Постановление от 23 ноября 2020 г. по делу № А19-27176/2018

Четвертый арбитражный апелляционный суд

ул. Ленина 100б, Чита, 672000,

http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А19-27176/2018
23 ноября 2020 года
г. Чита


Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 ноября 2020 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Монаковой О.В., судей Корзовой Н.А., Сидоренко В.А. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Восточно-Сибирский транспортный коммерческий банк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Иркутской области от 18 августа 2020 года по делу №А19-27176/2018 по заявлению акционерного общества «Восточно-Сибирский транспортный коммерческий банк» к обществу с ограниченной ответственностью «Агентство по надзору над соблюдением законодательства в сфере погашения просроченной задолженности ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР» (ОГРН1083808009977, ИНН3808181321, место нахождения: 664002, <...>) третье лицо: Центрального Банка Российской Федерации в лице Отделения по Иркутской области Сибирского Главного управления Центрального банка Российской Федерации, бывший председатель правления АО "ВОСТСИБТРАНСКОМБАНК" ФИО2 (адрес: г. Иркутск) ФИО3 (адрес: Иркутская обл., Иркутский район, п. Молодежный) о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, по делу по заявлению Центрального Банка Российской Федерации (далее – Банк России) (ОГРН <***>, ИНН <***>, юр. адрес: 107016, <...>) в лице отделения Иркутска Сибирского главного управления Центрального банка Российской Федерации (адрес: 664025, <...>) о признании акционерного общества «Восточно-Сибирский транспортный коммерческий банк» (далее - АО «Востсибтранскомбанк») (ИНН <***>, ОГРН <***>, юр. адрес: 664025, <...>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле:

от ООО «Агентство по надзору над соблюдением законодательства в сфере погашения просроченной задолженности Иркутскдолгнадзор» - ФИО4

от ГК «Агентство по страхованию вкладов» ФИО5 представителя по доверенности от 28.09.2020 г.

установил:

Банк России в лице отделения Иркутска Сибирского главного управления Центрального банка Российской Федерации 08.11.2018 обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании акционерного общества «Восточно-Сибирский транспортный коммерческий банк» несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 27.05.2019 по делу №А19- 27176/2018 акционерное общество «Восточно-Сибирский транспортный коммерческий банк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него конкурсное производство сроком на один год. Функции конкурсного управляющего Акционерного общества «Восточно-Сибирский транспортный коммерческий банк» возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Акционерное общество «Восточно-Сибирский транспортный коммерческий банк» (далее - АО "ВОСТСИБТРАНСКОМБАНК") обратилось в арбитражный суд с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Агентство по надзору над соблюдением законодательства в сфере погашения просроченной задолженности ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР» (далее - ООО "ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР"), с учетом уточненных требований 23.01.2020 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в части оснований, о признании договора уступки прав (требований) №4-2017 от 10.11.2017 заключенного между АО "ВОСТСИБТРАНСКОМБАНК" и ООО "ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР" недействительным; применении последствий недействительности сделки, обязав каждую из сторон возвратить другой полученной по договору № 4/2017 уступки прав требований от 10.11.2017, заключенному между АО "ВОСТСИБТРАНСКОМБАНК" и ООО "ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР", а именно:

признать за АО "ВОСТСИБТРАНСКОМБАНК" права требования по кредитному договору № <***> от 22.02.2012, заключенному между АО "ВОСТСИБТРАНСКОМБАНК" и ФИО6, обязать ООО "ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР" возвратить АО "ВОСТСИБТРАНСКОМБАНК" документы, переданные ему по акту приема-передачи от 10.11.2017, являющемуся приложением к договору № 4-2017 уступки прав требований от 10.11.2017.

Третьи лица, Центральный Банк Российской Федерации в лице отделения Иркутска Сибирского главного управления Центрального банка Российской Федерации, ФИО3

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 18 августа 2020 года в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий акционерного общества «Восточно-Сибирский транспортный коммерческий банк» Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» обжаловал его в апелляционном порядке.

Заявитель в своей апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене определения суда первой инстанции, ссылаясь на то, что договор № 4-2017 уступки прав (требований) от 10.11.2017 является притворной сделкой, и прикрывает дарение. Сумма переданной ответчику задолженности по кредиту (3 072 468,35 руб.) в 333 раза больше суммы оплаты по договору уступки (9 217,41 руб.), разница между уступленным Банком правом требования и встречным исполнением составила 3 063 250,94 руб.

В материалах дела отсутствуют какие-либо сведения о том, что должники по кредитным договорам оспаривали наличие у них обязательства по уплате задолженности. На момент заключения рассматриваемого договора уступки прав (требований), так и в настоящее время отсутствуют основания считать, что задолженность может быть оспорена должниками.

Действия руководства Банка по уступке права (требования) по кредитному договору на последней стадии взыскания и объективно имеющейся возможности получить денежные средства не только от заемщика, но и от поручителей, а также от реализации имущества, нелогичны и нетипичны для кредитной организации. Фактически сделка совершена в ущерб интересам кредиторов Банка, а целесообразности в уступке прав (требований) не имелось.

В данном случае, сделка совершена со злоупотреблением правом (в силу положений ст. 10 ГК РФ), поскольку в результате оспариваемой сделки прекращается право требования по кредитным договорам (обеспеченными в том числе договорами залога, поручительства), то есть исполнение денежных обязательств перед Банком.

ООО «Иркутскдолгнадзор» в отзыве на апелляционную жалобу указывает на несостоятельность её доводов.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции по делу.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверены в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между АО «ВОСТСИБТРАНСКОМБАНК» и ООО «ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР» заключен договор уступки прав (требований) № 4-2017 от 10.11.2017, согласно условиям которого АО «ВОСТСИБТРАНСКОМБАНК» передало ООО «ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР» в полном объеме свое право (требование), возникшее из кредитных договоров, заключенных с физическими лицами, включая имущественные права (требования) суммы кредита, процентов, неустойки, а также права по договорам, обеспечивающим исполнение обязательств по кредитными договорам и другие связанные с требование права, а том числе право на неуплаченные проценты, начисленные на дату передачи прав, в том числе право на неуплаченные проценты, начисленные на дату передачи прав (подписания договоров), а ООО «ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР» принимает указанные права (требования) в порядке и на условиях, предусмотренных договором.

Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что оплата уступки прав (требований) по договору производится на основании счета АО «ВОСТСИБТРАНСКОМБАНК», который ООО «ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР» обязан оплатить в течение 5 рабочих дней с момента подписания настоящего договора.

Согласно пункту 3.2 договора стоимость уступки прав (требований) определена в Перечне должников (приложение № 1 к договору).

В соответствии с приложением № 1 к договору размер уступаемых прав (требований) к ФИО6 по кредитному договору № <***> от 22.02.2012 составил 3 072 468 руб. 35 коп., сумма платы за уступаемые права требований составляет 9 217 руб. 41 коп. (л.д. 23 т. 1).

Оплата по договору произведена платежным поручением № 187 от 14.11.2017 в размере 9 217 руб. 41 коп. (л.д. 25 т. 1).

Полагая, что совершение оспариваемой сделки направлено на уменьшение активов банка, совершена при неравноценном встречном исполнении обязательства, руководитель временно администрации обратился в суд с заявлением об её оспаривании, указывая в качестве правового обоснования Закона о банкротстве, ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Суд первой инстанции, в отсутствие доказательств, подтверждающих совокупность оснований для признания сделки недействительной, в удовлетворении заявления отказал.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, обсудив доводы жалобы, не находит оснований для отмены оспариваемого судебного акта, в связи со следующим.

Статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим кодексом и Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установлено, Приказом Банка России от 19.10.2018 года № ОД-2715 у АО «ВОСТОЧНО-СИБИРСКИЙ ТРАНСПОРТНЫЙ КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК» отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Приказом Банка России от 19.10.2018 года № ОД - 2716 назначена временная администрация по управлению Банком.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу статьи 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25, сделки, нарушающие явно выраженный законодательный запрет, ничтожны как посягающие на публичные интересы (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно пункту 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Заявителем указано на притворность сделки, выразившейся в дарении.

Как установлено, оплата по договору произведена платежным поручением № 187 от 14.11.2017 в размере 9 217 руб. 41 коп. (л.д. 25 т. 1).

В связи, с чем, доводы о том, что договор уступки прав (требований) № 4/17 от 10.11.2017 года является притворной сделкой и прикрывает дарение, правомерно отклонен судом поскольку, согласно ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом, в данном случае уступка права требования была оплачена.

В законе существует запрет на заключение договоров дарения между коммерческими организациями, а так как ООО «Иркутскдолгнадзор» осуществляет свою деятельность как законопослушный субъект гражданского права, подчиняющийся закону и ни разу за свою длительную деятельность не привлекавшийся к ответственности, не могло заключить подобного рода сделку вопреки требованиям закона.

Несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ничтожным соглашения об уступке права (требования), заключенного между коммерческими организациями.

Доказательств занижения цены договора в материалы дела не представлено.

Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения даритель безвозмездно передает или обязуется передать одаряемому вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить его от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Из данной нормы закона следует, что наличие возмездных начал в договорном обязательстве исключает признание соответствующего договора договором дарения. В данном случае стороны прямо предусмотрели возмездный характер своих отношений.

Следовательно, спорная сделка не может быть признана ничтожной по указанному основанию.

Согласно пункту 3 статьи 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

Ни законом, ни иными правовыми актами не предусмотрен безвозмездный характер уступки требования.

Существо оспариваемого договора также не позволяет считать его безвозмездным.

В силу положений статьи 572 ГК РФ обязательным признаком договора дарения должно служить вытекающее из соглашения о цессии очевидное намерение передать право в качестве дара.

Из договора цессии от 10.11.2017 это намерение не усматривается.

Уступка права (требования) непосредственно направлена на переход права (требования); ее нельзя квалифицировать как возмездную или безвозмездную, поскольку она лишь оформляет исполнение обязательства по передаче права, возникшего из соглашения об уступке права (требования).

При установленных обстоятельствах, суд первой инстанции сделал правильный вывод, что договор уступки права требования № 4/17 от 10.11.2017 не может быть признан притворной сделкой, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у сторон намерения заключить иную сделку.

Он совершен в форме, отвечающей требованиям закона, из содержания договора определенно следует состав передаваемых требований, основания возникновения, размер задолженности, а также возмездный характер договора уступки права требования, поэтому спорная сделка не может быть признана притворной, поскольку при ее совершении стороны преследовали цель создать реальные правовые последствия в виде перехода к цессионарию права требования о возмещении убытков.

Ссылка заявителя на п. 2 ст. 168 ГК РФ правомерно признана безосновательной, поскольку доказательств несоответствия оспариваемой сделки положениям пункта 2 статьи 168 ГК РФ, а именно нарушения указанным договором цессии публичных интересов либо прав третьих лиц (Определение Верховного Суда РФ от 12 декабря 2018 г. №305-ЭС 18-20098) в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Доказательств того, что оспариваемая сделка совершена заявителем в ущерб интересам банка, заявителем в материалы дела также не представлено, как и не представлено доказательств того, что ООО "ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР" знало или должно было знать о явном ущербе для банка; а также не представлены доказательства того, имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях ООО "ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР" и банка в ущерб в ущерб интересам банка.

Доводы о реальности взыскания кредиторской задолженности с ФИО6 не нашли своего подтверждения, о чем свидетельствует возбужденное исполнительное производство неисполненное до настоящего времени.

Доводы заявителя об аффилированности лиц, злоупотребления правом в нарушение ст. 65 АПК РФ документально не подтверждены.

Как следует из пояснений ФИО2 и ООО "ИРКУТСКДОЛГНАДЗОР" оспариваемая сделка не отличается от иных, заключаемых ранее сделок, в договоре установлено обычная цена, определяемая по договорам безрезультатных, безнадежных ко взысканию долго кредиторов; действия банка, наоборот, носили разумный характер направлены были на получение каких-либо денежных средств в отличие от невозвратных долгов.

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции правомерно в удовлетворении заявления отказал.

Доводы апелляционной жалобы проверены апелляционным судом, однако они не опровергают выводов суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, дают иную правовую оценку установленным обстоятельствам и по существу сводятся к переоценке доказательств, положенных в обоснование содержащихся в обжалуемом судебном акте выводов, для чего у апелляционного суда не имеется оснований.

Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка, выводы суда являются обоснованными.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено в связи с чем, судебный акт по делу подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четвёртый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 18 августа 2020 года по делу №А19-27176/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с даты принятия путем подачи жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийО.В. Монакова

СудьиН.А. Корзова

В.А. Сидоренко