Постановление от 29 июля 2019 г. по делу № А44-5614/2018



АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ


29 июля 2019 года

Дело №

А44-5614/2018



Резолютивная часть постановления объявлена 23.07.2019.

Полный текст постановления изготовлен 29.07.2019.


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Зарочинцевой Е.В., Троховой М.В.,

при участии конкурсного управляющего Багрянцева Д.В. (паспорт), от ООО «ПСВ-Инвест» представителя Шиятюк С.В. (доверенность от 14.05.2019),

рассмотрев 23.07.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ИнвестСтрой» на определение Арбитражного суда Новгородской области от 21.02.2019 (судья Кузема А.Н.) и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019 (судьи Кузнецов К.А., Писарева О.Г., Шумилова Л.Ф.) по делу № А44-5614/2018,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Новгородской области от 09.07.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Тэкстрой», место нахождения: 173008, Великий Новгород, Рабочая ул., д. 59, ОГРН 1095321006692, ИНН 5321137574 (далее - Общество).

Определением от 01.10.2018 в отношении Общества введено наблюдение, временным управляющим утвержден Багрянцев Дмитрий Владимирович.

Решением от 26.03.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Багрянцев Д.В.

Общество с ограниченной ответственностью «ИнвестСтрой», место нахождения: 191015, Санкт-Петербург, Шпалерная ул., д. 60, ОГРН 1097847147232, ИНН 7842409140 (далее - Компания), обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов (с учетом уточнения) 7 172 316 руб. 80 коп. задолженности.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Санаторно-Курортное Лечение» (далее – ООО «СКЛ»).

Определением от 21.02.2019, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе Компания просит определение от 21.02.2019 и постановление от 22.04.2019 отменить, вынести новый судебный акт - об удовлетворении заявления в полном объеме.

Податель жалобы указывает на то, что выводы судов о ничтожности договора поручительства от 11.10.2017, на основании которого заявлено настоящее требование, основаны на обстоятельствах, подлежащих оценке при оспаривании сделок по специальным основаниям, установленным Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), но не могут являться основанием для признания требования необоснованным.

Также Компания ссылается на отсутствие злоупотребления правом со своей стороны при заключении названного договора поручительства и неосведомленность о финансовых трудностях должника.

В судебном заседании конкурсный управляющий Обществом и представитель конкурсного кредитора ООО «ПСВ-Инвест» возражали против удовлетворения жалобы.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами 24.04.2015 между ООО «СКЛ» (цедент) и Компанией (цессионарий) заключен договор цессии (уступки права требования), по условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает права требования к дебиторам общества с ограниченной ответственностью «СПб ГГК», приобретенные цедентом на основании договора купли-продажи имущества от 16.03.2015. Сумма требований составляет 62 156 329 руб. 78 коп.

Впоследствии 12.05.2015 ООО «СКЛ» и Компания заключили соглашение о новации (с учетом дополнительного соглашения от 12.05.2012), по условиям которого заменили обязательства ООО «СКЛ» перед Компанией, возникшие в связи с необоснованным получением ООО «СКЛ» средств от дебиторов по переуступленным правам требования, на обязательство по договору займа в размере 4 588 093 руб. 86 коп. со сроком возврата 30.09.2017 под 18 % годовых.

Компания 11.10.2017 заключила с Обществом (поручитель) договор поручительства, в соответствии с которым поручитель обязался отвечать перед Компанией за исполнение ООО «СКЛ» обязательств, вытекающих из соглашения о новации от 12.05.2015 в части основного долга, процентов за пользование суммой займа, а также штрафов и неустоек.

Поскольку заемные денежные средства, а также проценты за пользование займом уплачены не были, кредитор обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции установил, что на дату заключения договора поручительства у должника имелись неисполненные обязательства в размере более 7 000 000 руб., заключение договора поручительства не было связано с хозяйственной деятельностью должника и его уставными целями и привело к искусственному увеличению кредиторской задолженности и возникновению дополнительных обязательств.

Суд первой инстанции пришел к выводам, что в условиях неплатежеспособности и недостаточности имущества должник был неспособен исполнить принятое акцессорное обязательство и его принятие привело к нарушению баланса интересов иных кредиторов Общества, в связи с чем на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) признал договор поручительства от 11.10.2017 ничтожной сделкой и отказал во включении требования Компании в реестр требований кредиторов Общества.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Изучив материалы дела и проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Поскольку требование рассматривается в деле о банкротстве (несостоятельности), во избежание создания искусственной задолженности в реестре требований кредиторов суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

При этом согласно разъяснениям, приведенным в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно положениям пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При этом, согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пункт 1 статьи 363 ГК РФ возлагает на поручителя и должника по гражданско-правовому обязательству солидарную перед кредитором ответственность в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения названным должником обеспеченного поручительством обязательства.

Согласно позиции, содержащийся в пункте пункт 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, поручительство представляет собой способ обеспечения исполнения основного обязательства, следовательно, ответственность поручителя перед кредитором возникает в момент неисполнения должником обязательства перед кредитором, а, если обязательство по уплате долга исполняется по частям - в момент неуплаты соответствующей части долга.

Суды установили, что на дату заключения договора поручительства Общество обладало признаками неплатежеспособности, а также пришли к выводу, что заключение названного договора поручительства повлекло за собой увеличение кредиторской задолженности и возникновение у должника дополнительных обязательств на значительную сумму, которые ранее не существовали. В то же время судами не устанавливалось имелась ли на момент заключения договора поручительства просрочка исполнения обязательств на стороне основного должника.

Также суды пришли к выводам о том, что заключение договора поручительства не было связано с хозяйственной деятельностью должника и его уставными целям, было экономически необоснованно, а доказательств наличия общих экономических интересов Компанией не представлено.

Тем не менее, наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2016 г. N 308-ЭС16-1475). Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц в конечном счете выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

В настоящем случае Компания ссылалась на то, что должник и ООО «СКЛ» входят в одну группу лиц и, следовательно, предоставление ими поручительства в интересах друг друга разумно.

Суд первой инстанции, при проверке довода Компании указал на отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих наличие общих экономических интересов Компании и должника.

Однако довод о наличии общих экономических интересов у должника (поручителя) и ООО «СКЛ» (основного должника) судами не проверен.

В ситуации, когда кредитор является независимым от группы заемщика лицом, предоставленные в виде займа денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, поэтому предполагается, что главная цель поручительства заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора осуществляется лицом, ссылающимся на данный факт.

Для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения займодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным займодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности остальным кредиторам должника.

По общему правилу статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В данном случае суды не проверили и не дали правовой оценки действиям Компании при заключении договора поручительства на предмет наличия злоупотребления.

По мнению суда кассационной инстанции, вывод судов о наличии оснований для признания Договора поручительства ничтожным по статье 10 ГК РФ сделан при неполном исследовании обстоятельств дела, имеющих существенное значение для рассматриваемого спора.

Изложенное в силу статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов и направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, повторно проверить все доводы и возражения лиц, участвующих в деле, установить имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора обстоятельства, в том числе проверить обоснованность заявленного требования как по праву и так и по размеру, проверить наличие общих экономических интересов у Общества (поручителя) и ООО «СКЛ» (основного должника), установить наличие (отсутствие) злоупотребления правом при заключении договора поручительства, как должником, так и Компанией.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Новгородской области от 21.02.2019 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019 по делу № А44-5614/2018 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новгородской области.



Председательствующий


В.В. Мирошниченко


Судьи


Е.В. Зарочинцева

М.В. Трохова