Постановление от 12 ноября 2024 г. по делу № А43-477/2022

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: (4922) 44-76-65, 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А43-477/2022
12 ноября 2024 года
г. Владимир


Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 ноября 2024 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В., судей Полушкиной К.В., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Прозоровой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 21.06.2024 по делу № А43-477/2022, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Форт» (ОГРН <***> ИНН <***>) ФИО1 о признании сделок должника по перечислению денежных средств в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 недействительными и применении последствий их недействительности,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично путем размещения информации на сайте суда, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Форт» (далее – ООО «Форт», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – ФИО1, конкурсный управляющий) с заявлением о признании недействительными сделками банковских операций, совершенных должником в период с 25.11.2019 по 10.02.2021 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – предприниматель ФИО2, ответчик) на общую сумму 6 392 846 руб. и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в пользу должника 6 392 846 руб.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 21.06.2024 в удовлетворении заявления конкурсному управляющему отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой с учетом дополнения, в которой просит определение суда отменить полностью и принять по делу новый судебный акт, восстановить срок исковой давности на

предъявление заявленного требования о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал, что действуя добросовестно и разумно конкурсный управляющий направил ФИО2 запрос от 29.03.2023 № 30 о предоставлении документов по операциям ООО «Форт», письмо оставлено без ответа, если бы ответчик действовал добросовестно, то он бы предоставил конкурсному управляющему все необходимые документы, но этого сделано не было. Сослался на то, что судом первой инстанции не было рассмотрено заявление конкурсного управляющего о восстановлении годичного срока на подачу заявления о признании сделки недействительной, содержащееся в ходатайстве от 19.05.2024 № 83. Отметил, что ответчиком не представлены документы, подтверждающие поставку товара, оказание услуг и иные документы, а также доказательства оприходования товара по соответствующим счетам бухгалтерской отчетности и бухгалтерского баланса сторон, в части хранения товара, в части приобретения товара, который в последующем был реализован. Полагает, что ссылка ответчика уничтожение всех документов вызывает сомнение, поскольку документы должны храниться 5 лет. Считает, что сделки, совершенные с ФИО2, имеют признаки мнимой сделки, совершенной лишь для вида без намерения сторон указанной сделки создать соответствующие правовые последствия, безвозмездное перечисление денежных средств стороне по подозрительной сделке снизило стоимость имущества должника и привело к утрате возможности кредиторов удовлетворить свои требования за счет имущества должника и нанесением им существенного вреда. Пояснил, что по состоянию на 2020 год должник имел неисполненные обязательства перед налоговым органом более 10 млн.руб. и отвечал признакам, предусмотренным статьей 9 Закона о банкротстве. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе с дополнениями.

Ответчик в отзыве на апелляционную жалобу указал на законность определения суда, несостоятельность доводов заявителя апелляционной жалобы, просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Считает, что заявителем в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии совокупности обстоятельств, предусмотренных для оспаривания сделок по основанию, предусмотренному п.2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также достоверных доказательств, подтверждающих, что стороны, заключая оспариваемый договор, действовали с противоправной целью и их действия были направлены на вывод имущества должника за счет средств самого должника. Кроме того, указал на пропуск заявителем срока исковой давности на подачу заявления о признании сделки недействительной, считает, что годичный срок на оспаривание сделки истек 10.03.2023. Подробно возражения ответчика изложены в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили.

Лица, участвующие в обособленном споре, явку представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте

судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в части заявленных доводов.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 27.01.2022 к производству суда принято заявление Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 18 по Нижегородской области (далее – МИФНС № 18 по Нижегородской области) о признании ООО «Форт» несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 09.03.2022 ООО «Форт» признано несостоятельным (банкротом) по признакам отсутствующего должника, в отношении него открыто конкурсное производство, в реестр требований кредиторов должника в включены требования уполномоченного органа в размере 13 558 400 руб. 96 коп., в том числе 2940 руб. 73 коп. – требования кредиторов второй очереди; 12 663 288 руб. 90 коп. – требования кредиторов третьей очереди; 892 171 руб. 33 коп. – требования кредиторов третьей очереди, учитывающиеся отдельно в реестре требований кредиторов и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов, конкурсным управляющим утвержден ФИО3, который определением от 04.07.2022 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, определением от 29.12.2022 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1

В ходе анализа деятельности должника конкурсным управляющим выявлено, что согласно выпискам по счетам должника № 40702810442100003524, открытом в АКБ Авангард, № 40702810362160044843, открытом в ПАО КБ УБРиР, № 40702810910000530543, открытом в Тинькоффбанк, должник в период с 09.10.2019 по 06.02.2020 перечислил на счет предпринимателя ФИО2 6 392 846 руб., указав в назначении платежей: оплата за крепеж, оплата за вахтовые фургоны, оплата за демонтажные работы, оплата за СМР по договору 1 от 14.01.2020, оплата за строительные работы по договору 1 от 14.01.2020.

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании недействительными сделками банковских операций, совершенных должником в период с 25.11.2019 по 10.02.2021 в пользу предпринимателя ФИО2 на общую сумму 6 392 846 руб., и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в пользу должника 6 392 846 руб.

Заявление основано на положениях пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и мотивировано тем, что ряд сделок, совершенных должником по перечислению денежных средств, имеют признаки недействительных сделок, совершенных при неравноценном встречном исполнении обязательства другой стороной сделки, были заключены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов; стоимость работ и иные условия на момент их заключения существенно в худшую

для должника сторону отличаются от цены и иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; работы со стороны ответчика не выполнялись, поскольку документы, подтверждающие выполнение работ, ООО «Форт» не представлены, конкурсному управляющему не переданы; должник и ответчик действовали недобросовестно, в нарушение интересов должника и его кредиторов, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63).

Конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений и о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (статья 61.9 и пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного

исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

– стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

– должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

– после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления № 63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу вышеуказанной нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обязательств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая

сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 7 постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми и применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как следует из абзаца четвертого пункта 9 постановления № 63 судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По мнению заявителя, сделки являются подозрительными и совершены должником в целях уменьшения конкурсной массы должника и причинение вреда кредиторам.

Вместе с тем для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 6 названного постановления).

Согласно пункту 7 постановления № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и сделка была совершена безвозмездно (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

При этом недоказанность цели причинения вреда имущественным правам кредиторов на основе предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций не исключает возможности установления такой цели исходя из иных обстоятельств, которые не защищены презумпциями, то есть подлежащими доказыванию на общих основаниях.

Таким образом, вопрос о том, является ли оспариваемая сделка подозрительной, разрешается судом с учетом оценки фактических обстоятельств конкретного спора.

По мнению заявителя, сделка совершена должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторам, поскольку на момент ее совершения ООО «Форт» отвечало признакам неплатежеспособности. Так, заявитель указывает на наличие у ООО «Форт» на дату совершения оспариваемых сделок неисполненных обязательств перед уполномоченным органом.

Судом апелляционной инстанции установлено, что из заявления уполномоченного органа следует, что задолженность по уплате налога в размере 12 663 229 руб. 63 коп. образовалась в результате неуплаты начислений по представленным налоговым декларациям на прибыль за 2020 год, НДФЛ за 09 мес. 2020 года.

Конкурсный управляющий указывает, что оспариваемые платежи совершены должником в пользу ответчика в период с 25.11.2019 по 10.02.2021.

Вместе с тем из представленных конкурсным управляющим выписок по счетам следует, что:

– счет, открытый в АКБ Авангард, закрыт 03.12.2019, последний платеж в пользу ответчика произведен 26.11.2019;

– по счету, открытому в ПАО КБ УБРиР, последний платеж в пользу ответчика произведен 22.07.2020;

– счет, открытый в Тинькоффбанк, закрыт 10.03.2020, платежи в пользу ответчика отсутствуют;

– по счету, открытому в ПАО «БАНК УРАЛСИБ», последний платеж в пользу ответчика произведен 24.11.2020;

– счета, открытые в КБ «ЛОКО-Банк», закрыты 02.09.2019 и 18.10.2019.

Вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иных доказательств, какого-либо расчета заявленных требований, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемые платежи осуществлены должником в пользу ответчика в период до возникновения задолженности перед уполномоченным органом.

При этом само по себе наличие кредиторской задолженности безотносительно иных обстоятельств, показателей бухгалтерской отчетности, экономических факторов, с учетом постоянной вариативности структуры активов и пассивов баланса большинства юридических лиц в связи с осуществлением ими хозяйственной деятельности, не является безусловным доказательством того, что должник отвечал признакам несостоятельности.

Кроме того, конкурсным управляющим не раскрыты наличие иных кредиторов, имеющих неисполненные обязательства, иные обстоятельства, свидетельствующие о наличии признаков банкротства.

С учетом правового подхода, выработанного судебной практикой и отраженного в определении Верховного Суда РФ от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412, недопустимо отождествление неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

При этом наличие неисполненных обязательств перед контрагентами не свидетельствует о наличии объективной невозможности исполнения обязательств перед кредиторами (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 по делу № 310-ЭС15-12396, от 25.12.2015 по делу № 308-ЭС15-11405).

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что материалами дела опровергается и заявителем документально не подтверждено, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, а равно, что именно вследствие заключения оспариваемых сделок, должник стал отвечать данным признакам.

Как указано в абзаце 6 пункта 12 постановления № 63, подача кредитором заявления о признании должника банкротом не всегда говорит о том, что имеет место действительно неплатежеспособность должника, зачастую инициатор банкротства рассматривает возбуждение такого дела как ординарный вариант принудительного исполнения судебного решения, а также были ли поданы в рамках возбужденного дела о банкротстве заявления других кредиторов.

При этом сам по себе факт наличия у должника обязательств перед другими кредиторами не является основанием для вывода о неплатежеспособности должника. Факт подачи исков к должнику не свидетельствует о неплатежеспособности последнего либо о недостаточности у него имущества, и является лишь свидетельством нормальной хозяйственной деятельности должника. Предъявление требований в исковом порядке еще не означает, что они будут удовлетворены судами, а в случае если они будут удовлетворены – не означает, что у ответчика недостаточно средств для погашения таких требований. Конкурсный кредитор ошибочно отождествляет неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору, не учитывает, что кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно пункту 7 постановления № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления № 63).

В рассматриваемом споре конкурсным управляющим не представлено доказательств наличия между должником ООО «Форт» и предпринимателем ФИО2 взаимоотношений, характеризующихся взаимозависимостью,

аффилированностью, подконтрольностью на основании статьи 19 Закона о банкротстве.

Документальных доказательств, бесспорно свидетельствующих об осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемых сделок, либо доказательств того, что другая сторона знала или должна была знать о наличии у должника цели причинить вред кредиторам должника, в материалы дела также не представлено.

В материалах обособленного спора отсутствуют какие-либо доказательства того, что стороны оспариваемых сделок состояли в сговоре, и их действия были направлены на вывод имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Оспариваемые сделки совершены в период до 24.11.2020, в то время как производство по делу о банкротстве возбуждено 27.01.2022, что свидетельствует о совершении сделок за пределами срока на оспаривание сделок по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При изложенных обстоятельствах коллегия судей соглашается с обоснованным выводом суда первой инстанции о том, что конкурсным управляющим не доказана совокупность условий для признания сделок недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии статуса заинтересованного лица, равно как и иных доказательств, свидетельствующих об осведомленности предпринимателя ФИО2 о признаках банкротства, с учетом недоказанности конкурсным управляющим наличия признаков банкротства ООО «Форт» по состоянию на даты совершения сделок.

Также судом первой инстанции обоснованно не установлено необходимых условий для признания сделок должника недействительными на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании следующего.

В силу абзаца 4 пункта 4 постановления № 63 наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. Как отметил Верховный Суд РФ в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Вместе с тем доказательства мнимости сделки не представлены заявителем. Довод о злоупотреблении правом сторонами сделки в силу неравноценного встречного предоставления опровергнут представленными доказательствами.

При рассмотрении настоящего обособленного спора факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их

действия с намерением причинить вред другому лицу не установлен, в связи с чем основания для признания оспариваемой сделки по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, отсутствуют.

Суд первой инстанции при исследовании доказательств по делу не установил наличие в деле доказательств, свидетельствующих о заведомой противоправной цели совершения спорных сделок, о намерении реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Между тем для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

В рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац четвертый пункта 4 постановления № 63).

В рассматриваемом случае злоупотребление правом со стороны должника и ответчика не усматривается.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для применения к спорным правоотношениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также суд не усмотрел признаков мнимости отношений, недобросовестного поведения сторон спорной сделки и злоупотребления ими правом.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, с учетом вышеизложенных обстоятельств, само по себе, отсутствие у конкурсного управляющего и ответчика первичной документации, подтверждающей встречное исполнение, не является основанием для признания сделок недействительными.

Кроме того, ответчик не уклонялся от состязательности, представил отзыв на заявление, в котором указал, что предпринимательскую деятельность ФИО2 прекратил в 2022 году, тогда же уничтожил часть документов, включая документы за 2019 год, так как срок исковой давности по ним истек, в начале 2023 года по той же причине уничтожил документы за 2020 год, в числе которых были и договоры с должником; в связи с тем, что ФИО2 не был осведомлен о процедуре банкротства ООО «Форт», необходимости хранить указанные документы у него не было.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности материалами дела необходимой совокупности условий для признания сделок недействительными и об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований на основании положений пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Более того, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске заявителем срока исковой давности на оспаривание сделок.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление № 15), согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока давности.

В пункте 4 постановления № 63 разъяснено, что судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок, в связи с этим в силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации такие сделки по указанным основаниям могут быть признаны недействительными только в порядке, определенном главой III.1 Закона о банкротстве.

Наличие у сделки, на которой основывает требование кредитор, оснований для признания ее недействительной в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве не может использоваться в качестве возражения при установлении этого требования в деле о банкротстве, а дает только право на подачу соответствующего заявления об оспаривании сделки в порядке, определенном этой главой.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В настоящем споре конкурсным управляющим заявлено требование об оспаривании сделок на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Ответчиком в суде первой инстанции в порядке статьи 199 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявлено о применении срока исковой давности на оспаривание сделок.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 постановления № 43 также разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Сделки с пороками, предусмотренными в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (подозрительные сделки), относятся к категории оспоримых сделок. Срок исковой давности для оспаривания таких сделок в судебном порядке

составляет один год (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 32 постановления № 63).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало (должно было узнать) о нарушении своего права.

Следовательно, законодатель установил исчисление срока исковой давности с наличием объективных обстоятельств, когда истец узнал или должен был узнать нарушении его права.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положения пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (Постановление № 36-П от 18.11.2019, определения № 2309-О от 25.10.2016, № 1592-О от 20.07.2021, др.).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий, в том числе исполняющий его обязанности (абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.(п. 32 постановления № 63).

В силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой

давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела, решением суда от 09.03.2023 ФИО3 утвержден конкурсным управляющим должника, который определением суда от 29.12.2022 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1

По смыслу абзаца 6 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве право на подачу заявления о признании сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности от имени должника у арбитражного управляющего возникает с момента открытия процедуры конкурсного производства и утверждения его в качестве конкурсного управляющего.

При этом срок исковой давности представляет собой период времени, в течение которого заявитель не только должен узнать о нарушении своего права, но и предпринять меры к его защите путем сбора и анализа доказательств, проведение претензионного порядка, подготовку и направление заявления.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный арбитражный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. Исковая давность призвана содействовать устранению неустойчивости, неопределенности в отношениях участников гражданского оборота, ее назначение – предоставить потерпевшему строго определенный, но вполне достаточный срок для защиты его права, установление срока исковой давности побуждает сторону к обращению в суд за защитой своего права.

Из смысла статьи 20.3, пункта 1 статьи 61.1, статьи 61.9 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений, изложенных в абзаце 3 пункта 31 постановления № 63 следует, что оспаривание сделок должника является полномочием конкурсного управляющего, которое подлежит реализации не в силу формального исполнения, а при наличии для этого правовых оснований, определенной судебной перспективы и при отсутствии для должника неблагоприятных финансовых последствий, ведущих к уменьшению конкурсной массы. При рассмотрении вопроса об оспаривании сделки арбитражный управляющий обязан проанализировать имеющиеся документы, а также оценить реальную возможность (перспективы) фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом соответствующего заявления.

В силу положений статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника; принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

В целях исполнения указанных возложенных на него законом обязанностей, действуя разумно и добросовестно, конкурсный управляющий запрашивает соответствующие сведения в государственных органах об имеющемся (имевшемся) у должника имуществе, совершенных должником сделок, анализирует бухгалтерскую и иную отчетность должника, в порядке статьи 126 Закона о банкротстве истребует у бывшего руководителя должника документацию должника.

Поскольку признание должника банкротом приходится на момент введения процедуры конкурсное производство и утверждения конкурсного управляющего, следовательно, срок исковой давности, с учетом положений статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.9 Закона о банкротстве, подлежал исчислению с момента признания должника банкротом и утверждении конкурсного управляющего, с учетом положений статей 191, 192 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу пункта 2 статьи 126, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве в обязанности конкурсного управляющего входит поиск имущества должника, а также проведение анализа на предмет наличия оснований для возврата выбывшего из собственности имущества, предъявление заявлений о признании сделок недействительными.

Учитывая, что сделка оспаривается согласно выпискам по счетам должника, объективных причин, препятствующих своевременному получению информации об отчужденном имуществе, не имелось.

Помимо того, выписки из банка были получены конкурсным управляющим в период с 30.05.2022-01.07.2022, а запрос о предоставлении документов конкурсный управляющий направил лишь 29.03.2023.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно констатировал, что конкурсный управляющий в целях проведения анализа совершенных должником сделок по отчуждению имущества должника для рассмотрения вопроса о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы должен был в разумные сроки отправить запросы в регистрирующие органы, в том числе получить выписки из банков в отношении движения денежных средств, из которых можно было установить сведения о совершении должником платежей.

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для

истца – физического лица, и то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Действующее законодательство о банкротстве с учетом пункта 15 постановления № 43 не предусматривает каких-либо специальных правил, которые бы позволили без наличия на то совокупности уважительных причин продлить срок для анализа и оспаривания сделок должника конкурсным управляющим.

Согласно пункту 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих, соответственно в силу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации смена конкурсного управляющего не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Как следует из материалов дела заявление подано посредством электронного сервиса «Мой Арбитр» 21.07.2023, в то время как годичный срок на оспаривание сделки, с учетом положений пункта 42 постановления № 35 истек 10.03.2023.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о нерассмотрении судом первой инстанции ходатайства о восстановлении пропущенного срока исковой давности не является основанием для отмены судебного акта.

При этом суд апелляционной инстанции исходит из отсутствия уважительных причин пропуска срока исковой давности применительно к положениям статьи 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в заявленном ходатайстве.

Согласно статье 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите.

Однако доказательств, наличия подобных обстоятельств, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено, следовательно, оснований для восстановления срока исковой давности у суда первой инстанции не имелось.

Конкурсный управляющий профессионально осуществляет деятельность по антикризисному управлению, именно поэтому предполагается, что он обладает соответствующими знаниями и опытом, которые позволяют ему самостоятельно оценивать необходимость и целесообразность совершения тех или иных действий из числа перечисленных в пункте 3 статьи 129 Закона о банкротстве, в том числе самостоятельно принимать меры по оспариванию сделок.

Вопреки позиции заявителя, предоставление сведений налоговым органом 20.03.2023 и факт ожидания конкурсным управляющим ответа на запрос, направленного в адрес ФИО2, с 29.03.2023 по 21.07.2023, не может являться уважительной причиной для восстановления пропущенного срока. Более того, суд апелляционной инстанции учитывает, что к заявлению о признании сделок недействительными приложены лишь выписки по счетам, спорные платежи в выписках и заявлении не конкретизированы, подробный расчет не представлен,

что могло бы свидетельствовать о длительном анализе документов. Какие-либо запросы в налоговой орган и ответы в материалы дела не представлены.

Вместе с тем с учетом выше установленных обстоятельств отсутствия оснований для признания сделок недействительными, восстановление пропущенного срока исковой давности не повлияло бы на удовлетворение заявленных требований.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы заявителя жалобы отклоняются судом апелляционной инстанции по изложенным мотивам.

Иные доводы заявителя жалобы судом апелляционной инстанции также проверены и подлежат отклонению как несостоятельные.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

При этом неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов сторон не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на заявителя.

Поскольку конкурсному управляющему в порядке статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины, с должника подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3000 руб.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 21.06.2024 по делу № А43-477/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1» – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Форт» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья Н.В. Евсеева

Судьи

К.В. Полушкина

Д.В. Сарри