Постановление от 30 сентября 2025 г. по делу № А51-22761/2023

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А51-22761/2023
г. Владивосток
01 октября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 01 октября 2025 года. Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего М.Н. Гарбуза, судей А.В. Ветошкевич, К.А. Сухецкой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-2086/2025 на определение от 24.03.2025 судьи Е.В. Дубининой

по делу № А51-22761/2023 Арбитражного суда Приморского края

заявление финансового управляющего ФИО2 об оспаривании сделки,

по делу по заявлению ФИО3 к ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: гор. Куртамыш Курганской области, ИП с 23.09.2019 по 21.07.2020, ИНН <***>, адрес регистрации: <...>) о признании его несостоятельным (банкротом),

при участии:

от финансового управляющего ФИО2: представитель ФИО4 по доверенности от 01.12.2020 сроком действия 5 лет, паспорт;

от ФИО3: представитель ФИО5 (в режиме веб-конференции) по доверенности от 28.03.2024 сроком действия 3 года, паспорт,

иные лица, не явились, надлежаще извещены,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Приморского края от 29.12.2023 принято заявление ФИО3 о признании ФИО1 (далее – должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу.

Определением суда от 08.05.2024 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Решением суда от 10.09.2024 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными заключенных между ФИО1 и ФИО6 следующих сделок:

- договор от 19.06.2022 дарения жилого дома общей площадью 40.1 кв.м., кадастровый номер 25:27:030105:6128, расположенного по адресу: Приморский край,

г. Артем, ул. Новосибирская и земельного участка общей площадью 1 800 кв.м., кадастровый номер 25:27:030105:5348, расположенного по адресу: Приморский край,

г. Артем, ул. Новосибирская, строит. 2а;

- договор от 26.09.2022 дарения объекта незавершенного строительства готовностью 18%, кадастровый номер 25:27:030104:7278, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 25:27:030104:908 по адресу: Приморский край, г. Артем, мкр. Лесной, строит. 338а;

- договор от 19.06.2022 дарения квартиры общей площадью 30 кв.м., кадастровый номер 25:27:030106:7791, расположенной по адресу: <...>;

и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания в конкурсную массу должника с ФИО7 денежных средств в размере кадастровой стоимости спорного имущества - 5 373 940, 85 руб., с учетом принятых судом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодека Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Определением суда от 04.02.2025 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица привлечена ФИО8.

Определением суда от 24.03.2025 заявление финансового управляющего удовлетворено; договоры дарения от 19.06.2022, 26.09.2022, 19.06.2022, заключенные между ФИО1 и ФИО7, признаны недействительными сделками, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО7 в конкурсную массу должника денежных средства в размере 5 373 940,85 рублей.

Дополнительным определением арбитражного суда от 09.09.2025 разрешен вопрос о распределении судебных расходов по заявлению о принятии обеспечительных мер.

Не согласившись с принятым определением, ФИО1 обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда отменить. Оспаривая выводы суда, заявитель указал на нарушение норм процессуального права при принятии судебного акта, утверждая, что арбитражным судом неправомерно отказано в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по делу ввиду пересмотра решения Артемовского городского суда Приморского края по делу № 2-62/2023, на основании которого установлены требования кредитора ФИО3, по вновь открывшимся обстоятельствам.

Определением апелляционного суда от 29.04.2025 жалоба оставлена без движения на срок до 28.05.2025. Определением от 28.05.2025 в связи с устранением апеллянтом обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, назначено судебное заседание по ее рассмотрению на 25.06.2025. Рассмотрение апелляционной жалобы неоднократно откладывалось, о чем Пятым арбитражным апелляционным судом вынесены определения от 25.06.2025, 26.08.2025.

В судебном составе, рассматривающем настоящий спор, в связи с нахождением судьи Т.В. Рева в отпуске на основании определения суда от 19.09.2025 произведена замена на судью А.В. Ветошкевич и рассмотрение апелляционной жалобы в порядке части 5 статьи 18 АПК РФ начато сначала.

В материалы дела в порядке статей 81, 262 АПК РФ поступили:

- письменные возражения на апелляционную жалобу от кредитора ФИО9, согласно которым в период подозрительности, предусмотренным законом о банкротстве, из собственности должника безвозмездно выбыло восемь объектов недвижимости в

пользу членов его семьи – дочери и сына, что послужило причиной несостоятельности ФИО1 Указанные действия совершены должником с целью причинения вреда кредиторам, в связи с чем полагает выводы суда первой инстанции обоснованными;

- письменный отзыв от финансового управляющего, в соответствии с которым ФИО2 просит жалобу оставить без удовлетворения, определение суда первой инстанции - без изменения. Указывая на различные правовые основания возникновения настоящего обособленного спора и подлежащего пересмотру решения суда общей юрисдикции по делу № 2-62/2023, в части установления требований кредитора, возражает по доводу о неправомерности отказа в приостановлении производства по делу об оспаривании сделки должника, полагая невозможным применение статьи 143 АПК РФ. Считает, что апелляционная жалоба не содержит обстоятельств и доказательств, свидетельствующих о нарушении судом первой инстанции норм материального или процессуального права, фактически доводы должника сводятся к несогласию с отказом в приостановлении производства по делу о банкротстве;

- письменный отзыв от конкурсного кредитора ФИО3, по тексту которого изложена позиция о несогласии с доводами апелляционной жалобы, ввиду отсутствия правовых оснований для удовлетворения судом первой инстанции ходатайства о приостановлении производства по делу, а также ходатайства об отложении судебного заседания; несостоятельности аргументов о влиянии результата рассмотрения гражданского дела № 2-62/2023 судом общей инстанции на исход настоящего спора о признании сделок должника недействительными.

В заседании суда апелляционной инстанции 24.09.2025 приняли участие представители финансового управляющего и кредитора (в режиме веб-конференции). Должник, иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Представитель финансового управляющего ФИО2 поддерживал доводы, изложенные в своем отзыве на апелляционную жалобу, обжалуемое определение считал законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ФИО3 поддерживал правовую позицию финансового управляющего ФИО2

Исследовав и оценив в совокупности имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов и возражений на нее, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу о том, что обжалуемое определение суда первой инстанции не подлежит отмене, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, между должником и его сыном ФИО7 были заключены следующие сделки:

- 19.06.2022 договор дарения жилого дома общей площадью 40.1 кв.м., кадастровый номер 25:27:030105:6128, расположенного по адресу: Приморский край,

г. Артем, ул. Новосибирская и земельного участка общей площадью 1 800 кв.м., кадастровый номер 25:27:030105:5348, расположенного по адресу: Приморский край,

г. Артем, ул. Новосибирская, строит. 2а;

- 26.09.2022 договор дарения объекта незавершенного строительства готовностью 18%, кадастровый номер 25:27:030104:7278, расположенного на земельном участке с

кадастровым номером 25:27:030104:908 по адресу: Приморский край, г. Артем, мкр. Лесной, строит. 338а;

- 19.06.2022 договор дарения квартиры общей площадью 30 кв.м., кадастровый номер 25:27:030106:7791, расположенной по адресу: <...>.

Право собственности на вышеуказанные объекты недвижимости было зарегистрировано за ФИО7.

Финансовый управляющий полагая, что вышеперечисленные сделки по безвозмездному отчуждению имущества заключены с заинтересованным лицом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника во избежание обращения взыскания на имущество должника, совершены при злоупотреблении правом ее участниками, обратился в суд с рассматриваемым требованием.

Удовлетворяя заявленные требования суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств, в частности, что сделки совершены с противоправной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате совершения которых, должник стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; отмечено наличие заинтересованности между сторонами сделки. Оснований для квалификации оспариваемых сделок по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не установлено.

Повторно исследовав конкретные обстоятельства и оценив представленные в материалы дела документальные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве. Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 этого Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской

задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ, что указано в пункте 4 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)». В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки. Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В обоснование недействительности оспариваемых сделок финансовый управляющий указывал на заключение данных сделок должником с заинтересованным лицом - сыном, при наличии неисполненных обязательств, возникших в период с октября 2020, взысканных с должника решением Артемовского городского суда от 15.08.2023 по делу № 2-62/2023, о которых контрагент по сделкам в силу близких родственных отношений не мог не знать, о направленности сделки на вывод ликвидного имущества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, то есть на причинение вреда кредиторам.

Вмененные должнику возможные нарушения в полной мере укладываются в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов. Какие-либо обстоятельства совершения сделки, выходящие за рамки признаков подозрительной сделки, финансовым управляющим не указаны, в связи с чем у суда отсутствуют условия для применения статьей 10 и 168 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, указанным в пункте 9 постановления № 63, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента),

не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Учитывая дату возбуждения дела о банкротстве (29.12.2023), сделки в отношении ФИО7 по договорам дарения от 19.06.2022, 26.09.2022, 19.06.2022 совершены в трехлетней период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в числе которых совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

При проверке наличия (отсутствия) совокупности установленных законом обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, установлено следующее.

По состоянию на момент совершения оспариваемых сделок у должника уже имелись кредиторы, обязательства перед которым возникли ранее совершения оспариваемых сделок, и требования которых в дальнейшем включены в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр). Так, определением Арбитражного суда Приморского края от 08.05.2024 в реестр требований кредиторов ФИО1 включены требования ФИО3, подтвержденные решением Артемовского городского суда Приморского края от 15.08.2023 по делу № 2-62/2023, которым с должника взысканы следующие суммы: 3 000 000,00 руб. основного долга, 800 000,00 руб. процентов и 36 655,00 руб. расходов по оплате госпошлины; требования ФИО10 включены в реестр определением суда от 19.08.2024 в размере 146 259,47 руб. основной задолженности, возникшей в результате дорожно-транспортного происшествия произошедшего 12.06.2022; а также требования Федеральной налоговой службы в размере 76 192,69 руб. основного долга, возникшие в период с 2017 по 2022 годы (частично включены в реестр определением Арбитражного суда Приморского края от 15.10.2024).

Ссылаясь на наличие вновь открывшихся обстоятельств, в части установления требований кредитора ФИО3, послуживших основанием для возбуждения дела о банкротстве, должник указывал на рассмотрение Приморским краевым судом заявления кредитора ФИО11 о пересмотре решения Артемовского городского суда Приморского края от 15.08.2023 по делу № 2-62/2023. Однако из общедоступных сведений, размещенных в карточке дела № 33-6044/2025 на официальном сайте

Приморского краевого суда, установлено, что определение Артемовского городского суда Приморского края от 25.04.2025 об отказе в удовлетворении требований ФИО11 о пересмотре решения Артемовского городского суда Приморского края от 15.08.2023 по вновь открывшимся обстоятельствам оставлено без изменения, жалоба – без удовлетворения.

Наличие изложенных обстоятельств свидетельствует о том, что на момент заключения спорных договоров дарения должник длительное время надлежащим образом не исполнял финансовые обязательства перед поименованными кредиторами, при этом учтено, что заключенные договоры по своей правовой природе являются безвозмездными сделками, в принципе не предусматривающими встречное исполнение со стороны одаряемого.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63). При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Договор дарения по своей правовой природе носит лично-доверительный характер и заключается, как правило, между связанными между собой определенным образом лицами; даритель не может согласиться на заключение безвозмездного договора и выбытие из его собственности имущества в пользу постороннего лица.

Как указывалось ранее, стороной договоров дарения являлся сын должника - ФИО7 Указанное лицо, по смыслу Закона о банкротстве, признается заинтересованным по отношению к должнику и, соответственно, действующим в интересах семьи должника, которое с большой долей вероятности знало, или должно было знать об имеющихся у должника неисполненных обязательствах, ущемлении оспариваемыми сделками интересов кредиторов.

При этом каких-либо убедительных мотивов совершения сделки по безвозмездной передаче имущества сыну, в условиях наличия в спорный период времени значительных обязательств перед кредиторами, чем в целях причинения вреда имущественным интересам последних, не раскрыто.

Коллегией отмечено, что намерение оставить имущество в будущем своему ребенку не может превалировать над обязательствами по возврату кредиторам денежных средств и не является подтверждением отсутствия умысла на причинение вреда имущественным правам кредитора, а, наоборот, является дополнительным подтверждением того, что должник целенаправленно совершил действия на вывод из конкурсной массы имущества, которое можно реализовать для удовлетворения требования кредиторов.

Кроме того, коллегия усматривает основания для применения статьи 170 ГК РФ. Указанный вывод обусловлен следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Для обоснования мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Неисполнение одной из сторон своих обязательств не свидетельствует о мнимом характере сделки. Если намерений обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется.

Дети относятся к той категории заинтересованных лиц, которая может быть использована должником для недопущения обращения взыскания на приобретаемое им имущество. В настоящем случае, должник, имея намерение одарить совершеннолетнего ребенка (на момент дарения ФИО7 исполнилось 26 лет), дарит ему не только квартиру (что более очевидно), а земельные участки, жилые дома и объект незавершенного строительства готовностью 18 %, соответственно не пригодный для проживания и требующий значительных финансовых вложений. Фактически должником использована конструкция, при которой в качестве собственника легитимируется субъект, таким собственником в действительности не являющийся. Дарение жилых объектов имущества и нескольких земельных участков в пользу ребенка должника фактически не привело к выбытию имущества из владения и контроля семьи должника. Передача имущества должника в рассматриваемом случае имела единственную цель - сохранение права собственности на него за должником, что в свою очередь влекло причинение вреда кредиторам; доказательств обратного в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Ввиду приведенной совокупности обстоятельств, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в результате совершения оспариваемых сделок из состава имущества должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, в связи с чем, конкурсные кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет указанного имущества. Апелляционная коллегия не имеет оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции о совокупности условий для признания оспоренных сделок недействительными.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы об отсутствии законных оснований для отказа в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по рассмотрению обособленного спора о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом. В случаях, предусмотренных пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, производство по делу приостанавливается до вступления в законную силу судебного акта соответствующего суда (пункт 1 статьи 145 АПК РФ). Данные нормы направлены на устранение конкуренции между судебными актами по делам, с пересекающимся предметом доказывания (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 18167/07).

Приостановление производства по указанному основанию производится в случае, когда в производстве суда имеется иное дело, обстоятельства которого касаются одного и того же материального правоотношения, разрешаемые по этому делу вопросы находятся в пределах рассматриваемого арбитражным судом спора.

Объективной предпосылкой применения данной нормы является невозможность рассмотрения одного дела до рассмотрения другого дела.

Вместе с тем, в настоящем случае рассмотрение в суде общей юрисдикции заявления о пересмотре судебного акта, послужившего основанием для установления размера требований отдельного кредитора, по вновь открывшимся обстоятельствам, не свидетельствует о невозможности продолжения рассмотрения заявления финансового управляющего об оспаривании сделок должника. Приведенное должником обоснование невозможности рассмотрения заявления об оспаривании сделок должника до рассмотрения судом общей юрисдикции заявления о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения от 15.08.2023 Артемовского городского суда Приморского края по делу № 2-62/2023, не свидетельствует о наличии безусловных и достаточных оснований для приостановления производства по делу, не создает препятствий для рассмотрения по существу настоящего спора применительно к положениям статьи 143 АПК РФ. Кроме того, на дату рассмотрения апелляционной жалобы ФИО1 Приморским краевым судом оставлено без изменения определение Артемовского городского суда от 25.04.2025 об отказе в пересмотре решения суда об установлении задолженности должника перед кредитором по вновь открывшимся обстоятельствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

Особенности применения последствий недействительности сделок, признанных таковыми в деле о банкротстве, определены статьей 61.6 Закона о банкротстве. На основании пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой названного Закона, подлежит возврату в конкурсную массу.

Применяя последствия недействительности сделок, ввиду их безвозмездности, суд первой инстанции, установив, что спорные объекты в настоящее время преобразованы и проданы ФИО7 третьим лицам, то есть фактически в его собственности отсутствуют, обоснованно применил одностороннюю реституцию, обязав одаряемого (сына должника) возвратить в конкурсную массу должника стоимость всех объектов недвижимости, полученных по спорным договорам дарения, в общей сумме 5 373 940,85 руб. (жилой дом с кадастровой стоимостью 734 247,15 руб. + земельный участок с

кадастровой стоимостью 2 218 337,47 руб. + объект незавершенного строительства готовностью 145 515,35 руб. + квартира 2 275 840, 88 руб.).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, апелляционный суд не усматривает оснований для иных выводов.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при ее рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену либо изменение обжалуемого судебного акта.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 24.03.2025 по делу № А51-22761/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного

округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий М.Н. Гарбуз

Судьи А.В. Ветошкевич

К.А. Сухецкая