Постановление от 22 марта 2022 г. по делу № А64-4040/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу


«

Дело № А64-4040/2019
г. Калуга
22» марта 2022 года
Резолютивная часть постановления оглашена «16» марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме «22» марта 2022 года


Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего Серокуровой У.В.

судей Нарусова М.М.

ФИО1


при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО2 лично, предъявлен паспорт; представитель ФИО3 по доверенности от 01.04.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2 и акционерного общества «БиоТехнологии» в лице акционера компании Фабелстон Файненс Лимитед на решение Арбитражного суда Тамбовской области от 19.07.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2021 по делу N А64-4040/2019,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «БиоТехнологии» в лице акционера компании Фабелстон Файненс Лимитед (Никосия, Кипр) (далее - АО «БиоТехнологии», истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Тамбовской области с исковым заявлением (с учетом уточнения и объединения дел в одно производство) к ФИО2 (далее - ФИО2, ответчик) о взыскании убытков в общей сумме 59582011,82 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Агроком» (далее - ООО «Агроком», третье лицо).

Решением Арбитражного суда Тамбовской области от 19.07.2021, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2021, исковые требования удовлетворены частично: с ответчика в пользу истца взысканы убытки в размере 4803155,05 руб., в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

АО «БиоТехнологии» в лице акционера компании Фабелстон Файненс Лимитед обратилось в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение и постановление, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме. Кассатор не согласен с оценкой, данной судом имеющимся в деле доказательствам, и сделанными на ее основе выводами. Считает, что вывод судов о пропуске срока исковой давности по требованиям, основанным на договорах 2015 года, неправомерен и не соответствует материалам дела. Указывает на то, что убыточность сделки - договора хранения N 3-Х/2017 от 06.02.2017 не нивелируется взаимосвязанностью с другими сделками и не оправдывается наличием обязательств перед третьими лицами. Полагает, что суды необоснованно рассчитали сумму убытков по договорам хранения от 12.08.2016 N 40-Х/2016 и N 41-Х/2016 на основании цен, установленных прейскурантом, и отвергли рыночную стоимость, установленную судебной экспертизой по делу.

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить судебные акты в части удовлетворения требования истца, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска. Ссылается на то, что спорные договоры хранения принесли АО «БиоТехнологии» дополнительную выручку за счет простаивающих мощностей склада и не препятствовали привлечению базовых клиентов на условиях прейскуранта. Считает, что выводы судебной экспертизы о возможности заключения обществом договоров на иных условиях необоснованны, неясны и противоречивы. Кроме того, ответчик указал на то, что в деле отсутствуют доказательства реальной возможности АО «БиоТехнологии» заключить спорные договоры на условиях прейскуранта, а также того, что условия спорных договоров являются заведомо невыгодными для общества.

В судебном заседании суда округа ФИО2 и его представитель поддержали доводы кассационной жалобы.

Истец и третье лицо при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб своих представителей в судебное заседание суда округа не направили. Судебная коллегия считает возможным провести судебное заседание в порядке ч. 3 ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие представителей истца и третьего лица.

Проверив в порядке, установленном главой 35 АПК РФ, правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов о применении норм права, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов кассационных жалоб, суд округа не находит оснований для их удовлетворения в связи со следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ), закрытое акционерное общество «БиоТехнологии» (в настоящее время - АО «БиоТехнологии») зарегистрировано в качестве юридического лица 28.04.2007.

С 25.12.2013 ФИО2 занимал должность генерального директора акционерного общества.

На основании выписки реестродержателя компания Фабелстон Файненс Лимитед является акционером АО «БиоТехнологии», которому принадлежит 500000 (50%) обыкновенных именных бездокументарных акций.

Ссылаясь на то, что ФИО2, будучи директором АО «БиоТехнологии», осуществлял недобросовестные и противоречащие интересам истца и акционеров общества действия, повлекшие причинение им убытков, АО «БиоТехнологии» в лице своего акционера компании Фабелстон Файненс Лимитед обратилось в Арбитражный суд Тамбовской области с иском о взыскании убытков (с учетом уточнения и объединения дел № А64-4040/2019, № А64-4626/2019, № А64-4627/2019 в одно производство).

Удовлетворяя частично исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статей 15, 53, 53.1. Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 1 статьи 69, статьей 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - ФЗ «Об акционерных обществах»), статьи 65 АПК РФ, а также разъяснениями в пунктах 4, 5, 6 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» и результатами проведенной по делу судебной экспертизы, сделали вывод о том, что истцом не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для применения к ответчику ответственности в виде взыскания убытков в заявленном размере, поскольку в материалы дела не представлено доказательств недобросовестности или неразумности действий ответчика, повлекших неблагоприятные последствия для общества, нарушение директором обязательств или причинения им вреда обществу, а также наличия у общества убытков, причиненных действиями директора в отношении всей заявленной суммы.

Суды двух инстанций рассмотрели доводы сторон, дали им надлежащую правовую оценку, установив, что обосновывая недобросовестность действий бывшего генерального директора ФИО2, истец ссылался на то, что условия договоров хранения N 20-х/2015 от 15.07.2015, N 40-Х/2016 от 12.08.2016, заключенных АО «БиоТехнологии» с ООО «Агроком», договоров хранения N 40-х/2015 от 29.07.2015, N З-Х/2017 от 06.02.2017 (с учетом дополнительных соглашений от 09.02.2017, 15.03.2017, 22.03.2017), заключенных АО «БиоТехнологии» с обществом с ограниченной ответственностью «Луис Дрейфус Коммодитиз Восток» (далее - ООО «Луис Дрейфус Коммодитиз Восток»), договоров хранения N 24-х/2015 от 15.07.2015, N 41-х/2016 от 12.08.2016, заключенных АО «БиоТехнологии» с обществом с ограниченной ответственностью «Абсолют» (далее - ООО «Абсолют») существенно в худшую для АО «БиоТехнологии» сторону отличаются от цены и иных условий аналогичных сделок, заключенных АО «БиоТехнологии» с иными контрагентами в аналогичный период. Истец полагал, что цены на услуги по спорным договорам не только не обеспечивали получения обществом дохода от предпринимательской деятельности по оказанию соответствующих услуг, но и не покрывали собственных затрат на их оказание, поскольку были заключены по цене, не только ниже себестоимости, но и ниже утвержденного в обществе прейскуранта оказываемых услуг, что причинило АО «БиоТехнологии» убытки в размере 59582011,82 руб.

Кроме того, истцом заявлено о притворности части поставок сельскохозяйственных культур для размещения на хранение по договору N 24-х/2015 от 15.07.2015, договору N 41-Х/2016 от 12.08.2016, заключенным АО «БиоТехнологии» с ООО «Абсолют», а также по договору N 20-Х/2015 от 15.07.2015, по договору N 450-Х/2016 от 12.08.2016, заключенным АО «БиоТехнологии» с ООО «Агроком».

Ответчиком было заявлено об истечении срока исковой давности по требованиям о взыскании убытков, причиненных обществу заключением договоров N 40-х/2015 от 29.07.2015 с ООО «Луис Дрейфус Коммондитиз Восток», N 24-х/2015 от 15.07.2015 с ООО «Абсолют», N 20-х/2015 от 15.07.2015 с ООО «Агроком».

В соответствии со статьей 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ (статья 196 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ и абзаца 2 пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов управления юридического лица», срок исковой давности взыскания убытков с директора должника начинает течь с момента, когда юридическое лицо в лице нового директора, узнало или должно было узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статья 199 ГК РФ).

Истец утверждал, что об условиях заключенных договоров компании Фабелстон Файненс Лимитед стало известно не ранее получения доступа к документации АО «БиоТехнологии», то есть с момента назначения ФИО4 как представителя акционера Фабелстон Файненс Лимитед на должность содиректора общества 29.03.2017.

Однако как установлено судом области и проверено апелляционным судом, 17.05.2016 состоялось годовое общее собрание акционеров АО «БиоТехнологии», на котором рассматривались вопросы об утверждении годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности общества по результатам отчетного (финансового) 2015 года. Компания Фабелстон Файненс Лимитед в лице представителя ФИО4 приняла участие в данном собрании.

Учитывая изложенное, суд обоснованно исходил из того, что компания Фабелстон Файненс Лимитед, принимая активное участие в деятельности АО «БиоТехнологии» и реализуя добросовестно и надлежащим образом предоставленные ему действующим законодательством права, могла узнать о спорных сделках не позднее следующего общего годового собрания акционеров общества, в котором представитель компании принимал участие.

Доказательств того, что спорные договоры, не отражались в бухгалтерской отчетности АО «БиоТехнологии» за 2015 год, вследствие чего сведения о заключенных договорах не могли предоставляться акционерам при проведении годовых собраний, истцом в материалы дела не представлено.

Установив, что АО «БиоТехнологии» ежегодно проводилась аудиторская проверка бухгалтерской и финансовой отчетности, в ходе которой проверялись числовые показатели бухгалтерской отчетности в целях раскрытия информации о ней, суды области обоснованно отметили, что в таком случае акционеры общества имели возможность своевременно узнать о совершаемых сделках.

Доказательств того, что истец обращался к генеральному директору АО «БиоТехнологии» с требованием предоставить информацию о заключенных сделках и данное лицо препятствовало в получении такой информации, не представлено, равно как не представлено доказательств того, что компании-акционеру чинились препятствия в осуществлении контроля финансово-хозяйственной деятельности общества.

Кроме того, судами двух инстанций при рассмотрении настоящего дела правомерно учтены обстоятельства, установленные Арбитражным судом Тамбовской области при рассмотрении дела N А64-1323/2018 по иску АО «БиоТехнологии» в лице акционера компании Фабелстон Файненс Лимитед к ФИО2 о взыскании убытков.

Так, в ходе рассмотрения дела N А64-1323/2018 установлено, что бухгалтером АО «БиоТехнологии» ФИО5 еженедельно направлялись по электронной почте в адрес акционеров данные по приемке, отгрузке по элеватору и данные по платежам, содержание и анализ которых позволяет установить цену оказываемых услуг. В подтверждение данного обстоятельства в материалы дела представлен протокол осмотра нотариусом доказательств - информации в сети Интернет от 12.09.2018, удостоверенный нотариусом города Воронежа ФИО6, которым зафиксировано направление от имени ФИО5 адресатам: ФИО7, ФИО8, ФИО4 табличных данных по приемке, отгрузке, остаткам по 04.12.2016, по фактическим платежам по 02.12.2016 и плановым платежам по 09.12.2016. ФИО9 являлся уполномоченным представителем акционера Фабелстон Файненс Лимитед, что подтверждается выпиской из государственного реестра аккредитованных филиалов, представительств иностранных юридических лиц по состоянию на 09.09.2018.

Согласно пункту 2 статьи 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

На основании изложенного, суды обоснованно исходили из того, что компания Фабелстон Файненс Лимитед в лице ее представителя ФИО4 была осведомлена о заключении спорных договоров до назначения ФИО4 содиректором АО «БиоТехнологии». Суды заключили, что получая в период 2015-2016 годов еженедельно данные о движении зерновых культур на элеваторе с перечнем контрагентов и стоимостью элеваторных услуг, компания Фабелстон Файненс Лимитед обладала возможностью постоянно контролировать органы управления юридического лица.

При таких обстоятельствах, суды пришли к правомерному выводу о том, что о заключенных договорах и их условиях компании Фабелстон Файненс Лимитед как контролирующему участнику АО «БиоТехнологии» должно было быть известно не позднее даты проведения общего собрания акционеров - 17.05.2016, соответственно трехлетний срок исковой давности по вышеуказанной части требований истек - 17.05.2019.

Исковые заявления о взыскании убытков с ФИО2 поданы в арбитражный суд по договору N 40-х/2015 от 29.07.2015 с ООО «Луис Дрейфус Коммондитиз Восток» - 24.05.2019; по договору N 24-х/2015 от 15.07.2015 с ООО «Абсолют» - 13.06.2019; по договору N 20-х/2015 от 15.07.2015 с ООО «Агроком» - 13.06.2019, в связи с чем срок исковой давности по требованиям о взыскании убытков, причиненных обществу заключением вышеперечисленных договоров истек, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании убытков по договору N 40-х/2015 от 29.07.2015 с ООО «Луис Дрейфус Коммондитиз Восток» в размере 6707851,33 руб.; по договору N 24-х/2015 от 15.07.2015 с ООО «Абсолют» в размере 5190265,36 руб.; по договору N 20-х/2015 от 15.07.2015 с ООО «Агроком» в размере 18846790,94 руб.

Заявляя требование о взыскании убытков, возникших при заключении АО «БиоТехнологии» договора хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017 с ООО «ФИО10 Коммондитиз Восток» в размере 12677257,61 руб., истец ссылался на то, что ответчик как единоличный исполнительный орган действовал недобросовестно, заключив договор хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017 с учетом дополнительных соглашений, на заведомо невыгодных условиях для АО «БиоТехнологии», а именно: услуга по хранению зерна оказывалась безвозмездно, услуга по отгрузке зерна на ж/д транспорт - по цене существенно ниже прейскуранта и ниже себестоимости. Общая сумма убытков, понесенных обществом в результате исполнения договора хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017 составила 12677257,61 руб., из которых 7690771,99 руб. - реальный ущерб, возникший в результате оказания услуг по цене ниже их себестоимости; 4986485,62 руб. - неполученные доходы, на которые АО «БиоТехнологии» было вправе рассчитывать при оказании услуг на рыночных условиях (упущенная выгода).

Как установлено судами двух инстанций, между АО «БиоТехнологии» (хранитель) и ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток» (поклажедатель) был заключен договор хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017, согласно которому хранитель обязуется принимать от поклажедателя на хранение, включая приемку, подработку (сушку и очистку), хранение и отгрузку следующие культуры: пшеница, ячмень, подсолнечник, соя. Стоимость услуг хранителя устанавливается сторонами в соответствии с приложением N 1 к договору, количество сдаваемого на хранение товара составляет 16000 (+/-10%) тонн.

Дополнительными соглашениями N 1 от 09.02.2017, N 2 от 15.03.2017, N 3, 4 от 22.03.2017 к договору хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017 были изменены тарифы на отгрузку зерновых культур ж/д транспортом, при этом тариф снижен до 100 руб. Кроме того, стороны согласовали, что ООО «Луис Дрейфус Коммодитиз Восток» предоставляется один месяц бесплатного хранения со дня подачи заявки на отгрузку ж/д транспортом; дополнительными соглашениями N 2, 3, 4 стороны согласовали, что ООО «Луис Дрейфус Коммодитиз Восток» предоставляется бесплатное хранение с/х продукции до момента ж/д отгрузки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

При рассмотрении спора суды первой и апелляционной инстанции обоснованно исходили из того, что понятие взаимосвязанных сделок и критерии взаимосвязанности сделок действующим законодательством строго не закреплены и определяются с учетом обстоятельств дела, рассматриваемых в совокупности. Вопрос об отнесении сделок к категории взаимосвязанных относится к вопросам судебного усмотрения.

В числе ключевых критериев взаимосвязанных сделок судебной практикой выработаны следующие: единство экономической цели единый субъектный состав (сделки совершены с одним лицом или с его аффилированными лицами), единая правовая природа сделок, однородность сделок, заключение сделок одного вида и типа; предметом договора выступает однородное имущество; незначительный период времени между заключением сделок.

Как подтверждается материалами дела и установлено судами, по договору купли-продажи N 17РОО340 от 08.02.2017 и универсальным передаточным документам N 49 от 10.02.2017, N 94 от 17.03.2017, N 112 от 01.04.2017, N 113 от 01.04.2017, N 181 от 29.04.2017, квитанциям на приемку хлебопродуктов в порядке обмена или прочего поступления N 15 от 10.02.2017, N 34 от 17.03.2017, N 43 от 01.04.2017, N 44 от 01.04.2017, N 350 от 29.04.2017, карточкам зерна N 194 от 10.02.2017, N 221 от 17.03.2017, N 238 от 01.04.2017, N 239 от 01.04.2017, N 257 от 29.04.2017 АО «БиоТехнологии» продало ООО «ФИО10 Коммондитиз Восток» в феврале - апреле 2017 года 21533,08 тн пшеницы 4 класса урожая 2016 года. Сниженные ставки на услуги хранения и отгрузки на ж/д транспорт применялись во взаимоотношениях между АО «БиоТехнологии» и ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток» по договору хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017 с учетом дополнительных соглашений к нему, в отношении такой же партии зерна. Общий размер выручки АО «БиоТехнологии» от продажи зерна составил 188327796 руб.

Согласно договорам возмездного оказания услуг N 17Т00210 от 10.02.2017, N 17Т00290 от 15.03.2017, универсальным передаточным документам N 105 от 04.03.2017, N 107 от 14.03.2017, N 109 от 22.03.2017, N 183 от 12.04.2017, N 184 от 18.04.2017, N 195 от 22.04.2017, N 200 от 29.04.2017, АО «БиоТехнологии» оказало в феврале - апреле 2017 года ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток» услуги по организации отгрузки принадлежащей заказчику пшеницы 4 класса урожая 2016 года в количестве 21533,08 тн на ж/д транспорт. Объектом услуг грузоотправителя выступило зерно, приобретенное ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток» у АО «БиоТехнологии». Общий размер выручки общества от оказания услуг по договору от 15.03.2017 N 17Т00290 составил 25669855 руб., по договору от 10.02.2017 N 17Т00210 - 802263 руб.

Приобретение АО «БиоТехнологии» у ООО «РХК Агросервис» партии пшеницы 4 класса урожая 2016 года в количестве 6600 тн и 3300 тн по цене 8450 руб./тн и 8550 руб./тн, перепроданной в тот же день ООО «ФИО10 Коммондитиз Восток» по цене 8750 руб./тн и 8700 руб./тн соответственно, подтверждается договором купли-продажи сельскохозяйственной продукции N 40/1-КП/2016 от 15.09.2016.

Судами установлено, что совокупная выручка АО «БиоТехнологии» от продажи ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток» элеваторных услуг по транзитным ставкам (2153308 руб.), услуг грузоотправителя (25669855 руб.) и зерна (188327796 руб.) составила 216953222 руб.

Оценивая доводы сторон по данному эпизоду, суды установили, что согласно выписке из ЕГРЮЛ, участником ООО «РХК Агросервис» является АО «БиоТехнологии» (доля 76%); 24% уставного капитала принадлежит обществу, то есть ООО «РХК Агросервис» является дочерним обществом по отношению к АО «БиоТехнологии» по правилу пункта 1 статьи 67.3 ГК РФ.

Суды опирались на правоприменительную практику, сформированную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 8989/12 от 04.12.2012, где указано, что экономические отношения между основным и дочерним обществами могут предполагать не только вложения основного общества в имущество дочернего на стадии его учреждения, но и на любой стадии его деятельности, при этом отсутствие прямого встречного предоставления является особенностью взаимоотношений основного и дочернего обществ, представляющих собой с экономической точки зрения единый хозяйствующий субъект.

Получение прибыли дочерним обществом от основного общества в результате заключения сделок фактически означает получение прибыли и основным обществом, поскольку получение прибыли дочерним обществом приводит к увеличению стоимости доли участия основного общества в уставном капитале дочернего, в том числе в результате распределения прибыли дочернего общества.

Как установлено судами, согласно договору купли-продажи сельскохозяйственной продукции N 40/1-КП/2016 от 15.09.2016, универсальным передаточным документам N 22 от 01.04.2017, N 23 от 01.04.2017 ООО «РХК Агросервис» (продавец) передало, а АО «БиоТехнологии» (покупатель) приняло пшеницу 4 класса в объеме 6600 тн и 3300 тн по цене 8450 руб./тн и 8550 руб./тн соответственно. В этот же день указанный объем пшеницы был перепродан АО «БиоТехнологии» обществу «ФИО10 Коммодитиз Восток» по договору купли-продажи N 17РОО340 от 08.02.2017, универсальным передаточным документам N 112 от 01.04.2017, N 11 от 01.04.2017 по цене 8750 руб./тн и 8700 руб./тн соответственно.

Анализ представленных в дело документов и правовых позиций сторон позволил судам двух инстанций сделать обоснованный вывод о том, что АО «БиоТехнологии» фактически не понесло невозвратных расходов по приобретению зерна, поскольку товар был приобретен основным обществом у дочернего общества. Суды оценили, что уменьшения имущественной массы основного общества при приобретении АО «БиоТехнологии» зерна у ООО «РХК Агросервис» не произошло, поскольку основное и дочернее общества с экономической точки зрения оцениваются как единый хозяйствующий субъект. В связи с этим суды критически отнеслись к контррасчету истца, куда был включен совокупный финансовый результат, полученный АО «БиоТехнологии» от заключения договора N 17Р00340 от 08.02.2017 с ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток» вместе с суммой денежных средств на приобретение у дочернего общества товара, существенно увеличившей расходы АО «БиоТехнологии». Такой расчет не отражал действительный финансовый результат общества от заключенной сделки.

Оценив доводы сторон, суды пришли к правомерному выводу о том, что истец не доказал убыточность взаимосвязанных сделок.

Суды также учли, что предоставление ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток» преференций в части оказания услуг по отгрузке товара, стимулировало эту компанию приобрести зерно у АО «БиоТехнологии», а АО «БиоТехнологии», в свою очередь, реализовать зерно по рыночным ценам и дополнительно оказать обществу платные услуги грузоотправителя.

При таких обстоятельствах, суды заключили, что договор хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017, договор купли-продажи N 17РОО340 от 08.02.2017, договоры возмездного оказания услуг N 17Т00210 от 10.02.2017, N 17Т00290 от 15.03.2017, заключенные АО «БиоТехнологии» и ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток», являются взаимосвязанными сделками, заключение которых способствовало достижению одного экономического результата.

При этом, суды обоснованно отклонили довод истца о том, что АО «БиоТехнологии» в 2015-2016 годах не получило прибыли и работало в убыток, поскольку указанное не свидетельствует об убыточности спорного договора хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017 как заключенного в последующий период. Согласно отчету о финансовых результатах общества за 2017 год, чистая прибыль общества составила 10535000 руб.

Судами двух инстанций установлено, что выручка АО «БиоТехнологии» только от продажи зерна ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток» в феврале - апреле 2017 года превышает 180000000 руб., тогда как годовой размер выручки общества за 2015 год составил менее 160000000 руб.

Применение обществом сниженных ставок на услуги хранения и отгрузки на ж/д транспорт по договору хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017 приносили обществу дополнительную выручку и оборотные средства за счет перепродажи зерна, позволяли обществу выполнять положения бизнес-плана и обязательства перед АО «Россельхозбанк».

По условиям заключенного АО «БиоТехнологии» с администрацией Тамбовской области инвестиционного соглашения N 81 от 27.09.2012, инвестор (АО «БиоТехнологии») обязан реализовать на территории Тамбовской области инвестиционный проект «Тамбовский зерноперерабатывающий комбинат - 1 очередь, зерновой склад, вместимостью 240 тыс. тонн, р.п. Дмитриевка, Никифоровский район, Тамбовская область» на условиях и в сроки, которые установлены бизнес-планом инвестиционного проекта и данным соглашением.

Для финансирования инвестиционного проекта общество по договору N 00209/0009 об открытии кредитной линии от 14.12.2010 с АО «Россельхозбанк» привлекло кредит в размере 900000000 руб. под 13,5% годовых на срок до 25.08.2017.

В соответствии с пунктом 6 части 3 статьи 24 Закона Тамбовской области от 06.03.2014 N 383-З «О государственной инвестиционной политике и поддержке инвестиционной деятельности, защите и поощрении капиталовложений в Тамбовской области» (далее – Закон Тамбовской области от N 383-З), необоснованное невыполнение инвестором условий, сроков, объемов инвестиций и других фактических показателей хозяйственной деятельности инвестора по отношению к их значениям, предусмотренным бизнес-планом приоритетного инвестиционного проекта в предельных границах, определяемых постановлением администрации Тамбовской области, является основанием для приостановления предоставления инвесторам, реализующим приоритетные инвестиционные проекты, государственной поддержки.

Согласно положениям бизнес-плана инвестиционного проекта АО «БиоТехнологии» от 2012 года «Тамбовский зерноперерабатывающий комбинат - 1 очередь, зерновой склад, вместимостью 240 тыс. тонн, р.п. Дмитриевка, Никифоровский район, Тамбовская область», общий грузооборот по оказанию элеваторных услуг третьим лицам только за 3, 4 квартал 2012 года не должен быть менее 197453 тн.

Аналогичные показатели по оказанию зерновым складом элеваторных услуг также установлены в инвестиционном соглашении от 27.09.2012 N 81 (пункт 4.2).

В соответствии с частью 2 статьи 26 Закона Тамбовской области от N 383-З, в случае необоснованного неисполнения инвестором, реализующим приоритетный инвестиционный проект Тамбовской области, обязательств, указанных в статье 25 настоящего Закона, предоставление государственной поддержки Тамбовской области прекращается путем расторжения инвестиционного соглашения в соответствии с законодательством Российской Федерации и Тамбовской области. В этом случае сумма полученных средств бюджета Тамбовской области и (или) не уплаченных налогов и (или) арендных платежей в результате предоставления государственной поддержки Тамбовской области в рамках настоящего Закона подлежит возврату и (или) уплате в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации и Тамбовской области, с начислением процентов на сумму этих средств. Размер процентов определяется ключевой ставкой, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату расторжения инвестиционного соглашения.

Кроме того, согласно пункту 2.1 договора N 00209/0009 об открытии кредитной линии от 14.12.2010, АО «БиоТехнологии» обязалось использовать полученные заемные средства для строительства и эксплуатации зернового склада в р.п. Дмитриевка Никифоровского района Тамбовской области.

При этом банк имел право досрочно потребовать возврата кредита с начисленными процентами, если заемщик нарушает график возврата кредита и процентов, если финансовое состояние заемщика ухудшается, заемщик не выполняет обязательства перед работниками, контрагентами, если заемщик не достигает финансовых показателей инвестиционного проекта (пункт 6.15 кредитного договора).

Оценив довод ответчика о возможности применения к АО «БиоТехнологии» штрафных санкций по договору N 00209/0009 об открытии кредитной линии от 14.12.2010 в случае несоблюдения заемщиком (АО «БиоТехнологии») запланированного фактического объема услуг, суды обоснованно приняли его во внимание, поскольку он подтверждается письмом АО «Россельхозбанк» N 002-01-31/1262 от 05.05.2016.

Учитывая изложенное, суды оценили, что действия ФИО2 в рамках заключения договора хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017 с ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток», направленные на обеспечение максимальной загруженности зернового склада АО «БиоТехнологии», были обусловлены сложившейся финансово-хозяйственной ситуацией в обществе и необходимостью исполнения обязательств перед органами государственной власти, кредитными организациями.

С учетом того, что судебный контроль в соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, суды правомерно отклонили возражения истца о нецелесообразности действий ФИО2 по увеличению общей выручки.

Довод истца о том, что АО «БиоТехнологии» в период с 2012 года по 2017 год ни разу не использовало льготы по налогу на прибыль в рамках инвестиционного соглашения от 27.09.2012 N 81 ввиду отсутствия прибыли, также правомерно отклонен судами первой и апелляционной инстанции, поскольку не свидетельствует о неразумности действий директора, направленных на достижение показателей бизнес-плана.

Принимая во внимание изложенное, суды пришли к обоснованному выводу о том, что условия договора хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017 с учетом дополнительных соглашений к нему были экономически оправданными.

Арбитражным судом первой инстанции была назначена судебная экспертиза, по результатам которой составлено экспертное заключение N 02-03/20/0103 от 27.01.2021.

Оценив результаты указанного экспертного заключения по правилам статей 71, 86 АПК РФ, суды посчитали, что они не могут быть положены в основу расчетов прибыльности (убыточности) договора хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017, а также договоров купли-продажи N 17РОО340 от 08.02.2017, возмездного оказания услуг N 17Т00210 от 10.02.2017, N 17Т00290 от 15.03.2017, заключенных АО «БиоТехнологии» и ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток» как взаимосвязанных сделок, поскольку экспертами анализировался финансово-экономический результат от заключенных сделок без учета особенностей экономических взаимоотношений основного (АО «БиоТехнологии») и дочернего общества (ООО «РХК Агросервис»).

При таких обстоятельствах, применение сниженных ставок на услуги хранения и отгрузки на ж/д транспорт по договору хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017 не причинило убытки АО «БиоТехнологии».

Исходя из содержания дополнительных соглашений N 1 от 09.02.2017, N 2 от 15.03.2017, N 3 от 22.03.2017, N 4 от 22.03.2017, суды заключили, что бесплатное хранение до момента отгрузки ж/д транспортом предусматривалось только для нескольких партий пшеницы в общем количестве - 21250 тонн; в отношении остального объема отгруженной на ж/д транспорт пшеницы, условия льготного хранения не устанавливались.

Неисполнение обязательств контрагентом по договору по оплате иных оказанных услуг в рассматриваемом случае не может быть признано основанием для привлечения бывшего директора к ответственности в виде взыскания убытков в размере стоимости неоплаченных услуг.

На основании изложенного, а также принимая во внимание отсутствие доказательств получения ФИО2 личной финансовой выгоды от заключенных сделок, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что требование о взыскании убытков, возникших при заключении АО «БиоТехнологии» договора хранения N 3-х/2017 от 06.02.2017 с ООО «ФИО10 Коммодитиз Восток» в размере 12677257,61 руб. не подлежит удовлетворению.

Оценив требование истца о взыскании с ответчика убытков в размере 5424076,63 руб. в виде разницы между выручкой от заключенного договора N 40-х/2016 от 12.08.2016 и себестоимостью оказанных услуг по договору, определенной по заключению экспертов (реальный ущерб – 3464169,52 руб.), а также разницы между себестоимостью оказанных услуг, определенной по заключению экспертов и рыночной стоимостью оказанных услуг, определенной по заключению экспертов (упущенная выгода – 1959907,11 руб.); в размере 2761250,17 руб. в виде разницы между выручкой от заключенного договора N 41-х/2016 от 12.08.2016 и себестоимостью оказанных услуг по договору, определенной по заключению экспертов (реальный ущерб – 1810593,08 руб.), а также разницы между себестоимостью оказанных услуг, определенной по заключению эксперта и рыночной стоимостью оказанных услуг, определенной по заключению экспертов (упущенная выгода – 950657,09 руб.), возникших, по мнению истца, из-за того, что стоимость услуг по договору хранения N 40-х/2016 от 12.08.2016, заключенному между АО «БиоТехнологии» с ООО «Агроком», а также по договору N 40-х/2016 от 12.08.2016, заключенному между АО «БиоТехнологии» и ООО «Абсолют», была ниже себестоимости услуги и ниже цены по утвержденному в обществе прейскуранту, суды пришли к следующему.

Суды установили, что в АО «БиоТехнологии» утверждены калькуляция себестоимости элеваторных услуг на 2015-2016, 2016-2017 зерновые годы, а также прейскурант цен на элеваторные услуги на 2015-2016, 2016-2017 зерновые годы в отношении приемки, очистки, сушки, хранения, отгрузки на автотранспорт, отгрузки на ж/д транспорт, отстой вагонов на путях хранителя. Ответчик заключал договоры по цене не только ниже утвержденного в обществе прейскуранта, но и ниже себестоимости оказываемых услуг.

Между тем, заключение договоров по цене, ниже фактической себестоимости при наличии заключенных договоров в тот же период по более высокой стоимости, свидетельствует о наличии спроса на заключение сделок и подтверждает довод истца об отсутствии экономической выгоды в рамках осуществления обычной хозяйственной деятельности при реализации элеваторных услуг по цене, ниже себестоимости.

При этом, довод ответчика о том, что в отношении ряда контрагентов, в том числе, ООО «Агроком», ООО «Абсолют», применялась политика ценовой дискриминации в виде предоставления скидок на элеваторные услуги, в соответствии с утвержденным в обществе Регламентом о маркетинговой политике от 01.07.2016, с учетом объемов оказываемых услуг контрагентам, правомерно отклонен судами.

Так, согласно пунктам 3.2.1 - 3.2.3 Регламента АО «БиоТехнологии» о маркетинговой политике от 01.07.2016, в отношении каждого контрагента или группы контрагентов установлена возможность применения нескольких методов ценовой дискриминации, в зависимости от объема приобретаемых услуг, объема сдаваемого на хранение товара, в зависимости от покупательской способности контрагента и пр.

Между тем, заключенные с ООО «Агроком», ООО «Абсолют» договоры были рамочными, с открытым количеством сдаваемого на хранение товара. На момент заключения договоров их условия не предусматривали объем оказываемых услуг, позволяющий предоставить скидку в соответствии с условиями ценовой дискриминации.

В связи с этим, суды посчитали, что порядок установления преференций указанным контрагентам не соотносился с условиями предоставления скидок на элеваторные услуги, установленными Регламентом, соответственно, был произвольным.

Довод ответчика о том, что заключение спорных договоров по сниженным ценам позволило предотвратить причинение обществу больший ущерб, нежели чем, если бы общество отказалось от заключения договоров на таких условиях, суды обоснованно отклонили, поскольку он опровергается результатами экспертного исследования N 02-03/20/0103 от 27.01.2021, согласно выводам которого, в случае отказа от заключения спорных сделок, общество могло бы заключить иные договоры по оказанию элеваторных услуг с иными юридическими лицами, с учетом спроса на такие услуги в рассматриваемый период.

Отклоняя доводы ответчика о том, что в спорный период большинство договоров заключалось по цене, ниже утвержденного в обществе прейскуранта, что, по мнению ответчика, являлось обычной деловой практикой, суды обоснованно исходили из того, что заключение договоров с превалирующим числом контрагентов по цене, ниже утвержденного в обществе прейскуранта и при отсутствии встречного равноценного предоставления, не может считаться обычной деловой практикой в деятельности коммерческой организации.

При таких обстоятельствах, суды пришли к правомерному выводу о том, что действия ФИО2 как генерального директора АО «БиоТехнологии» по заключению указанных договоров хранения не отвечают критерию разумности и повлекли неблагоприятные последствия в виде причинения обществу убытков.

Заключением экспертов N 02-03/20/0103 от 27.01.2021 (вопрос 1) установлена себестоимость оказания каждого вида услуг/выполнения работ АО «БиоТехнологии» по приемке, очистке, сушке, хранению, отгрузке на автотранспорт, отгрузке на ж/д транспорт зерновых и масличных культур в 2015-2016, 2016-2017 зерновых годах. Себестоимость элеваторных услуг, определенная экспертным путем, превысила себестоимость элеваторных услуг, определенную в обществе.

Уточняя исковые требования, истец исходил из необходимости расчета убытков с учетом себестоимости и рыночной стоимости элеваторных услуг, определенной по результатам проведения судебной экспертизы.

Вместе с тем, анализ утвержденной в обществе калькуляции себестоимости элеваторных услуг и себестоимости элеваторных услуг, определенной экспертным путем, позволил судам заключить, что калькуляция себестоимости элеваторных услуг на 2015-2016 зерновой год, произведенная в обществе, ниже себестоимости, определенной экспертами, на 11-12%, калькуляция себестоимости элеваторных услуг на 2016-2017 зерновой год, произведенная в обществе, ниже себестоимости, определенной экспертами, на 23,4%, что, является допустимым отклонением при очевидной невозможности обеспечить их абсолютное совпадение.

Довод ФИО2 об отсутствии в АО «БиоТехнологии» единой утвержденной калькуляции себестоимости элеваторных услуг на соответствующие зерновые годы, правомерно отклонен судами двух инстанций, поскольку такая калькуляция представлена в материалы дела.

В данном случае суды первой и апелляционной инстанции правомерно исходили из того, что для управления производственно-хозяйственной деятельностью предприятия и обоснованного ценообразования необходимо знать затраты по видам продукции (услуг), в том числе на единицу изделия (услуги), то есть калькулировать ее себестоимость; утвержденная в обществе калькуляция себестоимости элеваторных услуг на 2015-2016, 2016-2017 зерновые годы соответствовала фактическим затратам общества на оказание таких услуг.

Определенная экспертным путем рыночная стоимость элеваторных услуг (вопрос 2 заключения экспертов N 02-03/20/0103 от 27.01.2021) также превысила стоимость отпускной цены, по которой оказывались элеваторные услуги по спорным договорам.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 424 ГК РФ, исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон. Изменение цены после заключения договора допускается в случаях и на условиях, предусмотренных договором, законом либо в установленном законом порядке.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъясняется, что под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Проанализировав первичные бухгалтерские документы, а также заключение экспертов N 02-03/20/0103 от 27.01.2021 и установив, что отклонение от отпускной стоимости элеваторных услуг, оказанных по договорам хранения N 40-х/2016 от 12.08.2016, N 41-х/2016 от 12.08.2016 и рыночной стоимостью элеваторных услуг, определенной экспертами, в сторону уменьшения варьируется в зависимости от вида услуги от 36,1% до 68,42%, суды первой и апелляционной инстанции пришли к верному выводу о том, что отпускная стоимость оказанных услуг по договорам хранения от 12.08.2016 N 40-х/2016, от 12.08.2016 N 41-х/2016 в ряде случаев более чем в два раза ниже рыночной стоимости таких услуг.

Определенная экспертным путем рыночная стоимость элеваторных услуг (вопрос 2 заключения экспертов N 02-03/20/0103 от 27.01.2021) также превысила стоимость элеваторных услуг, указанную в прейскуранте цен на элеваторные услуги на 2015-2016, 2016-2017 зерновые годы, утвержденном в обществе. Отклонение от стоимости элеваторных услуг, установленных в обществе на 2015-2016 зерновой год и рыночной стоимостью элеваторных услуг, определенной экспертами, в сторону уменьшения варьируется в зависимости от вида услуги от 16,9% до 35,3%. Отклонение от стоимости элеваторных услуг, установленных в обществе на 2016-2017 зерновой год и рыночной стоимостью элеваторных услуг, определенной экспертами, в сторону уменьшения варьируется в зависимости от вида услуги от 0% до 37,9%. При этом, отклонение стоимости элеваторных услуг по утвержденному в обществе прейскуранту по сравнению с рыночной стоимостью элеваторных услуг, определенной экспертами, находится в пределах допустимых значений.

На основании изложенного суды заключили, что утвержденная в обществе стоимость элеваторных услуг, отраженная в прейскуранте на 2016-2017 годы, соотносилась со средними рыночными ценами на такие услуги в рассматриваемый период.

В поддержку указанного вывода свидетельствуют также данные Управления сельского хозяйства Тамбовской области о сложившихся в Тамбовской области рыночных ценах на оказание элеваторных услуг в 2016-2017 годы.

При таких обстоятельствах, суды двух инстанций правомерно исходили из того, что произведенный истцом расчет убытков, основанный на соотношении себестоимости и рыночной стоимости элеваторных услуг, определенной по результатам проведения судебной экспертизы, не подлежит применению, поскольку стоимость элеваторных услуг по утвержденному в обществе прейскуранту была сопоставима с рыночными ценами на такие услуги в рассматриваемый период.

Судами учтено, что прейскурант цен на элеваторные услуги на 2016-2017 зерновой год согласован с руководителями ключевых структурных подразделений общества, в связи с чем, действия ФИО2 как генерального директора общества по утверждению калькуляции себестоимости элеваторных услуг и прейскуранта отпускной стоимости элеваторных услуг соответствовали обычным процедурам, принятым в хозяйственной деятельности юридического лица.

Истец квалифицировал убытки в виде разницы между отпускной ценой по договору и себестоимостью услуг в качестве реального ущерба; убытки в виде разницы между себестоимостью услуг и рыночной ценой услуг - в качестве упущенной выгоды.

Между тем, арбитражный суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований и должен рассматривать иск, исходя из его предмета и оснований.

В рассматриваемом случае с учетом того, что реализация элеваторных услуг по цене ниже прейскуранта представляет собой реальные убытки для акционерного общества, целью хозяйственной деятельности которого как коммерческой организации является извлечение прибыли, суды обоснованно посчитали, что расчет убытков следует производить, исходя из разницы между фактической выручкой от заключенного договора и стоимостью элеваторных услуг, которая была бы получена обществом при заключении договоров по ценам, установленным прейскурантом, утвержденным в обществе.

В этой связи, суд первой инстанции самостоятельно произвел расчет убытков, причиненных обществу заключением договора хранения от 12.08.2016 N 40-х/2016 с ООО «Агроком», а также договора хранения от 12.08.2016 N 41-х/2016 с ООО «Абсолют», где учтены объемы и виды оказанных услуг, установленных по результатам проведения по делу судебной экспертизы, а также скорректированные истцом в уточненных исковых требованиях объемы и виды таких услуг. Расчет убытков произведен судом с учетом стоимости элеваторных услуг, утвержденных в прейскуранте цен на элеваторные услуги на 2016-2017 годы АО «БиоТехнологии» без НДС в связи с тем, что правила уменьшения сумм налога или их получения из бюджета императивно установлены статьями 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации. Лицо, имеющее право на вычет, должно знать о его наличии, обязано соблюсти все требования законодательства для его получения, и не может перелагать риск неполучения соответствующих сумм на своего контрагента, что фактически является для последнего дополнительной публично-правовой санкцией за нарушение частноправового обязательства (аналогичная правовая позиция отражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 2852/13 от 23.07.2013).

Поскольку бремя доказывания наличия убытков и их состава возлагается на потерпевшего, обращающегося за защитой своего права, то именно истец должен доказать факт того, что предъявленные ему суммы налога на добавленную стоимость не были и не могут быть приняты к вычету, то есть представляют собой его некомпенсируемые потери (убытки).

Между тем, таких доказательств в материалы дела не представлено (статьи 65 и 9 АПК РФ).

Согласно расчету арбитражного суда первой инстанции, приведенному в решении в табличной форме, размер убытков, причиненных АО «БиоТехнологии» заключением договора хранения N 40-х/2016 от 12.08.2016 с ООО «Агроком», составил 3263278,99 руб., размер убытков, причиненных АО «БиоТехнологии» заключением договора хранения N 41-х/2016 от 12.08.2016 с ООО «Абсолют» составил 1539876,06 руб.

Апелляционный суд проверил такой расчет и нашел его верным – соответствующим материалам дела и фактическим правоотношениям сторон.

На основании изложенного суды пришли к правомерному выводу о том, что исковые требования о взыскании с ответчика убытков, причиненных АО «БиоТехнологии» заключением договора хранения N 40-х/2016 от 12.08.2016 с ООО «Агроком», подлежат удовлетворению в размере 3263278,99 руб.; заключением договора хранения N 41-х/2016 от 12.08.2016 с ООО «Абсолют» - в размере 1539876,06 руб.

По требованию истца о взыскании с ответчика убытков в размере 2159828,71руб., которые сложились в результате совершения ряда поставок по договору хранения N 40-х/2016 от 12.08.2016, а также убытков в размере 5814691,07 руб., которые сложились в результате совершения ряда поставок по договору хранения N 41-х/2016 от 12.08.2016, как притворных сделок суды обоснованно пришли к следующим выводам.

Истец ссылался на то, что фактически сельскохозяйственные культуры не завозились, а документы оформлялись только для видимости; они прикрывали фактическую куплю-продажу сельскохозяйственных культур по заниженной цене - по стоимости услуг хранения зерна.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

При разрешении спора, суд обоснованно исходил из того, что особенность доказывания оснований для признания сделки притворной заключается в том, что на заявителе лежит обязанность подтвердить, что воля сторон была направлена не на возникновение правовых последствий, вытекающих из заключенной сделки (договора хранения), а на совершение иной прикрываемой сделки.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 ГК РФ, по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Согласно пункту 1 статьи 779 ГК РФ, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу пункта 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Продавец обязан передать покупателю товар (пункт 1 статьи 456 ГК РФ), а покупатель - оплатить товар непосредственно до или после передачи его продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ).

Согласно пояснениям истца, в соответствии с данными программного комплекса, обеспечивающего автоматический количественно-качественный учет зерна в АО «БиоТехнологии» с автоматическим взвешиванием прибывающих и убывающих автомобилей по брутто, нетто и таре с фотофиксацией данного процесса (ПК «Зерно»), сведения о поставке 322,690 тн пшеницы 4 или 5 класса, 355,3 тн, 444,7 тн пшеницы 5 класса были внесены в ПК «Зерно» 30.08.2016 и 01.09.2016 в ручном режиме, фотоматериалов, подтверждающих данное поступление пшеницы в базе данных не содержится; товарно-транспортные накладные от 30.08.2016 в АО «БиоТехнологии» отсутствуют, при этом анализ журнала регистрации взвешивания грузов на автоматических автомобильных весах показывает использование одних и тех же номеров товарно-транспортных накладных несколько дней подряд.

Из заключения экспертов N 02-03/20/0103 от 27.01.2021 (вопрос 3) следует, что факт поставки 322690 тн пшеницы 4 или 5 класса 30.08.2016 по договору хранения N 40-х/2016 от 12.08.2016, заключенному АО «БиоТехнологии» с ООО «Агроком», документальными данными не подтверждается, а именно: отсутствуют товарно-транспортные накладные от 30.08.2016 с контрагентом ООО «Агроком», реестры ТТН, журналы количественно-качественного учета, отчеты о наличии и движении зерна и обязательств по зерну не содержат информации о данной поставке.

Факт поставки зерновых культур по договору N 41-х/2016 от 12.08.2016 с ООО «Абсолют» в объеме 355,3 т пшеницы 5 кл 30.08.2016; 444,7 т пшеницы 5 кл 01.09.2016, подтвердить документальными данными представляется возможным при условии предоставления экземпляров документов контрагента.

Обосновывая свою позицию, истец привел данные отчета АО «КПМГ» от 18.11.2016 об инвентаризации элеватора ЗАО «БиоТехнологии» по состоянию на 22.10.2016, согласно которому выявлены недостачи по всем видам сельскохозяйственных культур, кроме пшеницы неклассной, а также данные акта инвентаризационной комиссии АО «БиоТехнологии» от 25.07.2018, согласно которому, недостача пшеницы 4 класса составила 5,034 тн.

Оценив представленные доказательства и позиции сторон, суды обоснованно исходили из того, что заявляя о притворности сделки, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для сторон, а также представить доказательства направленности воли сторон на совершение именно прикрываемой сделки.

Истец заявлял о притворности поставок зерна на элеватор, совершенной ООО «Агроком» только 30.08.2016, а в отношении ООО «Абсолют» только 30.08.2016 и 01.09.2016 ввиду отсутствия в документах бухгалтерского учета АО «БиоТехнологии» товарно-транспортных накладных от 30.08.2016 по поставкам от ООО «Агроком», а также ссылаясь на пороки в оформлении имеющихся товарно-транспортных накладных и внесение данных о партиях товара при оформлении на элеватор в автоматизированную систему ПК «Зерно» в ручном режиме.

В соответствии с требованиями статьи 9 Федерального закона от 06.01.2011 N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Федеральный закон «О бухгалтерском учете»), каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Согласно пункту 2.5.2 договоров хранения N 40-х/2016 от 12.08.2016, N 41- х/2016 от 12.08.2016, поклажедатель при завозе товара на склад хранителя обязан предоставить на каждое транспортное средство транспортную накладную, оформленную в соответствии с Правилами перевозок грузов автомобильным транспортом, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 15.04.2011 N 272.

В данном случае в материалы дела ни сторонами, ни третьим лицом не представлены товарно-транспортные накладные от 30.08.2016, подтверждающие отгрузку ООО «Агроком» истцу на хранение 322,690 тн пшеницы 4 или 5 класса.

При этом, решением Арбитражного суда Тамбовской области от 07.06.2021 по делу N А64-6848/2018 ООО «Агроком» признано несостоятельным (банкротом). Из указанного судебного акта следует, что ООО «Агроком» с 2018 года фактически не ведет хозяйственную деятельность.

Очевидно, что в таком случае получение первичных бухгалтерских документов по спорной поставке от ООО «Агроком» объективно затруднено.

Товарно-транспортные накладные от 30.08.2016, 01.09.2016 подтверждающие отгрузку ООО «Абсолют» истцу на хранение 355,3 тн и 444,7 тн пшеницы 5 класса, в материалы дела также не представлены.

С учетом того, что ООО «Абсолют» согласно данным ЕГРЮЛ прекратило свою деятельность 04.06.2019, судами отмечено, что в силу объективных причин данное общество не может предоставить в материалы дела первичные бухгалтерские документы, подтверждающие отгрузку зерна АО «БиоТехнологии» в указанные даты.

Судом первой инстанции также принято во внимание, что бывший генеральный директор общества не имеет доступа к финансово-хозяйственной документации общества, объективно ограничен в возможности представлять доказательства в виде первичной бухгалтерской документации общества, в котором больше не выполняет трудовые функции.

При этом, внутренние документы АО «БиоТехнологии» (журналы регистрации взвешивания грузов на автомобильных весах, журналы количественно-качественного учета хлебопродуктов) составлены в одностороннем порядке.

Из анализа данных журнала регистрации взвешивания грузов на автомобильных весах за период с 01.07.2016 по 30.06.2017 судами установлено, что в АО «БиоТехнологии» от ООО «Агроком» на хранение 30.08.2016 поступило 511770 кг пшеницы, от ООО «Абсолют» 30.08.2016 - 355300 кг пшеницы, 01.09.2016 - 444700 кг.

Судами установлено, что обязательства по договору хранения N 40-х/2016 от 12.08.2016 действительно исполнялись АО «БиоТехнологии» и ООО «Агроком» более десяти месяцев с 12.08.2016 по 27.06.2017, что не оспаривалось истцом. В материалы дела представлены копии товарно-транспортных накладных на отгрузку зерна в элеватор от ООО «Агроком», копии журнала регистрации взвешивания грузов на автомобильных весах за период с 01.07.2016 по 30.06.2017, журнала количественно-качественного учета хлебопродуктов за период с 01.06.2016 по 10.06.2019, где отражены поставки зерна.

Суды также пришли к выводу о том, что обязательства по договору хранения N 41-х/2016 от 12.08.2016 реально исполнялись АО «БиоТехнологии» и ООО «Абсолют» более десяти месяцев с 19.08.2016 по 27.06.2017, что не оспаривалось истцом. В материалы дела представлены копии товарно-транспортных накладных на отгрузку зерна в элеватор от ООО «Абсолют», копии журнала регистрации взвешивания грузов на автомобильных весах за период с 01.07.2016 по 30.06.2017, журнала количественно-качественного учета хлебопродуктов за период с 01.06.2016 по 10.06.2019, где отражены поставки зерна.

При таких обстоятельствах, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу об отсутствии у оспариваемой части сделок признаков притворности, поскольку фактические действия сторон по договорам хранения N 40-х/2016 от 12.08.2016, N 41-х/2016 от 12.08.2016 соответствовали действиям, обычно совершаемым при реализации договоров хранения, включая оказание элеваторных услуг.

Установив из анализа товарно-транспортных накладных ООО «Агроком», ООО «Абсолют», журнала регистрации взвешивания грузов на автоматических автомобильных весах, что товарно-транспортные накладные не имели номера и учитывались в журнале регистрации взвешивания грузов на весах как накладные без номера, суды обоснованно заключили, что погрешности в оформлении первичных бухгалтерских документов не означают притворности сделки.

Кроме того, судами учтено, что основным видом деятельности ООО «Агроком», согласно данным ЕГРЮЛ, является торговля оптовая зерном, необработанным табаком, семенами и кормами для сельскохозяйственных животных, дополнительными - выращивание зерновых (кроме риса), зернобобовых культур и семян масличных культур; основным видом деятельности ООО «Абсолют» - торговля оптовая зерном, необработанным табаком, семенами и кормами для сельскохозяйственных животных.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суды двух инстанций пришли к правильному выводу о том, что заключение договора хранения зерновых культур с оказанием элеваторных услуг соответствовало целям деятельности обеих сторон сделки и было экономически обоснованным. В период совершения сделки ООО «Агроком» имело необходимые материальные ресурсы для исполнения обязательств по договору.

Доводы истца о внесении данных о поставке нескольких партий пшеницы в ПК «Зерно» в ручном режиме, отсутствии материалов фотофиксации, подтверждающих завоз на территорию элеватора пшеницы в период времени, указанный в журнале, правомерно отклонены судами, поскольку не свидетельствуют о притворности спорных поставок. При этом, судами учтено, что в ходе судебного разбирательства истцом не оспаривалось, что автоматизированные системы учета, система видеонаблюдения не работают в период отсутствия электроэнергии, а также временного выхода из строя по техническим причинам.

Ссылка истца на выявление недостачи зерновых культур в октябре 2016 года обоснованно отклонена судами, поскольку недостача зерна не является безусловным доказательством, свидетельствующим о безосновательной отгрузке зерна по указанию директора третьим лицам. Доказательств обращения АО «БиоТехнологии» в правоохранительные органы по факту хищения зерна в спорный период в материалах дела не имеется.

Из отчета АО «КПМГ» от 18.11.2016 об инвентаризации элеватора ЗАО «БиоТехнологии» по состоянию на 22.10.2016 следует, что в АО «БиоТехнологии» ведется примерный посилосный учет (силосная карта) вручную на основе приблизительных расчетов. В качестве возможных причин несоответствия фактического количества сырья в силосах и силосной карте названы: неотражение последних первичных документов о приемке/отгрузке сырья в ПК «Зерно», осуществление приемки/отгрузки сырья без оформления документов, ошибки в количественном учете сырья.

Между тем, данные о спорной поставке внесены в ПК «Зерно», что истцом не оспаривалось, в связи с чем допущенные ошибки в количественном учете зерна не свидетельствуют о намерении сторон «прикрыть» сделку купли-продажи зерна сделкой по оказанию услуг хранения.

Принимая во внимание, что истец не представил доказательств того, что воля сторон по договорам хранения от 12.08.2016 N 40-х/2016 и N 41-х/2016 не была направлена на возникновение вытекающих из них правовых последствий, а также того, что оспариваемые сделки прикрывали иную волю ее участников - по совершению купли-продажи партии зерна по цене услуги по хранению, суды пришли к правильному выводу о том, что действительная воля сторон была направлена на достижение реальных целей заключения договора хранения зерна с оказанием элеваторных услуг, соответственно, правовые основания для признания сделок ничтожными, отсутствуют.

Факт отгрузки АО «БиоТехнологии» зерна ООО «Агроком» и ООО «Абсолют» после оказания элеваторных услуг в объеме, превышающем объем, реально поставленный контрагентами на хранение на элеватор, не подтвержден документальными доказательствами.

В судебном заседании суда первой инстанции экспертами подтверждено, что анализ отгруженного ООО «Агроком» объема зерна по договору хранения N 40-х/2016 от 12.08.2016 не производился.

На основании изложенного суды пришли к правомерному выводу о том, что истцом не доказана притворность поставки 322,690 тн пшеницы 4 или 5 класса в рамках договора хранения N 40-х/2016 от 12.08.2016 и поставки 355,3 тн и 444,7 тн пшеницы 5 класса по договору хранения N 41-х/20 от 12.08.2016, в связи с чем оснований для взыскания убытков в размере стоимости пшеницы – 2159828,71 руб. и 5814691,07 руб. соответственно не имеется.

Доводы ответчика о солидарной ответственности содиректора АО «БиоТехнологии» ФИО4 в причинении возможных убытков обществу правомерно отклонены судами.

Так, материалами дела подтверждается, что ФИО2 являлся единоличным исполнительным органом АО «БиоТехнологии» с 25.12.2013 по 28.03.2017. Решением внеочередного общего собрания акционеров АО «БиоТехнологии» от 28.03.2017 прекращены полномочия ранее избранного генерального директора ФИО2 и содиректорами общества назначены ФИО2 и ФИО4

В период заключения договоров (12.08.2016) ФИО4 не являлся содиректором общества, соответственно, не принимал участие в принятии решения о заключении АО «БиоТехнологии» спорных договоров хранения с ООО «Агроком», ООО «Абсолют».

В период после прекращения исполнения ФИО2 обязанностей генерального директора единолично исполнение спорных договоров хранения продолжалось на прежних условиях.

В силу пункта 2 статьи 782 ГК РФ исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков.

Между тем, как верно отметили суды, ФИО4, являясь содиректором АО «БиоТехнологии», в силу необходимости коллегиального принятия управленческих решений, не мог в отсутствие согласия ФИО2 в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора.

Принимая во внимание указанные выше обстоятельства, арбитражные суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о частичном удовлетворении исковых требований и привлечении бывшего генерального директора общества к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения обществу убытков в сумме 4803155,05 руб. (3263278,99 руб. + 1539876,06 руб.), отказу в удовлетворении иска в остальной части.

Судебная коллегия суда округа считает, что суд апелляционной инстанции обосновано отказал ответчику в удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной судебной экспертизы, поскольку для этого отсутствовали предусмотренные частью 2 статьи 87 АПК РФ процессуально-правовые основания.

Иные доводы сторон были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка.

При таких обстоятельствах, суды первой и апелляционной инстанции пришли к правильному выводу о том, что истцом с учетом правил статьи 15 ГК РФ не доказан факт причинения обществу убытков по заявленным основаниям и в заявленном размере, равно как и наличие вины ответчика в соответствующей части требований, а также причинно-следственной связи между действиями ответчика и убытками общества, в связи с чем, правомерно отказали в удовлетворении части иска, взыскав сумму убытков, реально причиненных обществом действиями директора при формировании стоимости услуг общества.

Приведенные в кассационных жалобах доводы по своей сути направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств.

Убедительных доводов, основанных на доказательной базе и позволяющих отменить или изменить оспариваемые решение и постановление, кассационные жалобы не содержат, в связи с чем удовлетворению не подлежат.

Несогласие заявителей с установленными по делу обстоятельствами и с оценкой судами доказательств не является основанием для отмены принятых судебных актов в суде кассационной инстанции.

В соответствии с положениями ст. 286, ч. 2 ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, были предметом рассмотрения арбитражного суда, им дана надлежащая правовая оценка, нарушений норм процессуального права при принятии обжалуемых решения и постановления не выявлено, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 287, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Тамбовской области от 19.07.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2021 по делу N А64-4040/2019 оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в срок, не превышающий двух месяцев.


Председательствующий У.В. Серокурова


Судьи М.М. Нарусов


ФИО1