Решение от 28 октября 2022 г. по делу № А10-5135/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-5135/2022
28 октября 2022 года
г. Улан-Удэ


Резолютивная часть решения объявлена 27 октября 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 28 октября 2022 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Серебренниковой Т.Г. при ведении протокола секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Персей» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к

обществу с ограниченной ответственностью «Варистор» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании недействительным акта об осуществлении технологического присоединения №18В-19,

при участии в заседании:

от истца: ФИО2, представителя по доверенности от 31.01.2022 (до перерыва);

от ответчика: ФИО3, представителя по доверенности от 09.09.2020,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Персей» обратилось в суд иском к обществу с ограниченной ответственностью «Варистор» о признании недействительным акта об осуществлении технологического присоединения №18В-19, подписанного между ООО «Персей» и ООО «Варистор», являющийся приложением №1 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии №27/2019-ПЭЭ от 14.03.2019.

В обоснование иска указано, что договор об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства сторонами не заключался. Указанные в акте объекты электросетевого хозяйства технологически присоединены к ПС 110/35/10 кВ «Октябрьская» с 2005г. Технические изменения в объекты электросетевого хозяйства ответчика не вносились, акт составлен в связи с заключением договора оказания услуг по передаче электрической энергии №27/2019-ПЭЭ от 14.03.2019.

Истец считает оспариваемый акт не соответствующим требованиям пункта 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике, пунктам 2, 3, 19, 75 Правил №861, пункту 44 Методических указаний №20-э/, нарушают права истца на получение платы за оказанные услуги в соответствии с тарифом по уровню напряжения, соответствующему характеристикам энергопринимающих устройств потребителя.

Ответчик иск не признал, представил отзыв, заявил о пропуске срока исковой давности.

Представитель истца в судебном заседании заявила о привлечении третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Предприятие «АЭРОТЕХ».

Представитель ответчика возражал.

Суд отказывает в удовлетворении ходатайства истца о привлечении третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Предприятие «АЭРОТЕХ», поскольку отсутствуют основания, предусмотренные статьей 51 АПК РФ.

Суд объявил перерыв в судебном заседании до 27.11.2022.

После перерыва истец заявил ходатайство об отложении судебного заседания.

Ответчик возражал.

Суд отказывает в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, поскольку истец не обосновал необходимость отложения, не указал какие документы он может представить.

Суд рассмотрел дело в отсутствие истца.

Суд, заслушав пояснения ответчика, изучив материалы дела, считает требования необоснованными.

Как установлено судебными актами по делу №А10-1206/2021, имеющее преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела, ответчик владеет с 01.05.2019 объектами электросетевого хозяйства в составе: трансформаторной подстанция ТП-10/0,4/2*1000кВА типа 2 КТП-630/10/0.4-УЗ, Кабельной линии 10 кВ Ф-2 и Ф-9 от ПС 110/35/10кВ "Октябрьская" до ТП - ООО "Персей", расположенные по адресу <...> на основании договора аренды N 26/2019-А от 20.03.2019, заключенного с ООО "Персей".

Стороны заключили договор оказания услуг по передаче электрической энергии N 27/2019-ПЭЭ от 14.03.2019.

Пунктом 2.3.1. заключенного между сторонами договора оказания услуг по передаче электрической энергии N 27/2019-ПЭЭ от 14.03.2019 предусмотрено, что исполнитель (ООО "Варистор") обязуется обеспечить передачу электроэнергии до точек поставки потребителя в объемах и в пределах максимальной мощности, указанных в приложении N 3 к настоящему договору, в соответствии с согласованными параметрами надежности и с учетом технологических характеристик энергопринимающих устройств и в соответствии с актом разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности (Приложение N 1).

Согласно акту об осуществлении технологического присоединения N 18В-19, являющегося приложением N 1 к договору оказания услуг, заключенному между сторонами по делу, следует, что условная линия границы балансовой принадлежности объектов электроэнергетики (энергопринимающих устройств) и эксплуатационной ответственности сторон: истца и ответчика проходит по контактным соединениям на верхних контактных выводах вводных автоматов ВА-1600А ввод 1 и ввод 2 в РУ-0,4 кВ ТП-10/0,4/2*1000 кВА типа 2 КТП-630/10/0,4-УЗ ул. Барнаульская 143. Граница балансовой принадлежности объектов электроэнергетики и эксплуатационной ответственности сторон проходит на вводных автоматах распределительного устройства РУ-0,4 кВ трансформаторной подстанции ТП 10/0,4 кВ, на которой происходит преобразование уровней напряжения (трансформация) с уровня 10 кВ (СН2 - среднее второе напряжение) на уровень 0,4 кВ (НН - низкое напряжение). В силу пунктов 3 и 4 акта об осуществлении технологического присоединения N 18В-19 во владении (ответственности) ООО "Варистор" находятся кабельная линия 10 кВ и оборудование 10 кВ (РУ-10 кВ) ТП-10/0,4/2*1000кВА., а во владении (ответственности) ООО "Персей" находится распределительное устройство РУ-0,4 кВ.

Истец считает акт об осуществлении технологического присоединения №18В-19, являющийся приложением №1 к договору оказания услуг по передаче электрической энергии №27/2019-ПЭЭ от 14.03.2019, недействительным как несоответствующий требованиям пункта 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике, пунктам 2, 3, 19, 75 Правил №861, пункту 44 Методических указаний №20-э/.

Согласно части 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно подпункту «в» пункта 13 Правил №861 договор должен содержать следующее существенное условие - ответственность потребителя услуг и сетевой организации за состояние и обслуживание объектов электросетевого хозяйства, которая определяется балансовой принадлежностью сетевой организации и потребителя услуг и фиксируется в документах о технологическом присоединении, являющихся приложениями к договору.

В соответствии с пунктами 1.2, 1.2.3 договора №27/2019-ПЭЭ от 14.03.2019 согласовано, что акт об осуществлении технологического присоединения является существенным условием договора.

Истец не оспаривает, что договор является заключенным и что акт является частью договора как приложение №1.

Договор №27/2019-ПЭЭ от 14.03.2019 является заключенным, что установлено при рассмотрении дел №А10-1206/2021, №А10-3573/2022, данное обстоятельство является преюдициальным в силу статьи 69 АПК РФ при рассмотрении настоящего дела.

Истец не оспаривает, что договор №27/2019-ПЭЭ от 14.03.2019 исполнялся сторонами с момента его заключения.

Согласно разъяснениям Пленума ВС РФ, изложенного в постановлении №25 от 23.06.2015 сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Таким образом, заявление истца о недействительности акта, являющегося приложением №1 к договору, с учетом исполнения договора оказания услуг (и приложения №1 к нему) не имеет правового значения.

Истец заявил, что в схеме ничего не поменялось, необходимости составлять новый АРГ не было, представил АРГ (л.д.26), составленный в 2013г.

Сторонами не оспаривается, что новых технологических присоединений не производилось, схема не менялась, необходимость подписания сторонами оспариваемого акта об осуществлении технологического присоединения связана с согласованием одного из существенных условий договора.

Суд отклоняет данный довод истца.

Ответчик заявил о пропуске срока исковой давности.

В соответствии со статьей 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Истец обратился в суд с настоящим иском 16.08.2022, сделка совершена в марте 2019г.

Суд считает, что пропущен срок исковой давности.

Суд отказывает в удовлетворении иска.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины суд на основании статьи 110 АПК РФ относит на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.


СудьяТ.Г. Серебренникова