Постановление от 30 сентября 2019 г. по делу № А47-6704/2017




АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8928/18

Екатеринбург

30 сентября 2019 г.


Дело № А47-6704/2017



Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 сентября 2019 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Артемьевой Н.А., Пирской О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сергиевское» (далее – общество «Сергиевское») на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2019 по делу № А47-6704/2017 Арбитражного суда Оренбургской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял личное участие конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Долина» (далее – общество «Долина», должник) Максютов Д.П.


Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2017 принято к производству заявление КФХ Старцева Ивана Михайловича о признании общества «Долина» несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 05.12.2017 должник признан банкротом, конкурсным управляющим утвержден Максютов Денис Петрович.

Конкурсный управляющий Максютов Д.П. обратился 27.11.2018 в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки – договора купли-продажи крупного рогатого скота от 13.05.2014, заключенного с обществом «Сергиевское»; а также сделки по перечислению в пользу ответчика 15 000 000 руб. по платежному поручению от 20.05.2014 № 309 и применении последствий недействительности сделок.

Определением суда от 24.01.2019 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен Гасанов Ашур Бахадур-оглы.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 21.02.2019 (судья Ахмедов А.Г.) в удовлетворении требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2016 (судьи Бабкина С.А., Позднякова Е.А., Сотникова О.В.) определение суда первой инстанции отменено; признан недействительным договор купли-продажи от 13.05.2014 № 3, заключенный между обществом «Долина» и обществом «Сергиевское»; признана недействительной сделка по перечислению средств по платежному поручению от 20.05.2014 № 309 в сумме 9 000 000 руб. от общества «Долина» в «Сергиевское»; применены последствия недействительности сделок путем взыскания с общества «Сергиевское» в пользу общества с «Долина» 9 000 000 руб.

В кассационной жалобе общество «Сергиевское» просит отменить постановление суда апелляционной инстанции и оставить в силе определение суда первой инстанции, ссылаясь на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а также неправильное применение норм материального права. В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на необоснованность вывода апелляционного суда о том, что при отсутствии индивидуальных признаков крупного рогатого скота понудить ответчика к исполнению обязательства в натуре не представляется возможным, а договор в силу статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть признан не заключенным. Заявитель указывает, что не обращение с требованием исполнить обязательство не свидетельствует об отсутствии воли у сторон породить последствия заключенного договора, поскольку обращение стороны договора к другой стороне с требованием исполнить обязательство, является правом, а не обязанностью. По мнению заявителя, материалами дела не подтверждено наличие признаков заинтересованности между сторонами сделки. Указывая, что право собственности на долю в уставном капитале общества «Сергиевское» возникло у общества с ограниченной ответственностью «Агропроизводственный холдинг «Целина» после совершения оспариваемой сделки, полагает вывод суда о фактической аффилированности не соответствующим действительности, при этом отмечает, что факт знакомства Насыбуллина И.И. с Гасановым А.Б. не является доказательством наличия аффилированности. Кроме того, заявитель полагает, что трехгодичный срок исковой давности пропущен, поскольку он подлежит исчислению с момента исполнения должником сделки – 20.05.2014.

Представленное обществом «Сергиевское» дополнение к кассационной жалобе, содержащее первоначально незаявленные доводы, судом кассационной инстанции не принимается и подлежит возврату, поскольку поступило в суд округа за пределами срока, предусмотренного в пункте 1 статьи 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и при отсутствии доказательств его направления заблаговременного направления (вручения) третьему лицу - Гасанову А.Б. и иным, участвующим в деле лицам (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Конкурсным управляющим заявлены возражения относительно доводов кассационной жалобы, просит оставить оспариваемое постановление апелляционного суда без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела между обществом «Сергиевское» (продавец) и обществом «Долина» (покупатель) подписан договор купли-продажи крупного рогатого скота от 13.05.2014, в соответствии с условиями которого продавец обязался передать в собственность покупателю крупный рогатый скот высшей упитанности в количестве 614 голов за 15 000 000 руб. 00 коп.

Срок поставки товара определен до 30.06.2014 (пункт 2.1 договора).

В соответствии с пунктом 3.1 договора расчеты с покупателем производятся путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика до 25.05.2014.

По платежному поручению от 20.05.2014 № 309 общество «Долина» перевело обществу «Сергиевское» в счет оплаты по договору 15 000 000 руб.

Товар должнику поставлен не был.

Полагая, что сделка имеет мнимый характер, совершена только для вида, без создания реальных правовых последствий сделки, указывая на её крупность и отсутствие одобрения сделки участниками общества, отмечая совершение сделки в период подозрительности с целью причинения вреда кредиторам, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований, суд первой инстанции исходил из того, что доказательств отсутствия у сторон намерения исполнять сделку суду не представлено, сведений об аффилированности лиц в деле не имеется, цель причинения вреда кредиторам не доказана ввиду отсутствия кредиторов на момент совершения сделки, сделка не является крупной.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции не согласился, судебный акт отменил; признал недействительным договор купли-продажи от 13.05.2014 № 3, заключенный между обществом «Долина» и обществом «Сергиевское»; признал недействительной сделку по перечислению средств по платежному поручению от 20.05.2014 № 309 в сумме 9 000 000 руб. от общества «Долина» в общество «Сергиевское»; применил последствия недействительности сделок путем взыскания с общества «Сергиевское» в пользу общества «Долина» 9 000 000 руб. При этом суд апелляционной инстанции руководствовался следующим.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5- 7 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 5 23.12.2010 № 63) указано следующее.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Как установлено судами в момент совершения спорных сделок у должника неисполненные обязательства перед кредиторами отсутствовали. Определением суда от 13.03.2018 в реестр требований кредиторов должника включены требования КФХ Старцева И.М. по заемным обязательствам и Федеральной налоговой службы по уплате налогов за более поздний период, чем совершение оспариваемых сделок.

Установив, что согласно данным бухгалтерского баланса должник до 2016 года обладал имуществом на сумму более 32 000 000 руб., на момент совершения сделок у должника отсутствовали кредиторы, чьи интересы могли быть нарушены, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для применения положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для установления воли сторон в соответствии с положениями статей 160, 421, 431, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации оценке подлежит вся совокупность отношений сторон, в том числе содержание заключенных сторонами соглашений, составленных сторонами в целях их заключения и исполнения документов, предшествующее и последующее поведение участников сделки.

Для признания сделки недействительной необходимо установить, что на момент совершения сделки у сторон отсутствовало намерение создать соответствующие сделке правовые последствия, что сделка совершена для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов) с целью создания у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной. В подтверждение мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а также притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся, и при наличии в деле о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции констатировал отсутствие доказательств передачи обществом «Сергиевское» товара должнику, равно как и доказательств наличия у ответчика крупного рогатого скота на сумму 15 000 000 руб. и фактической возможности по передаче его должнику, при том, что ответчик создан чуть более чем за один месяц до совершения сделки.

Апелляционным судом также установлено, что, несмотря на то, что обществу «Сергиевское» произведено перечисление денежных средств в значительной сумме, при том, что срок поставки товара был ограничен датой 30.06.2014, должник не обращался к ответчику с требованием исполнить обязательство по поставке крупного рогатого скота; на момент открытия конкурного производства предельный срок для предъявления требования о понуждении к исполнению обязательства истек.

Исследовав и оценив представленные доказательства, проанализировав обстоятельства получения кредита, последующее движение денежных средств, учитывая показания Гасанова А.Б. об оформлении сделок с целью получения кредита, наличии дружественных отношений между Гасановым А.Б. и Насыбуллиным И.И., о вхождении группы лиц в агрохолдинг, объединенные интересами одних конечных бенефициаров, согласующиеся с показаниями Насыбуллина И.И. и Немкиной Л.В., отраженными в приговоре Центрального районного суда г. Оренбурга от 17.05.2017,согласно которым в состав Агропроизводственного холдинга «Целина» входило общество «Сергиевское», должник состоял с указанными лицами в договорных отношениях; общество «Долина» в лице руководителя Гасанова А.Б. способствовало агрохолдингу в получении кредитов, а сотрудник агрохолдинга Суетнов Е.Н. использовал компьютеры общества «Долина» и номера телефонов, а также расчетный счет должника для движения денежных средств, проанализировав содержание письма от 21.05.2014, адресованного ответчику, суд апелляционной инстанции заключил, что должник и ответчик обладали признаками фактической аффилированности.

Учитывая изложенное, приняв во внимание платежное поручение № 87 от 21.05.2014, согласно которому через 8 дней со дня подписания договора, на следующий день после перечисления должником денежных средств (20.05.2014) и до наступления срока исполнения обязательства (30.06.2014) общество «Сергиевское» возвратило должнику 6 000 000 руб., суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что договор от 13.05.2014 имеет признаки мнимой сделки, намерений у сторон по его исполнению не имелось, возможность поставки отсутствовала, действия сторон были направлены на вывод денежных средств.

Исходя из совокупности установленных обстоятельств, принимая во внимание приговор Центрального районного суда г. Оренбурга, суд апелляционной инстанции также констатировал наличие основания для признания платежа от 20.05.2014 недействительным, признав, что оспариваемый платеж совершен при злоупотреблении правом, что следует из и совокупности всех обстоятельств взаимоотношений сторон, в том числе использование счета должника как транзитного, перенаправление кредитных денежных средств, полученных должником, на счета аффилированных лиц.

Признав сделку недействительной, суд апелляционной инстанции, учитывая предмет оспариваемой сделки и установленные по делу обстоятельства возврата должнику денежных средств в сумме 6 000 000 руб., суд апелляционной инстанции, применительно к положениям статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации применил недействительности сделки путем взыскания с общества «Сергиевское» в пользу общества «Долина» 9 000 000 руб.

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования, суд апелляционной инстанции исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств, доказанности материалами дела заявленных требований и отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Указания заявителя на отсутствие признаков аффилированности с должником, судом округа отклоняется, поскольку противоречат установленным судом апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам. Соответствующий вывод сделан судом на основании исследования и оценки совокупности представленных в дело доказательств, свидетельствующих о вхождении группы лиц в агрохолдинг, объединенных интересами одних конечных бенефициаров, а также с учетом не раскрытия реальных мотивов совершения сделки и не опровержения ответчиком обоснованных сомнений в экономической целесообразности таких отношений между независимыми юридическими лицами.

Заявляя доводы о пропуске срока давности несостоятельны, заявителем кассационной жалобы не учтено, что положения гражданского законодательства о сроках исковой давности и правилах их исчисления были изменены Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Закон № 100-ФЗ). Согласно действующей на момент совершения оспариваемых сделок и в настоящее время редакции пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации при предъявлении иска лицом, не являющимся стороной сделки, течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. В рассматриваемом случае формальное исполнение договора купли-продажи крупного рогатого скота началось в 20.05.2014. Так как право на предъявление третьим лицом (конкурсным управляющим) иска о признании сделки ничтожной в данном случае связано не с самим фактом заключения договора купли-продажи и его исполнением как обычной сделки, отражающей подлинную волю участников, а с наступлением последствий от искусственно созданной сторонами видимости исполнения и имеет своей целью устранение этих последствий, то по смыслу действующей редакции пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации начало течения срока давности определяется моментом, с которого третье лицо должно было узнать о формальном характере начала исполнения мнимого договора. Применительно к обстоятельствам настоящего дела, мнимый характер начала исполнения договора купли-продажи мог быть обнаружен независимым участником оборота – конкурсным управляющим, не ранее открытия конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего должником (28.11.2017), после совершения действий, которые могли породить у него разумные сомнения по поводу того, что в действительности никакого исполнения не было. Заявление о признании договора купли-продажи ничтожным подано в суд 27.11.2018, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности с момента.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что судом апелляционной инстанции правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения настоящего спора, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в судебном акте мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы суда соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно. Основания для отмены судебного акта по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2019 по делу № А47-6704/2017 Арбитражного суда Оренбургской области оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Сергиевское» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий О.Э. Шавейникова


Судьи Н.А. Артемьева


О.Н. Пирская