Постановление от 16 июля 2025 г. по делу № А70-13053/2024

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-13053/2024
17 июля 2025 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена  03 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 июля 2025 года


Восьмой арбитражный  апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Горобец Н.А.,

судей Еникеевой Л.И., Веревкина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Мироновой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3861/2025) индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Тюменской области от 26.03.2025 по делу № А70-13053/2024 (судья Мингалева Е.А.), по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 о солидарном взыскании убытков с соответчиков: арбитражного управляющего ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Гелиос», при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ассоциации «Межрегиональная Северо-Кавказская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Содружество», Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области, общества с ограниченной ответственностью «Астерион» (ИНН: <***>), Управление Федеральной налоговой службы Российской Федерации по Тюменской области, Банк ВТБ (ПАО),


пи участии в судебном заседании посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» представителей:

от индивидуального предпринимателя ФИО1 - ФИО2 по доверенности от 16.05.2023 № 72АА2561523 сроком действия 5 лет;

арбитражный управляющий ФИО4 Рудольфович;

от общества с ограниченной ответственностью «Астерион» - ФИО3 по доверенности от 29.11.2024 сроком действия 1 год,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1, истец) обратился в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением к арбитражному управляющему ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик) и обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Гелиос» (далее – ООО «СК «Гелиос», ответчик) о солидарном взыскании убытков в размере 28 728 841 руб. 61 коп.

К участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечены: ассоциация «Межрегиональная Северо-Кавказская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Содружество», Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тюменской области, общество с ограниченной ответственностью «Астерион» (далее – ООО «Астерион»), Управление Федеральной налоговой службы Российской Федерации по Тюменской области, Банк ВТБ (публичное акционерное общество) (далее - Банк ВТБ (ПАО).

Решением от 26.03.2025 Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-13053/2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ИП ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что определяет ущерб от действий ФИО4 в деле № А70-4126/2017 как незаконное распоряжение финансовым управляющим денежными средствами, поступившими в конкурсную массу истца-должника, что привело к необоснованным расходам и лишению истца данных денежных средств. Данные действия выразились в перечисление денежных средств по обязательствам, не включенным в реестр кредиторов. Истец узнал об этих перечислениях только после прекращения банкротного дела путем ознакомления с материалами дела, т.к. данные обстоятельства скрывались финансовым управляющим. Именно поэтому истец не имел возможности обратиться с заявлением о признании действий финансового управляющего незаконными в рамках дела о банкротстве. Добросовестно и законно исполняя свои обязанности арбитражный управляющий не должен был производить оспариваемые платежи, следствием чего было бы получение истцом-должников после прекращения дела о банкротстве денежных средств в свое распоряжение. За период незаконного бездействия с 07.05.2019 по 10.04.2021 финансовым управляющим по собственной инициативе начислены и выплачены ООО «Спецмонтаж» мораторные проценты. Бездействия в период с 07.05.2019 по 10.04.2021 привели к начислению мораторных процентов, выплату которых можно было бы избежать в случае своевременного проведения торгов. Выводы суда о том, что действия арбитражного управляющего правомерны, т.к. происходил раздел имущества должника, основан на неправильном применении норм права: с момента утверждения судом порядка организации торгов, в отсутствии судебного акта о приостановлении торгов, бездействие арбитражного управляющего в виде непроведения торгов является незаконным, не соответствует понятию добросовестности, привело к ущербу для должника в виде начисления мораторных процентов. Таким образом, ответчик незаконно произвел выплату мораторных процентов залоговому кредитору до расчетов с кредиторской задолженностью, а учитывая, что дело о банкротстве прекращено погашением требований кредиторов третьим лицом, мораторные проценты не подлежали выплате в рамках дела о банкротстве, вопрос их выплаты мог быть разрешен только в рамках обычного искового производства по инициативе залогового кредитора. Поскольку денежных средств истца после продажи залогового имущества было недостаточно для удовлетворения в полном объеме требований кредиторов, ответчик не имел права выплачивать мораторные проценты ООО «Спецмонтаж». Если действия ответчика являлись заблуждением, то после публикации определения Верховного Суда РФ от 23.08.2021 по делу № 303-ЭС20-10154 (2), действуя добросовестно ответчик обязан был произвести действия по возврату выплаченных средств для правильного их распределения. Не имеет правового значения то обстоятельство, что заявление третьего лица о погашении задолженности кредиторов удовлетворено судом 21.10.2021, т.к. на тот момент мораторные проценты не должны были выплачиваться ответчиком, израсходованные на данный платеж денежные средства должны были оставаться в конкурсной массы и могли быть потрачены только на расчеты с кредиторами. Кроме того, считает, что судом не установлены существенные обстоятельства дела: когда и на каком основании финансовый управляющий включил спорные текущие платежи в реестр; чем подтверждается законность и соблюдение сроков налоговым органом при предъявлении требования об уплате налогов. На момент оплаты финансовым управляющим налоговой задолженности, она имела признаки безнадежной ко взысканию и подлежала списанию, поскольку налоговым органом пропущены сроки принудительного взыскания. Оплатив данную задолженность по собственной инициативе ответчик лишил истца права на списание данной задолженности в соответствии с нормами Налогового кодекса Российской Федерации.

Определением от 05.06.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда апелляционная жалоба принята к производству суда, назначена к рассмотрению в судебном заседании на 03.07.2025.

От ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу (приобщен в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ), в котором просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ИП ФИО1 поддержал требования, изложенные в апелляционной жалобе, просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

ФИО4 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ООО «Астерион» с доводами апелляционной жалобы не согласился.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела, определением от 11.08.2017 (резолютивная часть объявлена 11.08.2017) Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-4126/2017 заявление акционерного общества «Сургутнефтегазбанк» (далее – АО «Сургутнефтегазбанк») признано обоснованным, в отношении ИП ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Решением от 18.12.2017 (резолютивная часть объявлена 15.12.2017) Арбитражного суда Тюменской области ИП ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Определением от 09.11.2021 Арбитражного суда Тюменской области признаны требования кредиторов в общем размере 106 084 670 руб. 24 коп. к должнику ФИО1 погашенными в полном объеме. Прекращено производство по делу № А70-4126/2017, возбужденному по заявлению АО «Сургутнефтегазбанк» о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1

Обращаясь с настоящими исковыми требованиями истец указывает, что в период процедуры реализации имущества должника, финансовым управляющим ФИО4 совершены неправомерные действия (бездействия), повлекшие убытки для должника, выразившиеся в:

- не организации торгов залогового имущества в период с 07.05.2019 по 10.04.2021, а также начисление за указанный период и выплата мораторных процентов залоговому кредитору в размере 15 950 419 руб. 61 коп.;

- погашение задолженности по налогам перед бюджетом, имеющей, по мнению заявителя признаки безнадежной, за взысканием которой уполномоченный орган не обращался.

Оценив представленные в материалы дела документы по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для отказа в удовлетворении исковых требований.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены или изменения, исходя из следующего.

По смыслу правила пункта 4 статьи 20.4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) арбитражный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Поэтому необходимые меры в процедуре банкротства планирует и реализует сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков необходимо наличие следующих обязательных условий: наличие и размер понесенных убытков; противоправное поведение лица, причинившего убытки; причинная связь между противоправными действиями лица, причинившего убытки и убытками.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце третьем пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона Российской Федерации "О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о возмещении убытков разъяснены в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

В части доводов о не организации торгов залогового имущества в период с 07.05.2019 по 10.04.2021 суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В рамках дела № А70-4126/2017, определением от 11.08.2017 в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 включены требования АО «Сургутнефтегазбанк» в размере 71 263 907 руб. 55 коп., в том числе 64 000 000 руб. – основной долг, 4 357 998 руб. 53 коп. – просроченные проценты, 646 890 руб. 42 коп. – проценты на сумму долга, 1 462 012 руб. 40 коп. – штрафная неустойка, 731 006 руб. 20 коп. – комиссия, 66 000 руб. – расходы по уплате государственной пошлины, как обеспеченные залогом следующего имущества должника:

- земельный участок, площадью 13 867 кв.м., по адресу: <...>, кадастровый номер 72:23:0110002:594;

- здание, назначение нежилое здание, 1-этажный, общей площадью 2 816,6 кв.м., по адресу: <...>, кадастровый номер 72:23:0110002:8056;

- доля в уставном капитале ООО «Адонис Центр» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в размере 100%.

Определением от 20.04.2018 в реестр требований кредиторов ФИО1 в состав третьей очереди включено требование АО «Сургутнефтегазбанк» в сумме 67 287 036 руб. 11 коп., в том числе 21 800 197 руб. 05 коп. – проценты на сумму долга, 45 486 839 руб. 06 коп. – штрафная неустойка, как обеспеченные залогом вышеуказанного имущества.

Определением от 06.08.2019 судом произведена замена кредитора АО «Сургутнефтегазбанк» на кредитора ООО «Спецмонтаж» по требованию в реестре требований кредиторов должника в размере 646 890 руб. – проценты на просроченную ссудную задолженность, 1 462 012 руб. 40 коп. – штрафная неустойка, обеспеченным залогом следующего имущества должника:

- земельный участок, площадью 13 867 кв.м., по адресу: <...>, кадастровый номер 72:23:0110002:594;

- здание, назначение нежилое здание, 1-этажный, общей площадью 2 816,6 кв.м., по адресу: <...>, кадастровый номер 72:23:0110002:8056;

- доля в уставном капитале ООО «Адонис Центр» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в размере 100%.

Также должник обращался с заявлением о разрешении разногласий по вопросам начальной продажной цены, порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, в котором просил суд:

- определить начальную продажную цену нежилого здания, расположенного по адресу: <...> (кадастровый номер: 1 72:23:0110002:8056) в размере 203 535 000 руб.;

- определить начальную продажную цену земельного участка, расположенного по адресу: <...> (кадастровый номер: 72:23:011002:594) в размере 97 735 000 руб.;

- определить начальную продажную цену продажи залогового имущества посредством публичного предложения в размере начальной продажной цены на повторных торгах и установить возможность ее снижения на 3% от начальной продажной цены каждые 5 рабочих дней.

Определением от 09.11.2018 по делу № А70-4126/2017 судом разрешены разногласия, заявленные должником, путем определения начальной продажной стоимости нежилого здания, общей площадью 2 816,6 кв. м, расположенного по адресу: <...>, в размере 213 880 000 руб., также определена начальная продажная стоимость земельного участка, общей площадью 13 867 кв. м, расположенного по адресу: <...>, в размере 73 689 000 руб.

Постановлением от 07.05.2019 Восьмого арбитражного апелляционного суда определение от 09.11.2018 отменено, разрешены разногласия, следующим образом:

- определить начальную продажную стоимость нежилого здания, площадью 2 816,6 кв. м, расположенного по адресу: <...> в размере 213 880 000 руб.;

- определить начальную продажную стоимость земельного участка, площадью 13 867 кв. м, расположенного по адресу: <...> в размере 73 689 000 руб.

- разногласия в части порядка реализации имущества должника в форме публичного предложения, принять в редакции залогового кредитора ООО «Спецмонтаж»: «Если в течение 30 дней со дня признания повторных торгов несостоявшимися залогодержатель не воспользуется правом оставить предметы залога за собой, либо в случае направления финансовому управляющему отказа до истечения 30 дней предметы залога подлежат продаже путем публичного предложения в порядке, установленном пунктом 4 статьи 139 Закона о банкротстве, при этом начальная продажная цена устанавливается в размере начальной продажной цены на повторных торгах и снижается на 6% от начальной продажной цены каждую неделю 7 раз.

В случае признания торгов по продаже имущества должника посредством публичного предложения несостоявшимися ООО «Спецмонтаж» представляет финансовому управляющему новую редакцию положения для организации последующих торгов.

При этом в период разрешения разногласий и определения начальной продажной стоимости и порядка реализации имущества, являющегося предметом залога, с 07.05.2019 по 10.04.2021, супруга должника ФИО6 обратилась в Центральный районный суд г. Тюмени с заявлением о разделе совместно нажитого имущества, в том числе залогового.

По результатам рассмотрения указанного заявления, решением Центрального районного суда от 21.01.2020 по делу № 2-24/2020, исковые требования удовлетворены частично.

Апелляционным определением от 01.03.2021 Судебной коллегии по гражданским делам Тюменского областного суда по делу № 33-915/2021 указанное решение отменено в части, в отмененной части принят новый судебный акт.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - Постановление № 48), в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации, далее - СК РФ).

Вместе с тем супруг (бывший супруг), полагающий, что реализация общего имущества в деле о банкротстве не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы находящихся на его иждивении лиц, в том числе несовершеннолетних детей, вправе обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов до его продажи в процедуре банкротства (пункт 3 статьи 38 СК РФ). Данное требование подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. К участию в деле о разделе общего имущества супругов привлекается финансовый управляющий. Все кредиторы должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, вправе принять участие в рассмотрении названного иска в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 43 ГПК РФ). Подлежащее разделу общее имущество супругов не может быть реализовано в рамках процедур банкротства до разрешения указанного спора судом общей юрисдикции.

Обращение взыскания на имущество, принадлежащее на праве общей собственности гражданину-должнику и иным лицам, не являющимся супругом (бывшим супругом) должника, в процедурах банкротства производится в соответствии с общими положениями пункта 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве, без учета особенностей, установленных пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве.

Исходя из смысла положений Закона о банкротстве и разъяснений высшей судебной инстанции в деле о банкротстве супруга подлежит реализации общее имущество супругов независимо от того, в совместной или долевой собственности оно находится. При этом если в результате раздела доли супругов в общем имуществе выделены в судебном порядке, данное обстоятельство влияет лишь на размер причитающихся второму супругу денежных средств, вырученных от реализации общего имущества (в случае раздела не в равных долях). Имущество и в случае выдела доли будет подлежать реализации в деле о банкротстве супруга, с выплатой второму супругу стоимости его доли. Пункт 7 статьи 213.26 Закона предполагает реализацию всего супружеского имущества как совместного, так и находящегося в долевой собственности.

Сложившейся судебной практикой также сформирован подход, который предусматривает возможность реализации общего имущества супругов, находящегося в долевой собственности единым имуществом, а не долей в праве собственности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 353 ГК РФ, если предмет залога остается в общей собственности приобретателей имущества, такие приобретатели становятся солидарными залогодателями.

При последующем разделе общего имущества супругов, переданного в залог по договору залога, заключенному одним из супругов с третьим лицом, залог в отношении этого имущества сохраняется независимо от того, кем из супругов был заключен договор залога и как будет разделено общее имущество супругов.

Поскольку обремененное залогом имущество находилось в совместной собственности супругов, то изменение режима общей собственности супругов с совместной на долевую и определение долей в праве общей собственности супругов по смыслу положений статей 7, 38 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», статьи 353 ГК РФ не повлекло трансформации залога имущества в залог долей в праве общей долевой собственности.

Таким образом, ООО «Спецмонтаж», требования которого обеспечены залогом такого имущества, вправе рассчитывать на погашение своих требований из средств, вырученных в ходе реализации от продажи всего заложенного имущества, а не доли в праве.

При этом подлежащее разделу общее имущество супругов не может быть реализовано в рамках процедур банкротства до разрешения спора судом общей юрисдикции по делу № 2-24/2020.

Таким образом, действующее законодательство устанавливает невозможность реализации активов должника, составляющих конкурсную массу, до разрешения вопроса о действительном объеме вещных прав каждого из супругов на совместно нажитое имущество в случае наличия такого спора между ними.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с утверждением подателя жалобы о том, что ответчик обязан был провести торги, не дожидаясь решения суда о разделе имущества.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что торги по продаже имущества, являющегося предметом залога организованы финансовым управляющим в разумные сроки после вступления судебного акта о разделе совместно нажитого имущества, заявителем не представлены доказательства наличия в действиях ответчика арбитражного управляющего ФИО4, а также соответчика ООО «Страховая компания «Гелиос», состава гражданско-правового нарушения, необходимого для возложения на последних ответственности в виде возмещения заявленных убытков, является верным.

Оценивая довод истца о начислении за указанный период и выплаты мораторных процентов залоговому кредитору в размере 15 950 419 руб. 61 коп., суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Общим последствием введения процедуры банкротства является установление моратория, то есть запрета на начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, а также процентов по обязательствам должника (за пользование займом, по кредиту, коммерческому кредиту). Вместо этого по смыслу законодательства о банкротстве кредиторы получают право на специальные (мораторные) проценты.

По общему правилу залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в том числе неустойку (статья 337 ГК РФ).

Из положений пункта 1 статьи 334 ГК РФ, статьи 18.1, абзаца шестого пункта 4 статьи 134, статьи 138, пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве следует, что требования залогового кредитора удовлетворяются за счет стоимости предмета залога преимущественно перед другими кредиторами залогодателя.

При этом обеспеченное залогом требование о взыскании неустойки учитывается отдельно в реестре требований кредиторов, подлежит удовлетворению в очередности, установленной пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве, преимущественно по отношению к необеспеченным требованиям других кредиторов по взысканию финансовых санкций (пункт 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя», пункт 24 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, пункт 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 за 2017 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2017 № 301-ЭС16-17271, от 12.10.2022 № 305-ЭС22-11129). Таким образом, до погашения основного долга по необеспеченным требованиям иных кредиторов не производятся выплаты по обеспеченным залогом финансовым санкциям.

Такой же подход о наличии у обеспеченного требования приоритета только в рамках своей подочереди применяется и к мораторным процентам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 303-ЭС20-10154(2)).

Как указано в определении Верховного Суда российской Федерации от 26.06.2023 № 307-ЭС22-27054, подобное правило объясняется тем, что в условиях, когда не погашена основная сумма задолженности перед иными кредиторами, выплата неустойки залоговому кредитору, уже получившему компенсацию своих имущественных потерь по основному долгу (в том числе договорным процентам), представляется экономически нецелесообразной и несправедливой, нарушающей права других лиц, пострадавших от банкротства должника. Соответственно фактическое осуществление выплаты по неустойке в таком случае влекло бы оказание залоговому кредитору предпочтения в нарушение принципа очередности удовлетворения требований (статьи 61.3, 134, 142 Закона о банкротстве).

Из отчета финансового управляющего об использовании денежных средств от 03.11.2021 следует что, последним 19.07.2021 произведено погашение реестровой задолженности, мораторных процентов залоговому кредитору ООО «Спецмонтаж» в общем размере 25 401 390 руб. 29 коп.

Отклоняя довод истца о том, что мораторные проценты подлежат удовлетворению после погашения требований всех кредиторов третьей очереди, включая не залоговых, со ссылкой на правоприменительный подход, изложенный в определении ВС РФ от 23.08.2021 по делу № 303-ЭС20-10154 (2), суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что выплата процентов произведена финансовым управляющим, залоговому кредитору 19.07.2021, следовательно, до позиции Верховного суда РФ, изложенной в определении от 23.08.2021 по делу № 303-ЭС20-10154 (2).

Утверждая о том, что прекращение производства по делу о банкротстве исключает выплату мораторных процентов в деле о банкротстве, истец не учитывает, что по состоянию на 19.07.2021 отсутствовала какая-либо информация о возможном прекращении дела о банкротстве, заявление о намерении погасить все требования кредиторов подано ФИО6 в Арбитражный суд 01.10.2021, удовлетворено определением от 21.10.2021.

С учетом изложенного, учитывая также отсутствие возражений по размеру начисленных мораторных процентов от кредиторов и должника, действия финансового управляющего по выплате залоговому кредитору мораторных процентов правомерны и не противоречат действующему законодательству. Сама по себе оплата мораторных процентов не могла причинить убытки должнику, поскольку такая обязанность возникла в силу закона, имеет безусловный характер, размер процентов фиксирован, возможность уменьшения процентов законом не предусмотрена.

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 N 303-ЭС20-10154(2) по делу №А51-25767/2015сформирован правовой подход, направленный на защиту интересов иных кредиторов и выравнивание их прав с залоговым кредитором. Т.е. при оценке законности действий финансового управляющего следует оценивать нарушены ли права иных конкурсных кредиторов, причинены ли таким кредиторам убытки, именно кредиторы могут быть заявителями таких требований, следовательно, при оценке вопроса очередности уплаты мораторных процентов не может идти речь о нарушении прав должника и причинении ему убытков. 16.09.2021 состоялось заседание комитета кредиторов (протокол №15), где конкурсные кредиторы приняли отчет финансового управляющего, в котором отражена уплата мораторных процентов. Каких-либо возражений относительно действий финансового управляющего со стороны кредиторов не последовало.

В части доводов о погашении финансовым управляющим задолженности по налогам перед бюджетом, имеющей, по мнению заявителя, признаки безнадежной, за взысканием которой уполномоченный орган не обращался суд отмечает следующее.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом. Удовлетворение требований кредиторов по текущим платежам в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, производится в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Очередность удовлетворения требований кредиторов по текущим платежам определена в пункте 2 статьи 134 Закона о банкротстве.

Требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности (абзац седьмой пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве).

По смыслу положений статьи 134 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений, данных в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 36 «О некоторых вопросах, связанных с ведением кредитными организациями банковских счетов лиц, находящихся в процедурах банкротства», арбитражный управляющий, располагая сведениями о текущих обязательствах должника, обеспечивает погашение соответствующих обязательств, исходя из наступления срока их исполнения. Очередность погашения текущих требований определяется арбитражным управляющим согласно дате возникновения соответствующих обязательств, на основании имеющихся в его распоряжении судебных актов и первичных документов (договоров, актов, счетов и т.д.).

Арбитражный управляющий, располагая сведениями о текущих обязательствах должника, должен обеспечить погашение соответствующих обязательств с учетом наступления срока их исполнения.

Как следует из материалов дела, в реестр текущих платежей должника включены требования по оплате задолженности по налогам в размере 13 244 184 руб. 13 коп., на основании налоговых уведомлений от 04.07.2019 № 31423985, от 01.09.2019 № 82790022, также задолженность взыскана в судебном приказном порядке от 03.11.2020, от 02.12.2020, от 20.03.2021, что также подтверждается информацией с сайта ФССП, представленной в материалы дела.

При этом, отклоняя доводы заявителя о том, что задолженность имела признаки безнадежности, в связи с чем подлежала списанию, а не оплате, судом принято во внимание, что поскольку задолженность образовалась за 2018-2019 годы, а также взыскана в судебном порядке, следовательно, исковая давность не истекла, признаков безнадежности не имелось.

Также судом принята во внимание противоречивая позиция должника, выразившаяся в том, что при рассмотрении его жалобы на действие (бездействие) финансового управляющего, выразившиеся, в том числе в не оплате налоговых платежей, должник заявлял о том, что задолженность по уплате налоговых платежей должна была быть погашена. Определением от 04.10.2021 в удовлетворении жалобы было отказано. Спустя более четырех лет, должник занимает иную позицию.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 04.10.2021 также установлено, что срок уплаты основной налоговой задолженности – 01.12.2020.

По истечении срока уплаты налоговый орган 08.12.2020 выставил требование № 171044 об уплате налога, после налоговый орган обратился за выдачей судебного приказа на взыскание (судебный приказ от 10.03.2021 № 2А-399/2021/9м, выдан мировым судьей судебного участка № 8 Центрального судебного района г. Тюмени), который предъявлен к исполнению в службу судебных приставов-исполнителей. В отношении иных налогов вынесены судебные приказы от 03.11.2020, 02.12.2020.

С учетом изложенного, налоговые обязательства исполнены в пределах реализуемой налоговым органом процедуры принудительного взыскания налоговой задолженности, соответствующей требованиям Налогового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии совокупности условий, предусмотренных статьей 15 ГК РФ, для привлечения арбитражных управляющих к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

При данных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что удовлетворив исковые требования, суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение.

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы ответчика не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Тюменской области от 26.03.2025 по делу № А70-13053/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.


Председательствующий


Н.А. Горобец

Судьи


А.В. Веревкин

 Л.И. Еникеева