследствии заявления водителей могут конкурировать в качестве доказательств только с соответствующими протоколами допроса, но не опровергать все иные пояснения свидетелей, по которым содержащие противоположные сведения заявления не представлены. Апелляционный суд пришел к выводу о том, что суд первой инстанции безосновательно предоставил представленным налогоплательщиком доказательствам приоритет перед материалами выездной налоговой проверки, не проведя их оценку и сопоставления с иными доказательствами по делу.

Апелляционный суд посчитал ошибочным выводы суда первой инстанции о недоказанности формального привлечения спорных индивидуальных предпринимателей и факта консолидированного использования системы «Платон», его оформления за проверяемым предпринимателем, учитывая следующие обстоятельства. Материалами дела подтверждается, что при подаче документов на регистрацию в реестре Системы взимания платы «Платон» для выдачи бортовых устройств, собственником (владельцем) транспортных средств указаны одинаковые номера телефонов и электронные адреса, которые принадлежат налогоплательщику. Допрошенные водители сообщили, что во время рейса с ними связывался предприниматель по одному и тому же номеру телефона, контролировал их перемещения, работу. Налоговый орган также установил, что проверяемый налогоплательщик нес расходы на приобретение у ООО «Ликард» горюче-смазочных материалов, в том числе за индивидуального предпринимателя ФИО16

Как установлено судом апелляционной инстанции, ООО «Ликард» и предприниматель заключили договор от 02.08.2017 № RU379000073, по условиям которого ООО «Ликард» представляет клиентам пластиковые карты для осуществления закупки ГСМ держателем карт клиента на АЗС, заключивших договоры с исполнителем. В соответствии с подпунктом 3.7 договоров при перечислении денежных средств по договору клиент (налогоплательщик) обязан указывать в платежном поручении назначение платежа «оплата по договору от 02.08.2017 № RU379000073».

По результатам анализа движения денежных средств по расчетным счетам налогоплательщика в 2017 – 2018 годах установлено, что им производились перечисления денежных средств в адрес ООО «Ликард» с назначением платежа «оплата по договору от 02.08.2017 № RU379000073», «оплата по договору от 02.08.2017 № RU379000074». (договор заключен с ФИО16).

Из анализа расчетных счетов индивидуальных предпринимателей ФИО14, ФИО18, ФИО19 следует, что предприниматели не несли расходов по приобретению ГСМ. Однако для оказания агентских услуг налогоплательщик заключил с предпринимателями договоры транспортно-экспедиционных услуг, согласно которым должен быть оказан комплекс услуг по транспортировке и доставке продукции.

При рассмотрении дела в суде инспекция ссылалась на договор № 670 на оказание услуг по ремонту и техническому обслуживанию автомобильной техники от 17.08.2017, заключенному индивидуальными предпринимателями ФИО16 и ФИО20, а также на составленные в связи с его исполнением документы.

Из представленных заказов-нарядов и актов следует, что производился ремонт автомобилей с регистрационными знаками <***>, E580BKI23, С350НТ123, О790СВ93, 0554РУ123, K770AOI23, В480МО123, К367Ю123, <***>, В990ХК93, к150ВК123, принадлежащих как ФИО12, так и ФИО21, ФИО2, ФИО14 и ФИО11

Согласно письмам предпринимателя в адрес индивидуального предпринимателя ФИО20 налогоплательщик просит считать произведенную им оплату в обшей сумме 751 062 рублей, по платежным поручениям 114, 93 и 193, оплатой за индивидуального предпринимателя ФИО16, а также копии платежных поручений проверяемого предпринимателя. Перечисления за ремонт автомобилей подтверждаются выпиской банка предпринимателя.

Налогоплательщик ни в рамках мероприятий налогового контроля, ни при рассмотрении дела в суде не обосновал надлежащими доказательствами действительный экономический смысл погашения в рамках своего бизнеса по перевозке транспортных средств расходов лиц, которые формально являются независимыми хозяйствующими субъектами, но вовлечены в экономическую деятельность предпринимателя по договорам на оказание услуг.

Апелляционный суд пришел к выводу о том, что совокупность установленных по результатам выездной налоговой проверки изложенных обстоятельств свидетельствует о создании предпринимателем схемы получения необоснованной налоговой выгоды, которая характеризуется вовлечением в финансово-хозяйственную деятельность формально независимых лиц, однако которые фактически осуществляли деятельность по перевозке грузов под руководством проверяемого налогоплательщика.

По результатам анализа содержащихся в материалах выездной налоговой проверки представленных проверяемым предпринимателем и контрагентами первичных документов инспекция пришла к выводу о превышении налогоплательщиком лимита количества транспортных средств более 20 единиц в следующих месяцах: 21 – в августе 2017 года; 24 – в октябре 2017 года; 27 – в январе 2018 года; 29 – в феврале 2018 года; 29 – в апреле 2018 года; 28 – в июле 2018 года; 22 – в августе 2018 года; 25 – в сентябре 2018 года; 42 – в октябре 2018 года; 33 – в ноябре 2018 года; 28 – в декабре 2018 года.

Суд первой инстанции указал, что в таблицах инспекции выявлены ошибки в отношении собственника транспортных средств, которым во всех случаях является проверяемый налогоплательщик. Отклоняя представленные инспекцией сведения о расхождениях данных в первичных документах по конкретным транспортным средствам, использованных предпринимателем в своей деятельности, суд первой инстанции указал, что анализ транспорта, принадлежащего предпринимателю на праве собственности и арендуемого им, показывает, что количество транспортных средств, имевшихся у предпринимателя и используемых для перевозки грузов, не превышало 20-ти единиц в месяц. Суд первой инстанции принял в качестве достоверного доказательства незаконности решения инспекции представленные предпринимателем данные о перевозке грузов, систематизированные в помесячные таблицы, и согласился с тем, что максимальное количество транспортных средств, используемых предпринимателем и имеющихся у него на правовых основаниях, не превышало 20 единиц.

Признавая указанные выводы ошибочными, апелляционный суд руководствовался наличием в материалах дела товарно-транспортных накладных, в которых отражены перечисленные судом автомобили, использованные по договорам оказания услуг, договорам аренды предпринимателя по контрагенту ООО «Агронефтепродукт».

Суд первой инстанции также отметил, что представленные инспекцией таблицы не содержат помесячного расчёта, на который ссылается налоговый орган.

Признавая выводы суда первой инстанции необоснованными, апелляционная коллегия учла изложенные обстоятельства искажения предпринимателем данных о действительных обстоятельствах взаимоотношений со спорными индивидуальными предпринимателями, а также приняла во внимание следующее. Налоговый кодекс не содержит положений, которые бы указывали, что арендованные транспортные средства на какой-либо срок при расчете физического показателя использования транспортных средств не учитываются, в противном случае при отсутствии транспортных средств в собственности при предоставлении услуг по перевозкам грузов на арендованных транспортных средствах приводило бы к осуществлению предпринимательской деятельности без регистрации и уплаты налогов.

В отношении вывода о неиспользовании предпринимателем в 2018 году автомобилей с регистрационными номерами с444сн123; с066оу123; с340нм123; сЗ67ео123; к368ео123; а153тв123; у187вр123; с709ов123; к585ке123; т585ра123; с585ак123; н585ем123; о585рв123; х951кт123; н585ом123; м103ао123; у550ем123 суд первой инстанции сделал выводы о том, что указанные транспортные средства использовались в деятельности иных предпринимателей – ФИО22, ФИО16, ФИО23

Суд апелляционной инстанции обоснованно заключил, что выводы суда первой инстанции не соответствуют первичным документам, имеющимся в материалах дела.

Суд первой инстанции указал, что инспекцией в таблицу включены транспортные средства, которые не имеют отношения к проверяемому налогоплательщику.

Апелляционный суд установил, что количество транспортных средств, используемых предпринимателем в своей деятельности по ЕНВД, рассчитано инспекцией по договорам с ООО «Агронефтепродукт» от 04.04.2017 № 44-1 и от 23.01.2018 № 64 на оказание транспортных услуг, согласно которым проверяемый налогоплательщик осуществляет перевозку сельскохозяйственной продукции собственными силами или с привлечением третьих лиц.

В материалы дела предпринимателем представлена книга учета доходов и расходов, их которой следует, что договоры с ООО «Агронефтепродукт» от 04.04.2017 № 44-1 и от 23.01.2018 № 64 на оказание транспортных услуг отнесены к деятельности ЕНВД.

Согласно представленным контрагентом ООО «Агронефтепродукт» товарно-транспортным накладным, реестрам к актам выполненных работ и актам выполненных работ, подписанным проверяемым предпринимателем, перевозчиком являлся налогоплательщик без привлечения каких-либо третьих лиц.

Налогоплательщик не учел, что для расчёта физического показателя использования транспортных средств для ЕНВД договор от 01.10.2018 с ООО «Атронефтепродукт» поставки сельскохозяйственной продукции не учитывался.

В соответствии с имеющимися документами в материалах дела исполнение договоров оказания транспортных услуг для ООО «Агронефтепродукт» осуществлено исключительно проверяемым предпринимателем.

Апелляционный суд учел, что в представленных предпринимателем таблицах допущены искажения показателей транспортных средств, используемых в предпринимательской деятельности, и не отражено количество использованных транспортных средств, указанных в первичных документах. Общее количество использованных в IV квартале 2017 года транспортных средств составило 24 шт.

Отклоняя довод предпринимателя о том, что общее число использованных автомобилей в указанный период составило 15 шт., апелляционный суд учел, что данные инспекции основаны на имеющихся в материалах дела первичных документах, сведения в которых не опровергнуты, тогда как в аналитических таблицах предпринимателя ссылки на первичные документы отсутствуют.

В отношении января 2018 года (I квартал) установлено, что налогоплательщик не отразил сведения по 3-м транспортным средствам (с444ен123, <***>, с066оу 123): транспортное средство «КАМАЗ», номерной знак с444сн123, сведения о котором отражены в товарно-транспортных накладных от 09.01.2018, 10.01.2018, 11.01.2018, 12.01.2018, 13.01.2018, 14.01.2018, 15.01.2018, 17.01.2018, 18.01.2018 № 126, 156, 176, 190, 215, 235, 254, 284, 223, актах от 18.10.2018 № 31, от 17.01.2018 № 30, от 15.01.2018 № 23, от 14.01.2018 № 21, от 13.01.2018 № 19, от 12.01.2018 № 17, от 11.01.2018 № 11, от 10.01.2018 № 15, от 09.01.2018 № 14, реестре к акту от 18.01.2018 № 31, от 17.01.2018 № 30, от 15.01.2018 № 23, от 14.01.2018 № 21, от 13.01.2018 № 19, от 12.01.2018 № 17, от 11.01.2018 № 16, от 10.01.2018 № 15, от 09.01.2018 № 14. Общее число использованных предпринимателем транспортных средств за налоговый период 24 шт.

Отклоняя доводы предпринимателя о том, что данное транспортное средство не использовалось в его деятельности, а эксплуатировалось предпринимателем, апелляционный суд обоснованно учел приведенные факты создания налогоплательщиком фиктивного документооборота, а также наличие первичных документов с печатями и подписями налогоплательщика, подтверждающими оказанные услуги по перевозке по договору от 04.04.2017 № 44-1, показаний водителя ФИО24 о том, что он работал у проверяемого налогоплательщика на спорном транспортном средстве; транспортное средство «КАМАЗ», номерной знак <***>, указанное в товарно-транспортных накладных от 18.01.2018 № 228, от 17.01.2018 № 228, от 12.01.2018 № 203, акте от 18.01.2018 № 31, от 17.01.2018 № 30, от 12.01.2018 № 17, реестре к акту от 18.01.2018 № 31, от 17.01.2018 № 30 и от 12.01.2018 № 17; транспортное средство «КАМАЗ», номерной знак с066оу123, отраженное в товарно-транспортных накладных от 17.01.2018 № 226, от 12.01.2018 № 201, от 11.01.2018 № 187, от 18.01.2018 № 230, акте от 12.01.2018 № 17, от 11.01.2018 № 16 и от 18.01.2018 № 31, реестрам к акту от 17.01.2018 № 30, от 12.01.2018 № 17, от 11.01.2018 № 16 и от 18.01.2018 № 31.

В отношении транспортных средств «КАМАЗ» с номерными знаками <***> и с066о123 налогоплательщик указывает на их использование индивидуальным предпринимателем ФИО16 Однако в рамках выездной налоговой проверки установлено, что данные автомобили фактически переданы предпринимателю, что подтверждено протоколами допроса, оценка которым дана в настоящем постановлении.

Апелляционный суд установил, что за февраль 2018 года (I квартал, общее количество транспортных средств 29 ед.) налогоплательщик допустил неотражение следующих транспортных средств: транспортное средство «КАМАЗ», номерной знак е444ен123, указанное в товарно-транспортных накладных от 24.02.2018 № 204, от 21.02.2018 № 274, от 07.02.2018 № 153, актах от 24.02.2018 № 62, от 21.02.2018 № 58 и от 07.02.2018 № 50, реестре к акту от 24.02.2018 № 62, от 21.02.2018 № 58 и от 07.02.2018 № 50, в отношении которого налогоплательщик утверждает о его использовании индивидуальным предпринимателем ФИО22 Однако, как указал апелляционный суд, изложенными обстоятельствами создания с индивидуальным предпринимателем ФИО22 формального документооборота и допросом водителя ФИО24 подтверждено использование данного транспортного средства налогоплательщиком.

Отклоняя доводы предпринимателя об использовании транспортных средств «КАМАЗ» с номерными знаками P930BAI23, с066оу123, с340нм123, к017ес123 индивидуальным предпринимателем ФИО16, апелляционный суд правомерно руководствовался изложенными фактами формального документооборота и проведенным налоговым органом допросом указанного лица.

Апелляционный суд указал, что в апреле 2018 года (II квартал 2018 года) предприниматель не указал 4 транспортных средства (общее количество использованных автомобилей – 29 ед.): транспортное средство «КАМАЗ» с номерным знаком е444сн123, указанное в товарно-транспортных накладных от 27.04.2018 № 328, от 25.04.218 № 306, от 25.04.2018 № 15328 от 24.04.2018 № 15279, актах от 27.04.2018 № 160, от 25.04.2018 № 156, от 25.04.2018 № 169, от 24.04.2018 № 168, реестрах к акту от 27.04.2018 № 160, от 25.04.2018 № 156, от 25.04.2018 № 169, от 24.04.2018 № 168, в отношении которых налогоплательщик утверждает о его эксплуатации. Однако, как указал апелляционный суд, приведенные факты создания налогоплательщиком фиктивного документооборота, а также наличие первичных документов с печатями и подписями налогоплательщика, подтверждающими оказанные услуги по перевозке по договору от 04.04.2017 № 44-1, показания водителя ФИО24 о том, что он работал у проверяемого налогоплательщика на спорном транспортном средстве, опровергают данные доводы предпринимателя.

Апелляционный суд пришел к выводу о том, что пояснения заявителя в отношении перечисленных транспортных средств не основаны на каких-либо документальных доказательствах и опровергаются содержащимися в деле материалами выездной налоговой проверки: актами выполненных работ, реестрами к актам выполненных работ, товарно-транспортными накладными, на которых имеются подписи и оттиски печати проверяемого налогоплательщика по оказанию услуг по перевозке ООО «Агронефтепродукт» по договору от 04.04.2017 № 44-1, по которому в полном объеме перечислены денежные средства предпринимателю.

Апелляционный суд учел, что представленные предпринимателем в материалы дела таблицы не содержат ссылки на первичные документы либо какие-либо пояснения в отношении источника отраженных в них сведений, а также структурированы таким образом, что из них следует вывод о превышении допустимого лимита физического показателя: в октябре 2017 года использовалось 24 автомобиля; в январе 2018 года – 24 автомобиля; в феврале 2018 года –24 автомобиля; в апреле 2018 года – 25 автомобилей; в мае 2018 года –25 автомобилей.

Помимо установленного превышения лимита физического показателя «количество транспортных средств» инспекция выявила, что в III квартале 2018 года доходы предпринимателя (с учетом всех установленных в ходе проверки доходов, подлежащих включению в налогооблагаемую базу по УСН) составили 193 476 410 рублей (поступления на расчетные счета согласно выпискам о движении денежных средств по расчетным счетам составили 93 072 553 рубля); доходы за услуги по перевозке грузов за III квартал 2018 года составили 100 403 857 рублей (в том числе 56 131 651 рубль (по книге доходов за III квартал 2018 года), 44 272 206 рублей (полученная и сокрытая предпринимателем сумма дохода по «отчетам агента», перевозка ООО «Каргилл»), что вызвано превышением установленного пунктом 4 статьи 346.13 Налогового кодекса лимита для применения данного налогового режима.

Апелляционный суд установил, что налогоплательщик и ООО «Каргилл» заключили агентский договор от 03.07.2018 № АД-003. Агентский договор предполагает совершение одной стороной (агентом) по поручению другой стороны (принципала) юридических и иных действий от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала (пункт 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации). Доход, полученный в рамках исполнения обязанностей по агентскому договору, подлежит налогообложению у предпринимателя по упрощенной системе налогообложения (письма Минфина России от 12.09.2019 № 03-01-15/70350, от 01.04.2019 № 03-11-06/2/22193, от 30.09.2013 № 03-11- 06/2/40279, от 07.09.2010 № 03-07-11/378, ФНС РФ от 22.02.2017 № СД-4-3/3408@).

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление, посчитал, что налогоплательщик выступал агентом в проверяемом периоде и отразил размер оплаты за перевозки в отчетах агента и актах выполненных работ с указанными контрагентами.

Апелляционный суд установил, что налогоплательщиком оказывались не агентские услуги, а услуги по перевозке непосредственно проверяемым предпринимателем как собственным транспортом, так и арендованным у физических лип ФИО10, ФИО11., ФИО12., ФИО13 и ФИО14, что подтверждено протоколами допросов водителей, механика и индивидуального предпринимателя ФИО25, товарно-транспортными накладными, актами выполненных работ, реестрами к актам выполненных работ, сведениями от «РТИТС» в отношении оплаты «Платон», расходами по контрагентам ООО «Лукойл-Интер-Кард» и ООО «Ликард» по приобретению ГСМ.

Налоговым органом установлено, что общая сумма облагаемого оборота, отраженная в декларациях по НДС за I – IV кварталы 2019 года, составила 1 110 914 172 рубля: облагаемый оборот по ставке 10% – 1 106 254 301 рубль; облагаемый оборот по ставке 20% – 4 659 871 рубль. В книге учета доходов и расходов за 2019 год предприниматель отразил доходы в сумме 1 120 186 442 рублей. При этом стоимостные показатели реализованных товаров, выполненных работ, оказанных услуг предпринимателем отражены с НДС, но при этом НДС не исчислен и не отражен в платежных поручениях № 13, 30, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 912, 914 на общую сумму 9 210 601 рубля 75 копеек.

Инспекцией при сверке доходов, отраженных в декларациях по НДС за 2019 год с данными книги и учета доходов и расходов за 2019 год установлено отклонение в сумме выручки на 9 210 601 рубль 75 копеек.

Учитывая, что предпринимателем необходимые пояснения и первичные документы не представлены, налоговым органом доначислен НДС на сумму отклонения по наименьшей из ставок, применяемых заявителем (10 %), что составило сумму НДС 921 060 рублей.

Суд первой инстанции указал, что книгой учета доходов и расходов предпринимателя подтверждено, что операции по перевозке грузов составили 9 210 601 рубль 70 копеек и не облагаются НДС.

Вместе с тем, как установил апелляционный суд, предпринимателем в своей книге учета доходов и расходов в таблицах 1-6A и 1-7А отражены суммы с НДС столбец 18, а также в инспекцию представлена налоговая декларация по НДФЛ, в которой общая сумма дохода составила 1 120 186 442 рубля.

Поскольку по результатам мероприятий налогового контроля предприниматель с III квартала 2017 года утратил право на применение ЕНВД, апелляционный суд правомерно заключил, что доначисление ему сумм НДС и НДФЛ является обоснованным.

Апелляционный суд пришел к выводу о том, что предпринимателем допущено превышение лимитов физического показателя, нарушены предельные значения, установленные положениями законодательства для применения системы налогообложения в виде ЕНВД.

С учетом установленных обстоятельств дела апелляционный суд пришел к выводу о том, что доводы, приведенные налогоплательщиком, не свидетельствуют о нарушении инспекцией норм налогового законодательства при проведении выездной налоговой проверки и нарушении прав налогоплательщика. Оснований для отмены решения налогового органа в силу пункта 14 статьи 101 Налогового кодекса не имеется.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Доводы кассационной жалобы о том, что расчет количества транспортных средств, используемых для перевозки грузов, в целях применения ЕНВД необходимо производить помесячно, не опровергает вывод апелляционного суда о том, что налоговым периодом по ЕНВД признается квартал. Вывод апелляционного суда основан на буквальном толковании статьи 346.30 Налогового кодекса. Ошибочное указание апелляционным судом на то, что расчет количества автомобилей в одном налоговом периоде производится «нарастающим итогом» из месяца в месяц, не привело к принятию неправильного по существу спора судебного акта, поскольку материалами дела подтверждается, что налоговый орган произвел расчет транспортных средств в соответствии с нормами НК РФ и фактически установленными обстоятельствами по данному делу.

Иные доводы кассационной жалобы не опровергают правильности выводов апелляционного суда, основаны на ином понимании заявителем норм права и по существу направлены на переоценку доказательств и фактических обстоятельств дела, которая в силу статей 286 и 287 Кодекса не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (статья 288 Кодекса), не установлены. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Определением окружного суда от 08.08.2024 приняты обеспечительные меры до рассмотрения кассационной жалобы предпринимателя по данному делу. Поскольку кассационная жалоба рассмотрена, в силу статьи 97 Кодекса принятые определением окружного суда от 08.08.2024 обеспечительные меры подлежат отмене.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2024 по делу № А32-51604/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Отменить обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 08.08.2024 по данному делу.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

А.В. Гиданкина



Судьи

Л.Н. Воловик


ФИО1