Решение от 10 января 2024 г. по делу № А12-19677/2023

Арбитражный суд Волгоградской области


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



г. Волгоград

«10» января 2024 года Дело № А12-19677/2023

Резолютивная часть решения оглашена 26 декабря 2023 года

Решение в полном объеме изготовлено 10 января 2024 года


Судья Арбитражного суда Волгоградской области О.С. Гладышева, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Семижоновой Ю.А., рассмотрев в судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «МОЛЛ-ЭР» (далее – ООО «МОЛЛ-ЭР» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о привлечении ФИО1, ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Просвет»,

при участии в судебном заседании:

от ООО «МОЛЛ-ЭР» - ФИО4, доверенность от 09.10.2022

от ФИО1 - ФИО5, доверенность от 24.08.2023

от ФИО2 - ФИО5, доверенность от 24.08.2023


УСТАНОВИЛ:


08.08.2023 в Арбитражный суд Волгоградской области (далее – суд) от ООО «МОЛЛ-ЭР» поступило исковое заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО3 по обязательствам ООО «Просвет» в размере 927 104,47 руб.

Определением суда от 15.08.2023 указанное заявление принято к производству и возбуждено производство по делу № А12-19677/2023.

19.12.2023 в ходе судебного заседания от представителя ФИО2 поступило ходатайство о назначении судебной экспертизы.

26.12.2023 от представителя ФИО2 поступило заявление об отказе от ходатайства о назначении экспертизы.

Заявленный отказ с учетом положений статей 3, 49 АПК РФ не противоречит закону и не нарушает права других лиц, в связи с чем, подлежит принятию судом, производство по ходатайству подлежит прекращению применительно к положениям п. 4 ч. 1 ст. 150 АПК РФ.

Как следует из поданного истцом заявления, основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО1 и ФИО3 являются следующие обстоятельства.

ООО «МОЛЛ-ЭР» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с исковым заявлением к ООО «Просвет» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак "Mall'ER", по свидетельству Российской Федерации N 479982.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 12.04.2021 по делу № А12-22163/2020, с учетом изменений, внесенных Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2022 с ООО «Просвет» в пользу ООО «МОЛЛ-ЭР» взыскана компенсация за нарушение исключительного права на товарный знак «Mall’ER» в размере 921 166 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 141 рубль за подачу апелляционной жалобы и расходы по оплате государственной пошлины в размере 141 рубль за подачу кассационной жалобы.

Далее, 02.03.2023 ООО «МОЛЛ-ЭР» обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании ООО «Просвет» несостоятельным (банкротом).

В ходе рассмотрения обоснованности указанного заявления (дело № А12-4869/2023) судом установлено, что у ООО «Просвет» отсутствует имущество, достаточное для осуществления расходов по делу о банкротстве.

Ввиду отказа заявителя от финансирования процедуры суд, руководствуясь абз. 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве, п. 28 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.07.2009 N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" прекратил производство по делу.

Истец, не получив удовлетворения своих требований от ООО «Просвет» обратился в суд с настоящим заявлением.

Представитель ФИО2, ФИО1 считает требования необоснованными, доводы изложены в отзыве и возражении.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что требования заявителя не подлежат удовлетворению в связи со следующим.

В исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности (аналогичная правовая позиция отражена в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637, от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ). В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

В соответствии с разъяснениями пункта 16 Постановления N 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Таким образом, кредитор вправе обратиться вне рамок дела о банкротстве с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае истец полагает, что к субсидиарной ответственности должны быть привлечены следующие лица: ФИО2, ФИО1, ФИО3.

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве возлагается на контролирующих должника лиц, ответственность предусмотренная статьей 61.12 Закона о банкротстве возлагается на лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В силу положений пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо - это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Руководитель должника - единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с Федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности (статья 2 Закона о банкротстве).

Как следует из представленных в дело материалов (выписка из ЕГРЮЛ) контролирующим должника лицом в силу указанных положений является ФИО2 как генеральный директор с 22.05.2017 и единственный учредитель с 22.05.2017.

В заявлении истца, в качестве обоснования привлечения иных лиц (ФИО1 и ФИО3), указывается на родственные связи между ними, так, ФИО1 является супругой, ФИО3 дочерью ФИО2

Как следует из положений п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу N А22-941/2006 указано, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствие контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

В материалы дела со стороны истца не предоставлено доказательств того, что вышеуказанные лица имели формальное или неформальное право давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия ООО «Просвет». Закон о банкротстве не содержит положений, предусматривающих автоматическое включение в этот состав лиц, являющихся заинтересованными в силу ст. 19 закона о банкротстве.

Вместе с тем истцом, при подаче заявления, также указывается, что ответчики должны нести субсидиарную ответственность по обязательства ООО «Просвет», поскольку совершили действия по переводу бизнеса (активов) на иное юридическое лицо – ООО «Базнес Молл» (ИНН <***>).

В обоснование этой позиции заявителем указано следующее.

Должник ООО «Просвет», незаконно использовавший права на товарный знак принадлежащий истцу, 19.05.2021 заключило договор на передачу учредительских прав на средство массовой информации с ООО «Бизнес Молл» (ИНН <***>).

Согласно открытым сведениям из ЕГРЮЛ ООО «Бизнес Молл» (ИНН <***>) внесено в реестр 23.04.2021, единственным учредителем и генеральным директором общества является ФИО1.

Также организация включена в реестр зарегистрированных средств массовой информации Роскомнадзора как учредитель (соучредитель) СМИ (Рег. номер ПИ № ТУ 34 - 00849), как издающая журнал «Business Mall» на территории Волгоградской области.

Полагая, что передача подобного права является выводом единственного ликвидного актива должника в пользу аффилированных лиц и является причиной банкротства ООО «Просвет» истец считает ФИО1 также контролирующим лицом, получившим выгоду от недобросовестного поведения руководителя ООО «Просвет».

Согласно разъяснениям, данным в п. 16. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности" под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Из изложенного следует, что в предмет доказывания по данному основанию входит установление факта действительно ли передача учредительских прав на средство массовой информации являлась активом должника, при утрате которого он не смог исполнить в полной мере свои обязательства перед кредиторами, что это действие привело его к объективному банкротству.

По смыслу пунктов 4 и 16 Постановления N 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801 обозначены конкретные действия, положенные в обоснование заявленных требований в том числе: принятие значимых управленческих решений, которые привели к нарушению принципов честного и разумного поведения; заключение сделок, которые являются убыточными для общества, при условии, что контролирующее лицо осознавало или должно было осознавать невозможность их надлежащего исполнения; осуществление преднамеренных действий, целью которых является передача активов должника третьим лицам без получения должным образом встречного исполнения.

В рассматриваемой ситуации суд не находит доказанным довод истца о том, что заключение договора от 19.05.2021 являлось действием по выводу актива должника за счет использования которого могло быть произведено погашение задолженности.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

С учетом положений абз. 4 ст. 18 Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" согласно которому предусмотрена возможность передачи учредителем средства массовой информации своих прав и обязанностей третьему лицу, следовательно, является сделкой, поскольку повлекла за собой для ООО «Просвет» прекращение гражданских прав и обязанностей учредителя средства массовой информации, а для ООО «Бизнес Молл» - явилась основанием возникновения гражданских прав и обязанностей учредителя вышеназванного средства массовой информации.

Как следует из пояснений представителя ответчика ФИО1 и подтверждается материалами дела, предоставленными истцом (электронные скан-копии журнала «Business Mall»), указанное издание имеет бесплатный характер распространения и не приносит прибыль в пользу ООО «Бизнес Молл». Журнал распространяется в общественных местах на стендах печатной продукции, с открытым доступом к нему со стороны любых лиц.

Деятельность ООО «Бизнес Молл» связана с предоставлением рекламных услуг полного цикла, а также услуг в сфере цифровых технологий, как то ведение социальных сетей под ключ, настройка таргетированной и контекстной рекламы, создании и продвижение сайтов и т.п.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" обращено внимание судов на то, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (пункт 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Как разъяснено в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Исходя из смысла указанных правовых норм и приведенных разъяснений, основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является совокупность обстоятельств, включающих, в том числе причинно-следственную связь между действиями указанного лица и последствиями, наличие которой, с учетом распределения бремени доказывания, согласно статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

Между тем, истец не предоставил достаточных, относимых и допустимых доказательств того, что совершение указанной сделки является именно переводом бизнеса на другое лицо, и значимости отчужденного актива (права на издание СМИ) для деятельности должника.

На совершение иных действий при осуществлении руководства ООО «Просвет», являющихся недобросовестными или неразумными и повлекшими объективное банкротство общества истец не ссылается.

Суд приходит к выводу о том, что заключение договора от 21.05.2021 по передаче учредительских прав на средство массовой информации ООО «Бизнес Молл» не повлекло за собой объективного банкротства ООО «Просвет».

Следовательно, ФИО2 не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Просвет» в связи с отсутствием в его действиях соответствующего состава, т.е. действий, не позволивших контролируемой им организации осуществить расчеты с кредиторами.

ФИО1 не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в связи с отсутствием у нее юридического либо фактического статуса контролирующего лица ООО «Просвет». В этой же части использование организацией, в которой она является генеральным директором и учредителем, актива, полученного от ООО «Просвет», но не приведшего к банкротству последнего не образует состав для привлечения к субсидиарной ответственности.

ФИО3 не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в связи с отсутствием у нее юридического либо фактического статуса контролирующего лица ООО «Просвет». Само по себе нахождение в трудовых отношениях и родственные связи с ФИО1 и ФИО2, при отсутствии возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия состава для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Просвет» не образуют.

В связи с чем, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО3 по указанным ООО «МОЛЛ-ЭР» основаниям и об отказе в удовлетворении заявления.

Согласно ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ расходы по госпошлине подлежат отнесению на истца.

В соответствии с пунктом 5 статьи 96 АПК РФ в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу.

В связи с отказом в удовлетворении заявления ООО «МОЛЛ-ЭР», суд считает возможным отменить обеспечительные меры, принятые определением суда от 30.11.2023 по делу № А12-19677/2023.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 61.14, 61.19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и статьями 97, 110, 167-170, 223 АПК РФ, суд



Р Е Ш И Л:

Принять отказ представителя ФИО2 от ходатайства о назначении судебной экспертизы, производство по ходатайству прекратить.

В удовлетворении искового заявления общества с ограниченной ответственностью «МОЛЛ-ЭР» о привлечении ФИО1, ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Просвет» отказать.

Отменить обеспечительные меры, принятые определением суда от 30.11.2023 в виде:

- наложить арест на недвижимое имущество ответчика ФИО1, жилое помещение, кадастровый номер: 34:34:040023:6365, расположенное по адресу: <...>, и запретить производить сделки, направленные на отчуждение такого имущества;

- наложить арест на недвижимое имущество ответчика ФИО2, нежилое помещение, кадастровый номер: 34:34:050031:502, расположенное по адресу: <...> - Крестьянская, д. 9, и запретить производить сделки, направленные на отчуждение такого имущества;

- наложить арест на недвижимое имущество ответчика ФИО3, объект незавершенного строительства, кадастровый номер: 34:34:030039:297, расположенный по адресу: <...>, и запретить производить сделки, направленные на отчуждение такого имущества;

- наложить арест на недвижимое имущество ответчика ФИО3, земельный участок, кадастровый номер: 34:34:030039:109, расположенный по адресу: <...>, находящийся под указанным объектом незавершенного строительства и запретить производить сделки, направленные на отчуждение такого имущества.

Решение может быть обжаловано в установленный законом срок в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области.



Судья О.С. Гладышева