Постановление от 18 июня 2025 г. по делу № А27-20383/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А27-20383/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2025 года. Постановление изготовлено в полном объёме 19 июня 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Глотова Н.Б., судей Доронина С.А., ФИО1 -

при ведении протокола помощником судьи Канбековой И.Р. с использованием средств видеоконференц-связи рассмотрел кассационную жалобу Федеральной налоговой службы на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 30.01.2025 (судья Мешкова К.С.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2025 (судьи Иванов О.А., Иващенко А.П., Чащилова Т.С.) по делу № А27-20383/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества ограниченной ответственностью «Система-Уголь» (ОГРН <***>, ИНН <***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2, Федеральной налоговой службы о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: акционерное общество «Поляны» (ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Разрез Талдинский-Западный» (ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Разрез им. В.И. Черемнова» (ИНН <***>), акционерное общество «ТАЛТЭК» (ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Угли Кузбасса» (ИНН <***>), индивидуальный предприниматель ФИО3 (ИНН <***>).

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Кемеровской области (судья Нигматулина А.Ю.) в заседании участвовали представители: Федеральной налоговой службы – ФИО4 по доверенности от 03.03.2025, ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 27.12.2023, акционерного общества инвестиционной компании «ЮКАС-Холдинг» - ФИО7 по доверенности от 19.04.2025, а также конкурсный управляющий ФИО2.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Система-Уголь» (далее – общество «Система-Уголь», должник) его конкурсный управляющий ФИО2 (далее – управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО8 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника в размере 518 958 700,47 руб.

По ходатайству Федеральной налоговой службы (далее – ФНС России, уполномоченный орган) в качестве ответчика к участию в обособленном споре привлечено акционерное общество инвестиционная компания «ЮКАС-Холдинг» (далее – холдинг, ответчик).

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 30.01.2025, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2025, заявление удовлетворено частично. Суд установил наличие оснований для привлечения ФИО9, ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Система-Уголь» по основаниям, предусмотренным положениями статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2022 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), привлёк контролирующих должника лиц - ФИО11, и ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 407 673 154,89 руб.; в удовлетворении заявления в остальной части требования отказано.

Не согласившись с указанными определением и постановлением судов, ФНС России обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в части отказа в привлечении к ответственности холдинга.

В обоснование кассационной жалобы уполномоченный орган ссылается на то, что холдинг в понимании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве является контролирующим должника лицом, извлёкшим наибольшую выгоду из реализованной обществом «Система-Уголь» схемы ухода от уплаты налогов, наличие которой установлено в рамках мероприятий налогового контроля.

Несмотря на то, что ФНС России с помощью приведённых доказательств убедительно обосновала наличие у холдинга статуса контролирующего должника лица, принятие им решения о переводе бизнеса в преддверии выездной налоговой проверки должника на подконтрольное общество с ограниченной ответственностью «Угли Кузбасса» (далее – общество «Угли Кузбасса»), чья деятельность характеризуется резким увеличением объёмов работ, которые ранее выполнял должник, увеличением штата сотрудников (основные денежные потоки перенаправлены от контрагентов должника на общество «Угли Кузбасса», в результате чего его выручка в 2017 году увеличилась втрое), суд освободил ответчика от бремени доказывания возражений относительно предъявленных к нему требований.

По утверждению кассатора, денежные средства и активы должника, полученные обществом «Угли Кузбасса», распределялись между аффилированными поставщиками и подрядчиками. Так, холдинг безосновательно получил в апреле-декабре 2017 года 932 061 345 руб.

В результате перевода бизнес-процессов, осуществлённых по инициативе ответчика, должник лишился возможности продолжать деятельность и отвечать перед кредиторами по своим обязательствам.

Уполномоченный орган, основывая свою позицию на анализе корпоративной структуры обществ, входящих в группу компаний Талтэк, считает, что холдинг имел фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания, осуществлял контроль над деятельностью группы компаний, участвовавшей в незаконной схеме по уходу от уплаты налогов, что подтверждается судебными актами по делам № А02-1939/2019, № А27-27091/2016, № А27-6630/2018, № А27-13483/2016, в рамках которых установлено, что обществом с ограниченной ответственностью «Разрез им. В.И. Черемнова», обществом с ограниченной ответственностью «Разрез Талдинский- Западный», акционерным обществом «Талтэк» (далее – общество «Талтэк»), холдингом с 2013 по 2016 годы применялась схема привлечения фирм-однодневок с целью получения налоговой экономии через общество «Угли Кузбасса», общество «Система» (предшественник общества «Система-Уголь»).

По мнению ФНС России, им представлена достаточная совокупность доказательств, свидетельствующая о влиянии холдинга на должника, а именно: решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 29.06.2018 № 11-26/64, от 10.06.2019 № 11-26/11, сведения из банковских выписок, сведения книг продаж и книг покупок налоговых деклараций по налогу на добавленную стоимость, бухгалтерские и налоговые документы, учредительные документы общества «Система-Уголь» и группы компаний Талтэк.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа поддержал кассационную жалобу.

Представитель холдинга возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Управляющий и представитель ФИО5 поддержали доводы холдинга, просят оставить судебные акты без изменения по основаниям, изложенным в отзывах.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в принятых по обособленному спору судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции пришёл к выводу о наличии оснований для отмены судебных актов в части отказа в привлечении к ответственности холдинга, ввиду следующего.

Из материалов дела следует, что общество «Система-Уголь» зарегистрировано в качестве юридического лица 14.01.2016, основным видом деятельности является добыча, обогащение угля и антрацита (05.10 по ОКВЭД).

Единственным участником должника с момента его создания являлась ФИО8, должность директора занимал ФИО5

Общий размер требований кредиторов, включённых во вторую и третью очередь реестра требований кредиторов, составляет 557 258 247,54 руб.

Полагая, что в результате неправильного исчисления и несвоевременной уплаты налогов действиями (бездействием) ФИО9 и ФИО10 кредиторам должника причинён существенный вред, управляющий обратился в суд с настоящим заявлением о привлечении их к субсидиарной ответственности за доведение до банкротства.

По ходатайству уполномоченного органа определением суда от 07.05.2024 в качестве ответчика привлечён холдинг.

Формируя требование к холдингу, ФНС России привело доводы о том, что данное общество, фактически контролируя деятельность должника (теневой бенефициар), посредством общества «Угли Кузбасса», на которое переведён бизнес должника, получило основной экономический эффект в сумме 932 061 345 руб., образовавшийся в результате неуплаты обществом «Система-Уголь» законно установленных налогов.

Суд первой инстанции, чьи выводы поддержал апелляционный суд, удовлетворяя заявление в части привлечения ФИО5 и ФИО8 к субсидиарной ответственности, исходил из того, что кредиторская задолженность, включённая в реестр, сложилась вследствие противоправных действий Ч-вых.

Отказывая в удовлетворении заявления в части привлечения к субсидиарной ответственности холдинга, суды сочли недостаточными представленные ФНС России доказательства того, что данное общество оказывало определяющее влияние на деятельность должника, извлекло из его деятельности необоснованную выгоду, которая способствовала переходу общества «Система-Уголь» в стадию объективного банкротства.

Между тем судами не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и/или бездействия которых невозможно полное погашение требований кредиторов должника, несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

При этом определение понятия «контролирующее должника лицо» дано в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, согласно которому под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания

или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые были необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим, поэтому контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности (пункт 7 Постановления № 53).

При этом конечный (теневой) бенефициар, не заинтересованный в раскрытии своего контролирующего статуса, как правило, находится в тени основных событий, маскирует наличие возможности оказания влияния, чтобы в случае получения неоправданной выгоды избежать ответственности.

Указанное, тем не менее, позволяет игнорировать юридическую форму и вместо этого сосредоточиться на фактическом содержании правоотношений.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2021 № 305-ЭС21-3961(1-3), когда отношения сторон являются сложно структурированными и опосредуются чередой запутанных и связанных между собой сделок, правильная квалификация совокупности юридически значимых действий сторон должна осуществляться посредством сопоставления фактических обстоятельств, имевших место до инициирования оспариваемых действий, и обстоятельств, возникших после совершения сторонами всех операций.

В рассматриваемом случае уполномоченный орган последовательно, ссылаясь на имеющиеся в его распоряжении доказательства (банковские выписки, сведения книг продаж и книг покупок налоговых деклараций, бухгалтерские и налоговые документы, результаты налогового контроля) приводит доводы о том, что по условиям формально оформленных договоров аренды обществу «Система-Уголь» во временное владение и пользование, якобы предоставлялась специализированная техника, которая

в дальнейшем, использовалась им при выполнении работ по договорам, заключённым с предприятиями группы компаний Талтэк.

Единственным акционером общества «Талтэк» являлся холдинг.

Генерируемый на расчётных счетах общества «Система-Уголь» денежный поток на 87,86 процентов состоял из платежей, перечисляемых предприятиям группы компаний Талтэк.

С конца 2017 года (период проведения налоговым органом контрольных мероприятий) все имеющиеся у должника экономические ресурсы (активы) переведены на общество «Угли Кузбасса», а именно: заключены договоры, предметом которых являлось выполнение тех же работ (услуг), на тех же объектах и с теми же заказчиками (общества «Поляны», «Разрез им. В.И. Черемнова»), что выполнял должник. Общество «Угли Кузбасса» заключило договор аренды спецтехники от 01.12.2017 № 21/17 с индивидуальным предпринимателем ФИО3 (в настоящее время участник общества «Угли Кузбасса»), который посредством привлечения подставных фирм выполнял работы и оказывал услуги на объектах группы угледобывающих компаний Талтэк, подконтрольных холдингу.

В дальнейшем полученные обществом «Угли Кузбасса» денежные средства распределялись в пользу холдинга (является получателем 84 процентов денежных средств, перечисленных обществом «Угли Кузбасса»).

В апреле-декабре 2017 года на счета холдинга перечислено 932 061 345 руб. со следующими назначениями: 207 761 345 руб. за уголь по договору поставки от 01.04.2014 № 34/14; 94 300 000 руб. в качестве выдачи займа по договору от 12.12.2017 № 32/17; 640 000 000 руб. в качестве возврата займа по договору от 01.12.2017 № 31/17.

ФНС России со ссылками на выписки по расчётным счетам, указывала на взаимосвязь перевода бизнеса должника на общество «Угли Кузбасса», которое, получив от общества «Система-Уголь» денежные средства и активы, распределило их между множеством аффилированных поставщиков и подрядчиков, подконтрольных холдингу, являющегося центром принятия основных решений.

Законность перечислений, несмотря на заявленный уполномоченным органом сомнительный характер операций, не получила судебной оценки, обоснованность сбережения указанной суммы по цепочке должник - общество «Угли Кузбасса» - холдинг не прошла судебную проверку.

В свою очередь, отсутствие как таковых поставок угля и заёмных правоотношений (в случае доказанности) могут свидетельствовать об извлечении холдингом необоснованной выгоды, которую бы он не смог получить при обычном стечении обстоятельств (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В подтверждение наличия корпоративного контроля ответчика над должником и обществом «Угли Кузбасса» ФНС России приводит доводы о том, что акционерами

холдинга являются ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15.

Единственным участником общества «Угли Кузбасса» являлся ФИО16, функции руководителя выполнял управляющий - индивидуальный предприниматель ФИО17.

При рассмотрении заявления холдинга о признании недействительным решения от 21.06.2019 № 1686 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения установлено (дело № А02-1939/2019), что ФИО16 до ноября 2015 года являлся директором юридического департамента ответчика, с ноября 2015 года общества «Талтэк», находился в подчинении первого вице-президента холдинга ФИО13

При рассмотрении заявления общества «Талтэк» о признании недействительным решения от 28.12.2017 № 17 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения установлено (дело № А27-6630/2018), что ФИО17 является сыном ФИО14 (до брака ФИО18) и, соответственно, пасынком ФИО12 Уполномоченным органом собраны доказательства, подтверждающие, что взаимодействие с реальными исполнителями услуг осуществляло не общество «Угли Кузбасса», а сотрудники компаний, подконтрольных обществу «Талтэк» (единственным акционером которого с 2011 года является холдинг).

Приведённая совокупность как прямых, так и косвенных доказательств, не объяснимая простым совпадением связь должника с холдингом, может свидетельствовать о его подконтрольности ответчику, скрывающему свой статус.

Между тем корпоративная структура группы компаний и степень влияния холдинга на принятые должником решения судами не исследовалась при игнорировании как таковых доводов ФНС России, не опровергнутых ответчиком.

По утверждению уполномоченного органа, именно в результате перевода бизнес-процессов на «зеркальное» общество должник лишился возможности продолжать деятельность и отвечать перед кредиторами по своим обязательствам, при этом угледобывающие компании, подконтрольные ответчику, в очередной раз реализовали схему ухода от ответственности и продолжили работать в обычном режиме на тех же объектах, холдинг получил необоснованную выгоду от деятельности должника, минимизирующего свои налоговые обязательства с привлечением подставных организаций.

Однако причины несостоятельности должника, которые исходя из сложившейся судебной практики подлежат установлению судом независимо от оснований заявленного требования, не установлены, суды не проверили доводы ФНС России о том, что именно холдинг получил основную выгоду в виде необоснованно перечисленных ему денежных средств в сумме в два раза превышающей размер непогашенных должником требований

перед бюджетом, что говорит о существенности вреда и искусственных причинах банкротства общества «Система-Уголь».

Соответственно, выводы судов сделаны с нарушением положений действующего законодательства о банкротстве и сложившейся практики его применения, а также без анализа всех обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора.

Помимо изложенного суд округа считает необходимым отметить, что оценка действий сторон на предмет добросовестности осуществляется исходя из поведения, ожидаемого от участников гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Суд оценивает не только сами факты и доказательства, но и то, как стороны вели себя в процессе, насколько они были открыты и честны, и насколько они стремились к справедливому разрешению спора.

В свою очередь, в суде округа ФИО5 возражал против привлечения к субсидиарной ответственности холдинга, что очевидно расходится с его интересами как лица, в отношении которого установлено наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Кроме того, обращает на себя внимание то, что управляющий ФИО2 не только не поддерживает требование о привлечении холдинга к ответственности (не относится к нему безразлично), но напротив активно возражает против удовлетворения кассационной жалобы ФНС России, что нехарактерно для автономной фигуры арбитражного управляющего, соблюдающей стандарты принятия деловых суждений, действующей объективно в интересах независимых кредиторов (уполномоченного органа).

Указанное в своей совокупности может быть признаком того, что управляющий и ФИО5 имеют намерение возложить ответственность на номинальных лиц (Ч-вых), готовых принять на себя все негативные последствия, чтобы обезопасить действительных бенефициаров, управленческие решения которых повлекли несостоятельность должника.

Подобное поведение хоть и косвенным образом, но свидетельствует о том, что уполномоченным органом верно определён конечный бенефициар, истинный статус которого скрывается для недопущения негативных последствий.

При таком положении следует признать, что вывод судов об отсутствии оснований для привлечения холдинга к ответственности сделан без исследования и оценки всех обстоятельств обособленного спора и всех имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, при неправильном применении подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, без учета разъяснений пункта 7 Постановления № 53, при этом в нарушение статей 65, 71, 168, 170 АПК РФ.

Поскольку допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права привели к неполному исследованию значимых для дела обстоятельств, на основании пункта 3 части 1 статьи 287, частей 1 - 3 статьи 288 АПК РФ обжалуемые судебные акты в части отказа в привлечении холдинга к ответственности подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора суду следует учесть изложенное в мотивировочной части постановления, при правильном применении норм материального и процессуального права установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по спору, правильно распределив бремя доказывания, дать правовую оценку заявленным доводам как уполномоченного органа, так и ответчика, принять по спору законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, пунктом 1 статьи 288, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 30.01.2025 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2025 по делу № А27-20383/2021 отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности акционерного общества инвестиционной компании «ЮКАС-Холдинг».

В данной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

В остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Н.Б. Глотов

Судьи С.А. Доронин

ФИО1