Постановление от 1 февраля 2024 г. по делу № А21-580/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-580/2023
01 февраля 2024 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 01 февраля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей Слоневской А.Ю., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 19.10.2021 (посредством системы «веб-конференция»),

финансового управляющего ФИО4 лично, по паспорту (посредством системы «веб-конференция»),

от иных лиц: не явились, извещены,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-39558/2023) ФИО2 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 01.11.2023 по делу № А21-580/2023 (судья Емельянова Н.В.), принятое по заявлению ФИО2 об исключении из реестра требований кредиторов должника требования ФИО5, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

установил:

финансовый управляющий ФИО5 - ФИО4 (далее - финансовый управляющий ФИО4) обратился 25.01.2023 в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2.

Определением суда первой инстанции от 01.02.2023 заявление финансового управляющего ФИО4 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Определением суда первой инстанции от 31.05.2023 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №103 (7548) от 10.06.2023.

23.08.2023 в суд первой инстанции поступило заявление ФИО2 об исключении требования ФИО5 в размере 2 875 000 руб. из реестра требований кредиторов должника.

Определением суда первой инстанции от 01.11.2023 заявление должника оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования в полном объеме. В обоснование указывает, что в связи с признанием соглашения о разделе общего имущества супругов от 19.06.2018 были применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с супругов денежных средств, полученных ими от реализации жилых помещений, в пользу, соответственно, ФИО2 и ФИО5 Поскольку денежные средства в сумме 2 875 000 руб. ФИО5 в адрес ФИО2 не возвращены, должник полагает возможным произвести зачет взаимных требований, что влечет исключение соответствующей части требования ФИО5 из реестра требований кредиторов должника.

От финансового управляющего ФИО4 и финансового управляющего имуществом должника поступили отзывы, в которых они просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Финансовый управляющий ФИО4 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, в реестр требований должника ФИО2 включено требование ФИО5 в размере 4 400 000 руб., основанное на том, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (дело №А21-4183-3/2020), вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 28.04.2022 по заявлению одного из кредиторов было признано недействительной сделкой соглашение о разделе общего имущества между супругами от 19.06.2019, заключенное между ФИО5 и ФИО2 Исходя из применения последствий недействительности вышеназванного соглашения и с учетом оценки судом фактических обстоятельств, обусловленных наличием у вышеуказанных лиц совместно нажитого в период брака имущества (в частности, жилых помещений - квартир) и его последующим отчуждением каждым из супругов в пользу третьих лиц, в конкурсную массу ФИО5 с ФИО2 взыскана денежная сумма в размере 4 400 000 руб., при этом в пользу ФИО2 восстановлено право требования к ФИО5 денежной суммы в размере 2 875 000 руб.

В связи с возбуждением в отношении ФИО2 дела о несостоятельности (банкротстве) (дело №А21-580/2023), в реестр требований кредиторов данного лица включено требование ФИО5 в размере 4 400 000 руб. определением суда первой инстанции от 31.05.2023.

Со стороны должника ФИО2 в рамках своего личного банкротства было подано заявление об исключении из реестра требований кредиторов требования ФИО5 в сумме 2 875 000 руб., со ссылкой на то, что поскольку требование ФИО5 к ФИО2 на общую сумму 4 400 000 руб. основано на применении последствий недействительности сделки (соглашения о разделе имущества), с установлением судом встречной обязанности ФИО5 перед ФИО2 по фактическому перечислению денежных средств на сумму 2 875 000 руб., то усматривается необходимость исключения из реестра требований ФИО2 вышеуказанной суммы, исходя из характера встречных требований, вытекающих из одного соглашения.

Отказывая в удовлетворения заявления ФИО2, суд первой инстанции исходил из наличия ранее вынесенного судом определения относительно проверки обоснованности требования ФИО5 к ФИО2, которое не было обжаловано.

Оценивая доводы апелляционной жалобы, самого заявления ФИО2 и заявленных по ним возражений, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Как полагает апелляционный суд, по своему характеру отношения ФИО5 и ФИО2, в том числе связанные с распоряжением совместно нажитым имуществом, вытекали из ранее имевших место семейных отношений между указанными лицами, которые состояли в браке с 2008 года. В июне 2018 года вышеуказанные лица заключили соглашение о разделе совместно нажитого общего имущества, по условиям которого стороны разрешили вопрос о передаче и изменении режима общего имущества в отношении определенного имущества, в числе которого значились и жилые помещения. В этом же году супруги ФИО2 и ФИО5 расторгли свой брак.

В период фактического действия вышеназванного соглашения каждый из супругов распорядились частью имущества, переданного им в собственность, посредством продажи третьим лицам.

В связи с возбуждением в 2021 году дела о банкротстве ФИО5 вышеуказанное соглашение о разделе имущества было оспорено в качестве подозрительной сделки, и суд пришел к выводу о неравнозначном разделе имущества, что послужило основанием для признания его недействительным, с применением соответствующих последствий. При этом, исходя из факта отчуждения как ФИО5, так и ФИО2 части имущества (жилых помещений, которые ранее находились в общей совместной собственности указанных лиц, как приобретенных в период брака), в качестве применения последствий недействительности сделки суд фактически указал на наличие встречных требований одного лица к другому, посредством указания на обязанность ФИО2 вернуть ФИО5 денежные средства в размере 4 400 000 руб., с указанием на восстановление задолженности ФИО5 перед ФИО2 на сумму 2 875 000 руб.

Заявляя требование об исключении из реестра требований кредиторов части требования ФИО5 на сумму 2 875 000 руб., ФИО2, как полагает апелляционный суд, фактически исходила из наличия встречного характера требований, имеющихся у ФИО5 к ФИО2 и у ФИО2 к ФИО5, которые по существу вытекали из одного соглашения о разделе совместно нажитого имущества, исходя из констатации данными лицами на момент его заключения, что соответствующее имущество ранее находилось в общей совместной собственности супругов, приобретенное во время брака. Действительно, вышеуказанное соглашение являлось предметом оспаривания в качестве подозрительной сделки в деле о банкротстве ФИО5, при этом суд, констатировав неравноценный характер раздела общего имущества супругов, применяя последствия недействительности данного соглашения указал, что бывшие супруги ФИО5 и ФИО2 должны компенсировать друг другу в стоимостном выражении 50 % стоимости того имущества, которое они успели реализовать в период действия соглашения, тем самым суд исходил из равных долей супругов в стоимостном выражении, применительно к нормам семейного законодательства. Соответственно, разница в стоимостном выражении в части объема денежных средств, причитающихся супругам, была обусловлена разницей в стоимости конкретного имущества (жилых помещений – квартир), которым распорядились самостоятельно и ФИО5 и ФИО2

Суд апелляционной инстанции, разрешая настоящий спор, учитывая фактические обстоятельства дела и принимая во внимание сложившуюся в настоящее время устойчивую судебную практику, определяющую возможность сальдирования соответствующих требований кредиторов и должников, направленного на определение завершающей обязанности одной из сторон по отношению к другой в рамках определенных договорных и общегражданских обязательств, полагает, что усматриваются основания для удовлетворения заявления ФИО2, обусловленного необходимостью установления конечной суммы (объема) требований одного лица к другому. Апелляционный суд исходит из того, что несмотря на специфику соответствующих правоотношений между ФИО5 и ФИО2, обусловленных первоначально наличием семейно-брачных отношений, в рамках которых данные лица владели на праве общей совместной собственности определенным имуществом и имея при этом равные доли и равные права по отношению к этому имуществу, последующее банкротство данных лиц и попытка заключения соглашения о разделе общего совместно нажитого имущества, которое было признано судом недействительной сделкой, с применением последствий, в том числе в форме встречного взыскания либо восстановления обязанности по выплате определенной денежной суммы, обусловило необходимость фактического сальдирования данных требований, поскольку указанные требования, безусловно, имеют встречный характер в условиях признания недействительным вышеназванного соглашения и с учетом необходимости восстановления равных имущественных прав и ФИО5 и ФИО2 в результате фактического прекращения договорных отношений. Как полагает апелляционный суд, тот факт, что требование ФИО5 к ФИО2 на сумму 4 400 000 руб. в настоящее время, исходя из инициации процедуры личного банкротства и в отношении ФИО2 включено в реестр требований кредиторов должника, само по себе не препятствует возможности определения итогового сальдо взаимных денежных обязательств, которые имели данные лица по отношению к друг другу, в силу характера соответствующих правоотношений, описанных апелляционным судом выше, и в рамках необходимости выведения итоговой суммы взаимных требований, вытекающих из одного соглашения, признанного судом недействительным, что породило фактически встречные имущественные обязательств сторон, в частности, по выплате определенной денежной суммы в связи с реализацией совместно нажитого имущества. При этом апелляционный суд дополнительно учитывает то обстоятельство, что и в отношении ФИО5 и в отношении ФИО2 ведется процедура личного банкротства, притом, что ФИО2 при подаче ею заявления о включении в реестр требований кредиторов ФИО5 данное заявление судами двух инстанций было оставлено без рассмотрения, со ссылкой на то, что соответствующее требование может быть рассмотрено только при условии выплаты со стороны ФИО2 денежной суммы в пользу ФИО5, со ссылкой на положения статьи 61.6 Закона о банкротстве. В этой связи апелляционный суд отмечает, что поскольку в отношении ФИО2 также введена процедура банкротства, то вопрос о соответствующей выплате в пользу ФИО5 представляется проблематичным, исходя из ограничений, установленных Законом о банкротстве, тогда как ФИО2 по существу лишена возможности своевременно предъявить к ФИО5 соответствующее требование. В свою очередь, проведение сальдирования взаимных требований ФИО5 и ФИО2, обусловленных вышеназванными обстоятельствами, посредством исключения встречного объема требований ФИО2 на сумму 2 875 000 руб. из реестра требований кредиторов по требованию ФИО5 (из суммы 4 400 000 руб.), как полагает апелляционный суд, позволить разрешить ситуацию, обусловленную необходимостью погашения встречных требований бывших супругов по отношению к друг другу, вытекающих из одного соглашения, признанного недействительным, в условиях учета судами равных прав супругов на имущество, основанное на нормах семейного и гражданского законодательства. При этом, как полагает апелляционный суд, права кредиторов и ФИО5 и ФИО2 не будут ущемлены либо нарушены, поскольку в любом случае указанные должники, будучи супругами и ранее имевшие равные права на совместно нажитое имущество, будут иметь приоритетное право на получение соответствующего эквивалента, при наличии у них какой-либо сформированной конкурсной массы.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены определения суда первой инстанции, с принятием апелляционным судом иного судебного акта об удовлетворении заявления ФИО2, квалифицируя его как направленного на сальдирование встречных обязательств.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270 АПК РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 01.11.2023 по делу № А21-580/2023 отменить.

Принять новый судебный акт.

Исключить из реестра требований кредиторов ФИО2 требование ФИО7 в сумме 2 875 000 руб. основного долга.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.Ю. Тойвонен


Судьи


А.Ю. Слоневская


И.В. Сотов