Постановление от 5 декабря 2023 г. по делу № А40-40337/2020

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

05.12.2023

Дело № А40-40337/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 28.11.2023

Полный текст постановления изготовлен 05.12.2023


Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Перуновой В.Л., Уддиной В.З.

при участии в судебном заседании:

ФИО1 лично, паспорт, представители ФИО2, ФИО3 по доверенности от 14.03.2023,

от ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 20.05.2023,

от ФИО6 – ФИО5 по доверенности от 12.12.2022,

от ООО «Спецпоставка» - ФИО7 по доверенности от 31.07.2023,

конкурсный управляющий ООО «Геострой» ФИО8 лично, паспорт,

рассмотрев 28.11.2023 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 16.06.2023

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2023

по заявлению конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой договоров купли-продажи, заключенных с ФИО1, применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Геострой»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 17.12.2020 общество с ограниченной ответственностью «Геострой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО9, о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсантъ» № 239 от 26.12.2020.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.10.2021 конкурсным управляющим ООО «Геострой» утверждена ФИО8.

В Арбитражный суд города Москвы 02.12.2021 поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании сделок, заключенных между должником и ФИО1 недействительными и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.06.2023 признаны недействительными сделками договоры купли-продажи: от 04.12.2015 в отношении производственной базы, назначение - нежилое, 3-этажная, общая площадь 294,2 кв. м, площадку площадью 6396,2 кв. м, адрес - г. Москва, п. Новофедоровское, д. Кузнецово, домовл. 60 А, стр. 1, кадастровый номер 77:21:0150401:788, от 05.02.2014 в отношении административного нежилое помещения по адресу: <...>/а, этаж мансардный, общей площадью 360,90 кв. м, кадастровый номер 02:55:010611:2896, от 05.02.2014 в отношении административного нежилого помещения общей площадью 452,70 кв. м, этаж 2,3, лит. А2 (2 этаж пом. 29,30, 3 этаж пом. с 2 по 29) <...>/а л.А2 кадастровый номер 02:55:010611:2767, а также договоры купли продажи от 12.01.2017, 02.12.2016, 06.12.2016, 06.12.2016, 13.01.2017, 14.01.2017, 08.12.2016, 10.02.2017, 27.01.2017, 29.12.2016 в отношении транспортных средств, заключенных между ООО «Геострой» и ФИО1, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ООО «Геострой» денежных средств в размере 68 313 000 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 16.06.2023 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит обжалуемые судебные акты отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы ответчик указывает на недоказанность обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделок на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку спорное имущество было передано должником ответчику в счет выплаты причитающихся ему дивидендов как учредителю общества.

Судом округа к материалам дела приобщены дополнения к кассационной жалобе ответчика, а также возражения конкурсного управляющего должника на жалобу.

В соответствии с абзацем 2 частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании ФИО1 и его представители доводы кассационной жалобы поддержали в полном объеме, представитель ФИО4 и ФИО6 поддержал позицию ответчика, конкурсный управляющий должника и представитель ООО «Спецпоставка» против удовлетворения кассационной жалобы возражали, полагали обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав явившихся в судебное заседание лиц и их представителей, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции по заявленным в кассационной жалобе доводам ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий, ссылаясь на положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывал на то, что бывшим руководителем должника ФИО1 были осуществлены действия по выводу ликвидного имущества подконтрольного ему общества путем переоформления на себя права собственности на данное имущество в целях избежание обращения взыскания на него в пользу кредиторов.

Суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворяя заявленные требования, исходили из представления конкурсным управляющим достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника (определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Согласно абзацам 4 - 5 пункта 1 Постановления № 25 поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

В пункте 1 Постановления № 25 обращено внимание судов на то, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки. Бремя доказывания указанного обстоятельства относится на заявителя.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющие целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества третьим лицам, является злоупотребление гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В пункте 86 Постановления № 25 судам при оценке сделки на предмет наличия у нее признаков мнимости предписано учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.

Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Таким образом, при наличии обстоятельств, указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 05.02.2014 между должником и ФИО1 был заключен договор купли-продажи № 2, согласно которому ФИО1 приобрел у ООО «Геострой» административное нежилое помещение по адресу: <...>/а, л. А2, общей площадью 452,70 кв. м, кадастровый номер 02:55:010611:2767. Согласно п. 3 Договора, помещения приобретались за 21 000 000 руб. Согласно справке об оценке рыночной стоимости № 54-07/2022, стоимость указанных помещений составляла 25 268 000 руб.

Также 05.02.2014 между должником и ответчиком заключен договор купли-продажи, согласно которому ФИО1 приобрел у ООО «Геострой» административное нежилое помещение по адресу: <...>/а, общей площадью 360,90 кв. м, этаж мансардный, кадастровый номер 02:55:010611:2896. Согласно справке об оценке рыночной стоимости № 54-07/2022, стоимость указанных помещений составляла 20 210 000 руб.

Впоследствии 04.12.2015 между должником и ответчиком заключен договор купли-продажи производственной базы и земельного участка, согласно которому ФИО1 приобрел у должника производственную базу, назначение - нежилое, 3-этажная, общая площадь 294,2 кв. м, площадку площадью 6396,2 кв. м, адрес - г. Москва, п. Новофедоровское, д. Кузнецово, домовл. 60 А, стр. 1, кадастровый номер 77:21:0150401:788. Согласно справке об оценке рыночной стоимости № 54-07/2022, стоимость нежилого помещения, без учета земельного участка размером 6396,2 кв. м, составляла 15 790 000 руб.

Также судами установлено, что бывшим руководителем должника ФИО1 был совершен ряд сделок по отчуждению принадлежащих должнику транспортных средств в свою пользу. Согласно справке об оценке рыночной стоимости № 54-07/2022, стоимость транспортных средств, выбывших из владения должника к ФИО1, составляла 7 045 000, 00 руб.

Между тем, доказательств оплаты приобретенного имущества материалы дела не содержат, из банковских выписок должника не следует, что ответчиком производилась оплата в соответствии с условиями указанных договоров.

При этом, судами также отмечено, что из фактического владения ООО «Геострой» вышеуказанные транспортные средства и объекты недвижимости не выбывали, предприятие продолжало пользование данным имуществом в своей деятельности, только уже не на праве собственности, а в силу арендных договоров, арендодателями по которым выступали ИП ФИО1 и ООО «Трассер» (100% учредитель и участник ФИО1).

Вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2022, установлено, что ответчик, являясь руководителем должника, оформлял мнимые договоры аренды с целью искусственного создания задолженности и выводу денежных средств должника. Единственной целью при заключении данных договоров был вывод активов должника при накоплении пассивов на ООО «Геострой», выводе денежных средств за арендное пользование имуществом и накопление дружественной кредиторской задолженности на случай банкротства ООО «Геострой» и установления контроля над процедурой банкротства.

Данные выводы также сделаны судом при рассмотрении требования ответчика к должнику (определение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2021).

Вместе с тем, суды отметили, что доказательств наличия у ООО «Геострой» экономической целесообразности по отчуждению спорного имущества, с учетом заключения на следующий день после выбытия договоров аренды, материалы спора не содержат.

Таким образом, судами сделан вывод о том, что бывшим руководителем должника была создана конструкция, в которой основные ликвидные активы и итоговая прибыль находились на одних юридических лицах (ООО «Трассер», ИП ФИО1) посредством выбытия имущества и заключения договоров аренды, тогда как пассивы, а именно расходы по уплате налогов, заработной платы и несению расходов по содержанию имущества должника находились на балансе ООО «Геострой».

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, и представленные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций, правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, пришли к правомерному и обоснованному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленного требования.

Материалами дела подтверждено, что спорные договоры заключались как с целью вывода денежных средств должника, так и с целью наращивания дружественной кредиторской задолженности на случай банкротства должника и установления контроля над процедурой банкротства.

В связи с чем, суды пришли к обоснованному выводу о недействительности спорных сделок ввиду их направленности на уменьшение конкурсной массы должника и причинение вреда имущественным правам кредиторов. Противоправный интерес сторон по сделке доказан заявителем и не опровергается имеющимися в деле доказательствами.

Ссылки ответчика на то, что спорное имущество было передано ему как учредителю общества в счет выплаты дивидендов подлежат отклонению как документально не подтвержденные с учетом того, что источником выплаты дивидендов является чистая прибыль организации на момент принятия решения о таких выплатах.

Приведенные в кассационной жалобе доводы направлены на переоценку установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств и представленных в материалы дела доказательств, сводятся к несогласию с оценкой судов обстоятельств по делу и доказательств, представленных в материалы дела, а потому не могут быть положены в основу отмены обжалуемых судебных актов, так как заявлены без учета норм части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исключивших из полномочий суда кассационной инстанции установление обстоятельств, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешение вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также переоценку доказательств, которым уже была дана оценка судом первой или апелляционной инстанции.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (части 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Выводы судов, изложенные в обжалуемых судебных актах, в достаточной степени мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не противоречат нормам права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 16.06.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2023 по делу № А40-40337/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.



Председательствующий-судья Н.А. Кручинина


Судьи: В.Л. Перунова


В.З. Уддина