Решение от 14 октября 2024 г. по делу № А12-4393/2024

Арбитражный суд Волгоградской области


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



г. Волгоград Дело №А12-4393/2024

«14» октября 2024 года

резолютивная часть решения оглашена 14 октября 2024 года

полный текст решения изготовлен 14 октября 2024 года


Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Акимова А.Н., при ведении протокола помощником судьи Кулаковой О.А., рассмотрев в судебном заседании исковое заявление Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Волга» (ИНН: <***>),


при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО2, представитель по доверенности от 26.02.2024

остальные не явились, извещены,



УСТАНОВИЛ:

21.02.2024 в Арбитражный суд Волгоградской области (далее – суд) поступило исковое заявление Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Волга» (ИНН: <***>) в размере 13 819 529,48 руб.

Определением суда от 26.03.2024 указанное исковое заявление принято к производству, возбуждено дело № А12-4393/2024.

Иск мотивирован неисполнением ООО «Волга» решения арбитражного суда Волгоградской области по делу №А12-17601/2014, А12-12860/2011, А12-55700/2015, А12-11978/2015, которыми удовлетворены исковый требования истца – Облкомиущесва, при этом ответчики как руководитель и участник Общества не принял разумных и добросовестных мер, направленных на исполнения решения, а напротив, способствовал исключению Общества из ЕГРЮЛ в административном порядке, что явилось основанием их привлечения к субсидиарной ответственности по долгам Общества.

Ответчик, иные лица в судебное заседание не явились, ответчик отзыв на заявление не представил, о времени и месте рассмотрения требования считаются надлежащим образом извещенными по правилам ст. 123 АПК РФ. Судебное заседание проводится судом без участия указанных лиц по правилам

Изучив материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, 28.02.2007 между администрацией Волгограда и ООО «Домострой» был заключен договор №7263 аренды земельного участка с кадастровым № 34:34:060033:0016, площадью 14 479 кв.м., расположенного в Советском районе Волгограда по пр.Университетскому, 53 для строительства капитального объекта - малоэтажных жилых домов (далее - Договор).

23.07.2007 в Договор внесены изменения в части состава арендаторов по договору, согласно которому арендатором является ООО «СК Домострой», 10.12.2007 - ООО «Домострой - Волга».

01.02.2016 путем реорганизации в форме разделения из ООО «Домострой-Волга» создано юридическое лицо - ООО «Волга» (далее - Общество).

Комитет по управлению государственным имуществом Волгоградской области (далее - Комитет, Облкомимущество) являлся арендодателем по Договору, заключенному с ООО «Волга» (ранее - ООО «Домострой-Волга»).

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 19.01.2016 по делу № А12-55700/2015 иск удовлетворен частично. Взыскана с общества с ограниченной ответственностью «Домострой-Волга» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области (ИНН <***>, ОГРН <***>) задолженность по арендной плате в сумме 1 941 650,70 рублей и пени за просрочку внесения арендной платы в сумме 36 855,34 рублей. В остальной части требований отказано.

Исполнительный документ 04.04.2016 был направлен на принудительное исполнение в соответствии со статьей 33 ФЗ «Об исполнительном производстве» в Управление Федеральной службы судебных приставов по Волгоградской области.

Решением арбитражного суда Волгоградской области от 26 июня 2015 года заявленные требования удовлетворены частично, в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области взыскана задолженность по арендной плате в сумме в сумме 8 464 383,60 рублей и пени за просрочку внесения арендной платы в сумме 1 551 427,49 рублей, а всего – 10 015 811,09 рублей.

Также суд взыскал с общества с ограниченной ответственностью «ДомостройВолга» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области (ИНН <***>, ОГРН <***>) проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму 10 015 811,09 рублей, с момента вступления решения в законную силу по день фактической уплаты взысканной суммы по ставке рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации, равной 8,25 % годовых.

Постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции от 16 сентября 2015 года решение арбитражного суда Волгоградской области от 26 июня 2015 года оставлено без изменения.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 24.07.2014 по делу № А12- 17601/2014 с ООО «Домострой-Волга» в пользу Комитета взыскано 1 835 212 руб. 35 коп., из которых 1 621 958 руб. 11 коп. задолженности по арендной плате, 213 254 руб. 24 коп. - пени.

На основании вышеуказанного судебного акта был выдан исполнительный лист серия АС № 006937507 о взыскании задолженности с Общества в пользу Комитета, на основании указанного исполнительного листа Ворошиловским районным ОСП г. Волгограда УФССП по Волгоградской области были возбуждены исполнительные производства Na 9716/155/34036-ИП от 06.03.2015; Na 311055/18/34036-ИП от 23.05.2018 (окончено 29.11.2018 на основании п. 4 ч. 1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве»);

Межрайонным отделом судебных приставов по особым исполнительным производствам УФССП по Волгоградской области были возбуждены исполнительные производства Na 37656/16/34044-ИП от 06.03.2015 (окончено 23.09.2017 на основании п. 4 ч. 1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве»); N 24627/19/34044-ИП от 04.07.2019 (окончено 22.08.2019 на основании п. 4 ч. 1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Сумма задолженности по судебным актам А12-17601/2014, А12-55700/2015, А12-11978/2015 с учетом частичного погашения в рамках принудительного исполнения перед Комитетом по управлению государственным имуществом Волгоградской области составляет 13 819 529 рублей 48 копеек.

В силу п. 3 ст. 58 Кодекса при разделении юридического лица его права и обязанности переходят к вновь возникшим юридическим лицам в соответствии с разделительным балансом. Передаточный акт и разделительный баланс должны содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и обязательства, оспариваемые сторонами (п. 1 ст. 59 Кодекса).

Как следует из п. п. 3.2, 2 передаточных актов от 12.01.2016, 22.01.2016, приложений к передаточным актам, разделительных балансов и расшифровке по счету 76.06, правопреемником ООО «Домострой-Волга» в части задолженности и пени последнего перед Комитетом по договору аренды № 7263 от 28.02.2007 в сумме 14 289 956,65 руб. является ООО «Волга».

Согласно выписки из ЕГРЮЛ от 29.01.2024 Инспекцией Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Волгограда в отношении ООО «Волга» 05.03.2021 была внесена запись о прекращении юридического лица (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

ФИО1 являлся единственным учредителем, руководителем ООО «Волга» с 01.02.2016 по 05.03.2021, то есть с момента реогранизации ООО «Домострой-Волга» и образования Общества и до момента прекращения деятельности юридического лица.

ФИО1 также являлся руководителем ООО «Домострой-Волга» с 16.03.2015 по 01.06.2016.

С учетом реорганизации 01.02.2016 юридическому лицу ООО «Волга» перешли все права и обязанности ООО «Домострой-Волга», в том числе, по погашению задолженности перед кредиторами.

Согласно статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, пункты 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ).

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" судам, применяя положения статьи 53.1 Гражданского кодекса об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Не сдача финансовой и бухгалтерской отчетности, не представление в налоговый орган достоверных сведений о юридическим лице, само по себе не образует достаточных оснований для привлечения соответствующих лиц к субсидиарной ответственности, поскольку не означает, что при сохранении статуса юридического лица у должника последний имел возможность осуществить расчеты с кредитором, но уклонилось от исполнения денежного обязательства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Наличие у юридического лица непогашенной задолженности само по себе не может являться бесспорным доказательством вины его руководителя в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга (определения Верховного Суда Российской Федерации от 10.01.2022 N 307-ЭС21-24748, от 08.11.2021 N 302-ЭС21-17295 и от 26.05.2021 N 307-ЭС21-7181).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 разъяснено следующее.

Участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически доведение до банкротства. Приведенная правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, 06.07.2020 N 307-ЭС20-180, от 17.07.2020 N 302-ЭС20-8980.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением должником обязательств и недобросовестными и неразумными действиями данных лиц.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

В данном случае Комитет вменяет в виду учредителю ООО «Волга» ФИО1 следующие обстоятельства:

- непогашение задолженности за счет денежных средств, полученных от реализации объектов недвижимости,

- непринятие мер, направленных на предотвращение исключения ООО «Волга» из ЕГРЮЛ при наличии непогашенной задолженности.

Как следует из материалов дела, взысканная судебными актами задолженность ООО «Волга» по арендной плате перед Облкомимуществом, образовалась в период с 19.10.2011 по 04.10.2015.

В качестве основания для привлечения Ответчика к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Волга», контролирующим лицом которого он являлся, Истцом указан пункт 1 ст.61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в соответствии с которым неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Истец считает, что основанием для подачи заявления Ответчиком о признании должника банкротом является тот факт, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Однако, Истец считает, что должник отвечал признакам неплатежеспособности после вынесения решения в пользу Комитета по делу № А12-17601/2014, о взыскании задолженности в размере 1 835 212 руб.

Однако точную дату обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом руководитель должника должен был обратиться не указывает.

По мнению истца не позднее одного месяца с даты вынесения решения по делу А12-17601/2014 руководитель должника обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Пунктом 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве предусмотрено, что правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.

Комитет вправе был реализовать свое право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности только после подачи заявления о признании должника банкротом, однако Истцом право на признание должника банкротом не было реализовано.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12 Закона о банкротстве обладают:

1) после завершения конкурсного производства или прекращения в ходе процедуры банкротства производства по делу на основании абз.8 п.1 ст.57 Закона о банкротстве:

- кредиторы по текущим обязательствам;

- кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов;

- кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов;

2) заявитель по делу о банкротстве, в случае прекращения производства по делу на основании абз.8 п.1 ст.57 Закона о банкротстве, до введения процедуры в деле о банкротстве,

3) уполномоченный орган, в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

Принятое в рамках дела о банкротстве заявление о привлечении к субсидиарной ответственности КДЛ, но не рассмотренное судом до завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу, подлежит рассмотрению судом по существу после завершения или прекращения по правилам групповых исков вне рамок дела о банкротстве в порядке искового производства (статьи 61.14, 61.19, 61.20 Закона о банкротстве) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2019 N 305-ЭС18-15765), определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757(2,3)).

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным ст.61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, поданное после завершения конкурсного производства, прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, рассматривается арбитражным судом, ранее рассматривавшим дело о банкротстве и прекратившим производство по нему (вернувшим заявление о признании должника банкротом):

- по правилам искового производства,

- если в деле о банкротстве аналогичное заявление по тем же основаниям к тем же лицам не рассматривалось (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 01.09.2021 №301-ЭС20-18311(2) по делу №А43-41965/2017).

Неполучение истцом статуса кредитора в деле о банкротстве исключает возможность предъявления заявления о субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке главы III.2 Закона о банкротстве после завершения конкурсного производства или прекращении производства по делу, соответственно по данному основанию заявление Комитета удовлетворению не подлежит.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной

ответственностью» от 08.02.1998 № 14-ФЗ исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ (руководители или участники общества), действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может

быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В силу пунктов 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско - правовой, в связи с чем, их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо,

право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело

или должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Следовательно, для

привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление N 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Проанализировав представленные доказательства, суд пришел к выводу о недобросовестности в действиях (бездействии) ФИО3, повлекшей за собой не исполнение обязательств Общества перед кредитором, о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

В обоснование доводов о недобросовестности и неразумности поведения ответчика истец указал следующее.

ФИО1 являлся учредителем ООО «Волга» с 01.02.2016 по 05.03.2021, то есть с момента реогранизации ООО «Домострой-Волга» и образования Общества и до момента прекращения деятельности юридического лица.

С учетом реорганизации 01.02.2016 юридическому лицу ООО "Волга" перешли все права и обязанности ООО «Домострой-Волга», в том числе, по погашению задолженности перед кредиторами.

В связи с вышеизложенным и в связи с отсутствием согласно сведениям из ЕГРН имущества у должника, на которое могло быть обращено взыскание, в настоящее время единственным способом восстановить нарушенные права Облкомимущества и взыскать указанную выше задолженность является привлечение учредителя к субсидиарной ответственности.

Согласно пп. 5.1 п. 1 ст. 23 Налогового кодекса РФ налогоплательщики обязаны представлять в налоговый орган по месту нахождения организации годовую бухгалтерскую (финансовую) отчетность не позднее трех месяцев после окончания отчетного года.

Согласно информации, полученной Комитетом из общедоступных источников (система СПАРК) ООО «Волга» представило последнюю бухгалтерскую отчетность за 2018 год, на основании которой усматривается баланс организации в размере 28 679 000,00 руб.

Также, согласно выписке из ЕГРН от 30.01.2024 о правах ООО «Домострой-Волга» на имевшиеся у него объекты недвижимости в период с 15.09.2015 по 24.02.2016 в собственности Общества находился объект незавершенного строительства с кадастровым номером 34:34:060033:763.

С учетом того, что ООО «Домострой-Волга» реорганизовано 01.02.2016 и учредителем вновь образованного юридического лица ООО «Волга» с 01.02.2016 являлся ФИО1, именно им был реализован вышеуказанный объект незавершенного строительства.

Кроме того, ФИО1 в спорный период являлся учредителем еще восьми юридических лиц, а именно: ТД БОРОДИНСКИЙ, ООО (ИНН <***>), СЕКОБ, ООО (ИНН <***>), БОНУС, ООО (ИНН <***>), ЭКОСТРОЙ, ООО (ИНН <***>), КСК ЗАСТАВА, АНО (ИНН <***>), КСК ЗАСТАВА, АНО (ИНН <***>), АВАНГАРД-ПРОЕКТ, ООО (ИНН <***>), АВАНГАРД, ООО (ИНН <***>), которые были также исключены из ЕГРЮЛ на основании решения регистрирующего органа (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности или как недействующее юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету), что также свидетельствует о недобросовестном поведении учредителя Общества.

В соответствии с аналитической справкой по судебной практике рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве) заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (далее - КДЛ), утвержденной постановлением президиума Арбитражного суда Волгоградской области от 26.09.2023, бездействие КДЛ, уклонившегося от предоставления достоверных сведений об адресе юридического лица, свидетельствует о его недобросовестности.

Так, учредитель ООО «Волга» уведомление о необходимости представления достоверных сведений об адресе юридического лица оставил без внимания, что повлекло внесение в Единый государственный реестр юридических лиц записи о недостоверности сведений об адресе юридического лица, а в последствии и исключение из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица.

Недобросовестность учредителя, заключается в том, что, зная о задолженности общества перед кредитором, подтвержденной судебным актом, не предпринимал действий по погашению суммы долга.

Напротив, общество при учредителе (КДЛ) ФИО1 перестало осуществлять какую- либо деятельность, в результате чего налоговым органом инициирован процесс исключения должника из ЕГРЮЛ. При этом исполнение судебных актов, вынесенных в пользу кредитора, оказалось невозможным.

Указанный правовой подход соответствует определению Верховного Суда Российской Федерации от 29.08,2023 № 307-ЭС23-15402.

Истец ссылался на то, что ответчик, выступая в отношении должника в качестве контролирующего лица, действовал недобросовестно, - фактически бросил организацию, не рассчитавшись с долгами и не обеспечив ее ликвидацию в установленном законом порядке (п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО).

Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего ("брошенный бизнес"). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 N 305-ЭС23-29091).

Кроме того, закон не только дает право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах (статья 2, часть 1 статьи 30, часть 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации, статьи 50.1, 51 ГК РФ, статьи 11, 13 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но и обязывает впоследствии ликвидировать созданное юридическое лицо в установленном порядке, гарантирующем, помимо прочего, соблюдение прав кредиторов этого юридического лица (статьи 61 - 64.1 ГК РФ, статья 57 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Во всяком случае, правопорядок не поощряет "брошенный бизнес", а добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать принципу "закончил бизнес - убери за собой".

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и могут его ограничить по своему усмотрению.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов, от дачи объяснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не предоставляющего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие или искажение этих документов. Привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо может опровергнуть презумпцию и доказать иное, представив свои документы и объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов, насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления N 53).

При рассмотрении настоящего дела общество Комитет указывал, что общество «Волга», всецело контролируемое ФИО1 и исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, имело перед заявителем непогашенную и бесспорную (подтвержденную судебным актом) задолженность. Несмотря на это ФИО1 не только не принял никаких мер для погашения задолженности, но и своим бездействием фактически бросил подконтрольное общество с долгами и способствовал его исключению из ЕГРЮЛ.

ФИО1 не представил в суд никаких документов, характеризовавших финансово-хозяйственную деятельность общества «Волга», не дал объяснений о причинах, по которому долг общества не был уплачен.

Согласно материалам дела при реорганизации 01.02.2016 юридическому лицу ООО «Волга» перешли все права и обязанности ООО «Домострой-Волга», в том числе, по погашению задолженности перед кредиторами.

Согласно информации, полученной Комитетом из общедоступных источников (система С ПАРК) ООО «Волга» представило последнюю бухгалтерскую отчетность за 2018 год, на основании которой усматривается баланс организации в размере 28 679 000,00 руб.

Также, согласно выписке из ЕГРН от 30.01.2024 о правах ООО «Домострой-Волга» на имевшиеся у него объекты недвижимости в период с 15.09.2015 по 24.02.2016 в собственности Общества находился объект незавершенного строительства с кадастровым номером 34:34:060033:763.

С учетом того, что ООО «Домострой-Волга» реорганизовано 01.02.2016 и учредителем вновь образованного юридического лица ООО «Волга» с 01.02.2016 являлся ФИО1, именно им был реализован вышеуказанный объект незавершенного строительства.

В то же время при осуществлении деятельности ООО «Волга», при переходе всех права и обязанности ООО «Домострой-Волга», в том числе, по погашению задолженности перед кредиторами, ООО «Волга» не были открыты счета в банках, для осуществления платежей, что подтверждает ответ МИ ФНС России №10 по Волгоградской области от 19.06.2024 № 05-37/008545, что лишило кредиторов возможности предъявить свои требования к исполнению в принудительном порядке.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, а также то, что вероятной причиной невозможности погашения требований кредиторов являлось поведение контролирующего должника лица.

В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).

Приведенные положения законодательства, определяющие основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, а также правила распределения бремени доказывания по данной категории споров при их разрешении вне рамок дела о банкротстве, на применение которых неоднократно указывалось в практике Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (определения от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865, от 23.01.2023 N 305-ЭС21-18249(2,3), от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671, от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637, от 26.04.2024 N 305-ЭС23-29091, от 27.06.2024 N 305-ЭС24-809 и др.).

Верховный Суд РФ в Определение от 27.06.2024 N 305-ЭС24-809 по делу N А41-76337/2021 согласившись с тем, что наличие у исключенной из ЕГРЮЛ организации непогашенных долгов само по себе не является прямым доказательством недобросовестности контролирующих ее лиц. Вместе с тем Суд напомнил, что применительно к этому вопросу действует ряд презумпций, одна из которых заключается в том, что контролирующее лицо, не представившее в рамках спора с кредитором разумного обоснования подобной ситуации, признается виновным в причинении ему убытков.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.

Таким образом, бездействие участника, уклонившегося от предоставления достоверных сведений об адресе юридического лица, свидетельствует о его недобросовестности.

Неосуществление КДЛ ликвидации общества при наличии на момент исключения общества из ЕГРЮЛ подтвержденной в судебном порядке кредиторской задолженности также свидетельствует о намеренном пренебрежении контролирующим лицом своими обязанностями, что в силу указанных выше положений нормативных актов и разъяснений высших судебных инстанций является основанием для привлечения участника (к субсидиарной ответственности по задолженности Общества перед Комитетом на общую сумму 13 819 529,48 рублей.

Судом учтено, что при обращении в суд с основанным на пункте 3.1 статьи 3 Закона об ООО требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Исходя из статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 Конституции Российской Федерации и из специального требования о добросовестности, закрепленного в Гражданском кодексе Российской Федерации и в Законе об ООО, стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере, совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту.

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротств» если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Применительно к настоящему спору, истец доказал неразумность и недобросовестность в действиях (бездействии) ответчика.

В связи с чем, бремя опровержения сомнений в добросовестности осуществления руководителем общества своих полномочий перешло на ответчика.

Вместе с тем, ответчик не раскрыл информацию о причинах возникновения задолженности перед истцом, не обосновал свое бездействие по неоплате арендных платежей.

Доказательств о том, что неисполнение договорного обязательства обществом было связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, ответчиком не представлено и судом таких обстоятельств не установлено.

При таких обстоятельствах, суд усматривает основания для удовлетворения заявленных исковых требований.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст. ст. 110, 167-170 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Волга».

Взыскать с ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Волга» в пользу Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области 13 819 529 рублей 48 копеек.

Взыскать с ФИО1 в доход Федерального Бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 92 098 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области в установленный законодательством срок.


Судья А.Н. Акимов