Постановление от 16 августа 2021 г. по делу № А55-11869/2018

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-11869/2018
г. Самара
16 августа 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 16 августа 2021 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Львова Я.А.,

судей Гадеевой Л.Р., Мальцева Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

до и после перерыва конкурсный управляющий ООО «Управляющая компания «Комфорт» ФИО2 – лично, (паспорт),

от публичного акционерного общества энергетики и электрофикации «Самараэнерго» - до и после перерыва представитель ФИО3, доверенность от 29.12.2020 года,

от ФИО4 – до и после перерыва представитель ФИО5, доверенность от 03.03.2021 года,

от Фаста А.П. – до и после перерыва представитель ФИО6, доверенность от 20.10.2020 года.

от ФИО7 – до и после перерыва представитель ФИО8, доверенность от 16.06.2020 года,

от ООО «ЗИМ-Энерго» до перерыва не явился, после перерыва представитель ФИО9, доверенность от 30.06.2021 года.

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 03 - 10 августа 2021 года в помещении суда в зале № 2, апелляционные жалобы публичного акционерного общества энергетики и электрофикации «Самараэнерго» и конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Комфорт» ФИО2, на определение Арбитражного суда Самарской области от 21 апреля 2021 года об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55-11869/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Комфорт», г. Самара

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 10 мая 2018 года в отношении ООО «УК «Комфорт» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 24.07.2018 (резолютивная часть объявлена 19.07.2018) требование Общества с ограниченной ответственностью «ЗИМ-Энерго» признано обоснованным; в отношении Общества с ограниченной ответственностью «УК «Комфорт», ИНН <***> введена процедура наблюдения; ФИО2 утвержден временным управляющим ООО «УК «Комфорт».

Решением Арбитражного суда Самарской области от 08.10.2019 ООО Управляющая компания «Комфорт» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражного суда Самарской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО11 и ФИО7.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 21 апреля 2021 года в удовлетворении заявления отказано.

Конкурсный управляющий ФИО2 и ПАО «Самараэнерго» обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Самарской области от 21 апреля 2021 года об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55-11869/2018.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2021 апелляционные жалобы приняты к производству.

Представители ответчиков возражали против удовлетворения апелляционных жалоб по основаниям, изложенным в отзывах на апелляционные жалобы.

ООО «ЗИМ-Энерго» поддержало доводы заявителей апелляционных жалоб.

Информация о принятии апелляционных жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Другие лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда пришла к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

Конкурсный управляющий должника ФИО2 просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве»), в соответствии с которым установлена презумпция невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с положениями п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Привлечение контролирующих должника лиц на основании презумпции, установленной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, без определения причин, как отсутствие такой документации повлияло на невозможность полного исполнения требований кредиторов должника, в том числе привело к невозможности формирования конкурсной массы невозможно, поскольку субсидиарная ответственность по своей природе является гражданско-правовой, и указанные отношения сходны с отношениями по возмещению вреда, что, в свою очередь, свидетельствует о том, что при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве в предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба.

Судом принято во внимание, что определением Арбитражного суда Самарской области от 30.09.2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2020 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 24.03.2021 по делу № А55-11869/2018, конкурсному управляющему отказано в истребовании документов у Фаста А.П. и ФИО11 по следующим основаниям.

Судом установлено отсутствие в материалах дела доказательств фактического наличия истребуемой документации у Фаста А.П. и ФИО11, в том числе установлено отсутствие доказательств уклонения Фаста А.П., ФИО11 от исполнения обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему. При отсутствии документации должника у бывшего руководителя возникает объективная невозможность исполнения обязанности по их передаче арбитражному управляющему.

Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве (абзац первый пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Как разъяснено в абзаце втором пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», конкурсный управляющий вправе требовать от руководителя по суду исполнения в натуре обязанности по передаче документации применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ряд принципиальных позиций, касающихся рассмотрения судами споров по заявлениям конкурсных управляющих об истребовании у бывших руководителей документов и имущества должника, сформулирован в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986. Так, прежде всего, Верховный Суд Российской Федерации отметил, что на заявление арбитражного управляющего об обязании передать документацию распространяются общие требования процессуального законодательства, предъявляемые к форме и содержанию иска. Так, при обращении в суд с соответствующим заявлением конкурсный управляющий должен сформулировать предмет своего требования, конкретизировав перечень и виды запрашиваемых документов (пункт четвертый части 2 статьи 125 АПК РФ.

Таким образом, судебным актом, вступившим в законную силу, установлены обстоятельства, свидетельствующие о невозможности истребования запрашиваемых документов конкурсным управляющим у данных лиц.

Суд в связи с этим указал, что само по себе абстрактное указание на лишение конкурсного управляющего возможности пополнить конкурсную массу должника в связи с непередачей документации не может служить достаточным основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Применительно к рассматриваемому основанию в состав объективной стороны правонарушения в соответствии с п. 24 постановления Пленума ВС РФ N 53 могут входить действия, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации.

В соответствии с положениями п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127 -ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

В соответствии со статьей 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе представленных доказательств.

Статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений

При этом указанные фактические обстоятельства должны быть подтверждены со стороны заявителя доказательствами, отвечающими правилам об относимости и допустимости доказательств.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Таким образом, ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вред.

При этом указанные фактические обстоятельства должны быть подтверждены со стороны заявителя доказательствами, отвечающими правилам об относимости и допустимости доказательств.

Пунктом 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (абзац 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из смысла указанных правовых норм и приведенных разъяснений следует, что необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины ответчика в банкротстве должника.

Основываясь на вышеизложенном, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим не представлены достаточные доказательства, подтверждающие наличие обстоятельств, свидетельствующих о причинении вреда обществу действиями лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности. Установив, что в рамках настоящего спора основанием для возложения субсидиарной ответственности на ФИО10, ФИО11, ФИО12 послужила исключительно непередача документов конкурсному управляющему, суд посчитал неподтвержденным материалами дела наличие причинно-следственной связи между непередачей конкурсному управляющему документации должника и затруднительностью проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, формирования конкурсной массы и как следствие невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Таким образом, суд пришел к выводу о непредставлении конкурсным управляющим доказательств, подтверждающих наличие вины лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, или наличия убытков, возникших по вине лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Фаста А.П.

В своем заявлении о привлечении Фаста А.П. (бывшего директора); ФИО11 (единственного участника); ФИО7 (бухгалтера) солидарно к субсидиарной ответственности и в апелляционной жалобе конкурсный управляющий приводил доводы о том, что ему не была передана документация должника, в частности, подтверждающая дебиторскую задолженность в размере 6518000 руб. и правомерность выбытия запасов предприятия в 2018г. в размере 3 064 000 рублей, что препятствует ему проводить мероприятия, направленные на пополнение конкурсной массы и анализ сделок должника.

Суд первой инстанции указал, что само по себе абстрактное указание на лишение конкурсного управляющего возможности пополнить конкурсную массу должника в связи с непередачей документации не может служить достаточным основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, а также посчитал неподтвержденным материалами дела наличие причинно-следственной связи между непередачей конкурсному управляющему документации должника и затруднительностью проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, формирования конкурсной массы и как следствие невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

При этом суд не приняли во внимание, что предусмотренная пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность руководителя должника передать документацию конкурсному управляющему связана с тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2017 № 305-ЭС17-9683 по делу № А41-47860/2012).

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве содержится презумпция о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Приведенные конкурсным управляющим доводы соответствуют условиям названной презумпции и, в случае их подтверждения, бремя ее опровержения в силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве переносится на ответчиков.

Конкурсным управляющим приведены не абстрактные, а вполне конкретные доводы о непередаче ему документации должника, подтверждающей дебиторскую задолженность в размере 6518000 руб. и правомерность выбытия запасов должника в 2018г. в размере 3064000 рублей,

Отсутствие таких документов очевидно свидетельствует о наличии у конкурсного управляющего существенных затруднений в проведении мероприятий по взысканию дебиторской задолженности ввиду невозможности определить обязанных лиц и документально подтвержденный размер ответственности каждого из дебиторов, а также проверить обоснованность выбытия запасов должника.

Выводы суда апелляционной инстанции соотносятся с правовой позицией Арбитражного суда Поволжского округа, изложенной в Постановлении от 02.08.2021 по делу № А72-9/2019 при рассмотрении обособленного спора со сходными обстоятельствами.

При рассмотрении апелляционной жалобы представителем Фаста А.П. приводились доводы о необоснованности заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности, поскольку ранее при рассмотрении обособленного спора об обязании контролирующих лиц передать документы должника судами было отказано в удовлетворении соответствующего заявления.

Возражения Фаста А.П. сделаны без учета действительного содержания судебных актов по иному обособленному спору.

В Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 24.03.2021 по делу №А55-11869/2018 содержатся следующие выводы.

Судами установлено, что 05.10.2019 конкурсным управляющим в адрес Фаста А.П. были направлены запросы о передаче сведений (документов) и имущества должника, которые, согласно сведениям об отслеживании почтового отправления, последним получены не были.

05.10.2019 конкурсный управляющий обратился с заявлением к единственному учредителю ООО «УК «Комфорт» ФИО11 об оказании содействия в получении от Фаста А.П. перечисленных в запросах сведений (документов), имущества и печати должника.

15.10.2019 ФИО11 конкурсному управляющему был предоставлен ответ, из содержания которого следовало, что по информации, полученной ФИО11 от бывшего директора должника Фаста А.П., документация компании была изъята правоохранительными органами.

Конкурсный управляющий должником пояснил, что действительно сотрудниками ОЭБИПК Управления МВД России по г. Самара у ООО «УК «Комфорт» изъяты документы, что следует из приобщенного к материалам дела протокола осмотра места происшествия от 13.03.2019.

31.10.2019 конкурсному управляющему предоставлен доступ для ознакомления с изъятыми сотрудниками ОЭБИПК Управления МВД России по г. Самара документами, в результате чего конкурсным управляющим установлено, что документы, запрашиваемые конкурсным управляющим и изъятые сотрудниками правоохранительных органов, не тождественны, документы изъяты частично (часть изъятых документов не является оригиналами (копии)); документы за период с 14.03.2019 сотрудниками ОЭБИПК Управления МВД России по г. Самара не изымались, конкурсному управляющему не переданы печать, компьютер и данные программы 1С, в которой содержатся сведения относительно дебиторской задолженности, а также материальные ценности ООО «УК «Комфорт».

Определениями Арбитражного суда Самарской области от 11.03.2019, от 11.04.2019, вступившими в законную силу, у руководителя (директора) ООО «УК «Комфорт» Фаста А.П. истребованы ряд документов. Во исполнение определений суда от 11.03.2019, от 11.04.2019 были получены исполнительные листы и направлены в службу судебных приставов-исполнителей.

По мнению конкурсного управляющего должником, предоставленные ФИО10 и ФИО11 сведения об изъятии сотрудниками правоохранительных органов всех документов организации, печати, материальных ценностей, ключей от подсобных помещений, компьютера и/или программы 1 С, в которой содержатся сведения относительно дебиторской задолженности, не нашли своего подтверждения, в связи с чем 06.11.2019 конкурсным управляющим в адрес Фаста А.П. направлен повторный запрос о предоставлении сведений (документов), материальных ценностей и печати должника.

17.03.2020 Фаст А.П. осуществил передачу печати организации и части истребуемых документов, перечень которых поименован в описи, однако данные программы 1 С бывший директор ООО «УК Комфорт» не передал. В заседании суда первой инстанции Фаст А.П. пояснил, что иными бухгалтерскими документами должника не располагает, в период с 19.03.2019 по 16.04.2019 находился на больничном, в подтверждение чего представил больничные листы за указанный период.

Конкурсный управляющий ФИО2, предпринимая меры по розыску базы данных 1 С предприятия, направил соответствующий запрос в адрес бухгалтера должника ФИО7 Из содержания ее ответа на запрос от 12.12.2019 следует, что документация ООО «УК «Комфорт» и база 1С были передана бухгалтером общества ФИО7 единственному участнику ФИО11 при расторжении договора на оказание бухгалтерских услуг (от 01.07.2017 № ГПХ-З) в момент подписания сторонами дополнительного соглашения от 15.03.2019.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурного управляющего ФИО2 об истребовании документов у Фаста А.П., ФИО11, суд первой инстанции и согласившийся с его выводами суд апелляционной инстанции, исходили из отсутствия у бывшего руководителя и учредителя должника документации общества и материальных ценностей (то есть документов должника в той части, которая не передавалась конкурсному управляющему, и не изымалась правоохранительными органами), не доказанности фактического нахождения документов и имущества у указанных лиц. Судами отклонены доводы конкурсного управляющего, настаивавшего на состоявшейся передаче ФИО11 электронного носителя с базой данных 1С предприятия, а также ключей доступа и паролей, необходимых для использования данной программы, с указанием на то, что не представлено бесспорных доказательств такой передачи и невозможности определить место нахождения программы 1С с ключами доступа и паролями к ней. При этом судами были приняты во внимание следующие обстоятельства.

Между ФИО7 и ООО «УК «Комфорт» был заключен договор на оказание бухгалтерских услуг с последующей пролонгацией.

В соответствии с пояснениями ФИО7 данный договор был сторонами расторгнут 15.03.2019, в связи с чем 29.03.2019 ФИО7 явилась по адресу <...>, со всей имеющейся у нее документацией должника, в том числе с программой 1С, с ключами доступа и паролями к ней, которые оставила в кабинете, в котором присутствовал учредитель общества; акт приема-передачи документов не составлялся. ФИО11 в свою очередь указал на отсутствие передачи ему каких-либо документов или электронных носителей.

Судом первой инстанции установлено отсутствие в материалах дела доказательств о фактическом наличии истребуемой документации, материальных ценностей у Фаста А.П., ФИО11, в том числе установлено отсутствие доказательств уклонения Фаста А.П., ФИО11 от исполнения обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему. При отсутствии документации должника у бывшего руководителя возникает объективная невозможность исполнения обязанности по их передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве (абзац первый пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Отклонив требования конкурсного управляющего должником, суды вместе с тем отметили, что в том случае, если лица не обладают необходимыми документами и не имеют возможности их восстановления, обязанность по их передаче возложена на них быть не может, однако это не освобождает их от иных негативных последствий невыполнения обязанности по передаче документов, заключающихся в публично-правовой ответственности, а также привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по правилам главы III.2 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», конкурсный управляющий вправе требовать от руководителя по суду исполнения в натуре обязанности по передаче документации применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ряд принципиальных позиций, касающихся рассмотрения судами споров по заявлениям конкурсных управляющих об истребовании у бывших руководителей документов и имущества должника, сформулирован в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986. Так, прежде всего, Верховный Суд Российской Федерации отметил, что на заявление арбитражного управляющего об обязании передать документацию распространяются общие требования процессуального законодательства, предъявляемые к форме и содержанию иска. Так, при обращении в суд с соответствующим заявлением конкурсный управляющий должен сформулировать предмет своего требования, конкретизировав перечень и виды запрашиваемых документов (пункт четвертый части 2 статьи 125 АПК РФ. При этом степень должной конкретизации требования арбитражного управляющего об обязании передать документы оценивается судом с учетом обстоятельств рассматриваемого дела и необходимости обеспечения реальной возможности осуществления управляющим возложенных на него полномочий. Например, обращенное к бывшему руководителю требование о предоставлении договоров за определенный период не обязательно предполагает указание точных дат составления договоров и их номеров, которые управляющий может не знать. Вместе с тем, Верховный Суд Российской Федерации отметил необходимость обеспечить соблюдение принципов правовой определенности и исполнимости судебного акта об истребовании (обязании передать) документы и имущество, недопустимость перенесения вопроса установления существа не исполненного бывшим руководителем обязательства судебным приставом-исполнителем, а не судом.

Также Верховный Суд Российской Федерации обратил внимание, что в отношении исполнения обязанности по передаче конкурсному управляющему имущества должника специальное средство защиты, предусмотренное пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, может быть использовано арбитражным управляющим в ситуации, когда бывший руководитель должника уклоняется (отказывается) от участия в приеме-передаче имущества, владение которыми должник не утратил.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в деле доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, и установив, что у бывшего руководителя и учредителя должника отсутствуют документы общества (то есть документы должника в той части, которая не передавалась конкурсному управляющему и не изымалась правоохранительными органами) и материальные ценности, суды отклонили заявленные конкурсным управляющим требования.

Суд кассационной инстанции в связи с изложенным отметил, что отклонение требований об обязании ответчиков передать документы и материальные ценности при разрешении спора о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности не является безусловным основанием для вывода о преодолении (опровержения) соответствующей презумпции, связанной с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, доводы Фаста А.П. об отсутствии основания для привлечения к субсидиарной ответственности со ссылкой на Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 24.03.2021 по делу №А55-11869/2018 не могут быть признаны обоснованными.

В ходе рассмотрения судом настоящего обособленного спора ФИО10 приведены доводы о передаче конкурсному управляющему документов, конкретный перечень которых поименован в акте приема-передачи от 17.03.2020г., а также печати общества.

Часть документов общества действительно изъята органами внутренних дел в связи с проводимой проверкой наличия признаков состава преступления в действиях контролирующих лиц.

При этом содержание документов, поименованных в акте приема-передачи от 17.03.2020, а также изъятых органом внутренних дел, не позволяет суду апелляционной инстанции прийти к выводу об исполнении ответчиком ФИО10 обязанности по передаче документов по дебиторской задолженности и запасам. Оценив представленные в дело доказательства - акт приема-передачи от 17.03.2020 (т.1, л.д.49-50), протокол осмотра места происшествия от 13.03.2019 (т.1, л.д.26-28), суд апелляционной инстанции не может признать подтвержденным этими документами факт исполнения ответчиком ФИО10 обязанности по передаче документов по дебиторской задолженности и запасам.

Довод Фаста А.П. о том, что доказательством передачи документов по дебиторской задолженности является расчет задолженности, указанный в п.29 описи документов, изъятых согласно протоколу осмотра места происшествия от 13.03.2019, подлежит отклонению, поскольку сам по себе расчет задолженности не является первичным документов, подтверждающим основания возникновения задолженности.

Кроме того, конкурсным управляющим ФИО2 в материалы дела представлена опись документов, изъятых у должника согласно протоколу осмотра места происшествия от 13.03.2019 (т.1, л.д. 29-31), заверенная сотрудником органа внутренних дел, из которой не усматривается факт изъятия органом внутренних дел документов по дебиторской задолженности и запасам.

Довод Фаста А.П. о ненадлежащем характере описи документов, изъятых у должника согласно протоколу осмотра места происшествия от 13.03.2019 (т.1, л.д. 29-31), отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку он не представил доказательства обратного и наличия в материалах проверки органа внутренних дел спорных документов.

Передача конкурсному управляющему постановлений о возбуждении исполнительных производств не подтверждает передачу документов по дебиторской задолженности, поскольку по материалам конкурсного управляющего это исполнительные производства, возбужденные в отношении должника, а не его дебиторов.

Утверждая об обратном, Фаст А.П. не был лишен процессуальной возможности опровергнуть доводы конкурсного управляющего и представить доказательства нахождения соответствующей документации в материалах проверки, что не было им исполнено.

Таким образом, доводы Фаста А.П. не основаны на материалах дела и не подтверждены документально.

В соответствии с п.4 ст.61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно п.1 ст.7 Федерального закона «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, Фаст А.П. является надлежащим ответчиком по данному обособленному спору.

Как разъяснено в п. 20 и 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 53 "О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ, СВЯЗАННЫХ С ПРИВЛЕЧЕНИЕМ КОНТРОЛИРУЮЩИХ ДОЛЖНИКА ЛИЦ К ОТВЕТСТВЕННОСТИ ПРИ БАНКРОТСТВЕ", при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Учитывая обстоятельства дела и разъяснения Пленума, суд апелляционной инстанции считает доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности Фаста А.П. При этом исходя из характера допущенных контролирующим лицом нарушений применению подлежат правила о субсидиарной ответственности, а не об убытках.

В то же время из материалов дела не усматривается наличие оснований для солидарного возложения субсидиарной ответственности также на ФИО7 и ФИО11

Конкурсный управляющий утверждал о том, что документация ООО «УК «Комфорт» и база данных 1С предприятия (в которой содержатся сведения в т.ч. о дебиторской задолженности должника, представляющей собой фактически единственный и основной актив должника) была передана бухгалтером общества ФИО7 единственному участнику ФИО11 при расторжении договора на оказание бухгалтерских услуг (№ ГПХ-З от 01.07.2017г.), т.е в момент подписания сторонами дополнительного соглашения от 15.03.2019г. (данные обстоятельства подтверждены ФИО7 в ответе от 12.12.2019г. на запрос конкурсною управляющего).

Документация ООО «УК «Комфорт» и база данных 1С предприятия была передана ФИО7 участнику ООО «УК «Комфорт» ФИО11 уже после того, как документы должника были изъяты сотрудниками ОЭБИПК Управления МВД России по г.Самара, т.е после 13.03.2019г., а именно 15.03.2019г.

Следовательно, как указывает конкурсный управляющий должника, документация ООО «УК «Комфорт» и программа 1С предприятия находилась и находится у ФИО11 с 15.03.2019г., что свидетельствует, по мнению заявителя, о сокрытии последним информации о должнике от арбитражного управляющего и указывает на недобросовестность намерений данного лица.

Кроме этого, конкурсный управляющий указывает, что в соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника".

Конкурсный управляющий считает, что привлечению к субсидиарной ответственности подлежит ФИО7, так как полученные им документы, а именно ответ ООО «Телеком-Сервис» № 144 от 28.12.2020 года указывает, что IP адрес 83.220.87.106 был выдан абоненту ФИО7 В совокупности с ответом УФНС по Октябрьскому району города Самары № 11-036/25405 от 16.12.2020 г., что именно с IP адрес 83.220.87.106 производилась отправка отчетов ООО «УК «Комфорт» за период с марта по июль 2019 года, полагает, что ФИО7 действовала недобросовестно в нарушение требований законодательства.

При этом в материалах дела отсутствуют документальные доказательства приема-передачи ФИО7 программы 1С предприятие ФИО11 При рассмотрении апелляционной жалобы участниками спора такие доказательства не представлены.

ФИО7 при рассмотрении апелляционной жалобы также даны объяснения о том, что ею по просьбе бывшего руководителя сданы отчеты по персонифицированному учету в Пенсионный фонд РФ, что не требует наличия программы 1 С предприятие.

Соответствующие обстоятельства не подтверждены также ФИО10, который при рассмотрении обособленного спора не ссылался на наличие документов и бухгалтерской программы у других ответчиков.

Поскольку в деле отсутствуют необходимые доказательства, подтверждающие правомерность возложения ответственности за непередачу документов на ФИО7 и ФИО11, суд апелляционной инстанции считает выводы суда первой инстанции в этой части обоснованными, а обжалуемое определение в этой части не подлежащим отмене.

В соответствии с п. 7 ст.61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Из объяснений конкурсного управляющего и из обстоятельств дела следует, что на момент рассмотрения апелляционной жалобы у суда отсутствует возможность определить размер субсидиарной ответственности, поскольку продолжается исполнительное производство по исполнению определения суда о признании сделки недействительной к ФИО13, задолженность которого составляет 400591 руб. 96 коп. В ходе исполнительного производства осуществляется частичное взыскание с ответчика денежных средств в конкурсную массу должника. Поскольку данная задолженность в полном объеме не погашена, не реализована с торгов, суд апелляционной инстанции в порядке п. 7 ст.61.16 Закона о банкротстве признал доказанным наличие оснований для привлечения Фаста А.П. к субсидиарной ответственности и приостановил рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Принимая во внимание изложенное, определение Арбитражного суда Самарской области от 21 апреля 2021 года по делу № А55-11869/2018 подлежит отмене в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Комфорт» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10, как принятое с нарушением норм материального права.

В остальной части доводы апелляционных жалоб не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта не установлено, в связи с чем обжалуемое определение суда в этой части является законным и обоснованным.

Согласно положениям ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 21 апреля 2021 года по делу № А55-11869/2018 отменить в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Комфорт» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10.

В отмененной части принять по обособленному спору новый судебный акт.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО10 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Комфорт».

Приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Комфорт» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10 до окончания расчетов с кредиторами.

В остальной части определение Арбитражного суда Самарской области от 21 апреля 2021 года по делу № А55-11869/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийЯ.А. Львов

СудьиЛ.Р. Гадеева

Н.А. Мальцев