Постановление от 5 февраля 2025 г. по делу № А56-9086/2019

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-9086/2019
06 февраля 2025 года
г. Санкт-Петербург
/сд.3

Резолютивная часть постановления объявлена     23 января 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  06 февраля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Радченко А.В.

судей  Морозова Н.А., Тарасова М.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания Галстян Г.А.

при участии: 

представитель участников должника: ФИО1 по паспорту, протокол от 26.12.2024,

от конкурсных кредиторов ФИО2, ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 24.07.2024,

от ответчика: представитель ФИО5 по доверенности от 26.12.2024,

конкурсный управляющий ФИО6 по паспорту (онлайн)

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-35775/2024, 13АП-35775/2024)  представителя участников должника – ФИО1, ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.10.2024 по делу № А56-9086/2019/сд.3 (судья Корушова И.М.), принятое по заявлению ФИО2, ФИО3 о признании сделок недействительными

ответчик: АО «Первое долговое агентство»

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Завод имени академика В.П. Филатова» (ИНН <***>),

установил:

30.01.2019 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление акционерного общества «ЮниКредит Банк Чешская Республика и Словакия, a.c.» (UniCredit Bank Czech Republic and Slovakia, a.s.) (далее - Банк) о признании общества с ограниченной ответственностью «Завод имени академика В.П. Филатова» (далее - должник, Общество, ООО «Завод имени академика В.П.Филатова») несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 06.02.2019 заявление принято к рассмотрению, возбуждено дело о банкротстве должника.

 Определением арбитражного суда от 22.01.2021 (резолютивная часть объявлена 15.01.2021) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Завод имени академика В.П. Филатова» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО7, член Ассоциации ВАУ «Достояние».

Определением арбитражного суда от 12.09.2021 (резолютивная часть объявлена 07.09.2021) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Завод имени академика В.П. Филатова» введена процедура внешнего управления, внешним управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО7.

Решением арбитражного суда от 16.02.2024 ООО «Завод имени академика В.П. Филатова» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден арбитражный управляющий ФИО6 Указанные сведения опубликованы в газете Коммерсант №38 от 02.03.2024

В арбитражный суд от ФИО2 и ФИО3 поступило заявление, уточненное в порядке ст.49 АПК РФ, о признании недействительными договоров займа №1/2022 от 11.01.2022, № 2/2022 от 22.06.2022 и №3/2022 от 11.08.2022№ 1/2022 от 11.01.2022; № 2/2022 от 22.06.2022; № 3/2022 от 11.08.2022; №4 /2022 от 28.11.2022; № 5/2023 от 10.02.2023; № 6/2023 от 10.05.2023; № 7/2023 от 14.06.2023; № 8/2023 от 7.09.2023; № 9/2023 от 22.12.2023, заключенных между должником и Акционерным обществом «Первое долговое агентство» (далее – ответчик, АО «Первое долговое агентство»), применении последствий недействительности сделки в виде отказа в возврате заемных средств, а в случае его не удовлетворения – понизить очередность их удовлетворения по отношению к требованиям других кредиторов.

Определением суда от 16.10.2024 (резолютивная часть от 17.09.2024) в удовлетворении требований о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности отказано, требование в части понижения очередности удовлетворения текущих требований выделено в отдельное производство.

ФИО9, обратились с совместной апелляционной жалобой по доводам которой указали на несогласие с определением суда от 16.10.2024, считают его не обоснованным и не законным, просят его отменить с принятием нового судебного акта. По мнению апеллянтов суд не применил нормы материального права подлежащие применению, а именно ст. 10  Гражданского кодекса РФ к отношениям между должником, в лице внешнего управляющего и ответчиком, ст. 101 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве).

Определением от 07.11.2024 апелляционная жалоба принята к производству.

Представитель участников должника – ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой на определение суда от 16.10.2024 по доводам которой указала, что судебный акт первой инстанции подлежит отмене ввиду допущенных нарушений норм материального и процессуального права. Суд не применил нормы материального права подлежащие применению, а именно ст. 10  Гражданского кодекса РФ к отношениям между должником, в лице внешнего управляющего и ответчиком, ст. 101 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», применил ст. 61.7 Закона о банкротстве не подлежащей применению, не применил последствия недействительности сделок.

Определением от 26.11.2024 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

До судебного заседания от представителя ответчика, и.о. конкурсного управляющего должника поступил отзыв и дополнительные письменные пояснения, от и.о. конкурсного управляющего должника поступил отзыв.

От апеллянтов поступили письменные пояснения на представленные отзывы.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд считает апелляционные жалобы обоснованными.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции в ходе процедуры внешнего управления между ООО «Завод имени академика В.П.Филатова» (заемщик) и АО «Первое долговое агентство» (займодавец) были заключены следующие договоры займа: № 1/2022 от 11.01.2022; № 2/2022 от 22.06.2022; № 3/2022 от 11.08.2022; №4 /2022 от 28.11.2022; № 5/2023 от 10.02.2023; № 6/2023 от 10.05.2023; № 7/2023 от 14.06.2023; № 8/2023 от 7.09.2023; № 9/2023 от 22.12.2023, по условиям, которых займодавец предоставил должнику денежные средства в общем размере 83 500 000 руб.

В соответствии с пунктом 4 статьи 101 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее -  Закон о банкротстве) сделки, влекущие за собой получение или выдачу займов, совершаются внешним управляющим после согласования с собранием кредиторов (комитетом кредиторов). Указанные в настоящем пункте сделки могут заключаться внешним управляющим без согласования с собранием кредиторов (комитетом кредиторов), если возможность и условия заключения таких сделок предусмотрены планом внешнего управления.

Планом внешнего управления не предусмотрено право внешнего управляющего должника заключать договоры займа от имени должника.

Доказательств того, что внешний управляющий обращался к собранию кредиторов с вопросом о согласовании условий получения займов, и они согласованы, либо собрание кредиторов в последующем одобрило такие условия, не представлено.

Судом первой инстанции установлено, что внешним управляющим нарушены требований статьи 101 Закона о банкротстве по привлечению заемных денежных средств без согласования с кредиторами получения займов и условий их получения.

При этом суд первой инстанции со ссылкой на статью 4 АПК РФ отметил, что обращение заинтересованного лица в арбитражный суд должно быть обусловлено необходимостью защиты его нарушенных прав или оспариваемых субъективных прав и охраняемых законом интересов. Применительно к рассматриваемому спору это означает, что удовлетворение требования о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности во всех случаях должно порождать какие-либо положительные последствия для должника и его кредиторов для достижения цели конкурсного производства.

Суд первой инстанции сделал вывод, что признание оспариваемых договоров займа недействительными не направлено на пополнение конкурсной массы, поскольку в качестве последствий недействительности сделки должник должен будет вернуть перечисленные в его адрес денежные средства, сославшись на положения ст. 61.7 Закона о банкротстве, не усмотрел признаков злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) в действиях сторон оспоренных сделок. Указанное послужило основанием к отказу в удовлетворении заявленных требований. Требование о понижении очередности, выделено в отдельное производство.

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

В период внешнего управления (с 7.09.2021 по 12.02.2024) между Должником и кредитором АО «Первое долговое агентство» заключено 9 договоров займа на сумму 83,5 млн. руб. на следующих условиях:

1.    Договор займа № 1/2022 от 11.01.2022, срок возврата не позднее 6 месяцев с даты предоставления денежных средств, размер займа 3 500 000 руб.;

2.    Договор займа № 2/2022 от 22.06.2022, срок возврата  - не позднее 6 месяцев с даты предоставления денежных средств,  размер займа 10 000 000 руб.;

3.    Договор займа № 3/2022 от 11.08.2022, срок возврата до 20.02.2023, размер займа 10 000 000 руб.;

4.    Договор займа № 4/2022 от 28.11.2022, срок возврата до 28.05.2023, размер займа 10 000 000 руб.;

5.    Договор займа № 5/2022 от 10.02.2023, срок возврата до 10.08.2023, размер займа 10 000 000 руб.;

6.    Договор займа № 6/2022 от 10.05.2023, срок возврата до 31.08.2023, размер займа 10 000 000 руб.;

7.    Договор займа № 7/2022 от 14.06.2023, срок возврата до 30.09.2023, размер займа 10 000 000 руб.;

8.    Договор займа № 8/2022 от 07.09.2023, срок возврата до 07.02.2024, размер займа 10 000 000 руб.;

9.    Договор займа № 9/2022 от 22.12.2023, срок возврата до 01.07.2024, размер займа 10 000 000 руб.;

По всем договорам за пользование займом установлены проценты в размере 11 % годовых, пени 0,1% за каждый день просрочки на сумму долга, но не более 20% от суммы долга.  Заемные средства перечислены на счет должника. Должник обязательств по возврату заемных средств ни по одному договору не исполнил.

План внешнего управления Должника, утвержденный 21.01.2022, не предусматривал финансирование его деятельности займами, при этом вопросы заключения договоров займа внешним управляющим и АО «Первое долговое агентство»  на общее собрание кредиторов должника не выносились, а, соответственно и не согласовывались кредиторами, что участвующими в споре лицами не оспаривается. При этом на дату утверждения плана внешнего управления о согласовании предоставления займа должнику было известно, о чем свидетельствует заключенный договор займа №1/2022 от 11.01.2022 (л.д. 49-51 том 1).

В соответствии с п. 4 ст. 101 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)  сделки, влекущие за собой получение или выдачу займов, выдачу поручительств или гарантий, уступку прав требований, перевод долга, отчуждение или приобретение акций, долей хозяйственных товариществ и обществ, учреждение доверительного управления, совершаются внешним управляющим после согласования с собранием кредиторов (комитетом кредиторов). Указанные в настоящем пункте сделки могут заключаться внешним управляющим без согласования с собранием кредиторов (комитетом кредиторов), если возможность и условия заключения таких сделок предусмотрены планом внешнего управления, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Положения п. 4 ст. 101 Закона о банкротстве носят императивный характер и направлены на ограничение полномочий внешнего управляющего при заключении сделок. Сделка, совершенная с нарушением указанной нормы, при отсутствии согласия собрания кредиторов на ее заключение, является ничтожной в силу п. 2 ст. 168 ГК РФ.

В рассматриваемом случае предоставленные заемные средства привели к увеличению кредиторской задолженности должника не только по основному долгу, но и по заемным процентам и пени.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что  позиция заявителей основывалась не только и не столько на формальном нарушении п. 4 ст. 101 Закона о банкротстве при заключении договоров займов. Основным доводом заявителей является то, что указанные договоры явились незаконным средством осуществления должником нерентабельной деятельности, причинившей вред конкурсной массе (глава 59 ГК РФ), а также то, что стороны злоупотребили своими правами (ст. 10 ГК РФ).

В определении Верховного Суда РФ № 308-ЭС18-21050 (87, 90) от 13.06.2024 по делу № А53-32531/2016 указано, что вне зависимости от того, как заявитель поименовал вид ответственности и на какие правовые нормы сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен самостоятельно квалифицировать предъявленное требование, применив правовые нормы, которые сочтет необходимыми для разрешения спора (пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве.… Фактически, уполномоченный орган, ссылаясь на причинение вреда конкурсной массе, требует взыскания убытков с лиц, которые инициировали продолжение хозяйственной деятельности, но не осуществили должного контроля за ее рентабельностью.

Суд апелляционной инстанции соглашается с позицией апеллянтов, что посредством выдачи не предусмотренных планом внешнего управления и не согласованных кредиторами процентных займов должник вел санкционированную мажоритарным кредитором АО «Первое долговое агентство» нерентабельную деятельность, вследствие чего его конкурсной массе причинен вред (ст. 10, глава 59 Гражданского кодекса РФ, определения Верховного Суда РФ от 14 ноября 2022 г. N 307-ЭС17-10793(26-28) по делу N А56-45590/2015,  № 308-ЭС18-21050 (87, 90) от 13.06.2024 по делу № А53-32531/2016) в виде увеличения текущих обязательств (заработная плата, эксплуатационные платежи), права из которых посредством их покрытия займами фактически перешли к АО «Первое долговое агентство».

Как следует из плана внешнего управления должника по итогам 2020 года должником была получена валовая прибыль в размере 33,284 млн. руб., рентабельность деятельности должника составила 26,31%. В то же время, снижение выручки должника по итогам 9 месяцев 2021 года и получение должником валового убытка в размере 7,169 млн. руб., вернула показатели рентабельности в зону отрицательных значений.

При таком положении, на дату начала предоставления заемных средств рентабельность деятельности должника имевшая отрицательные значения, не изменилась в положительную сторону и в период предоставления займов, о чем свидетельствуют отрицательные сведения отчетности должника об убыточности деятельности в указанный период, сведения о наращивании внешних обязательств по обязательным платежам в бюджет, согласно отчета конкурсного управляющего от 06.08.2024.

С самого начала внешнего управления АО «Первое долговое агентство» и внешний управляющий осознавали, что внешнее управление без получения займов невозможно, на что они прямо указывают в своих письменных пояснениях,  и что дополнительно подтверждается тем, что уже на дату утверждения АО «Первое долговое агентство» плана внешнего управления (21.01.2022), не предусматривающего получение должником займов, должник заключил с  АО «Первое долговое агентство» первый договор займа (11.01.2022), а потом практически каждые один – три месяца продолжал заключать новые договоры займов в отсутствие возврата предыдущих займов.

Данные обстоятельства также свидетельствуют о заведомой для внешнего управляющего и АО «Первое долговое агентство» несостоятельности плана внешнего управления, поскольку они изначально понимали, что финансирование деятельности должника будет осуществляться не теми способами, которые будут заложены в плане внешнего управления, а займами, возможность получения которых, они не будут включать в план.

Разумный и добросовестный арбитражный управляющий, а также лица, инициировавшие и одобрившие продолжение такой деятельности, должны принять меры для получения максимальной прибыли, пополнения конкурсной массы и последующего справедливого ее распределения, и незамедлительно прекратить ее при отсутствии экономического эффекта, увеличении размера текущих обязательств и т.п (Определение Верховного Суда РФ № 308-ЭС18-21050 (87, 90) от 13.06.2024 по делу № А53-32531/2016).

Из отчета конкурсного управляющего должника за период с открытия конкурсного производства (13.02.2024) по 02.05.2024 года (стр. 20 - 28) установлено:

-  по итогам наблюдения текущая задолженность Должника  составила 22 458,30 тыс. руб.;

- по итогам внешнего управления  текущая задолженность увеличилась до 231 437,50 руб., из которой 117 259,70 руб. – задолженность перед АО «Первое долговое агентство» (50,66%), 96 329 тыс. руб. (41,6%) – задолженность по налогам и взносам.

Таким образом, деятельность во внешнем управлении очевидно привела к увеличению текущей задолженности, что причинило ущерб кредиторам должника, поскольку увеличение текущей задолженности влияет на размер конкурсной массы, на которую претендуют конкурсные кредиторы должника.

Предоставляемые АО «Первое долговое агентство» займы не направлялись на погашение бюджетных обязательств, о чем свидетельствуют сведения в отчете конкурсного управляющего.

АО «Первое долговое агентство» является контролирующим процедуру банкротства должника кредитором,  санкционировавшим ведение Должником нерентабельной деятельности во внешнем управлении, поскольку отказавшись во внешнем управлении от реализации предмета залога (это сделано его правопредшественником АО «Юникредит-Банк Чехия и Словакия»),  АО «Первое долговое агентство получило права обычного кредитора (абз. 6 п. 1 ст. 12 Закона о банкротстве) с процентом голосов - 74,63% (мажоритарный кредитор); приняло решение о введении в отношении Должника внешнего управления и утверждении плана внешнего управления, не предусматривающего получение Должником займов и  финансировало займами в нарушение им же самим утвержденного плана внешнего управления нерентабельную деятельность Должника.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что ответственность контролирующего процедуру банкротства кредитора за инициирование ведения должником нерентабельной деятельности  наступает даже в том случае, когда его решение проведено через общее собрание кредиторов или даже суд (определение Верховного Суда РФ № 308-ЭС18-21050 (87, 90) от 13.06.2024 по делу № А53-32531/2016), в настоящем деле займы предоставлялись без какого – либо согласования.

Санкционируя осуществление  Должником нерентабельной деятельности, АО «Первое долговое агентство» не только причинило вред конкурсной массе путем увеличения текущей задолженности, но и фактически переложило негативные последствия от своих действий на иных кредиторов.

Как установлено судом апелляционной инстанции и не оспаривается сторонами спора,  в собственности Должника имеется как залоговое имущество, приоритет на выручку от реализации которого имеет АО «Первое долговое агентство» как залоговый кредитор,  так и не залоговое имущество, приоритет на выручку от реализации которого также будет иметь АО «Первое долговое агентство» как текущий кредитор по займам, выданных им с нарушением закона и покрывших текущие обязательства Должника от  инициированной самим же  АО «Первое долговое агентство» нерентабельной деятельности Должника, тогда как в отсутствие этих текущих обязательств, выручка была бы направлена на погашение требований иных кредиторов.

Поскольку лицо, причинившее вред конкурсной массе и лицо, получившее в результате этого право требования к Должнику, является одним и тем же лицом, в действиях которого к тому же содержатся признаки злоупотребления правом, то на основании ст. 10 ГК РФ причиненный им вред компенсируется отказом в возврате заемных средств.  

Действия АО «Первое долговое агентство» и внешнего управляющего по заключению договоров займа и наращиванию обязательств из них имеют признаки злоупотребления правом (ст. 10 Гражданского кодекса РФ):

Внешний управляющий разрабатывает, а АО «Первое долговое агентство»  утверждает план внешнего управления, не предусматривающий получение Должником займов, и при этом на всем протяжении внешнего управления они систематически заключают договоры займа, что заведомо для них было не законно.

Внешний управляющий и АО «Первое долговое агентство» продолжают заключать договоры займа, и предоставлять заемные средства в условиях не возврата предыдущих, что не может расцениваться как разумные и добросовестные действия арбитражного управляющий, а также лица, инициировавшего и одобрившего продолжение такой деятельности. Внешний управляющий и АО «Первое долговое агентство», при установленных обстоятельствах свидетельствующих о безусловном отсутствии рентабельной деятельности на всем протяжении внешнего управления должны были принять меры на незамедлительное прекращение такой деятельности при отсутствии экономического эффекта, увеличении размера текущих обязательств и т.п.

Внешний управляющий и АО «Первое долговое агентство» полностью исключили других кредиторов из процесса принятия решения по вопросам финансирования Должника займами: в нарушение п. 4 ст. 101 Закона о банкротстве не инициировали собрания кредиторов по этим вопросам, в отчетах внешних управляющих Шелухи А.К. и ФИО6 указываются недостоверные сведения о не заключении сделок, перечисленных в п. 4 ст. 101 Закона о банкротстве (Отчет внешнего управляющего ФИО6 от 29.01.2024, Отчет внешнего управляющего Шелухи от 23.09.2023).

Внешний управляющий и АО «Первое долговое агентство» фактически переложили обязательства по возврату займов АО «Первое долговое агентство», покрывших текущие обязательства Должника от инициированной самим же АО «Первое долговое агентство» нерентабельной деятельности на иных кредиторов исходя из того, что текущие требования АО «Первое долговое агентство» при реализации незалогового имущества должны погашаться приоритетно по отношению к иным кредиторам.

Не опровергнуты доводы заявителей о наличии заинтересованности между ответчиком и должником через ООО «Диалог» и финансового контролера должника ФИО8 При этом из фактических обстоятельств дела, а именно, сокрытие от независимых кредиторов финансирования должника в процедуре банкротства через предоставление займов, свидетельствует о доверительных отношениях между должником, в лице конкурсного управляющего и ответчиком, то есть о фактической заинтересованности между ответчиком, внешним управляющим и должником.

Вред конкурсной массе от осуществления санкционированный контролирующим процедуру банкротства кредитором нерентабельной деятельности должен быть возмещен таким кредитором (определения Верховного Суда РФ от 14 ноября 2022 г. N 307-ЭС17-10793(26-28) по делу N А56-45590/2015,  № 308-ЭС18-21050 (87, 90) от 13.06.2024 по делу № А53-32531/2016).

 Поскольку в результате осуществления Должником санкционированной АО «Первое долговое агентство» нерентабельной деятельности посредством выдачи незаконных займов, конкурсной массе Должника причинен вред в виде возникновения текущих обязательств, которые в результате их покрытия займами заменены на обязательства из этих договоров займа, то данный вред возмещается отказом в удовлетворении требований АО «Первое долговое агентство», вытекающих из договоров займа в силу ст. 10 ГК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 10 ГК РФ суд отказывает недобросовестному лицу в  защите принадлежащего ему права – в данном случае права на возврат выданных со злоупотреблением права займов.

О возможности отказа в удовлетворении требований по текущим обязательствам, если будет установлено, что стороны действовали со злоупотреблением правом указано в Определении Верховного Суда РФ от 10.02.2022 N 305-ЭС21-14470(1,2) по делу N А40-101073/2019 .

Доводы и.о. конкурсного управляющего ФИО6 и АО «Первое долговое агентство» о направлении займов на нужды должника не имеют правового значения, поскольку суть нерентабельной (убыточной) деятельности,  состоит не в том, что денежные средства Должника расходуются не на его нужды, а в том, что доходы от этой деятельности не покрывают расходы. о чем очевидно должно было быть известно как внешнему управляющему , так и ответчику.

Сами по себе расходы должника могут иметь обоснованный характер (выплаты контрагентам, эксплуатационные платежи, уплата налогов и т.п.), однако таких расходов у должника не было бы, не санкционируй АО «Первое долговое агентство» осуществление должником нерентабельной деятельности, путем использования незаконных инструментов (не предусмотренных планом внешнего управления и не согласованных кредиторами займов).  О чем очевидно было известно как внешнему управляющему так и ответчику.

Также суд апелляционной инстанции признает несостоятельным довод АО «Первое долговое агентство» о том, что обязательства по возврату  займов не причиняют какого-либо вреда Должнику, займы не порождали самостоятельных обязательств у Должника, и займы привлекались для погашения уже существовавших текущих обязательств Должника, т.к. суть спора не в том, что займы сами по себе причиняют вред, а в том, что посредством данных займов АО «Первое долговое агентство» санкционировало нерентабельную деятельность Должника, которая повлекла увеличение текущих обязательств, т.е. вред конкурсной массе.

Обязательства, которые покрывались займами, как раз и возникли в результате санкционируемой АО «Первое долговое агентство» нерентабельной деятельности Должника, которая из позиций АО «Первое долговое агентство» и и.о. конкурсного управляющего ФИО6, была невозможна без этих займов и вместо того, чтобы прекратить убыточную деятельность и исключить возникновение текущих обязательств, АО «Первое долговое агентство» с внешним управляющим предпочли покрывать эти обязательства займами.

Не может суд апелляционной инстанции согласиться и с доводом АО «Первое долговое агентство» о необходимости применения принципа эстоппель к требованиям заявителей.

По сути, позиция АО «Первое долговое агентство» сводиться не к тому, что заявители совершили какие-либо  недобросовестные, противоречивые  действия (бездействие), а к тому, что недостаточно хорошо  контролировали АО «Первое долговое агентство» и внешнего управляющего, не смогли своевременно добыть умышленно скрываемую от них информацию  и не сумели вовремя пресечь их не законные действия.

Такое понимание эстоппеля противоречит его реальному смыслу.

Так, исходя из правовой позиции Верховного Суда РФ, выраженной в  определении от 08.10.2024 N 300-ЭС24-6956 по делу N СИП-295/2023,недобросовестным признается только такое противоречивое поведение стороны, которое подрывает разумное доверие другой стороны и влечет явную несправедливость, чего в поведении заявителей не усматривается; при применении эстоппеля подлежит оценке и добросовестность другой стороны, эстоппель должен защищать только добросовестное лицо, при этом действия внешнего управляющего и АО «Первое долговое агентство» суд апелляционной инстанции не может признать добросовестными., доказательств обратного в нарушении ст. 65 АПК РФ не представлено.

Из буквального содержания определений Верховного Суда РФ от 14 ноября 2022 г. N 307-ЭС17-10793(26-28) по делу N А56-45590/2015,  № 308-ЭС18-21050 (87, 90) от 13.06.2024 по делу № А53-32531/2016, ответственность мажоритарного кредитора наступает за сам факт санкционирования нерентабельной деятельности, в результате которой образуются текущие обязательства, а не за то, что денежные средства направляются не на нужды должника.

При таком положении определение суда первой инстанции от 16.10.2024 подлежит отмене с принятием нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований.

Признание сделок недействительными и применение последствий недействительности сделок исключает возможность понижение очередности удовлетворения текущих требований ответчика. Учитывая характер спорных правоотношений, в качестве последствий недействительности сделок следует признать обязательства должника по исполнению обязательств по договорам займа не подлежащими исполнению (отсутствующей), с учетом ч. 2 ст. 10 ГК РФ.

Ссылки на судебную практику не могут быть приняты во внимание, поскольку указанные акты основаны на иных фактических обстоятельствах дела.

Судебные расходы по оплате госпошлины за рассмотрение заявления и апелляционных жалоб подлежат отнесению на ответчика в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 16.10.2024 по делу №  А56-9086/2019/сд.3 отменить.


Принять новый судебный акт.

Признать недействительными сделками договор займа №1/2022 от 11.01.2022, договор займа №2/2022 от 22.06.2022, договор займа №3/2022 от 11.08.2022, договор займа №4/2022 от 28.11.2022, договор займа №5/2023 от 10.02.2023, договор займа №6/2023 от 10.05.2023, договор займа №7/2023 от 14.06.2023, договор займа №8/2023 от 07.09.2023, договор займа №9/2023 от 22.12.2023 заключенные между акционерным обществом «Первое долговое агентство» и обществом с ограниченной ответственностью «Завод имени академика В.П. Филатова».


Применить последствий недействительности сделок.

Признать обязанность  общества с ограниченной ответственностью «Завод имени академика В.П. Филатова» по исполнению обязательств по договору займа №1/2022 от 11.01.2022, договору займа №2/2022 от 22.06.2022, договору займа №3/2022 от 11.08.2022, договору займа №4/2022 от 28.11.2022, договору займа №5/2023 от 10.02.2023, договору займа №6/2023 от 10.05.2023, договору займа №7/2023 от 14.06.2023, договору займа №8/2023 от 07.09.2023, договору займа №9/2023 от 22.12.2023 не подлежащей исполнению (отсутствующей).


Взыскать с акционерного общества «Первое долговое агентство» в пользу ФИО2 27 000 рублей расходов по оплате госпошлины за рассмотрение заявления и 5 000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с акционерного общества «Первое долговое агентство» в пользу ФИО3 27 000 рублей расходов по оплате госпошлины за рассмотрение заявления и 5 000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с акционерного общества «Первое долговое агентство» в пользу представителя участников должника - ФИО1 10 000  рублей расходов по оплате госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.


Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


А.В. Радченко


Судьи


Н.А. Морозова


 М.В. Тарасова