Постановление от 28 сентября 2025 г. по делу № А07-32191/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1032/25


Екатеринбург

29 сентября 2025 г.


Дело № А07-32191/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 сентября 2025 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Тихоновского Ф.И., Пирской О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.02.2025 по делу № А07-32191/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет.

В судебном заседании в суде округа принял личное участие конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Рассвет-Транспорт» – ФИО3.

Представителем ФИО2 – ФИО4 заявлено ходатайство об участии в онлайн-заседании, которое удовлетворено судом округа. При открытии судом кассационной инстанции судебного заседания с использованием онлайн-сервиса «Картотека арбитражных дел» представитель стороны не подключился к каналу связи, что свидетельствует о его неявке. Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, представителям сторон обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, котораяне в полной мере реализована по причинам, находящимся в сфере их контроля, а также принимая во внимание использованное сторонами право предоставления письменных позиций по существу кассационной жалобы, суд округа посчитал возможным продолжить рассмотрение дела в отсутствие представителя ФИО2


Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.05.2023 общество с ограниченной ответственностью «Рассвет-Транспорт» (далее – общество «Рассвет-Транспорт», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий, управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в суд с заяалением о привлечении ФИО2 (далее также – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с него 2 319 909 руб. 99 коп.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.02.2025, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2025, требования управляющего удовлетворены: признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 24.02.2025 и постановление апелляционного суда от 28.07.2025 отменить и принять по спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе заявитель, возражая против выводов судов, приводит доводы недоказанности факта уклонения ФИО2 от исполнения возложенной на него обязанности по передаче документации управляющему, отсутствия или искажения документации должника и недостаточности переданной документации для выполнения мероприятий банкротства, указывает на то, что имеющиеся у него документы общества «Рассвет-Транспорт», в том числе по дебиторской задолженности, были переданы управляющему в мае 2023 года, о чем составлен реестр передаваемых документов, ссылается на наличие у управляющего возможности самостоятельно получить необходимые сведения из иных источников. Податель жалобы также полагает необоснованными выводы судов о неисполнении ФИО5 обязанности по передаче управляющему имущества должника, отмечает, что одно транспортное средство – BMW Х3, 2017 г.в., было передано и реализовано с торгов в ходе процедуры банкротства, а информация о местонахождении иного движимого имущества – транспортных средств МАЗ, 2011 г.в., и Lecitrailer, 2006 г.в., у ответчика отсутствует. Заявитель жалобы ссылается на неподтвержденность факта сокрытия бывшим руководителем принадлежащего должнику имущества или утраты такового в результате его действий и недоказанность факта принятия управляющим каких-либо мер для установления местонахождения спорного имущества. Резюмируя изложенное, ответчик настаивает на отсутствии у судов правовых оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Дополнительные документы (реестр передаваемых документов, определение суда от 31.07.2024 по настоящему делу), приложенные  к кассационной жалобе ФИО2, судом кассационной инстанции не принимаются и к материалам дела не приобщаются, поскольку представленный реестр имеется в материалах дела, а судебный акт находится  в свободном доступе. Указанные документы подлежат фактическому возврату заявителю.

Представитель конкурсного управляющего в судебном заседании против доводов кассационной жалобы возражал, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Рассвет-Транспорт» зарегистрировано в качестве юридического лица 09.12.2015.

Единственным участником общества «Рассвет-Транспорт» с момента его создания являлся ФИО2, который также до открытия в отношении должника конкурсного производства (15.05.2023) исполнял функции его единоличного исполнительного органа.

Ссылаясь на неисполнение ФИО2 обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника, касающейся его хозяйственной деятельности и раскрывающей состав дебиторской задолженности, указывая также на ненадлежащее исполнение ответчиком обязанности по передаче имущества должника, что повлекло затруднительность выявления его активов, невозможность пополнения конкурсной массы и погашения требований кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также послеих возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве бывший руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлена презумпция наступления ответственности в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либоко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, доказав, в частности, что отсутствие документации должника либо ее недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда России Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Приняв во внимание, что ФИО2 с момента созданияобщества «Рассвет-Транспорт» и по дату открытия в отношении него процедуры конкурсного производства является его единственным участником и директором, суды заключили, что в силу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве ФИО2 является лицом, контролирующим деятельности должника.

В данном случае, разрешая заявленные требования, суды установили,что согласно данным бухгалтерской отчетности должника по состояниюна 31.12.2021 у общества «Рассвет-Транспорт» имелись активы на общую сумму 39 135 000 руб., в том числе дебиторская задолженность – 37 000 000 руб.

В соответствии с полученными управляющим в ходе процедуры банкротства ответами регистрирующих органов, данным оборотно-сальдовых ведомостей за должником зарегистрировано следующее движимое имущество – транспортные средства BMW X3 2017 г.в., МАЗ 2011 г.в.,Lecitrailer 2006 г.в. и Shaanxi 2012 г.в.

В целях выполнения мероприятий процедуры банкротства конкурсным управляющим в адрес ФИО2 были направлены запросы о передаче бухгалтерской и иной документации общества «Рассвет-Транспорт», печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

В связи с неисполнением бывшим руководителем должника требований управляющего последний обратился в арбитражный суд с заявлением об истребовании у ФИО2 документации, касающейся хозяйственной деятельности общества «Рассвет-Транспорт», в частности сведений о дебиторской задолженности с подтверждающей первичной документацией, сведений об имуществе должника и документов, подтверждающих государственную регистрацию прав собственности должника на такое имущество, иных документов, подтверждающих права должника на принадлежащее ему имущество.

Вступившим в законную силу определением суда от 29.05.2023 требования управляющего удовлетворены.

В период рассмотрения вышеуказанного спора ФИО2 передал управляющему учредительные документы должника, бухгалтерскую отчетность последнего за 2019-2022 года, оборотно-сальдовые ведомости за тот же период и печать, о чем составлен реестр передаваемых документов от 05.05.2023.

Затем 31.05.2023 Управлением Федеральной службы судебных приставов по Кировского району г. Уфы на основании акта приема-передачи управляющему передано транспортное средство BMW X3 2017 г.в.

Первичные учетные документы, на основании которых внесены данные в оборотно-сальдовые ведомости, иная первичная документация, в том числе раскрывающая состав дебиторской задолженности должника, а также подтверждающая основания регистрации за должником имущества, в частности паспорта транспортных средств МАЗ 2011 г.в., Lecitrailer 2006 г.в. и Shaanxi 2012 г.в., равно как и сами транспортные средства, ФИО2 управляющему не переданы. Доказательств иного в материалы дела не представлено и судами не установлено; каких-либо убедительных пояснений о причинах отсутствия у ФИО2 спорных документов, информации о местонахождении вышеуказанных транспортных средств, равно как и доказательств, свидетельствующих о наличии объективных (уважительных) причин невозможности их представления, перед судом и участвующими в споре лицами не раскрыто.

Ссылки на то, что по вышеуказанному реестру от 05.05.2023 управляющему были переданы бухгалтерские балансы и оборотно-сальдовые ведомости, содержащие сведения о составе дебиторской задолженности, отклонены судами как несостоятельные, поскольку таковые остаточных сведений о дебиторах не содержат и не позволяют с достаточной степенью достоверности установить контрагента, размер конкретной задолженности, основания и период ее возникновения, в частности для целей определения сроков исковой давности.

При этом каких-либо дополнительных пояснений и документов относительно дебиторской задолженности должника, позволяющих заключить о достаточности переданной документации для принятия управляющим мерпо взысканию такой задолженности и подтверждающих ее ликвидность, ответчик, несмотря на запросы суда апелляционной инстанции, не представил (статья 65 АПК РФ).

Исследовав с учетом изложенного обстоятельства, связанные с наличием или отсутствием оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по заявленному основанию, установив,что ответчиком до настоящего времени бухгалтерская и иная документация должника, подтверждающая или опровергающая наличие у должника активов в виде дебиторской задолженности и движимого имущества, конкурсному управляющему в нарушение абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве не передана, доказательств иного, в том числе свидетельствующих о принятии ответчиком мер по восстановлению утраченной документации, принятию мер по возврату имущества в конкурсную массу, в материалы дела не представлено, признав, что подобное поведение руководителя и единственного участника должника не соответствует стандартам поведения руководителей коммерческих организаций в схожих условиях и свидетельствует о совершении ответчиком явных умышленных действий, направленных на сокрытие от арбитражного управляющего и кредиторов сведений о реальном имущественном состоянии должника,а также констатировав, что в рассматриваемом случае непередача документации и имущества не позволила конкурсному управляющему надлежащим образом установить действительные активы должника, проанализировать и взыскать дебиторскую задолженность, выявить потенциальную возможность пополнения конкурсной массы, в том числе за счет реализации зарегистрированных за должником транспортных средств, то есть препятствовала осуществлению конкурсным управляющим мероприятий, подлежащих проведению в рамках процедуры банкротства должника, что свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между действиями руководителя должника и негативными последствиями для должника и его кредиторов, суды обеих инстанции признали доказанным наличие необходимых условий для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании пунктов 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций не противоречат имеющимся в деле доказательствам, не свидетельствуют о неправильном применении норм материального права, основаны на совокупной оценке фактических обстоятельств настоящего дела.

Содержащиеся в кассационной жалобе доводы о том, что сам по себе факт непередачи документов не является основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, судом округа отклоняются, поскольку в отсутствие документов о деятельности должника конкурсный управляющий, как правило, не может полноценно вести работу, направленную на пополнение конкурсной массы, в том числе путем взыскания дебиторской задолженности, реализации принадлежащих должнику транспортных средств. В данном случае судами установлено и следует из материалов дела, что согласно последним данным бухгалтерской отчетности у должника имелись активы в виде дебиторской задолженности на 37 000 000 руб., а также четыре транспортных средства, в том числе переданный автомобиль. Вместе с тем, отсутствие какой-либо документации должника относительно указанных активов, как верно заключили суды, привело к невозможности формирования конкурсной массы и, соответственно, к невозможности расчетов с кредиторами.

Возможность самостоятельного получения управляющим документации по дебиторской задолженности из других источников и наличие у него возможности принятия мер по розыску непереданного имущества не освобождает руководителя должника от обязанности по передаче документации и имущества общества «Рассвет-Транспорт» управляющему и, вопреки позиции заявителя, не может являться основанием для отказа в удовлетворении требований управляющего. В рассматриваемом случае управляющим по результатам проведенных мероприятий по выявлению активов должника вышеуказанное имущество (первичные документы по дебиторской задолженности, три транспортных средства), имеющее ценность для целей пополнения конкурсной массы, не обнаружено, сведений о местонахождении транспортных средств ответчиком не представлено.

ФИО2 не раскрыл сведения об активах должника и не опроверг презумпцию того, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) контролирующего должника лица; не опроверг презумпции, связанные с непередачей документации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), не доказал, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, что он не виновен в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, не подтвердил, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В силу действующего законодательства именно на бывшем руководителе хозяйствующего субъекта лежала обязанность дать пояснения по предъявленным претензиям, в частности, о факте отсутствия у него истребуемых сведений и документации, имущества должника, а также о причинах их отсутствия, однако ФИО2 этого сделано не было (статья 65 АПК РФ). Убедительных и ясных пояснений о том, по каким причинам документы по дебиторской задолженности и транспортные средства не были переданы, а также в связи с чем они отсутствуют у ответчика, которые бы в своей совокупности устранили высказанные судами сомнения в добросовестности действий ответчика при исполнении им функций единственного участника и директора должника, ФИО2 не приведено, доказательств наличия объективной невозможности передачи документов по причинам, не зависящим от ответчика, не представлено. Указанное опровергает доводы ФИО2 о надлежащем исполнении им обязанности по передаче документации.

При таких обстоятельствах, суды обеих инстанций пришли к мотивированному выводу о доказанности оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. Бремя доказывания распределено судами верно, презумпции, установленные Законом о банкротстве по данной категории споров, ответчиком не опровергнуты.

Иные приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы, по сути дублирующие его позицию при рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанций, являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую оценку, отклонены как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 24.02.2025 по делу № А07-32191/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 


Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова


Судьи                                                                                    Ф.И. Тихоновский


                                                                                              О.Н. Пирская