Решение от 4 ноября 2025 г. по делу № А19-11957/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Седова, стр. 76, г. Иркутск, Иркутская область, 664025,

тел. <***>; факс <***>

https://irkutsk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А19-11957/2025
г. Иркутск
05 ноября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 21 октября 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 05 ноября 2025 года.


Арбитражный суд  Иркутской области в составе судьи Тах Д.Х., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Потаповой Ю.С., рассмотрев в судебном заседании исковое заявление

общества с ограниченной ответственностью «ЛК ТРАНС» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, адрес: 664007, <...>)

к обществу с ограниченной ответственностью «СервисТранс» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, адрес: 664009, <...>)

о признании агентского договора от 26.04.2021 № 52/21 недействительным (ничтожным), применении последствий недействительности,

при участии директора истца ФИО1 лично (предъявлен паспорт), представителя истца ФИО2 по доверенности б/н от 08.07.2025 (предъявлены паспорт, диплом), представителя ответчика ФИО3 по доверенности от 25.06.2024 (предъявлены паспорт, диплом),

установил:

иск, с учетом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ, заявлен о признании ничтожным агентского договора на услуги по отправке лесоматериалов железнодорожным транспортом №52/21 от 26.04.2021, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «СервисТранс» и обществом с ограниченной ответственностью «ЛК Транс», а также дополнительных соглашений к нему: №1 от 26.04.2021; №2 от 01.05.2021; №3 от 01.05.2021; №4 от 01.06.2021; №5 от 01.06.2021; №6 от 01.07.2021; №7 от 01.07.2021; №8 от 01.09.2021; №9 от 01.03.2022; №10 от 01.04.2022; №11 от 01.07.2022; №12 от 01.08.2022 и о применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Истец иск поддержал, в судебном заседании ходатайствовал о назначении судебной почерковедческой экспертизы.

Ответчик иск оспорил по доводам, изложенным в отзыве, против ходатайства истца возразил, полагая целесообразным проведение экспертизы по делу.

Принимая во внимание, что истец, заявляя ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, не представил в материалы письмо-согласие экспертной организации, сведения о стоимости и сроках проведения экспертизы, не представлена кандидатура эксперта, а также доказательства зачисления денежных средств на депозитный счет арбитражного суда в необходимом размере, суд не находит правовых оснований, предусмотренных статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для удовлетворения ходатайства истца о назначении судебной экспертизы, в связи с чем указанное ходатайство подлежит отклонению.

Также суд отмечает, что ходатайство заявлено в судебном заседании, а не заблаговременно до него, что расценивается судом как злоупотребление правом; указанное ходатайство направлено на затягивание судебного разбирательства, учитывая, что иск инициирован истцом в мае 2025 года.

Исследовав представленные доказательства, выслушав сторон, участвующих в деле, суд установил следующее.

Между ООО «СервисТранс» (истец, Агент) и ООО «ЛК Транс» (ответчик, Принципал) заключен Агентский договор на услуги по отправке лесоматериалов железнодорожным транспортном № 52/21 от 26.04.2021, согласно которому Агент обязуется от своего имени по поручению Принципала и за его счет организовать перевозку грузов, принадлежащих Принципалу на праве собственности, железнодорожным транспортном по железным дорогам Российской Федерации, государств СНГ и третьих стран в направлениях, указанных Принципалом. Грузами по настоящему договору является лесопродукция. В рамках настоящего договора грузы по актам приема-передачи от принципала агенту не передаются, право собственности к Агенту не переходит (пункт 1.1. Договора).

Согласно пунктам 1.2., 1.3 договора за исполнение своих поручений принципал выплачивает агенту вознаграждение в размере и в порядке, предусмотренном разделом 3 настоящего договора, а также возмещает агенту расходы, связанные с исполнением поручения принципала.

Местом исполнения настоящего договора со стороны агента, выступающего грузоотправителем, является железнодорожный вагон.

Пунктом 2.3 договора установлены обязанности Агента: в том числе заключать от своего имени договоры с другими организациями, оказывающими услуги, непосредственно связанные с отгрузкой груза принципала:

- на организацию перевозок и расчетов за транспортно-экспедиционные и дополнительные услуги;

- на оказание услуг подачи и уборки железнодорожных вагонов под погрузку;

- на оказание услуг по предоставлению вагонов;

- на оказание услуг по взвешиванию вагонов и с другими организациями, оказывающими услуги, без которых груженые транспортные средства не могут быть приняты к перевозке.

В случаях, когда для исполнения заключенных агентом договоров с третьими лицами в интересах принципала, необходима дополнительная информация по грузам, агент вправе затребовать такую информацию и документы и установить для принципала срок их предоставления.

В соответствии с пунктом 3.5. договора размер вознаграждения согласовывается и подтверждается дополнительным соглашением. Принципал производит оплату в течение 5 дней после утверждения принципалом отчета агента и подписания акта выполненных работ, на основании представленных агентом счета и счета-фактуры.

В рамках исполнения договора сторонами подписаны дополнительные соглашения № 1 от 26.04.2021; № 2 от 01.05.2021; № 3 от 01.05.2021; № 4 от 01.06.2021; № 5 от 01.06.2021; № 6 от 01.07.2021; № 7 от 01.07.2021; № 8 от 01.09.2021; №9 от 01.03.2022; № 10 от 01.04.2022; № 11 от 01.07.2022; № 12 от 01.08.2022, которыми установлены маршруты перевозки, стоимость услуг и вознаграждение агента, а также ответственность за пользование платформами на станции погрузки/выгрузки сверх согласованного сторонами срока.

В обоснование заявленных требований истец заявил о недействительности в силу ничтожности договора и, соответственно, дополнительных соглашений, применении последствий недействительности сделки на основании следующего:

1. Недействительность подписи: подпись генерального директора ФИО4 на договоре и подписи руководителей на доверенностях и процессуальных документах выполнены неустановленными лицами, что означает отсутствие надлежаще выраженной воли общества на заключение сделки.

2. Притворность сделки: фактически сложившиеся правоотношения (предоставление железнодорожных платформ и оплата их использования) не соответствуют правовой конструкции агентского договора. По мнению истца, договор прикрывает собой фактические отношения по аренде движимого имущества (гл. 34 ГК РФ) или возмездному оказанию услуг (гл. 39 ГК РФ).

3. Совершение сделки под влиянием обмана, насилия или угрозы: истец ссылается на материалы уголовного дела, утверждая, что договор был навязан организованной преступной группой с целью создания формального основания для вымогательства взяток. Угроза применения неустоек использовалась как способ принуждения.

4. Злоупотребление правом: ответчик, являясь частью преступной схемы, использовал договор с противоправной целью.

Ответчик в представленном отзыве доводы истца оспорил, ссылаясь на следующие основания:

1. Недобросовестность истца, его конклюдентные действия:

Истец на протяжении нескольких лет совершил 136 платежей на сумму свыше 241 000 000 рублей по оспариваемому договору, а также подписывал все акты и отчеты без возражений. Такое поведение свидетельствует о признании договора действительным (эстоппель). Заявление о недействительности сделки лицом, которое своим поведением подтверждало ее действительность, является злоупотреблением правом (ст. 10 ГК РФ).

2. Преюдициальность: Вступившими в законную силу решениями по другим делам между теми же сторонами (о взыскании задолженности по данному договору) факт заключения и исполнения договора уже установлен. Истец в тех процессах признавал задолженность и не оспаривал действительность договора.

3. Отсутствие доказательств по уголовному делу: постановление о привлечении в качестве обвиняемого не является доказательством по гражданскому делу и не имеет преюдициального значения. Пока нет вступившего в законную силу приговора суда, доводы о преступном характере действий не могут быть приняты во внимание.

4. Пропуск срока исковой давности: Для оспаривания ничтожной сделки установлен трехлетний срок, который начинается с момента начала ее исполнения. По мнению ответчика, этот срок истек в мае 2024 года, тогда как иск подан в 2025 году.


Суд, исследовав и оценив представленные доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к следующим выводам.

В рассматриваемом случае правоотношения сторон обусловлены возмездным оказанием услуг и регулируются положениями главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственною осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в частности, из договоров и иных сделок.

Статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В соответствии с приведенной правовой нормой толкование судом договора, исходя из действительной воли сторон и его цели с учетом, в частности, установившейся практики взаимоотношений сторон, допускается в случае, если установить буквальное значение его условий не представляется возможным.

1. В силу пункта 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

2. Согласно пункту 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

3. Пунктом 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

4. Согласно пункту 1 статьи 801 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору транспортной экспедиции одна сторона (экспедитор) обязуется за вознаграждение и за счет другой стороны (клиента-грузоотправителя или грузополучателя) выполнить или организовать выполнение определенных договором экспедиции услуг, связанных с перевозкой груза.

В рамках договора транспортной экспедиции экспедитор выполняет или организовывает выполнение определенных договором экспедиции услуг, связанных с перевозкой груза.

Согласно пункту 4 постановления Правительства Российской Федерации от 08.09.2006 № 554 «Об утверждении Правил транспортно-экспедиционной деятельности» транспортно-экспедиционные услуги - это услуги по организации перевозки груза, заключению договоров перевозки груза, обеспечению отправки и получения груза, а также иные услуги, связанные с перевозкой груза.

Транспортно-экспедиционное обслуживание включает в себя деятельность, связанную с подготовкой груза к перемещению: оформление транспортной сопроводительной документации, договора перевозки, расчет за транспортировку, страхование груза, таможенная очистка и др.

Согласно условиям договора в обязанности агента входит заключение от своего имени договоров с другими организациями, оказывающими услуги, непосредственно связанные с отгрузкой груза принципала.

Истолковав условия заключенного между сторонами договора по правилам статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации и оценив фактически сложившиеся между сторонами отношения, суд приходит к выводу, что правоотношения сторон соответствуют конструкции договора транспортной экспедиции, приведенной в статье 801 Гражданского кодекса Российской Федерации, а потому к ним применяются правила о договоре транспортной экспедиции.

На этом основании доводы истца о применении конструкции договора аренды либо возмездного оказания услуг судом отклоняются.

Правоотношения сторон связаны с организацией ответчиком перевозочного процесса товаров истца.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что договором транспортной экспедиции могут быть предусмотрены обязанности экспедитора организовать перевозку груза транспортом и по маршруту, избранными экспедитором или клиентом, обязанность экспедитора заключить от имени клиента или от своего имени договор (договоры) перевозки груза, обеспечить отправку и получение груза, а также другие обязанности, связанные с перевозкой.

В качестве дополнительных услуг договором транспортной экспедиции может быть предусмотрено осуществление таких необходимых для доставки груза операций, как получение требующихся для экспорта или импорта документов, выполнение таможенных и иных формальностей, проверка количества и состояния груза, его погрузка и выгрузка, уплата пошлин, сборов и других расходов, возлагаемых на клиента, хранение груза, его получение в пункте назначения, а также выполнение иных операций и услуг, предусмотренных договором.

В связи с изложенным суд приходит к выводу, что обязательства истца по спорной перевозке не выходили за рамки обязательств по экспедиционному обслуживанию, установленному статьей 801 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

По пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.


Оценив условия договора № 52/21 от 26.04.2021, которыми согласован предмет, суд полагает указанный договор заключенным (статья 432 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора.

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом (пункт 1 статьи 53 ГК РФ).

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, в том числе из договоров и иных сделок (статья 8 ГК РФ).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

В предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

Между тем в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие, что действия сторон сделки были направлены на достижение других правовых последствий и прикрывали иную волю всех участников сделки (ст. 65 АПК РФ).


На основании статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. Обман может относиться как к элементам самой сделки, так и к обстоятельствам, находящимся за ее пределами, в том числе к мотивам, если они имели значение для формирования воли участника сделки. Обманные действия могут совершаться в активной форме или же состоять в бездействии (умышленное умолчание о фактах, могущих воспрепятствовать совершению сделки).

Пунктом 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что обман при совершении сделки (статья 179 ГК РФ) может выражаться в намеренном умолчании лица об обстоятельствах, о которых оно должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Как указано в пункте 9 вышеназванного Информационного письма Президиума ВАС РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки.

При этом, как указано в пункте 99 Постановления Пленума ВС РФ № 25, установление умысла ответчика на совершение обмана является одним из оснований для признания сделки недействительной.

Обязательным условием признания сделки недействительной является установление факта умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной, как совершенной под влиянием обмана, входят следующие обстоятельства: сообщение информации, не соответствующей действительности, намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась от условий оборота, повлиявшая на принятие решения о заключении договора купли-продажи доли в уставном капитале общества.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 65, части 2 статьи 9 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Суд соглашается с доводами ответчика о том, что, заключая оспариваемый договор, стороны были свободны в определении его условий и действовали в рамках действующего гражданского законодательства.

Истец на протяжении нескольких лет совершил 136 платежей на сумму свыше 241 000 000 рублей по оспариваемому договору, а также подписывал все акты и отчеты без возражений.

В нарушение требований статьи 65 АПК РФ истец не представил доказательств наличия в действиях ответчика умысла на обман покупателя по сделке.

В материалах дела отсутствуют доказательства совершения ответчиком каких-либо действий, направленных на обман истца относительно совершаемой сделки, либо факта вынужденного заключения истцом договора, чем сознательно воспользовался ответчик.

Наличия в действиях ответчика заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребления правом) суд не усматривает.

В ходе исследования представленных в материалы дела доказательств, в том числе договора, отчетов, актов судом установлено следующее.

Между сторонами сложились правоотношения, согласно которым ответчик от своего имени по поручению истца и за его счет организовал перевозку грузов, принадлежащих истцу на праве собственности, железнодорожным транспортном по железным дорогам Российской Федерации, государств СНГ и третьих стран в направлениях, указанных истцом, что соответствует конструкции договора транспортной экспедиции. Указание в наименовании договора «агентский» не влияет на фактические отношения между сторонами.

Также суд отмечает, что в рамках исполнения договора сторонами подписаны дополнительные соглашения № 1 от 26.04.2021; № 2 от 01.05.2021; № 3 от 01.05.2021; № 4 от 01.06.2021; № 5 от 01.06.2021; № 6 от 01.07.2021; № 7 от 01.07.2021; № 8 от 01.09.2021; №9 от 01.03.2022; № 10 от 01.04.2022; № 11 от 01.07.2022; № 12 от 01.08.2022, которыми установлены маршруты перевозки, стоимость услуг и вознаграждение агента, а также ответственность за пользование платформами на станции погрузки/выгрузки сверх согласованного сторонами срока.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

При рассмотрении дел №№ А19-29624/2023, А19-3270/2024, А19-5527/2024 судами установлены факт заключения и исполнения сторонами оспариваемого договора; ответчик оказывал истцу спорные услуги, данные услуги оплачивались истцом.

Истец в судебных заседаниях по вышеназванным делам признавал задолженность и не оспаривал действительность договора.

Указанные обстоятельства установлены вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Иркутской области по делам №№ А19-29624/2023, А19-3270/2024,                     А19-5527/2024, являющимися преюдициальными по отношению к рассматриваемому спору применительно к части 2 статьи 69 АПК РФ

В дополнение суд указывает, что истцом с момента заключения спорного договора и до обращения в суд оспариваемый договор исполнялся; на протяжении полутора лет к данному договору подписывались дополнительные соглашения, о заключении которых истец при предъявлении иска (28.05.2025) умолчал.

В действиях истца суд усматривает признаки злоупотребления правом.

Из пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлено недопущение осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Злоупотребление правом является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Судом установлено и истцом надлежащими доказательствами не оспорено, что стороны осуществляли деятельность по оспариваемому договору, в адрес ответчика поступали поручения об оказании услуг, которые ответчиком исполнялись, подписывались акты, стороны от исполнения договора не отказывались, о расторжении указанного договора не заявляли.

Поведение истца после заключения сделки давало основание ответчику полагаться на действительность сделки.

Под злоупотреблением правом, в том числе, понимается ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным способом.

В силу международного правового принципа эстоппель действует запрет на противоречивое поведение стороны спора.

Главная задача принципа эстоппель - не допустить, чтобы вследствие непоследовательности в своем поведении сторона получила выгоду в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

По своей сути, принцип эстоппель представляет запрет ссылаться на обстоятельства, которые ранее признавались стороной бесспорными исходя из ее действий или заверений.

Суд полагает, что поведение истца, а именно инициирование настоящего спора, может свидетельствовать о намеренном пренебрежении исполнения договорных обязанностей, попытке избежать ответственности и преодолеть решения суда по делам                                       №№ А19-29624/2023, А19-3270/2024, А19-5527/2024.

В обоснование настоящего иска истец указал на постановление следователя второго следственного отдела пятого следственного управления Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации о привлечении ФИО5 в качестве обвиняемого по уголовному делу от 26.02.2025. Истец считает, что установленные следователем и отраженные на страницах 10, 17, 19-20, 30, 37-38 постановления обстоятельства свидетельствуют о мнимом характере спорного агентского договора и отсутствии правовых оснований для получения денежных средств обществом «Сервистранс».

В силу части 4 статьи 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Данное постановление, представленное истцом, принято во внимание арбитражным судом быть не может, как не имеющее по смыслу части 4 статьи 69 АПК РФ преюдициального значения для дела, поскольку содержит лишь показания опрошенных следователем лиц, которые являются версией определенных событий в изложении опрошенных лиц и самого следователя.

Акты следственных органов в отсутствие приговора или иных постановлений суда по уголовному делу не имеют преюдициальной силы и не могут использоваться при рассмотрении дела арбитражным судом; постановлением следователя не устанавливаются обстоятельства, имеющие преюдициальное значение для арбитражного суда; постановление не является тем актом, на основании которого арбитражный суд может признать установленными какие-либо обстоятельства в рамках арбитражного дела.

Само по себе возбуждение уголовного дела не подменяет собой приговор суда по уголовному делу, поскольку в силу конституционно закрепленной презумпции невиновности каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Доводы истца о том, что подпись генерального директора ФИО4 на договоре и подписи руководителей на доверенностях и процессуальных документах выполнены неустановленными лицами, что означает отсутствие надлежаще выраженной воли общества на заключение сделки, голословны и документально не подтверждены. О фальсификации указанных документов истцом не заявлено.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (часть 3 статьи 71 АПК РФ).

Суд пришел к выводу о том, что указанные истцом доказательства не являются объективным подтверждением ничтожности сделки, не являются достоверными доказательствами в силу части 3 статьи 71 АПК РФ.

Не принимается в качестве такового доказательства и приложенное к иску заключение специалиста № 26-05/2025г, поскольку составлено по заявке истца, в отсутствие осведомленности ответчика и вне рамок судебного разбирательства; специалист об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 УК РФ, не предупреждался. Данное доказательство, как и в целом инициирование настоящего спора истцом, направлено на нивелирование выводов судов при рассмотрении дел №№ А19-29624/2023,                              А19-3270/2024, А19-5527/2024, и попытке избежать исполнения вступивших в законную силу судебных актов, что также, с учетом применения судом принципа эстоппель и установления признаков злоупотребления правом со стороны истца, признано судом недопустимым.

На наличие иных пороков оспариваемой сделки истцом не указано, в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ доказательств наличия таких пороков в материалы настоящего дела не представлено.

Истец не представил доказательств того, что при совершении сделки подлинная воля сторон направлена на создание иных правовых последствий, которые наступают для иного вида сделки.

Оценивая в совокупности представленные сторонами документы, суд приходит к выводу, что вопреки доводам истца факт наличия сложившихся между истцом и ответчиком отношений по оказанию последним услуг надлежащим образом не оспорен, представленные документы не содержат порока воли сторон к заключению или исполнению договора, а, соответственно, и ничтожности договора. Доводы истца носят косвенный характер и фактически и не позволяют суду сделать вывод о ничтожности сделки.

При таких обстоятельствах заявленный иск о признании недействительным в силу ничтожности агентского договора на услуги по отправке лесоматериалов железнодорожным транспортном № 52/21 от 26.04.2021 и дополнительных соглашений к нему, применении последствий недействительности сделки не обоснован и удовлетворению не подлежит.

Судом также принят во внимание и признан обоснованным довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности в отношении договора и дополнительных соглашений, заключенных за  три года до подачи настоящего иска.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Как указано в пункте 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям для стороны такой ничтожной сделки начинается со дня, когда началось ее исполнение.

Как указано в пункте 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения. Если сделка признается недействительной в части, то срок исковой давности исчисляется с момента начала исполнения этой части.

В соответствии с пунктом 1 статьи 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Истец заявил требование о признании недействительными договора на услуги по отправке лесоматериалов железнодорожным транспортом №52/21 от 26.04.2021 и дополнительных соглашений к нему: №1 от 26.04.2021; №2 от 01.05.2021; №3 от 01.05.2021; №4 от 01.06.2021; №5 от 01.06.2021; №6 от 01.07.2021; №7 от 01.07.2021; №8 от 01.09.2021; №9 от 01.03.2022; №10 от 01.04.2022; №11 от 01.07.2022; №12 от 01.08.2022.

На момент подачи искового заявления с момента заключения и исполнения договора №52/21 от 26.04.2021 и дополнительных соглашений к нему: №1 от 26.04.2021; №2 от 01.05.2021; №3 от 01.05.2021; №4 от 01.06.2021; №5 от 01.06.2021; №6 от 01.07.2021; №7 от 01.07.2021; №8 от 01.09.2021; №9 от 01.03.2022; №10 от 01.04.2022 прошло более трех лет.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено, что истцом пропущен трехгодичный срок исковой давности по требованию о признании недействительными договора №52/21 от 26.04.2021 и дополнительных соглашений к нему: №1 от 26.04.2021; №2 от 01.05.2021; №3 от 01.05.2021; №4 от 01.06.2021; №5 от 01.06.2021; №6 от 01.07.2021; №7 от 01.07.2021; №8 от 01.09.2021; №9 от 01.03.2022; №10 от 01.04.2022.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Срок исковой давности является известным ограничением права на судебную защиту в сфере гражданских правоотношений. Однако это ограничение закон предусмотрел в целях обеспечения устойчивости гражданского оборота и гарантий прав его участников. В противном случае ни один собственник или обладатель иных прав не мог бы быть уверенным в легитимности своих правомочий, постоянно находясь под угрозой судебного оспаривания права на имущество и другие принадлежащие ему гражданские права. То есть по существу срок исковой давности установлен в общих (публичных) интересах.

В то же время гражданские правоотношения – это сфера частных интересов, и правами, которые возникают в этой сфере, их обладатели, как правило, могут распоряжаться свободно (пункт 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вместе с тем в гражданском праве действует презумпция, что пользоваться своими правами участники гражданских правоотношений должны добросовестно и разумно, проявляя необходимую степень заботливости и осмотрительности (статья 401 Гражданского кодекса Российской Федерации), и не допускать злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, бремя негативных последствий того, что правообладатель не смог надлежащим образом воспользоваться принадлежащим ему правом, несет, как правило, он сам.

В силу положений статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В случае истечения срока исковой давности принудительная (судебная) защита прав истца, независимо от того, имело ли место в действительности нарушение его прав, невозможна.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела документы, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, учитывая пояснения, данные истцом и ответчиком, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд полагает, что в удовлетворении иска надлежит отказать.

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана оценка, что нашло отражение в данном решении. Иные доводы и возражения несущественны и на выводы суда повлиять не могут.

Истцу при подаче иска представлена отсрочка уплаты государственной пошлины.

Государственная пошлина составляет 50 000 руб.

Учитывая отказ в удовлетворении требований истца, на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 50 000 руб.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражных судов в сети «Интернет» по адресу: https://kad.arbitr.ru/.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 167 - 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЛК ТРАНС» (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 50 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Иркутской области.


Судья                                                                                                Д.Х. Тах