Постановление от 11 апреля 2019 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4881/12

Екатеринбург

12 апреля 2019 г.

Дело № А76-9185/11

Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 апреля 2019 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Рогожиной О.В.,

судей Новиковой О.Н., Плетневой В.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО5, ФИО2, конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Автоперсональ» ФИО3, ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Авторитет-Восток» на определение Арбитражного суда Челябинской области от 02.08.2018 по делу № А76-9185/11 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Определениями Арбитражного суда Уральского округа от 21.02.2019 и 07.03.2019 судебное заседание откладывалось.

В судебном заседании 08.04.2019 приняли участие:

представители общества с ограниченной ответственностью «Авторитет Восток» - ФИО4 (паспорт, протокол № 2/07 общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Авторитет Восток» от 25.04.2007);

кредитор ФИО4 (паспорт);

ФИО5, а также его представитель – ФИО6 (доверенность от 13.04.2017);

представитель Федеральной налоговой службы России (далее - уполномоченный орган) – ФИО7 (доверенность от 06.11.2018).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 31.05.2011 по заявлению кредитора возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Автоперсональ», г. Магнитогорск Челябинской области (далее – общество «Автоперсональ», должник).

Определением арбитражного суда от 21.06.2011 в отношении общество «Автоперсональ» введена процедура банкротства - наблюдение; временным управляющим должника утвержден ФИО8, член некоммерческого партнерства «Межрегиональный центр экспертов и профессиональных управляющих».

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 05.06.2012 общество «Автоперсональ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении имущества должника открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО8

Определением от 19.05.2017 конкурсным управляющим общества «Автоперсональ» утвержден ФИО3, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».

Конкурсный кредитор – общество «Авторитет-Восток» 09.10.2012 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Автоперсональ» бывшего руководителя ФИО5, с учетом уточнения требований заявлениями от 14.11.2012, от 23.01.2013.

Обществом «Авторитет-Восток» правовым основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 назван пункт 5 статьи 10, статья 9 и пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве).

Уполномоченный орган 04.03.2013 обратился в суд с заявлением, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Автоперсональ» бывшего руководителя ФИО5, с учетом уточнений от 28.09.2017.

Правовым основанием для привлечения к субсидиарной ответственности названы положения статьи 9, пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве.

Определением суда от 11.03.2013 производство по заявлению общества «Авторитет-Восток» о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено.

Определением от 21.03.2013 (после оставления без движения) заявление налоговой инспекции принято к рассмотрению и приостановлено, заявления налогового органа и общества «Авторитет-Восток» объединены для совместного рассмотрения.

Определением суда от 23.06.2017 производство по обособленному спору возобновлено.

Определением от 20.09.2017 суд привлек к участию в деле в качестве второго ответчика учредителя должника ФИО1.

Правовым основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности обществом «Авторитет-Восток» названы положения пунктов 1 и 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Определением от 22.11.2017 по ходатайству ФИО5 суд привлек к участию в деле в качестве третьего ответчика учредителя должника ФИО4, основаниями для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности указаны положения пункта 4 статьи10 Закона о банкротстве, со ссылкой на то, что ФИО1 и ФИО4 обладали равными долями в обществе «Автоперсональ», а потому ответственность учредители должны нести равную.

Кредитор ФИО2 направил в суд ряд ходатайств, с указанием на необходимость привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника исключительно ФИО4

Конкурсный управляющий ФИО3 указывал на обоснованность требований общества «Авторитет-Восток» и уполномоченного органа о необходимости привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5, ФИО1 в размере 18 556 311 руб. 52 коп.

Определением Арбитражного суда Арбитражного суда Челябинской области (судья Соколова И.А.) от 02.08.2018 суд установил наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5 ввиду подтвержденности материалами дела неправомерных действий при совершении должником сделок, в период руководства

ФИО5; причинении должнику убытков непредъявлением требований по погашению дебиторской задолженности общества «Авторитет»; установления факта непередачи в конкурсную массу запасных частей и аксессуаров к автомобилям марки Ауди. В отношении оснований для привлечения ФИО5 к ответственности, за нарушение обязанности по подаче в суд заявления о признании его банкротом, в обжалуемом судебном акте указано судом, что ФИО5 подлежит привлечению к ответственности в размере обязательств, возникших после октября 2009 года. При этом судом отказано в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по основанию неисполнения им обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему. В удовлетворении требований к ФИО1 и ФИО4 отказано по мотиву пропуска срока исковой давности. Требование в части взыскания с ФИО5 в порядке субсидиарной ответственности денежных средств выделено в отдельное производство для рассмотрения в ином судебном заседании и приостановлено.

Постановлением апелляционного суда от 06.11.2018 (судьи Сотникова О.В., Матвеева С.В., Румянцев А.А.) определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, следующие лица обратились в суд округа с кассационными жалобами: ФИО1 и ФИО5, ФИО2, конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Автоперсональ» ФИО3, ФИО4.

В кассационных жалобах, кредитор общество «Авторитет-Восток» и кредитор ФИО4 указали на необоснованность выводов судов первой и апелляционной инстанций в части отказа в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по всем заявленным основаниям, поскольку фактически признанные судом обоснованными основания, позволяют удовлетворить требования кредиторов на 60%. Также необоснован отказ суда в удовлетворении требований к ФИО1, поскольку, с точки зрения подателей жалоб, срок давности по требованиям к нему не пропущен. Кредитор общество «Авторитет-Восток» и ФИО4 ссылаются на доказанность материалами дела умышленных и виновных действий Л-вых приведших к банкротству должника. При этом отмечают, что процедура банкротства инициирована намеренно в условиях корпоративного конфликта кредитором ФИО2, имеющим дружеские отношения с Л-выми. Ошибочными являются выводы суда об отсутствии права у кредиторов на обращение в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника. Податели жалоб указывают на то, что суд необоснованно ограничил размер ответственности ФИО5 по доводу о непредъявлении требований к дебитору закрытому акционерному обществу «Авторитет» (далее – общество «Авторитет»), поскольку вся сумма дебиторской задолженности порядка 16 млн. могла быть истребована директором ФИО5, но соответствующих действий он не предпринял, при том, что дебитор долг не оспаривал, директором общества «Авторитет» являлся его родной брат ФИО1 с которым у него конфликта не имелось. Именно непередача документации конкурсному управляющему привела к невозможности полного удовлетворения требований со стороны общества «Авторитет». Доводы ФИО5 об обыске и выемке документов в рамках уголовного дела не являлись основаниями, исключающими обязанность по передаче документации должника. Лишь активная позиция общества «Авторитет-Восток» позволила выявить дебиторскую задолженность, а также способствовать получению из УВД 19 томов уголовного дела с документацией должника. При этом изъятая документация содержит документацию по кассе должника и первичные бухгалтерские документы в основном за период 2008-2009 г.г. и то не в полном объеме. В условиях корпоративного конфликта Л-вы совершали действия по выводу имущества и не передавали участнику общества ФИО4 документацию должника, несмотря на его требования. Совокупность доводов и доказательств, представленных обществом «Авторитет-Восток» при рассмотрении дела в суде первой инстанции, позволяли удовлетворить требования к ФИО9 по всем заявленным кредитором основаниям.

В кассационной жалобе конкурсного управляющего содержится схожая позиция о необходимости привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Л-вых, как контролирующих должника лиц в полном объеме. Конкурсный управляющий ФИО3 отметил, что суды необоснованно ограничили размер ответственности ФИО5 по доводу о непредъявлении требований к дебитору обществу «Авторитет» 4 837 607 руб. 90 коп., полагая, что имелись основания для установления факта виновных действий неполучении всей суммы дебиторской задолженности –

16 204 902 руб. Выражает также несогласие с выводом суда об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к ответственности за нарушение обязанности по передаче документов конкурсному управляющему. Кроме того, конкурсный управляющий не согласен с применением срока исковой давности по требованиям к ФИО1, со ссылкой на то, что такое заявление было сделано 20.09.2017.

В кассационной жалобе ФИО1 и ФИО5 указывают на нарушение судом норм процессуального права, отмечая отсутствие в применимой к спорным отношения редакции Закона о банкротстве упоминаний о праве кредиторов на обращение в суд с заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника. Отмечают, что ни один из конкурсных управляющих с соответствующим заявлением не обратился, конкурсный управляющий ФИО3 лишь выразил мнение по заявлению общества «Авторитет-Восток». По мнению Л-вых, суды не в полной мере выяснили обстоятельства дела, указав на наличие ответственности ФИО10 за непредъявление требований к дебитору обществу «Авторитет». Сам суд указывает на наличие выемки документов правоохранительными органами и большой объем документов (19 томов) поступивших из УВД по запросу суда, однако привлекает ФИО10 к ответственности, оставляя без внимания факт отсутствия у него в спорный период времени документации должника ввиду возбуждения уголовного дела по заявлению участника общества ФИО4 Таким образом отсутствует причинно-следственная связь между действиями ФИО5 в неполучении документов и неполучением денежных средств в массу должника от общества «Авторитет». ФИО5 полагает недоказанным вывод судов об обязанности подачи им заявления по истечении месяца с сентября 2009, связывая этот период с фактом письма ФНС России, рекомендующего ФИО5 инициировать процедуру банкротства. Как утверждает ФИО5, факт получения им данного письма ФНС не доказан. ФИО5 также не согласен с выводом об ответственности за утрату запчастей должника в размере их стоимости, определенной по справке официального дилера Ауди, со ссылкой на то, что к моменту возврата запчастей после окончания уголовного дела уже прошло достаточно времени для того, чтоб их стоимость уменьшилась, справка датирована 21.04.2010. При этом из следственных органов запчасти получены по акту от 08.07.2011, а запчасти были 2009 года выпуска. В деле имелся отчет об оценке № 12/367, выполненный обществом «Первая оценочная компания» о стоимости запчастей, который никем не был оспорен, однако стоимость определенная в этом отчете, необоснованно во внимание судом не принята.

В кассационной жалобе кредитор ФИО2 указывает на то, что апелляционным судом ошибочно сделан вывод о том, что ФИО2 возражал относительно привлечения к субсидиарной ответственности Л-вых, исключения требований ФИО2 из размера субсидиарной ответственности является неправомерным.

В отзывах на кассационные жалобы ФИО2 и Л-вых - кредитор должника общество «Авторитет-Восток» и ФИО4 по доводам указанных лиц возражают, просят в данной части судебные акты оставить без изменения.

В отзыве на кассационные жалобы уполномоченный орган указывает, что обжалуемые судебные акты подлежат изменению в части определения размера субсидиарной ответственности.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов, изложенных в кассационных жалобах.

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно сведениями, содержащимся в Едином государственном реестр юридических лиц, с 10.06.2004 по 21.02.2007 учредителем общества «Автоперсональ» являлся ФИО4 (100% участия); с 22.02.2007 по сегодняшний день учредителями являются ФИО4 (50%) и ФИО1 (50%).

В период с 25.04.2007 по дату признания должника банкротом руководителем должника являлся ФИО5

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 31.05.2011 по заявлению ФИО2 возбуждено дело о банкротстве общества «Автоперсональ».

Определением суда от 21.06.2011 в отношении должника введена процедура наблюдения, решением суда от 05.06.2012 должник признан банкротом с открытием конкурсного производства, определением суда от 19.05.2017 конкурсным управляющим утвержден ФИО3, до него полномочия конкурсного управляющего осуществляли ФИО8 и ФИО11

Полагая, что имеются основания для привлечения контролирующих должника лиц, конкурсный кредитор – общество «Авторитет-Восток» и уполномоченный орган обратились в Арбитражный суд Челябинской области с соответствующими заявлениями.

Первым основанием для привлечения ФИО5 к ответственности, явилось установление фактов совершения незаконных сделок, причинивших вред должнику.

Как установлено судами, в рамках дела о банкротстве общества «Автоперсональ» определениями суда от 14.09.2015 и 29.02.2019 признаны недействительными сделки - договоры купли-продажи транспортных средств от 14.05.2011 и от 17.11.2010, заключенные должником и ФИО12 и между должником и ФИО13 соответственно, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчиков в пользу общества «Автоперсональ» 900 000 руб. и 1 320 000 руб. При этом ФИО5 привлечен к участию в обоих обособленных спорах в качестве третьего лица. Определения вступили в законную силу.

На дату рассмотрения дела в суде первой инстанции в исполнительном производстве с ФИО13 получено в конкурсную массу 5642 руб. 43 коп., с ФИО12 - 166459 руб. 52 коп.

Поскольку указанные сделки признаны недействительными в силу того, что направлены на безвозмездный вывод активов должника, т.е. причинение убытков должнику и его кредиторам при осуществлении полномочий руководителя должника ФИО5, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу, что вина ФИО5, как лица подписавшего спорные договоры доказана, в связи с чем, последний подлежит привлечению к ответственности в рамках дела о несостоятельности общества «Автоперсональ».

Определяя размер ответственности по указанному эпизоду в виде разницы между дебиторской задолженностью ФИО12 и ФИО13 и взысканными в исполнительном производстве денежными средствами и ценой, полученной от реализации данной задолженности, (если таковая реализация будет осуществлена), суды первой и апелляционной инстанции исходили из фактических обстоятельств настоящего дела и руководствовались позицией Конституционного Суда, согласно которой федеральным законодателем и судом при определении размера ответственности должен учитываться принцип соразмерности ответственности совершенному правонарушению.

Вторым основанием для привлечения ФИО5 к ответственности, явилось бездействие ФИО5 по взысканию дебиторской задолженности с общества «Авторитет». Данные убытки возникли в связи с непредъявлением должником требования в деле о банкротстве общества «Авторитет» на сумму 16,2 млн. руб.

Принимая во внимание обстоятельства, установленные определением от 20.04.2016, вынесенным в рамках настоящего дела, которым суд удовлетворил требование кредитора - общества «Авторитет-Восток» к арбитражному управляющему ФИО8 и взыскал с него в конкурсную массу должника - общества «Автоперсональ» убытки в сумме 4 837 607 руб. 90 коп., основания привлечения ФИО5 к ответственности по указанному эпизоду являются аналогичными со ФИО14 (обладая необходимой информацией, документами и компетенцией, не предпринял мер ко взысканию и включению в реестр требований кредиторов общества «Авторитет» дебиторской задолженности) суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о нарушении прав кредиторов общества «Автоперсонель» на фактическое удовлетворение своих требований указанным бездействием со стороны ФИО5

Судами учтено то, что общество «Авторитет» находится в процедуре банкротства, размер ответственности конкурсного управляющего ФИО14 названным выше определением установлен в сумме 4 837 607 руб. 90 коп., что соответствует размеру погашенных требований общества «Автоперсональ» в случае включения его требований в реестр требований кредиторов общества «Авторитет», а также то обстоятельство, что определением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-249294/17 указанная сумма взыскана с Ассоциации саморегулируемых организаций арбитражных управляющих «Межрегиональный центр экспертов и профессиональных управляющих» в пользу общества «Автоперсональ».

Определяя размер ответственности ФИО5 по указанному эпизоду в виде разницы между дебиторской задолженностью в сумме 4 837 607 руб. 90 коп. и взысканными в исполнительном производстве денежными средствами и/или ценой, полученной от реализации данной задолженности, (если таковая реализация будет осуществлена), суды первой и апелляционной инстанции исходили из фактических обстоятельств настоящего дела и руководствовались позицией Конституционного Суда, согласно которой федеральным законодателем и судом при определении размера ответственности должен учитываться принцип соразмерности ответственности совершенному правонарушению.

Доводы Л-вых относительно указанного эпизода привлечения к ответственности о том, что у ФИО5 отсутствовала возможность обратиться в суд с соответствующем требованием к обществу «Авторитет», поскольку все необходимая документация была изъята правоохранительными органами, подлежит отклонению.

Определением от 20.04.2016 установлено, что бывший руководитель должника ФИО5 подтверждал наличие спорной задолженности, следовательно, также обязан был предъявить требование обществу «Авторитет», которое находится в процедуре банкротства с 05.10.2010.

Отсутствие необходимой документации ввиду ее изъятия правоохранительными органами с учет положений статьи 66 АПК РФ, согласно которым лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства, не снимает в данном случае ответственности с ФИО5 за бездействие в вопросе взыскания дебиторской задолженности.

Доводы ФИО4 и общества «Авторитет-Восток» относительно порядка определения размера рассматриваемой ответственности не в сумме задолженности 16 млн. руб., а в сумме, на которую общество «Автоперсональ» могло рассчитывать в рамках дела о несостоятельности общества «Авторитет» являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, указанным доводам дана надлежащая правовая оценка. Возможность реального получения задолженности в полном объеме до введения в отношении общества «Авторитет» процедуры банкротства, учитывая, что именно такая процедура предоставляет возможность наиболее полно удовлетворить требования кредиторов за счет механизмов оспаривания сделок, привлечения к субсидиарной ответственности и т.д., что недоступно при исполнительном производстве, на которою ссылаются ФИО4 и общество «АвторитетВосток», основана на предположении и не подтверждается материалами дела.

Отклоняя названный довод, апелляционный суд обосновано указал, что в реестр требований кредиторов общества «Авторитет» включены требования на сумму 55 082 866 руб. 68 коп., что с учетом даты возбуждения дела о банкротстве общества «Авторитет» - 05.10.2010, свидетельствует о том, что данная задолженность образовалась примерно в тот же период, что и долг перед обществом «Автоперсональ», а значит, удовлетворение требований возможно было лишь за счет пропорционального удовлетворения всех кредиторских требований общества «Авторитет». Безусловных доказательств, свидетельствующих о возможности погашения требований общества «Автоперсональ» за счет имущества и средств общества «Авторитет» в большем размере в дело не представлено.

Третьим основанием для привлечения ФИО5 к ответственности, явилась утрата запасных частей (материальных ценностей).

Принимая во внимание обстоятельства, установленные определением суда от 29.04.2016 в рамках дела о банкротстве общества «Автоперсональ», в том числе передача ФИО5 72 упаковок запасных частей автомобилей правоохранительным органам в рамках уголовного дела и последующий их возврат по акту приема-передачи от 18.07.2011 в указанном количестве обратно ФИО5, при этом часть указанных материальных ценностей реализована на сумму 694 569 руб. 71 коп. по договору купли-продажи от 14.05.2012, в остальной части выбытие запасных частей необоснованно (доводы о выплате заработной платы в натуре ФИО15 и ФИО16 признаны неподтвержденными материалами дела), учитывая, что общая стоимость 72 упаковок запасных частей согласно ответу официального дилера Ауди от 21.04.2010 составила 4 747 103 руб. 90 коп., суды пришли к обоснованному выводу, что в данном случае руководитель должника безусловно несет ответственность за утрату (непередачу) имущества в конкурсную массу.

Определяя размер ответственности по указанному эпизоду в виде разницы между рыночной стоимостью материальных ценностей в сумме 4 747 103 руб. 90 коп. и ценой, полученной от их частичной реализации в сумме 694 569 руб. 71 коп., суды первой и апелляционной инстанции исходили из фактических обстоятельств настоящего дела, в том числе из обстоятельств, установленных определением от 29.04.2016, вынесенным в рамках настоящего дела о банкротстве по иному обособленному спору, участие в котором также принимал и ФИО5, ответа официального дилера и отсутствии доказательств иной стоимости запасных частей.

Возражения ФИО5 со ссылкой на иную стоимость запасных частей, которую, по мнению ФИО5, следует установить в размере оценки из отчета № 12/1367, являлся предметов исследования и оценки суда апелляционной инстанции.

Критически оценивая данный документ, апелляционный суд учел аргументированные возражения общества «Авторитет-Восток» со ссылкой на то, что у него имеются сомнения в беспристрастности лица, проводившего оценку, поскольку им установлен факт наличия взаимосвязи конкурсного управляющего ФИО11 с оценщиком ФИО17; принял во внимание, что на самом отчете, представленном в материалы обособленного спора имеется пометка оценщика ФИО17, об отсутствии части приложений к отчету, ввиду их уничтожения по сроку хранения, а также иные противоречия по тексту самого отчета (в способе определения цены).

Четвертым основанием для привлечения ФИО5 к ответственности, явилась неподача заявления о несостоятельности общества «Автоперсональ» ФИО5 в 2009 году.

Делая вывод об обоснованности заявленного основания в качестве привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что в 5-ом томе уголовного дела среди документов, изъятых непосредственно у ФИО5 имеется письмо налоговой инспекции от сентября 2009 года исх. № 09-14/2/10765 в адрес руководителя общества «Автоперсональ» ФИО5, в котором налоговый орган настоятельно рекомендует руководителю оплатить задолженность либо обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

При этом суд апелляционной инстанции установил, что в деле имеются и иные доказательства осведомленности ФИО5, являвшегося руководителем должника, о неудовлетворительном финансовом положении последнего. Так в материалах дела содержится уведомление Фольксваген Групп от 23.04.2009 об отзыве коммерческого кредита в отношении срока оплаты переданных должнику автомобилей, а также уведомление Ауди Россия от 28.05.2009 о расторжении сервисного соглашения. Как обосновано отмечено апелляционным судом, столь значительные для должника события, осуществляющего деятельность в сфере торговли автомобилями, безусловно повлияли на его хозяйственную деятельность, фактически ее прекратив.

В заявлении уполномоченного органа о привлечении к субсидиарной ответственности указано, что должник не осуществлял деятельность с августа 2009 года; последние документы должника (находящиеся в 19 томах) датированы октябрем 2009 года.

Доводы ФИО5 о неосведомленности об указанном письме налоговой инспекции являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций. Как обоснованно указано судами, данное письмо изъято правоохранительными органами непосредственно у общества «Автоперсональ», что презюмирует осведомленность руководителя о данном документе.

Пятым основанием для привлечения ФИО5 к ответственности, на которое ссылался кредитор, явилась непередача документов должника конкурсному управляющему.

Отказывая в удовлетворении указанного требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что в материалы дела о банкротстве из правоохранительных органов поступило 19 томов документов 2004-2009 годов (первичные документы, касса, авансовые отчеты, договоры, товарные накладные, банк, акты, налоговая и статистическая отчетность, балансы, векселя и т.д.), при этом помимо эпизодов, что привели к признанию сделок недействительными либо к удовлетворению жалоб и взысканию убытков, заявителями по данному обособленному спору не приведено достаточных доказательств, что ФИО5 уклонялся от передачи документов, наличие которых позволило бы сформировать конкурсную массу в большем объеме.

Отклоняя заявленные доводы, апелляционный суд руководствовался следующим.

Материалы дела подтверждают факт изъятия документации должника в рамках уголовного дела № 711097, которое, как уже отмечено выше, было прекращено лишь в ноябре 2011 года.

В рамках дела № А76-8609/2010 решением от 01.10.2010 отказано в удовлетворении иска ФИО4 об обязании общества «Автоперсональ» передать ему документы, по мотиву отсутствия их в обществе, о чем истцу было известно ввиду возбуждения уголовного дела по его заявлению.

Согласно сведениям, размещенным в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» - http://kad.arbitr.ru определением от 29.05.2012 удовлетворено требование общества «Авторитет-Восток» об истребовании документов из уголовного дела, для проведения судебно-финансовой экспертизы. Определением от 05.06.2012 также документация должника истребована от ФИО5

Материалы дела подтверждают, что представитель ФИО5 - адвокат Баринов А.В., а также сам ФИО5 обращались в правоохранительные органы за выдачей описи изъятых из общества документов, а также обращались с жалобами на нарушение процедуры выемки, поскольку в ходе обысков документация не описывалась.

Однако документы должника, изъятые в ходе обысков, поступили из правоохранительных органов в суд первой инстанции в июле 2012 года, что отражено в определении суда от 18.06.2013 по настоящему делу.

Из определения суда от 18.05.2015 следует, что конкурсный управляющий ФИО11 обладал бухгалтерской базой 1С Бухгалтерия.

Ни один из конкурсных управляющих с требованиями об обязании передачи документации ФИО5 в суд не обращались.

При этом финансовый анализ деятельности должника проведен ФИО8, а в заключении судебно-финансовой экспертизы установлено незначительное несоответствие финансового анализа деятельности должника, не повлиявшее, однако, на выводы сделанные ФИО8 (определение суда от 27.09.2012).

Как указано выше, для удовлетворения требований по заявленному основанию необходимо установить, что отсутствие документации затруднило формирование конкурсной массы.

Вместе с тем, материалы дела свидетельствуют, что с июля 2012 года изъятая у руководителя должника документация уже находилась в суде, при этом в силу широких полномочий конкурсного управляющего он не был ограничен в доступе к информации к расчетному счету должника.

Основанием для привлечения учредителей должника к субсидиарной ответственности, а именно ФИО1 и ФИО4, на которое ссылался кредитор и конкурсный управляющий должника, явилась доведения общества «Автоперсональ» до банкротства.

Отказывая в удовлетворении требований в заявленной части, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что к банкротству должника привело какое-либо конкретное действие, решение учредителей либо директора; а тот факт, что в какой-то момент финансового кризиса учредители не смогли между собой договориться и корпоративный конфликт затянулся почти на десять лет сам по себе не доказывает вины кого-либо из них в доведении предприятия до банкротства.

Кроме того, учитывая, что первое заявление о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя было подано в 2012 (в отношении ФИО5), что подразумевает очевидность недостаточности имущества должника для удовлетворения всех требований кредиторов, принимая во внимание, что в период совершения вменяемых деяний, а также возбуждения производства по делу о несостоятельности действующая редакция закона предусматривала трехгодичный срок исковой давности по заявленному требованию, в то время как в отношении ФИО1 и ФИО4 заявления поданы лишь октябре-ноябре 2017 года.

Суд округа считает необходимым отметить, что из материалов дела следует и самими участниками спора подтверждается, что между участниками должника, бывшим руководителем имеется затяжной корпоративный конфликт.

Применение норм как гражданского, так и законодательства о банкротстве при наличии корпоративного конфликта должно быть основано на необходимости соблюдения разумного баланса экономических интересов отдельных участников спора и общества в целом.

Соответственно, в условиях продолжающегося корпоративного конфликта вопрос о наличии либо отсутствии оснований для возмещения руководителем общества убытков либо привлечения к субсидиарной ответственности учредителей должен исследоваться и получить соответствующую правовую оценку исходя из совокупного анализа не только всех установленных по данному делу обстоятельств, но и с учетом действий и поведения всех сторон корпоративного конфликта в целом, не ограничиваясь формальной констатацией наличия либо отсутствия нарушения конкретной нормы права в отдельном рассматриваемом споре. Привлечение к субсидиарной ответственности не должно являться механизмом воздействия сторон корпоративного конфликта на друг друга.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что при рассмотрении настоящего спора суды исследовали и оценили все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

Кроме того, судами обоснованно признан истекшим срок для подачи заявления о привлечении учредителей к субсидиарной ответственности, что является самостоятельным основанием для отказа по рассматриваемому требованию.

Все доводы жалоб относительно срока исковой давности подлежат отклонению в силу следующего.

В период с 2009 по 2017 год в нормы права, касающиеся порядка определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления, вносились неоднократные изменения, при этом законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности является как обеспечение эффективности реализации публичных функций, так и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений, а в основе установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности лежит положение о том, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

В связи с названными изменениями законодательства, соответствующая правоприменительная практика в вышеназванный период также неоднократно изменялась, при этом начало течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности определялось моментом, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, в дальнейшем - не ранее даты завершения реализации имущества должника и окончательного формирования конкурсной массы, а затем вновь - с момента, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, из чего следует, что в правоприменительной практике длительное время существовала правовая неопределенность по порядку определения начала исчисления сроков исковой давности по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта Информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности, подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В данном случае в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчикам вменяются в вину деяния, совершенные в 2009 -2012 годах.

В этот период применительно к заявленным основаниям вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности регулировался положениями статей 9 и 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ.

При этом по состоянию на 2009 год в Законе о банкротстве отсутствовали специальные нормы, предусматривающие специальный срок исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности.

По общему правилу гражданского законодательства исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, при этом общий срок исковой давности составляет три года, а течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (статьи 195, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции от 29.06.2004, действовавшей в период с 1999 года до 2013 года, в том числе на момент введения в отношении должника процедуры конкурсного производства).

Согласно пунктам 1, 2 статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции от 23.07.2013, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

В соответствии с пунктом 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ, сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года, а десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.

В силу пунктов 1, 2 статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, в действующей в настоящее время редакции, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, а срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, и к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013 (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ). Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Закона № 100-ФЗ), начинают течь не ранее 01.09.2013 года и применяться не ранее 01.09.2023 года.

Кроме того, впоследствии Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ) в статье 10 Закона о банкротстве был введен пункт 5. Данный пункт содержал, в частности, норму о том, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Принимая во внимание, что из материалов дела усматривается и сторонами не оспаривается, что дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено 31.05.2011, первое заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в 2012 году, в то время как заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в отношении ФИО1 и ФИО4 поданы лишь октябре-ноябре 2017 года; доказательства наличия объективных препятствий для своевременного обращения в суд не имеется.

Возражения ФИО5 с указанием на то, что оснований для взыскания с него убытков не имеется, ввиду того, что имеет место исполнение судебных актов о признании сделок недействительными и взыскании убытков с арбитражного управляющего, не могут явится основанием для отмены судебных актов.

Согласно пункту 8 постановления Пленума № 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Суд первой инстанции выделил в отдельное производство и приостановил до окончательного формирования конкурсной массы, реестра требований кредиторов и прекращения исполнительных производств вопрос об окончательном определении размера субсидиарной ответственности.

Делая вывод о необходимости исключения требований ФИО2 при определении размера субсидиарной ответственности, апелляционный суд исходил из того, что в соответствии с действующей редакцией Закона, абзацем 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Суд округа по результатам рассмотрения доводов кассационных жалоб и изучения материалов дела, а также обжалуемых судебных актов пришел к выводу о том, что при рассмотрении настоящего спора суды исследовали и оценили все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства; изложенные в кассационных жалобах доводы не опровергают выводы судов с учетом установленных судами обстоятельств и по существу направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и сделанных на их основании выводов, что не входит в полномочия суда округа в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Несоответствия выводов судебных инстанций представленным сторонами доказательствам или установленным на основании имеющейся доказательственной базы фактическим обстоятельствам и, как следствие, нарушений применения при разрешении спора норм материального права, судом округа не установлено. Процессуальных нарушений, в том числе являющихся в силу норм части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебных актов, судами при рассмотрении настоящего дела также не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 02.08.2018 по делу

№ А76-9185/11 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1 и ФИО5, ФИО2, конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Автоперсональ» ФИО3, ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Авторитет-Восток» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.В. Рогожина

Судьи О.Н. Новикова

В.В. Плетнева