Решение от 22 июня 2020 г. по делу № А05-233/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Логинова, д. 17, г. Архангельск, 163000, тел. (8182) 420-980, факс (8182) 420-799

E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А05-233/2020
г. Архангельск
22 июня 2020 года


Резолютивная часть решения объявлена 17 июня 2020 года

Полный текст решения изготовлен 22 июня 2020 года

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Кашиной Е.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Никифоровой Ю.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Магазин № 1 "Стройматериалы" (ОГРН <***>; адрес: 163016, <...>)

к ФИО1

третьи лица:

1. индивидуальный предприниматель ФИО2 (ОГРНИП 304290134600227; место жительства: г.Архангельск)

2. Инспекция Федеральной налоговой службы по городу Архангельску (ОГРН <***>; место нахождения: 163000, <...>)

о взыскании 3 659 306 руб. 35 коп.,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца – ФИО3 (доверенность от 15.10.2019),

от ответчика – ФИО1 (паспорт), ФИО4 (доверенность от 06.09.2019),

от третьего лица ИП ФИО2 – не явился (извещен),

от третьего лица ИФНС России – не явился (извещён);

установил следующее:

общество с ограниченной ответственностью "Магазин № 1 "Стройматериалы" (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с иском к ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании 2 743 236 руб. 63 коп. убытков, причиненных истцу при исполнении обязанностей единоличного исполнительного органа общества.

Истцом в ходе судебного разбирательства заявлено ходатайство об уточнении исковых требований (заявление от 10.03.2020, том 5, л.д. 3-7) , в соответствии с которым истец просит взыскать с ответчика 3 659 306 руб. 35 коп., из них: убытки в размере сумм, взысканных решением Ломоносовского районного суда города Архангельска суда от 08 октября 2019 года по делу №2-2445/2019, а именно денежную компенсацию морального вреда в размере 7 000 руб., проценты за задержку выплат за период с 01 июня 2019 года по 08 октября 2019 года в размере 15 188 руб. 54 коп., расходы на оплату юридических услуг в размере 15 000 руб., проценты в порядке статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, начисленные на задолженность от не выплаченных в срок сумм компенсации за неиспользованный отпуск в размере 124 188 руб. 75 коп. и компенсации при увольнении в размере 114 750 руб. за период с 09 октября 2019 года по день фактической уплаты включительно; 28 109 руб. 34 коп. убытков в виде упущенной выгоды за недополучение платы за коммунальные услуги с ИП ФИО2, 3 264 069 руб. 72 коп. убытков виде упущенной выгоды от сдачи помещений в аренду ИП ФИО2 по заниженной цене; 91 000 руб. убытков, возникших вследствие оплаты налога на доходы физических лиц с выплаты части действительной стоимости доли.

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнение исковых требований принято судом.

Определением Арбитражного суда Архангельской области от 18.02.2020 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – Предприниматель) и Инспекция Федеральной налоговой службы по городу Архангельску.

Истец в судебном заседании заявленные требования поддержал, на иске настаивал, заявил ходатайство о приостановлении производства по настоящему делу до рассмотрения дела №А05-5974/2020, в рамках которого заявлены требования о признании недействительным договора аренды от 01.07.2017, заключенного с ИП ФИО2 на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, и применении последствий недействительности сделки в виде прекращения договора аренды.

Ответчик с иском не согласен по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему; против приостановления производства по делу возражал.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

По смыслу названной нормы обязательным основанием для приостановления производства по делу является объективная невозможность рассмотрения дела до разрешения по существу другого дела (принятия и вступления судебного акта в законную силу).

В данном случае требования, заявленные в рамках дела №А05-5974/2020, не влекут объективной невозможности рассмотрения спора по настоящему делу и не создают препятствий для его разрешения, в связи с чем суд не нашел оснований для удовлетворения ходатайства ответчика и приостановления производства по делу.

В процессе рассмотрения дела истцом также заявлялось ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы на предмет определения рыночной стоимости аренды. Проведение экспертизы истец просил поручить индивидуальному предпринимателю ФИО5.

С учетом возражений ответчика суд отклонил заявленное Обществом ходатайство о проведении судебной экспертизы, сочтя возможным рассмотреть дело по имеющимся доказательствам, признав их достаточными для вынесения решения по настоящему спору.

В судебном заседании 17.06.2020 суд обозревал видеозапись осмотра помещений, арендуемых ИП ФИО2 в здании по адресу: <...>. Материальный носитель видеозаписи приобщен к материалам дела.

Третьи лица своих представителей в заседание не направили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Дело рассмотрено в соответствии с частью 5 статьи 156 АПК РФ в отсутствие третьих лиц.

Изучив письменные материалы дела, заслушав стороны, суд пришел к выводу, что заявленные требования не подлежат удовлетворению в связи со следующим.

ООО "Магазин №1 "Стройматериалы" создано 13.09.1996, зарегистрировано Управлением по регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей мэрии города Архангельска за номером 2148. При регистрации общества Инспекцией Федеральной налоговой службы по г.Архангельску как юридического лица, созданного до 01.07.2002, обществу присвоен ОГРН <***>.

На момент создания Общества в 1996 году его участниками являлись: ФИО6 с долей 50% уставного капитала, ФИО7 с долей 20% уставного капитала, ФИО8 с долей 10% уставного капитала, ФИО9 с долей 1% уставного капитала, ФИО10 с долей 1% уставного капитала, ФИО11 с долей 1% уставного капитала, ФИО12 с долей 1% уставного капитала, ФИО13 с долей 1 % уставного капитала, ФИО1 с долей 10% уставного капитала, ФИО14 с долей 1% уставного капитала, ФИО15 с долей 1% уставного капитала, ФИО2 с долей 1% уставного капитала, ФИО16 с долей 1% уставного капитала, ФИО17 с долей 1 % уставного капитала.

Согласно учредительному договору Общества в новой редакции от 20.12.1999, на момент принятия данной редакции состав участников и размер их долей был следующий: ФИО6 – 50%, ФИО7 – 21%, ФИО8 – 11%, ФИО9 – 1%, ФИО10 – 1%, ФИО11 – 1%, ФИО1 – 11%, ФИО15 – 1%, ФИО2 – 2%, ФИО17 – 1 %.

На основании договоров купли-продажи от 26.10.2010, 15.12.2010, 10.05.2011 доли ФИО7, ФИО15, ФИО10 и ФИО8 перешли к ФИО1

С учетом заявления ФИО1 о принятии дополнительного вклада в уставной капитал Общества, а также в связи с выходом из Общества ФИО2 и ФИО17 с распределением их долей в пользу ФИО1, доля последней в уставном капитале Общества составила 49, 9946%, что в частности подтверждается протоколом общего собрания участников №2 от 03.09.2012.

С учетом этого с сентября 2012 года участниками общества являлись ФИО6 с долей 50,0054% и ФИО1 с долей 49,9946%.

В связи со смертью 30.08.2016 участника Общества ФИО6 ее доля перешла к наследникам ФИО18 (25,0027%) и ФИО19 (25,0027%). До вступления указанных лиц в права наследников доля ФИО6 находилась в доверительном управлении у ФИО1 на основании нотариально удостоверенного договора доверительного управления наследственным имуществом от 04.10.2016 №29АА0881224.

На основании заявления о выходе участника ФИО1 из состава участников Общества от 09.01.2019, ее доля перешла к Обществу.

Доли ФИО19 и ФИО18 по договорам купли-продажи переданы гражданину ФИО20, в результате чего последний с августа 2019 года стал единственным участником ООО "Магазин №1 "Стройматериалы" и является таковым по настоящее время.

Установлено, что решением внеочередного общего собрания участников Общества, оформленным протоколом №1 от 07.10.2016, ФИО1 назначена на должность генерального директора Общества.

Приказом №6 от 07.10.2016 на ответчика возложены полномочия генерального директора, а также главного бухгалтера Общества в связи с отсутствием в штате организации данной должности.

Полномочия директора ФИО1 прекращены с 31.05.2019 на основании решения общего собрания участников Общества от 29.05.2019; действие трудового договора с ФИО1 как директором Общества прекращено на основании приказа №5 от 31.05.2019; новым генеральным директором избрана ФИО21

Таким образом, в период с октября 2016 года по май 2019 года ответчик осуществляла функции единоличного исполнительного органа Общества.

Ссылаясь на то, что в период осуществления ФИО1 полномочий генерального директора, ее действиями были причинены убытки Обществу, последнее обратилось в суд с рассматриваемым иском.

В состав убытков включены следующие суммы:

- 276 127 руб. 29 коп. по решению Ломоносовского районного суда города Архангельска;

- 28 109 руб. 34 коп. упущенной выгоды от недополучения платы за коммунальные услуги с ИП ФИО2;

- 3 264 069 руб. 72 коп. упущенной выгоды от сдачи помещений в аренду ИП ФИО2 по заниженной цене;

- 91 000 руб. уплаченного налога на доходы физических лиц с выплаты действительной стоимости доли.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Пунктом 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон №14-ФЗ) предусмотрено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Согласно пункту 3 статьи 44 Закона №14-ФЗ при определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник (пункт 5 статьи 44 Закона об обществах).

Поскольку указанная ответственность является гражданско-правовой, убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из названных норм права, для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт неправомерного действия (бездействия) ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между ними.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее – Постановление №62)).

Согласно пункту 2 постановления №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

Установлено, что вступившим в законную силу решением Ломоносовского районного суда города Архангельска от 08.10.2019 по делу №2-2445/2019 с Общества в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в размере 276 127 руб. 29 коп., в том числе:

- 124 188 руб. 75 коп. компенсации за неиспользованный отпуск;

- 114 750 руб. компенсации за увольнение;

- 7000 руб. морального вреда;

- 15 188 руб. 54 коп. процентов за задержку выплат за период с 01.06.2019 по 08.10.2019;

- 15 000 руб. судебных расходов на оплату юридических услуг.

Истец полагает, что в результате неправомерных действий ответчика, который в период нахождения в должности директора, не обеспечил выплату себе положенных компенсаций при достаточности денежных средств на расчетном счете Общества, последнему причинены убытки в размере 37 188 руб. 54 коп. (7000 руб. моральный вред + 15 188, 54 руб. проценты + 15 000 руб. судебные издержки) и 238 938, 75 коп. (124 188, 75 руб. компенсация за неиспользованный отпуск + 114 750 руб. компенсация при увольнении).

Что касается компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации при увольнении, суд исходит из следующего.

В силу положений статьи 275 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) с директором общества заключается трудовой договор, в котором предусматриваются права и обязанности директора, в том числе условия оплаты труда.

Статьей 278 ТК РФ предусмотрено, что помимо оснований, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор с руководителем организации прекращается в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации решения о прекращении трудового договора.

При этом, в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 278 настоящего Кодекса при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

В силу части 1 статьи 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника.

Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления работником требования о расчете.

Между Обществом и ФИО1 заключен трудовой договор с генеральным директором от 07.10.2016 (том 3, л.д. 4-6), по которому ответчик (работник) обязуется осуществлять функции руководителя предприятия.

Пунктом 1.4 трудового договора предусмотрено, что работник подчиняется общему собранию участников ООО "Магазин №1 "Стройматериалы".

Работнику установлен должностной оклад в размере 22 500 руб. в месяц.

На общем собрании участников Общества, состоявшемся 29.05.2019, приняты решения о прекращении полномочий директора ФИО1, а также об отказе в выплате ей двадцатикратного среднего месячного заработка на основании пункта 10.3 трудового договора от 07.10.2016 (компенсация при увольнении). Новым генеральным директором избрана ФИО21

Пунктом 10.3 трудового договора предусмотрено, что в случае прекращения трудового договора по инициативе работодателя при отсутствии виновных действий со стороны руководителя, ему выплачивается компенсация в размере двадцатикратного среднего месячного заработка.

Вступившим в законную силу решением Ломоносовского районного суда, которое в силу части 3 статьи 69 АПК РФ имеет преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела, пункт 10.3 трудового договора, заключенного между Обществом и генеральным директором ФИО1, признан недействительным.

Однако суд общей юрисдикции, руководствуясь статьями 278, 279 ТК РФ, взыскал с Общества в пользу ФИО1 компенсацию при увольнении в размере трехкратного среднего месячного заработка в общей сумме 114 750 руб.

Учитывая, что полномочия ФИО1 как генерального директора прекращены с 31.05.2019, и решением общего собрания от 29.05.2019, которому ответчица в силу пункта 1.4 трудового договора должна была подчиняться, наложен запрет на выплату предусмотренной пунктом 10.3 трудового договора компенсации, ФИО1 не могла и не должна была выплачивать сама себе данную компенсацию.

В то же время решением Ломоносовского районного суда признана правомерность притязаний ответчика на получение компенсации при увольнении и компенсации за неиспользованный отпуск.

В отношении компенсации за неиспользованный отпуск, ФИО1 пояснила, что не имела намерения увольняться с должности директора Общества, в связи с чем могла использовать данные отпуска в течение следующих периодов.

Пунктом 2.2 трудового договора предусмотрено, что он заключен на неопределенный срок.

Согласно пункту 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация за неиспользованный отпуск выплачивается работнику при увольнении.

В соответствии с положениями трудового законодательства, компенсация за неиспользованные отпуска производится непосредственно работодателем.

В данном случае, поскольку компенсация за неиспользованный отпуск и компенсация при увольнении начислены и подлежат выплате Обществом на основании действующего трудового законодательства, локальных нормативных актов Общества и условий трудового договора с ФИО1, а их размер и обоснованность компенсации, равно как и право ФИО1 на ее получение подтверждены вступившим в законную силу решением Ломоносовского районного суда, то оснований рассматривать данные суммы компенсации (238 938, 75 коп.) в качестве убытков не имеется.

На основании актов приема-передачи от 29.05.2019, 11 06.2019, 19.06.2019 новому генеральному директору переданы учредительные и иные документы, касающиеся деятельности Общества.

В связи с этим Общество в лице нового генерального директора имело возможность проверить обоснованность и произвести положенные ФИО1 выплаты, связанные с ее увольнением, до июля 2019 года, т.е. прежде, чем ответчица обратилась с иском о защите ее трудовых прав в Ломоносовский районный суд.

Суд также не усматривает оснований для возложения на ответчика взысканных решением Ломоносовского районного суда процентов в размере 15 188, 54 руб., поскольку как следует из решения районного суда взыскание этой суммы обусловлено задержкой выплат за период с 01.06.2019 по 08.10.2019, в то время как на основании решения общего собрания участников Общества от 29.05.2019 полномочия ФИО1 прекращены с 31.05.2019.

Расходы Общества на выплату морального вреда и возмещение судебных издержек не являются убытками по смыслу статьи 15 ГК РФ, поскольку возникновение данных расходов не связано с действиями ответчика, а обусловлено неисполнением Обществом в добровольном порядке требований работника о выплате ему причитающихся денежных сумм. ФИО1 уволена с должности директора 31.05.2019, генеральным директором назначена ФИО21 С иском в Ломоносовской районный суд о взыскании компенсации ответчица обратилась 05.07.2019, т.е. на протяжении июня 2019 года Общество в лице его нового директора могло выплатить ФИО1 все суммы, причитающиеся работнику от работодателя, чем исключить судебное разбирательство и несение соответствующих судебных издержек. Судебные издержки на оплату услуг представителя связаны с реализацией не гражданско-правовых, а процессуальных прав и обязанностей стороны в рамках судопроизводства, в связи с чем эти суммы не являются убытками.

В связи с этим суд отказывает во взыскании убытков в размере расходов на возмещение морального вреда и судебных издержек в сумме 22 000 руб.

Требования о взыскании убытков, причиненных Обществу в результате недополучения с ИП ФИО2 платы за коммунальные услуги и сдачи ответчиком помещений в аренду ИП ФИО2 по заниженной цене, также не подлежат удовлетворению.

Согласно представленному в материалы дела свидетельству о государственной регистрации права от 15.10.2012 №29-АК 854896 Обществу на праве долевой собственности (доля 9/10) принадлежит нежилое помещение общей площадью 451 кв.м в здании по адресу: <...>.

Данное помещение Общество ранее арендовало у Администрации города Архангельска (ранее – мэрия) и выкупило у Администрации по договору купли-продажи арендуемого муниципального имущества с условием о рассрочке от 20.09.2012.

1/10 доли в данном помещении принадлежит на праве собственности предпринимателю ФИО2, помещения аналогичным образом выкуплены Предпринимателем у Администрации города Архангельска по договору от 20.09.2012.

01 октября 2012 года между Обществом в лице генерального директора ФИО6 и ИП ФИО2 заключено Соглашение о порядке пользования имуществом, находящемся в собственности каждого из долевых собственников (далее – Соглашение от 01.10.2012).

Согласно данному Соглашению от 01.10.2012 ИП ФИО2 имеет долю в размере 1/10 (45,1 кв.м) в общей долевой собственности, из них 40,0 кв.м торговой площади и 5,1 кв.м – вспомогательных помещений; Общество имеет долю 9/10 (405,9 кв.м) в общей долевой собственности. Конкретное расположение занимаемых сторонами помещений выделено в плане-схеме (приложение №1 к Соглашению от 01.10.2012).

Третьим лицом в материалы дела представлены план помещения и экспликация (приложения №1 к Соглашению от 01.10.2012), согласно которым ИП ФИО2 принадлежат торговые помещения 40 кв.м, являющиеся частью помещения №47 на плане, и вспомогательные помещения площадью 5,1 кв.м - №40, №41 на плане (том 4, л.д. 2-4).

В пункте 1.2 Соглашения от 01.10.2012 определено, что стороны, являясь долевыми собственниками, осуществляют расходы по коммунальным платежам (водоснабжение, канализация, энергоснабжение, охранное обслуживание, связь), а также прочие расходы, связанные с содержанием, исходя из расчета занимаемой площади.

При этом Общество на правах большей долевой собственности заключает договоры с обслуживающими организациями, оплачивает выставленные ими счета и производит расчет ежемесячной стоимости содержания помещения, приходящегося на долю Предпринимателя.

ИП ФИО2 на основании выставленных платежных документов не позднее 30 числа текущего месяца оплачивает расходы по содержанию занимаемых площадей.

17 октября 2016 года между Обществом в лице директора ФИО1 и ИП ФИО2 заключено новое Соглашение о порядке пользования нежилыми помещениями (далее – Соглашение от 17.10.2016).

В соответствии с Соглашением от 17.10.2016 стороны установили следующий порядок пользования помещением:

- Обществу переходят в пользование следующие помещения на поэтажном плане - №26 (витрина) площадью 6,5 кв.м, №27 (витрина) площадью 2,3 кв.м, №28 (витрина) площадью 4,1 кв.м, №30 (кабинет) площадью 9,1 кв.м, №30а (кабинет) площадью 3 кв.м, №31 (бытовое помещение)площадью 11,1 кв.м, №31а (коридор) площадью 3,4 кв.м, №32 (кладовая) площадью 1,2 кв.м, №33 (раздевалка) площадью 1,3 кв.м, №34 (подсобное помещение) площадью 1,4 кв.м, №37 (кладовая) площадью 1,2 кв.м, №43 (вспомогательное помещение) площадью 16,8 кв.м, №44 (торговый зал) площадью 48,8 кв.м, №45 (торговый зал) площадью 69,1 кв.м, №46 (торговый зал) площадью 116,1 кв.м, часть №47 (торговый зал) площадью 29,9 кв.м), №49 (склад) площадью 17,7 кв.м, №50 (склад) площадью 10 кв.м, №51 (склад) площадью 18,2 кв.м; общая площадь – 373,5 кв.м.

- Предпринимателю переходят в пользование следующие помещения на поэтажном плане - №40 (вспомогательное помещение) площадью 1,7 кв.м, №41 (вспомогательное помещение) площадью 1,3 кв.м, часть №47 (торговый зал) площадью 40 кв.м; общая площадь – 43 кв.м.

- в совместное пользование сторон переходят следующие помещения: №29 (тамбур) площадью 1,4 кв.м, №35 (умывальная) площадью 1,4 кв.м, №36 (туалет) площадью 1,3 кв.м, №38 (коридор) площадью 8,7 кв.м, №39 (коридор) площадью 7,4 кв.м, №42 (лестничная клетка) площадью 8,9 кв.м, №48 (тамбур) площадью 5,4 кв.м; общая площадь – 34,5 кв.м.

Согласно пункту 8 Соглашения от 17.10.2016 зона эксплуатационной ответственности сторон за помещения ограничивается внутренними границами помещений, переходящих в пользование каждой из сторон; в отношении помещений, переходящих в общее пользование, эксплуатационная ответственность определяется в соответствии с долей в праве общей долевой собственности: на Общество приходится 90%, на Предпринимателя – 10%.

Общество также обязалось обеспечивать помещение отоплением, электроснабжением, водоснабжением и водоотведением, кроме того, заключать и пролонгировать договоры с организациями, обеспечивающими нормальную эксплуатацию помещений, оплачивать их услуги.

Предприниматель в свою очередь обязался компенсировать Обществу затраты последнего по обеспечению помещения электроэнергией, теплоснабжением, холодным водоснабжением, канализацией, охранно-пожарной системой, ежемесячно, на основании выставленных Обществом счетов (пункты 14, 15, 16, 17, 18 Соглашения от 17.10.2016).

Предъявляя исковые требования к ответчику, Общество сослалось на то, что по Соглашению от 17.10.2016 Предпринимателю ФИО2 перешли лишь торговые площади, пригодные для сдачи в субаренду третьим лицам, и лишь незначительная часть вспомогательных помещений; Обществу же помимо торговых помещений достались складские, подсобные и иные помещения (кабинеты, раздевалки и пр.), не пригодные для сдачи в аренду и не приносящие Обществу прибыли. Указанное, по мнению истца, свидетельствует о том, что ФИО1, заключая Соглашение от 17.10.2016, действовала не в интересах Общества, а в интересах Предпринимателя.

Согласно абзацу 7 пункта 2 постановления Пленума № 62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 №12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; либо до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах (пункты 3, 4 постановления Пленума № 62).

Ответчик утверждает, что Соглашение от 17.10.2016 заключалось не с целью причинить ущерб Обществу, а в развитие ранее заключенного Соглашения от 01.10.2012. Новое соглашение не меняло состав и площади помещений Общества и Предпринимателя, а лишь конкретизировало помещения и порядок их содержания и эксплуатации.

Оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что истцом не доказано, что ответчик при заключении Соглашения от 17.10.2016 действовал недобросовестно и неразумно, вопреки интересам Общества.

Само по себе заключение Соглашения от 17.10.2016 на указанных в нем условиях не означает противоправности действий директора, поскольку осуществление деятельности на таких условиях представляло собой длительную и нормальную практику взаимоотношений Общества и Предпринимателя.

До вступления ФИО1 в должность генерального директора, у Общества и Предпринимателя было заключено Соглашение о порядке пользования нежилыми помещениями от 01.10.2012, которое со стороны Общества подписывалось директором ФИО6 Данное Соглашение от 01.10.2012 содержало аналогичные условия распределения помещений между двумя собственниками, как по площади, так и по составу, равно как и аналогичные условия по порядку возмещения расходов на содержание и эксплуатацию помещений. Соглашение от 17.10.2016 лишь более подробно и детально конкретизировало условия ранее действовавшего между сторонами Соглашения от 01.10.2012.

Поскольку ФИО1 заключила Соглашение от 17.10.2016 на сопоставимых условиях с ранее действовавшим Соглашением от 01.10.2012, оснований полагать, что она действовала без проявления должной осмотрительности, не имея разумной деловой цели, исключительно чтобы создать неблагоприятные последствия для Общества, не имеется.

При этом Общество не представило суду доказательств, достоверно подтверждающих, что подобный порядок распределения помещений между двумя долевыми собственниками существенно нарушает или ущемляет права Общества.

Истец ссылается на то, что в период с октября 2016 года по май 2019 года Общество понесло расходы на оплату коммунальных услуг, охрану и обслуживание охранно-пожарной сигнализации в размере 2 351 972 руб. 32 коп., следовательно, ИП ФИО2 должна была возместить Обществу 10% этих затрат в размере 235 197, 23 руб. Поскольку за указанный период третье лицо возместило затраты лишь в сумме 207 087,89 руб., истец полагает, что Общество понесло убытки в размере 28 109, 34 руб. Также истец указывает, что в январе-мае 2019 года третьему лицу не выставлялись расходы на оплату тепловой энергии.

Ответчик представил свой расчет расходов по коммунальным и эксплуатационным платежам за период с 01.10.2016 по 31.05.2019 (том 1, л.д. 87), согласно которому Обществу от ресурсоснабжающих и обслуживающих организаций (ПАО "Архангельская сбытовая компания", ПАО "МРСК Северо-Запада", ПАО "ТГК 2-Энергосбыт", МУП "Водоканал", ООО "РВК-Центр", отдел вневедомственной охраны, ООО "Архспецмонтаж") выставлены счета на общую сумму 1 472 010 руб. 98 коп. Обществом получены к возврату денежные средства от арендаторов за электроэнергию и водоснабжение в размере 404 837, 58 руб. Оставшаяся сумма расходов 1 067 173, 40 руб. распределена между Обществом и Предпринимателем в размере, пропорциональном долям в праве общей долевой собственности. На долю ИП ФИО2 приходится 106 717, 34 руб., в то время как ею уплачено 193 154, 43 руб. В отношении платы за тепловую энергию, ответчик и третье лицо пояснили, что Предприниматель самостоятельно оплачивает тепловую энергию напрямую ПАО "ТГК №2".

Оценив расчеты сторон, суд установил, что истец при определении размера платы, приходящейся на долю ИП ФИО2, использует все произведенные Обществом платежи за спорный период и умножает эту величину на 10%. Такой расчет представляется неверным, поскольку не учитывает платежи, поступившие в счет оплаты коммунальных услуг от остальных арендаторов. Такая методика расчета приводит к необоснованному получению Обществом денежных средств за определенные виды услуг как от Предпринимателя ФИО2, так и от иных лиц, и как следствие возникновению неосновательного обогащения на стороне истца.

Кроме того, суд учитывает, что согласно представленной в материалы дела выписке по расчетному счету Общества за период с 2016 по 2019 год (том 7), сумма денежных средств, фактически перечисленных Обществом в счет оплаты услуг ресурсоснабжающих и обслуживающих организаций за период с октября 2016 года по май 2019 года, составила 1 735 577 руб. 20 коп., а не 2 351 972 руб. 32 коп., как ошибочно указывает истец.

Из представленных в материалы дела платежных поручений (том 4, л.д. 6-21) следует, что Предпринимателем оплачены услуги по содержанию помещения, начиная с октября 2016 года, в общей сумме 207 087 руб. 89 коп., включая услуги за период с июня по сентябрь 2019 года, который находится за пределами спорного периода.

При этом Предпринимателем заключен прямой договор с ПАО "ТГК №2" на отпуск и потребление тепловой энергии в горячей воде №4213 от 30.06.2017, по условиям которого ИП ФИО2 обязалась оплачивать теплоснабжающей организации стоимость тепловой энергии, потребленной помещениями, находящимися в собственности третьего лица. Из приложения №1 к договору №4213 следует, что объектами теплоснабжения выступают помещения площадью 45,10 кв.м, что соответствует площади помещений, принадлежащих ИП ФИО2 на праве долевой собственности. Таким образом, возложение на третье лицо дополнительных затрат по отоплению помещений, принадлежащих Обществу, является необоснованным.

Также Предпринимателем в отношении своего помещения (площадью 45,1 кв.м) заключены договоры и самостоятельно оплачиваются услуги по вывозу и утилизации твердых бытовых отходов; услуги по содержанию и текущему ремонту общего имущества многоквартирного дома на основании договора управления с ТСН "Ленинградский 352".

Таким образом, с учетом денежных средств, полученных от ИП ФИО2, а также от иных арендаторов, задолженности у Предпринимателя по коммунальным платежам не имеется, а требование о взыскании 28 109, 34 руб. убытков предъявлено к ответчику необоснованно.

Судом установлено, что Предприниматель ФИО2 не только имеет долю в праве общей собственности на здание, но и арендует у Общества часть помещений по договору аренды от 01.07.2017.

Согласно договору аренды нежилого помещения от 01.07.2017, заключенному между Обществом в лице генерального директора ФИО1 и ИП ФИО2 (том 2, л.д. 121-125), Предприниматель принял во временное владение и пользование нежилое помещение общей площадью 65,6 кв.м, этаж 1, номера на поэтажном плане 43, 44, расположенное по адресу: <...>. Целевое назначение помещения – торговля непродовольственными и продовольственными товарами, в том числе алкогольной продукцией.

Срок действия договора установлен в пункте 5.1 – 10 лет с даты подписания договора.

Договор аренды прошел государственную регистрацию в установленном порядке.

Помещения переданы Предпринимателю по акту приема-передачи от 01.07.2017.

Дополнительным соглашением №1 от 18.01.2018 к договору аренды от 01.07.2017 (том 2, л.д. 130-131) стороны увеличили площадь арендуемых помещений до 66,7 кв.м; оформлен соответствующий акт приема-передачи.

Пунктом 2.4.1 договора предусмотрено право Предпринимателя сдавать помещения или его части в субаренду.

Согласно пункту 3.2 договора арендная плата по нему составляет 50 000 руб. ежемесячно.

Истец ссылается на то, что Предприниматель сдает арендуемые помещения в субаренду по цене не ниже 70 000 руб. в месяц. По мнению истца, в результате действий директора Общества – ФИО1, выразившихся в заключении договора аренды от 01.07.2017 с ИП ФИО2 на невыгодных условиях, Обществу были причинены убытки, поскольку согласованная арендная плата по договору значительно ниже арендной платы, установленной для субарендаторов.

Поскольку в силу условий договора арендодатель не имеет возможности его расторгнуть в одностороннем порядке, Обществом исчислены убытки за 10 лет действия договора аренды.

Убытки посчитаны следующим образом: (70 000 руб. (предполагаемый размер арендной платы) – 50 000 руб. (размер арендной платы, установленный для третьего лица)) х 12 месяцев х 10 лет.

Предприниматель оспаривает факт сдачи помещений в субаренду, ссылаясь на то, что на арендуемых площадях деятельность ведет ИП ФИО2 самостоятельно.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Однако, заявление об отрицательном факте, по общему правилу, перекладывает на другую сторону обязанность по опровержению утверждения заявителя (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10 июля 2017 года № 305-ЭС17-4211).

В данном случае истец не представил доказательств того, что арендуемые у Общества помещения Предприниматель сдает в субаренду, и что размер субарендной платы составляет 70 000 руб. в месяц.

В ходе рассмотрения дела сторонам с участием ИП ФИО2 было предложено провести совместный осмотр помещений, арендуемых Предпринимателем и составить акт, в котором зафиксировать наличие/отсутствие субарендаторов.

Ответчик представил в материалы дела акт осмотра от 15.06.2020, в котором указано на отсутствие субарендаторов в помещениях, принадлежащих ИП ФИО2 на праве аренды. Данный акт подписан ФИО1, ФИО2, а также двумя представителями от арендаторов, занимающих соседние помещения. По утверждению ответчика, истец был приглашен для составления акта, однако на осмотр не явился. Поскольку акт от 15.06.2020 составлен в присутствии двух незаинтересованных в исходе дела лиц, у суда отсутствуют основания не доверять зафиксированным в нем сведениям.

Кроме того, акт от 15.06.2020 согласуется с иными доказательствами по делу. Так, в судебном заседании 17.06.2020 суд обозревал видеозапись осмотра помещений ИП ФИО2, который состоялся 17.06.2020 перед судебным заседанием при участии представителя истца ФИО3, ответчика и третьего лица. На видеозаписи видно, что в помещениях, арендуемых у Общества, Предприниматель осуществляет самостоятельную деятельность (на стенде "Уголок потребителя" размещены данные о самом Предпринимателе); помещения, которые принадлежат ИП ФИО2 на праве долевой собственности, сданы в аренду.

Доводы истца о том, что арендуемые помещения Предприниматель пытается выдать как за свои собственные, являются несостоятельными. Стороны и третье лицо со ссылками на план помещения, указали, что вначале были обследованы помещения, обозначенные на плане под номером 47, а далее – помещения под номером 43. С учетом Соглашения о порядке пользования помещениями от 17.10.2016, а также принимая во внимание различные площади помещений, следует признать, что именно в арендуемых помещениях размещается магазин третьего лица, а собственные помещения сдаются Предпринимателем в аренду.

В процессе рассмотрения дела истец уточнил расчет упущенной выгоды от сдачи помещений в аренду ИП ФИО2 по заниженной цене, произведя его исходя из средней ставки арендной платы за квадратный метр по помещениям ООО "Магазин №1 "Стройматериалы": (66,7 кв.м х 1157, 43 руб. (средняя ставка арендной платы по всем арендаторам) х 12 мес. х 10 лет) – 50 000 руб. х 12 мес. х 10 лет.

Размер требований в этой части увеличен до 3 264 069 руб. 72 коп.

Ответчик, возражая против иска, указал, что размер арендной платы устанавливается для каждого арендатора в отдельности с учетом специфики условий договора аренды (состояние арендуемого помещения, его площадь, месторасположение, целевое использование помещений, включение/невключение в стоимость коммунальных услуг, срок аренды и пр.). По расчету ответчика (том 8, л.д. 14-19) средний размер арендной платы в здании №352 по пр.Ленинградский составляет 581 руб./кв.м, в связи с чем договор, заключенный с ИП ФИО2 содержит сопоставимые условия цены с иными арендаторами.

Также ответчиком в обоснование среднерыночных цен представлено экспертное заключение №5353 от 30.01.2020 по делу №А05-10157/2019, в котором эксперт пришел к выводу, что средняя стоимость аренды помещений коммерческого назначения в г.Архангельске составляет 550 руб. в месяц за 1 кв.м (том 8, л.д. 59-99).

Оценив доводы сторон, суд приходит к следующему.

В производстве Арбитражного суда Архангельской области находилось гражданское дело №А05-10157/2019 по иску ФИО1 к Обществу о взыскании 5 647 694 руб. действительной стоимости доли в уставном капитале Общества в связи с выходом из Общества.

В рамках указанного дела была проведена судебная экспертиза, на предмет определения, в том числе, рыночной стоимости 9/10 доли в праве общей долевой собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>.

При проведении исследования эксперт установил, что стоимость аренды помещений коммерческого назначения в г.Архангельске на дату оценки (декабрь 2018 года) находится в диапазоне от 255 руб./кв.м до 1500 руб./кв.м и зависит от месторасположения и качества отделки помещений, этажа, на котором расположено помещения, включения коммунальных платежей и пр. Средняя стоимость аренды определена в размере 550 руб. за 1 кв. м в месяц.

При этом эксперт в табличной форме привел стоимость аренды коммерческих помещений (таблица №7) с указанием назначения помещения, его адреса, площади и прочих технических характеристик.

Из таблицы видно, что диапазон цен для помещений, расположенных в центре города Архангельска (Ломоносовский и Октябрьский округ), находится в интервале от 350 до 800 руб. за 1 кв.м, большинство значений на уровне 400-600 руб. за 1 кв.м. Стоимость аренды 1500 руб.за 1 кв. м (Новгородский 32) является аномальным значением, в связи с чем по правилам математического анализа не должна учитываться.

Помещения, сопоставимые по территориальному расположению со спорным (Ленинградский 352), расположенные за пределами центра города Архангельска (округ Майская горка, Варавино-Фактория), предлагаются в аренду по цене от 250 до 500 руб. за 1 кв.м. Аналогичным образом суд не учитывает аномально и нехарактерно высокое значение 1200 руб. за 1 кв.м (Ленинградский 167), поскольку оно выбивается из общего ряда.

Поскольку экспертиза проводилась по другому гражданскому делу, то она не может быть принята судом в качестве экспертного заключения по рассматриваемому делу, однако признается иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оценив исследовательскую часть экспертного заключения и выводы эксперта, суд не установил наличия противоречий и оснований для возникновения сомнений в обоснованности сделанного заключения. С экспертным исследованием ответчик согласен.

Выводы эксперта относительно средней стоимости аренды помещений коммерческого назначения в г.Архангельске соответствуют расчетам ответчика, составленным исходя из анализа договоров аренды, заключенных с арендаторами помещений в здании по адресу: пр.Ленинградский, 352.

При этом анализ договоров аренды, заключенных в отношении помещений из здания №352 по пр.Ленинградский в период с 2015 по 2018 год, показал, что наблюдалась негативная конъектура рынка: часть арендаторов расторгли договоры, по отдельным арендаторам произошло снижение арендной платы.

Таким образом, суд приходит к выводу, что несмотря на то, что экспертное заключение в рамках дела №А05-10157/2019 содержит оценку среднерыночной стоимости арендной платы по состоянию на декабрь 2018 года, существенного изменения (уменьшения) ставок арендной платы по сравнению с июлем 2017 года, когда был заключен договор аренды с ИП ФИО2, не произошло.

Как было указано выше, под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

В данном случае, оценив представленные в материалы дела документы, в том числе договоры, заключенные с иными арендаторами, которые владеют и пользуются помещениями в спорном здании №352 по пр.Ленинградский, суд приходит к выводу, что отклонение цены договора аренды с ИП ФИО2 не является существенным.

Проанализировав ставки арендной платы по различным арендаторам за период с октября 2012 года по 2018 год, суд установил, что стоимость аренды варьируется от 529 руб./кв.м до 1434 руб./кв.м.

При этом, по мнению суда, необходимо учитывать особенности предмета конкретной сделки, а также условия, на которых предоставлены помещения.

В данном случае Предпринимателю передано помещение площадью 66,7 кв.м, т.е. второе по величине после помещений ИП ФИО22 (для которого ставка арендной платы установлена 600 руб./кв.м), стоимость аренды тем ниже, чем больше площадь арендуемого помещения, что обусловлено тем, что в состав арендуемых помещений входят вспомогательные помещения и проходы, уменьшающие полезную площадь объекта. Кроме того, договор аренды с ИП ФИО2 носит долгосрочный характер – до 2027 года, что защищает арендодателя от убытков, вызванных простоем помещения в условиях сокращения спроса. Общество какую-либо производственную деятельность в своих помещениях не ведет, площади сдаются в аренду иным лицам. В связи с этим Общество, не имея иных источников получения прибыли, должно быть заинтересовано в установлении долгосрочных договорных отношений по сдаче имущества во владение и пользование.

Таким образом, Общество при заключении договора аренды с ИП ФИО2 по цене 50 000 руб. в месяц (750 руб./кв.м) не допустило существенных отклонений от среднерыночных цен, характерных для договоров с аналогичными условиями.

Расчет истца, согласно которому средняя ставка арендной платы за 1 кв.м составляет 1157,43 руб., не может быть принят за основу, поскольку истец в своем расчете не учел необходимость исключения из арендной платы стоимости коммунальных услуг (для приведения размера по всем арендаторам к единому базису), а также не учел иных особенностей заключенных договоров (срок аренды, площадь помещений и пр.).

С учетом вышеизложенного, Общество не доказало противоправного поведения ФИО1, ее недобросовестность при заключении договора от 01.07.2017, существенного отклонения цены по аренде от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Довод истца о том, что невыгодность сделки для Общества заключается также в невозможности ее досрочного расторжения по инициативе арендодателя, при том, что установленная стоимость аренды 50 000 руб. не может быть изменена на протяжении срока действия договора (10 лет), суд полагает ошибочным.

Условия, при которых договор аренды может быть досрочно расторгнут по требованию арендодателя, предусмотрены в статье 619 ГК РФ и пункте 5.5 договора. Кроме того, договором предусмотрена возможность увеличения арендодателем в период действия договора размера арендной платы, причем такое увеличение может производиться ежегодно.

Стороны в силу статьи 421 ГК РФ свободны в определении условий договоров, а в данном случае условия спорной сделки не могут считаться ущемляющими права арендодателя.

Истец также указывает в обоснование иска, что договор аренды от 01.07.2017 является крупной сделкой, на совершение которой не было получено одобрение со стороны иных участников.

В силу правил пунктов 1, 2 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац 2 пункта 2 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии со статьей 46 Закона № 14-ФЗ крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Под сделками, не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, понимаются любые сделки, которые приняты в деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичные виды деятельности, независимо от того, совершались ли такие сделки таким обществом ранее, если такие сделки не приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов.

В соответствии с пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" (далее – постановление Пленума №27) договоры, предусматривающие обязанность производить периодические платежи (аренды, оказания услуг, хранения, агентирования, доверительного управления, страхования, коммерческой концессии, лицензионный и т.д.) для лица, обязанного производить по ним периодические платежи, признаются отвечающими количественному (стоимостному) критерию крупных сделок, если сумма платежей за период действия договора составляет более 25 процентов балансовой стоимости активов общества.

По данным бухгалтерского баланса Общества на 31 декабря 2016 (за последний отчетный период, предшествующий заключению договора) сумма оборотных и внеоборотных активов – составила 10 513 000 руб.

Сумма арендных платежей по договору от 01.07.2017 за период с 01.07.2017 по 01.07.2027, равная 6 000 000 руб., превысила 25% балансовой стоимости активов Общества.

В данном случае сумма арендных платежей за период действия договора составляет 6 000 000 руб., что превышает 50 процентов балансовой стоимости активов общества по данным бухгалтерского баланса на 31.12.2016 года.

Вместе с тем для того, чтобы считаться крупной, сделка помимо количественного (стоимостного) должна отвечать качественному признаку, когда она выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности и ее совершение приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов.

В данном случае договор аренды от 01.07.2017 заключен Обществом в процессе обычной хозяйственной деятельности.

В материалы дела представлены аналогичные договоры аренды, заключенные Обществом в период с 2016 по 2018 годы с иными контрагентами, в том числе договор аренды с ИП ФИО22, с ИП ФИО23, с ИП ФИО24, с ИП ФИО25, с ИП ФИО26, с ИП ФИО27, с ОАО "Рыбокомбинат "Беломорье", с ИП ФИО28, с ИП ФИО29, с ООО "Генрих", с ИП ФИО30, с ИП ФИО31, с ИП ФИО32, с ИП ФИО33, с ИП ФИО34, с ООО "Северо-Западная фармацевтическая компания", с ИП ФИО35, и др.

Истец со своей стороны не представил доказательств того, что спорная сделка привела или может привести к прекращению деятельности Общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов, равно как и не доказал возникновение у Общества убытков или иных неблагоприятных последствий, связанных с заключением и исполнением сделки.

Кроме того, истец, на которого возлагается соответствующее бремя доказывания, не подтвердил, что предприниматель ФИО2 знала или заведомо должна была знать о том, что сделка является для Общества крупной.

Судебный акт, который бы признавал договор аренды от 01.07.2017, заключенный с ИП ФИО2, недействительным по оспоримым основаниям крупности сделки, истцом не представлен. Оснований полагать сделку ничтожной не имеется.

При таких обстоятельствах ссылки истца на данные обстоятельства являются несостоятельными.

Необходимо также отметить, что по смыслу статьи 15 ГК РФ упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было (пункт 14 Постановления № 25).

В соответствии с абзацем третьим пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Взысканием убытков в пользу лица должно производиться устранение нарушенных прав и законных интересов. Иными словами, возникновение убытков не может произойти ранее, чем соответствующее имущественное право истца было нарушено.

В данном случае сумма убытков в виде упущенной выгоды от сдачи помещений в аренду ИП ФИО2 по заниженной цене, определена истцом за 10 лет действия договора аренды (до 2027 года).

Однако взыскание судом убытков на будущее время, означало бы возможность принятия неправомерного решения, ограничивающего ответчика в его правах вне зависимости от новых обстоятельств.

Указанная позиция не препятствует реализации прав истца на дальнейшую судебную защиту, поскольку истец не лишен возможности в случае выявления им в последующем нарушений его имущественных прав вновь обращаться в суд с иском, в основании которого будут лежать эти нарушения.

Истцом также заявлено требование о взыскании убытков в размере 91 000 руб., причиненных Обществу в результате перечисления ответчиком налога на доходы физических лиц.

Установлено, что 27.11.2017 ФИО1, являясь участником Общества с долей в уставном капитале 49,9946%, заявила о своем выходе из Общества путем отчуждения последнему принадлежащей ей доли в уставном капитале. Указанное заявление было надлежащим образом заверено нотариусом.

10.01.2019 ответчица вручила Обществу нотариально удостоверенное заявление о выходе участника из ООО "Магазин № 1 "Стройматериалы".

Письмом от 26.04.2019 Общество сообщило ФИО1 о том, что в связи с переоценкой основных средств действительная стоимость 49,9946% доли составила 7 565 183 руб.

В соответствии с платежными поручениями №81 от 26.04.2019, №100 от 16.05.2019, №113 от 29.05.2019 Общество выплатило ФИО1 700 000 руб. действительной стоимости доли, а также платежными поручениями №82 от 29.04.2019, №101 от 17.05.2019, №114 от 30.05.2019 уплатило 91 000 руб. налога на доходы физических лиц с выплаты части действительной стоимости доли.

Ссылаясь на то, что в силу пункта 17.2 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации доходы, получаемые от реализации доли участия в уставном капитале Общества, не подлежат налогообложению, истец посчитал сумму уплаченных налогов в размере 91 000 руб. убытками Общества. По мнению истца, в связи с принятием ответчиком неверных управленческих решений, Общество претерпело убытки, которые подлежат возмещению за счет ФИО1

Доход участника, полученный в связи с его выходом из общества, облагается НДФЛ по ставке 13 процентов (пункт 1 статьи 224 Налогового кодекса Российской Федерации).

Выплата физическому лицу действительной стоимости доли уставного капитала при выходе из общества не облагается НДФЛ, если одновременно соблюдены условия, предусмотренные пунктом 17.2 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации. В частности, если доля в уставном капитале непрерывно принадлежала физическому лицу на праве собственности (ином вещном праве) более пяти лет; физическое лицо приобрело долю не ранее 01.01.2011. Если такие условия не соблюдаются, с указанной выплаты общество исчисляет и удерживает НДФЛ.

Поскольку доля в уставном капитале Общества принадлежала ФИО1 более 5 лет, Общество полагает, что налог на доходы физических лиц не должен был перечисляться.

В данном случае само по себе исполнение Обществом публично-правовой обязанности по уплате налогов и сборов не может свидетельствовать о причинении организации убытков в гражданско-правовом смысле.

Согласно пункту 1 статьи 231 Налогового кодекса Российской Федерации излишне удержанные налоговым агентом из дохода налогоплательщика суммы налога подлежат возврату налоговым агентом по представлении налогоплательщиком соответствующего заявления.

Возврат налоговому агенту перечисленной в бюджетную систему Российской Федерации суммы налога осуществляется налоговым органом в порядке, установленном статьей 78 настоящего Кодекса.

Как следует из пункта 1 статьи 78 Налогового кодекса Российской Федерации, сумма излишне уплаченного налога подлежит зачету в счет предстоящих платежей налогоплательщика по этому или иным налогам, погашения недоимки по иным налогам, задолженности по пеням и штрафам за налоговые правонарушения либо возврату налогоплательщику в порядке, предусмотренном настоящей статьей.

Поскольку в настоящее время возможность возврата или зачета излишне перечисленного налога Обществом не утрачена, сумма 91 000 руб. не может быть признана убытками, подлежащими возмещению за счет ответчика.

Кроме того, Общество, будучи налоговым агентом, перечислило не собственные денежные средства, а денежные средства, принадлежащие вышедшему участнику как плательщику соответствующего налога (статья 207 НК РФ). С этой точки зрения спорная сумма не может рассматриваться как убытки самого Общества.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения иска не имеется. Суд отказывает в иске в полном объеме.

Расходы по госпошлине в силу статьи 110 АПК РФ относятся на истца. Поскольку при подаче иска в суд Обществу была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, она подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 106, 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Архангельской области

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Магазин № 1 "Стройматериалы" (ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 36 716 руб. государственной пошлины.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Судья

Е.Ю. Кашина