Постановление от 28 июля 2023 г. по делу № А79-7866/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А79-7866/2021

05 июля 2023 года


Резолютивная часть постановления объявлена 28 июля 2023 года.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Белозеровой Ю.Б.,

судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.,


при участии

представителя ФИО1: ФИО2 по доверенности от 06.05.2019


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО3 –

финансового управляющего ФИО4


на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 27.12.2022 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2023

по делу № А79-7866/2021,


по заявлению финансового управляющего ФИО3

к ФИО1

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

ФИО4 (ИНН <***>)


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее – должник) финансовый управляющий ФИО3 (далее – финансовый управляющий) обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля от 02.11.2018 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 (далее – ответчик) 1 700 000 рублей в конкурсную массу должника.

Требования мотивированы пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьями 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5 и ФИО6.

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии определением от 27.12.2022, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2023, отказал в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой попросил отменить определение от 27.12.2022 и постановление от 02.05.2023, принять новый судебный акт об удовлетворении требований.

В обоснование кассационной жалобы финансовый управляющий ссылается на неверное применение судами норм материального права. По его мнению, суды при оценке платежеспособности должника не определили момент возникновения задолженности при наличии новых кредитных обязательств в виде займов, которые свидетельствуют о недостаточности денежных средств у ФИО4 Финансовый управляющий также указывает на необоснованность вывода судов о том, что ФИО1 и ФИО6 являются добросовестными приобретателями автотранспортного средства. Обстоятельств, препятствующих им получить сведения о нахождении автомобиля в залоге, размещенные в свободном доступе на официальном сайте Федеральной нотариальной палаты, судами не установлено.

Финансовый управляющий настаивает на совершение сделки со злоупотреблением правом, а также на признании договора купли-продажи автомобиля от 02.11.2018 притворной сделкой. По мнению финансового управляющего, решение суда общей юрисдикции, которое установило реальность спорной сделки, не имеет преюдициального значения, поскольку при рассмотрении данного дела суды ограничились проверкой формального документооборота, при этом исполнение обязательств сторонами по договору от 02.11.2018 не проверялось, информация о регистрации залога не запрашивалась. Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

Ко дню судебного заседания поступило ходатайство должника об отложении судебного разбирательства в связи с нахождением в медицинском учреждении и уходом за ребенком.

Рассмотрев данное ходатайство, кассационная инстанция пришла к выводу об отсутствии правовых оснований для его удовлетворения, предусмотренных в статье 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу данной нормы отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

Согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание арбитражного суда кассационной инстанции лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства. В настоящем случае характер спора не требует личных пояснений должника, который в тоже время не был лишен возможности представить письменную позицию по доводам кассационной жалобы. В кассационной жалобе отсутствуют вопросы, которые не могут быть надлежащим образом разрешены на основании материалов дела и письменных доводов сторон.

ФИО1 в письменном отзыве и его представитель устно в заседании отклонил доводы кассационной жалобы, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов, настаивает на совершении сделки в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и на выполнении сторонами своих обязательств в полном объеме при подписании оспариваемого договора, в том числе по оплате автотранспортного средства.

Ответчик полагает, что в результате совершения оспариваемой сделки не нарушены права и законные интересы кредиторов должника, не произошло уменьшение конкурсной массы, поскольку транспортное средство не является имуществом должника, так как находилось в залоге у банка, в связи с чем отсутствуют основания для признания сделок недействительными как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик указывает, что довод ФИО4 об устной договоренности с ФИО1 об оплате кредита после покупки транспортного средства опровергается представленными АО «Тойота Банк» по запросу Новочебоксарского городского суда выписками по оплате кредита. В соответствии с данными выписками платежи по кредитному договору производились ФИО4 и индивидуальным предпринимателем ФИО7, которая приходится матерью ее мужа ФИО8

По мнению ответчика, целью финансового управляющего является продление срока оспаривания сделки, применив специальные нормы в рамках дела о банкротстве для лишения возможности включения ФИО1 в реестр требований кредиторов. В материалах дела имеются доказательства платежеспособности ФИО4 и отсутствия признаков банкротства, в том числе об этом свидетельствует представленный по запросу ФИО1 ответ о перелетах должника за пределы Российской Федерации.

ФИО1 обращает внимание суда округа на то, что ФИО3 является финансовым управляющим супруга должника – ФИО8, в рамках дела о банкротстве которого ей стали известны обстоятельства, являющиеся основанием исключения требований общества с ограниченной ответственностью «ВолгоВятшина» из реестра требований кредиторов ФИО4 Однако, соответствующие действия финансовым управляющим не совершены, поскольку его целью не является реальное удовлетворение требований кредиторов должника.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения от 27.12.2022 и постановления от 02.05.2023 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установили суды, должник и АО «Тойота Банк» (банк) подписали кредитный договор от 31.07.2018 № AN-18/47247, по условиям которого транспортное средство TOYOTARAV 4 передано в залог банку.

Должник (продавец) и ФИО1 (покупатель) 02.11.2018 заключили договор купли-продажи автомобиля TOYOTA RAV 4, являющегося предметом залога. Стоимость автомобиля по условиям договора составила 1 700 000 рублей. При подписании договора стороны указали, что денежные средства получены продавцом в полном размере, транспортное средство передано покупателю.

На основании договора купли-продажи от 16.11.2019 ФИО1 продал указанное транспортное средство ФИО6 за 1 675 000 рублей.

Вступившим в законную силу решением Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 15.09.2021 по делу № 2-791/2021 с ФИО4 в пользу ФИО1 взыскано неосновательное обогащение в сумме 1 358 524 рублей, перечисленной последним в счет погашения задолженности по кредитному договору от 31.07.2018 № AN-18/47247.

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии определением от 03.09.2021 возбудил в отношении ФИО4 дело о несостоятельности (банкротстве); решением от 26.10.2021 признал должника банкротом и ввел процедуру реализации имущества гражданина, утвердив финансовым управляющим ФИО3

Полагая, что совершение сделки от 02.11.2018 по продаже транспортного средства причинило вред имущественным интересам кредиторов, поскольку должник не получил оплату за спорный автомобиль, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении требования, суды руководствовались положениями части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 61.1, 61.2 Закон о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) и исходили из преюдициальности обстоятельств, установленных решением суда общей юрисдикции, оплаты по договору от 02.11.2018, а также отсутствия доказательств наличия умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, совершение сделки с целью причинения вреда кредиторам должника.

Рассмотрев кассационную жалобу финансового управляющего, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не нашел правовых оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из иных указанных в данной норме условий.

В соответствии с разъяснениями, изложенным в пункте 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления № 63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 6 Постановления № 63).

Суд апелляционной инстанции при оценке платежеспособности должника установил отсутствие доказательств наличия у ФИО4 на момент совершения оспариваемой сделки неисполненных обязательств перед кредиторами. Согласно выписке по счету должник осуществлял платежи по погашению обязательств по кредитному договору от 31.07.2018 № AN-18/47247.

Вопреки доводам заявителя суды приняли во внимание наличие кредитных обязательств по договорам с ООО МФК «Займ онлайн» и ООО «МФК Веб-займ» и пришли к обоснованному выводу о том, что ФИО4 не отвечала признакам неплатежеспособности.

Доказательств того, что на момент приобретения спорного автотранспортного средства ФИО1 было известно о неплатежеспособности ФИО4, в частности, относительно обязательств перед кредитором, чьи требования включены в реестр, заявителем не представлено. Оспаривание данного факта влечет переоценку фактических обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением Новочебоксарским городским судом Чувашской Республики от 15.09.2021 по делу № 2-791/2021. При этом судом апелляционной инстанции заинтересованность ответчика по отношению к должнику применительно к статье 19 Закона о банкротстве также не установлена.

В рамках дела № 2-791/2021 судом общей юрисдикции разрешен вопрос о реальном исполнении договора купли-продажи от 02.11.2018 при рассмотрении искового заявления ФИО1 к должнику о взыскании неосновательного обогащения, возникшего в результате погашение задолженности ФИО4 перед АО «Тойота Банк» по кредитному договору от 31.07.2018 № AN-18/47247.

Судом общей юрисдикции установлено, что ввиду непогашения должником кредитных обязательств АО «Тойота Банк» обратилось с иском о взыскании с ФИО1, ФИО6, ФИО9 суммы долга по кредиту. ФИО6 обратился с претензий к ФИО1 о расторжении договора купли-продажи автомобиля, заключенного между ними, о возврате денежных средств.

ФИО1 17.11.2020 погасил за ФИО4 задолженность по кредитному договору от 31.07.2018 № AN-18/47247, что подтверждается квитанцией об оплате задолженности по кредиту от 14.11.2020 № 797955.

Судом общей юрисдикции установлено, что обязательства по договору купли-продажи от 02.11.2018 исполнены в полном объеме, исходя из буквального содержания договора об оплате покупателем товара продавцу, который, в свою очередь, передал автотранспортное средство. При заключении договора должник скрыл информацию о том, что спорное транспортное средство приобретено в кредит и находится в залоге у банка.

Оснований для переоценки обстоятельств, установленных судебным актом суда общей юрисдикции, которое в силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации носит преюдициальный характер для настоящего спора, у судов не имелось. В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявитель не представил доказательств, достоверно опровергающих ранее установленные судом обстоятельства.

Сама по себе реализация имущества должника не свидетельствует о причинении имущественного вреда его кредиторам, поскольку в данном случае взамен реализованного имущества продавец получил денежные средства в качестве его оплаты.

При этом в материалах дела не имеется доказательств несоответствия предусмотренной в договоре купли-продажи от 02.11.2018 цены автотранспортного средства рыночной стоимости. Финансовый управляющий не привел доводов и доказательств, подтверждающих безвозмездный характер оспоренной сделки либо неравноценное предоставление по ней со стороны покупателя.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом наличия договорных отношений, фактического исполнение сторонами принятых на себя обязательств, приняв во внимание возмездный характер сделки, а также отсутствие доказательств наличия у сторон цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания спорной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Довод финансового управляющего о том, что действуя осмотрительно и добросовестно, ФИО1 не принял всех мер по получению общедоступной информации о нахождении транспортного средства в залоге, противоречит обстоятельствам дела. Факт сокрытия должником от ФИО1 при заключении договора купли-продажи от 02.11.2018 сведений о наличии залога имущества установлен решением Новочебоксарского городского суда Чувашской Республики от 15.09.2021 по делу № 2-791/2021, имеющим преюдициальное значение.

В четвертом абзаце пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из содержания указанной нормы, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер. С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом со стороны контрагента, выразившемся в заключении спорной сделки.

Установив отсутствие обстоятельств, указывающих на злоупотребление правом со стороны ФИО4, суд апелляционной инстанции принял во внимание обстоятельства, установленные судом общей юрисдикции, имеющие преюдициальное значение для рассматриваемого спора. При этом в материалы настоящего дела не представлено доказательств, свидетельствующих о заведомой противоправной цели совершения спорной сделки сторонами и о намерении сторон реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Довод о том, что ФИО1 и ФИО6 являются недобросовестными приобретателями также не нашел своего документального подтверждения.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу названной нормы по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Обзора судебной практики № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения в отношении данного имущества.

Проанализировав спорную сделку на предмет ее ничтожности в силу части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив документальное подтверждение реальности оспариваемой сделки, суд апелляционной инстанции не усмотрел направленности действий на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника. Доказательств того, что поведение сторон сделки направлено на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю сторон, не представлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции обоснованно не усмотрел у договора купли-продажи от 02.11.2018 признаков притворной сделки, прикрывающей иную волю ее участников, в частности, вывод имущества из собственности должника, и пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания спорной сделки недействительной (ничтожной) на основании статьи 10 и пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и с оценкой судами двух инстанций доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств спора в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 27.12.2022 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 02.05.2023 по делу № А79-7866/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО3 – финансового управляющего ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий


Ю.Б. Белозерова




Судьи


Е.В. Елисеева

С.В. Ионычева