Решение от 18 февраля 2019 г. по делу № А35-6379/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

г. Курск, ул. К. Маркса, д. 25

http://www.kursk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А35-6379/2018
18 февраля 2019 года
г. Курск


Резолютивная часть решения объявлена 11 февраля 2019 года.

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Песниной Натальи Александровны, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «Сиеста-фуд»

к обществу с ограниченной ответственностью «Олимпфуд»

о признании комплексного лицензионного договора №112 (договора коммерческой концессии) от 18.08.2017 незаключенным; взыскании денежных средств в размере 200 000 руб. 00 коп.; взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 20 956 руб. 16 коп.; взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 75 000 руб. 00 коп. и расходов по оплате государственной пошлины.

В судебном заседании приняли участие представители:

от истца – не явился, уведомлен надлежащим образом;

от ответчика – ФИО2 по доверенности от 01.01.2019.

Общество с ограниченной ответственностью «Сиеста-фуд» (далее - ООО «Сиеста-фуд», ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Хабаровск) обратилось в арбитражный суд с уточненным в ходе рассмотрения спора (09.01.2019) исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Олимпфуд» (далее – ООО «Олимпфуд», ОГРН <***>, ИНН <***>, г. Курск) о признании комплексного лицензионного договора №112 (договора коммерческой концессии) от 18.08.2017 незаключенным; о взыскании денежных средств в размере 200 000 руб. 00 коп.; о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 20 956 руб. 16 коп. за период с 19.08.2017 по 28.12.2018; о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 75 000 руб. 00 коп. и расходов по оплате государственной пошлины.

В судебном заседании 04.02.2019 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 11.02.2019.

Представитель истца ни в одно судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещены надлежащим образом, в ходе рассмотрения спора поддержал вышеуказанные уточненные требования. Также в ходе рассмотрения спора истец неоднократно менял правовую позицию по делу, считая спорный договор недействительным и незаключенным (письменные заявления с обоснованием позиции истца, имеются в материалах дела). В тоже время обоснования истца сводятся к тому, что, по его мнению, договор не заключен, так как не имеется подписанного оригинала договора. Истец поясняет, что спорный договор ему направлен по средством электронной связи, до настоящего времени оригинал документа, подписанный стороной ООО «Олимпфуд» ему не представлен, государственную регистрацию данный договор не проходил, обязательства по данному договору фактически не исполнены.

Представитель ответчика в судебном заседании 11.02.2019 возражал относительно удовлетворения заявленных требований, по снованиям, изложенным в письменных возражениях от 08.10.2018 и дополнительных возражениях, представленных в суд 04.02.2019, представил доказательства направления в адрес истца дополнительных возражений (приобщены к материалам дела), не поддержал заявленное ходатайство о вызове свидетеля. По мнению ответчика, между сторонами был заключен договор № 112 от 18 августа 2017 года; ООО «Сиеста-фуд» были перечислены денежные средства в размере 200 000 рублей, а ООО «Олимпфуд» направил в свою очередь в адрес истца конфиденциальные данные, которые являются коммерческой тайной и имеют огромную ценность в денежном выражении. Ответчик поясняет, что согласно переписки, приложенной к возражению на исковое заявление, ООО «Сиеста-фуд» по своей инициативе отказалось от заключения договора, в связи с болезнью руководителя, таким образом, осуществленные действия со стороны истца являются заявлением о расторжении ранее заключенного договора, следовательно основании для взыскания денежных средств не имеется. Кроме того, ответчик указывает, что принятие условий договора, а также осуществление действий по подготовке к началу ведения предпринимательской деятельности (аренда помещения, переговоры с поваром и другие действия) подтверждаются перепиской в социальной сети «В контакте». Также ответчик поясняет, что согласно спорного договора от 18 августа 2017 года ООО «Сиеста-фуд» не передавалось право использования товарного знака, что подтверждается пунктом 1.1. договора; вышеуказанный договора по своей сути является консультационным договором; в данном договоре информация, которая передавалась по договору истцу не подлежит регистрации в органах власти; право на использование товарного знака ответчику по указанному выше договору не передавалось.

Дело рассматривается в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие истца, извещенного надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, по имеющимся в нем доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителя ответчика, арбитражный суд установил следующее.

В материалы дела ООО «Сиеста-фуд» представлен комплексный лицензионный договор №112 (договор коммерческой концессии) от 18.08.2017 года, подписанный ООО «Сиеста-фуд» (правообладатель, подлинная подпись и печать) и ООО «Олимпфуд» (пользователь, подпись произведена посредством электронной переписки).

Пунктом 1.1 договора предусмотрено, что правообладатель обязуется предоставить пользователю за вознаграждение на срок, указанный в пункте 2.1. договора, право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс прав, принадлежащих правообладателю, включающий право на секрет производства, корпоративный стиль правообладателя, иные результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, в том числе включенные в указанные в договоре понятия. После государственной регистрации товарных знаков – правообладатель также может потребовать заключить дополнительное соглашение или отдельный договор в отношении таких товарных знаков, в целях правомерного использования пользователем в целях рекламы, продвижения и оказания услуг.

Настоящий договор предусматривает использование комплекса прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме, установленном в настоящем договоре, в течение срока и на территории использования применительно к определенной сфере деятельности (в т.ч. предпринимательской) пользователя – применительно к оказанию услуг (п. 1.2. договора).

В силу пункта 1.3. договора, за предоставление ему комплекса прав в соответствии с настоящим договором пользователь обязуется выплачивать правообладателю вознаграждение на условиях и в сроки, предусмотренные договором.

Для оказания услуг пользователь может использовать в соответствии с настоящим договором комплекс прав. Услуги, должны оказываться пользователем в соответствии с договором и обязательными указаниями правообладателя. В рамках договора правообладатель обязуется предоставить пользователю доступ к необходимым материалам, инструкциям и иным результатам интеллектуальной деятельности и средствами индивидуализации, указанным в настоящем договоре, относящимся к секрету производства и корпоративному стилю правообладателя, перечень которых приводится в Приложении №1 (п. 1.7. договора).

Согласно пункту 1.8. договора, указанные в Приложении №1 материалы, инструкции и иные результаты интеллектуальной деятельности, содержащие секрет производства (ноу-хау), корпоративный стиль правообладателя и после государственной регистрации товарного знака такой товарный знак предоставляются пользователю в электронной форме посредством электронных каналов связи (посредством организации удалённого доступа) либо по выбору правообладателя такие материалы, инструкции и иные результаты интеллектуальной деятельности, содержащие секрет производства (ноу-хау), корпоративный стиль правообладателя и после государственной регистрации товарного знака такой товарный знак могут быть предоставлены правообладателем на материальном носителе.

В Приложении №1 к договору стороны определили перечень необходимых материалов, инструкций и иных результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, для целей ведения деятельности в соответствии с договором.

Срок, на который заключается договор и соответственно предоставляются права на использование секрета производства, а также корпоративного стиля правообладателя (в отношении указанных объектов целиком в отношении каждого из составляющих его результатов интеллектуальной деятельности) 5 лет с момента начала действия настоящего договора и автоматически продлевается на следующий год, если ни одна из сторон не заявит о своем намерении прекратить его не позднее, чем за месяц до истечения срока действия договора (п. 2.1. договора).

В соответствии с пунктом 2.2. договора, после государственной регистрации товарных знаков (любого из них), правообладатель имеет право потребовать от пользователя заключить дополнительное соглашение к настоящему договору, в соответствии с которым пользователю будет предоставлено право использования зарегистрированного товарного знака на условиях простой (неисключительной) лицензии в соответствии с установленным договором объёмом, на срок, не превышающий срок действия предоставленной лицензии на секрет производства и корпоративный стиль правообладателя.

Соответствующие изменения и дополнения к настоящему договору и дополнительным соглашениям к нему, а также отдельные договоры, касающиеся товарного знака должны быть направлены в Роспатент в целях государственной регистрации предоставления соответствующих прав в случаях, когда это необходимо в соответствии с законом (п. 2.4. договора).

Условия и объем использования комплекса прав и его составляющих определены в разделе 3 договора.

В пункте 3.5 договора стороны предусмотрели условия использования права на товарный знак. В пункте 3.6 стороны условились заключить на этот счет отдельное дополнительное соглашение после государственной регистрации товарных знаков правообладателя.

Согласно пункту 4.1. договора, настоящий договор предусматривает обязанность пользователя выплачивать правообладателю вознаграждение за пользование комплексом прав на условиях простой (неисключительной) лицензии в отношении объектов, составляющих комплекс прав, а также за услуги по сопровождению деятельности, консультирование и иные блага, предоставляемые правообладателем.

В соответствии с положениями пунктом 4.2. договора, вознаграждение, выплачиваемое правообладателю, состоит из двух типов платежей: паушальный платеж и роялти.

Паушальный платеж – единовременное вознаграждение за заключение договора – в размере 200 000 руб. Роялти – вознаграждение, выплачиваемое пользователем правообладателю с момента открытия места оказания услуг, но не позднее истечения предусмотренного настоящим договором льготного периода со дня начала действия настоящего договора, один раз каждый месяц. Размер роялти составляет 5 % от выручки пользователя за соответствующие отчетный период, определяемый как сумма всех и любых поступлений пользователю в связи с оказанием услуг и продажей товаров, но в любом случае не меньше 5 000 руб. (п. 4.2.1., 4.2.2. договора).

Согласно пункту 4.3. договора, паушальный платёж должен быть выплачен правообладателю в течение 5 рабочих дней с момента подписания настоящего договора. В случае неуплаты, договор считается не действительным и подлежит расторжению.

Роялти выплачиваются не позднее 5 рабочих дней с момента окончания отчетного периода (п. 4.4. договора).

Согласно пункту 4.7. договора обязательство по уплате вознаграждения считается исполненным с момента зачисления денежных средств на расчетный счет правообладателя.

В случае просрочки выплаты сумм, выплата которых предусмотрена настоящим договором, пользователь несет ответственность в виде штрафной неустойки, составляющей 0,1% от невыплаченной суммы за каждый день просрочки (п. 6.6. договора).

Стороны обоюдно заверяют друг друга, что имеют однозначное понимание о том, что регистрация товарного знака связана с деятельностью третьих лиц – уполномоченных государственных органов, в связи с чем, отказ в государственной регистрации товарного знака не будет являться основанием для прекращения действия настоящего договора и настоящий договор будет продолжать действовать, а комплекс прав не будет включать товарный знак (п. 6.10. договора).

В соответствии с пунктом 7.4. договора, все споры, связанные с договором прямо или косвенно стороны обязуются решать путем переговоров с обязательным соблюдением претензионного порядка (претензия направляется по указанному в реквизитах адресу регистрации ценным письмом с описью вложения, копия направляется по указанной электронной почте, срок для ответа на претензию - 15 календарных дней с момента получения претензии, но не позднее 15 календарных дней с момента получения претензии в электронном виде). В случае недостижения согласия стороны обязуются передать спор на рассмотрение в арбитражный суд по месту нахождения правообладателя.

Пункт 7.5 договора предусматривает, что все сообщения и предложения, а равно отчёты, направляются по почтовым и электронным адресам сторон и являются надлежащими, если позволяют идентифицировать отправившее лицо. Стороны условились применять к подписанию документов, составляющих содержание электронной переписки, правила о простой электронной подписи, рассматривая в качестве такой простой электронной подписи адреса почтовых ящиков, указанные в реквизитах (поскольку доступ к электронным ящикам осуществляется при помощи паролей), и приравнивая такие простые электронные подписи к аналогу собственноручной подписи сторон. Документы, подписанные простой электронной подписью, стороны рассматривают в качестве аналогов документов на бумажном носителе. Стороны обязуются сохранять в тайне ключи своих электронных подписей (пароли от адресов электронной почты) и соблюдать правила, установленные операторами соответствующих информационных систем.

Как усматривается из материалов дела и не оспаривается сторонами, право на использование товарного знака истцу по указанному выше договору не передавалось.

Согласно ответу ФГБУ «Федеральный институт промышленной собственности» Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 27.12.2018 на запрос суда, в результате проведенного информационного поиска установлено, что распоряжений исключительными правами на объекты интеллектуальной собственности по договорам, заключенным между указанными в обращении лицами - ООО «Сиеста-фуд» и ООО «Олимпфуд», не выявлено, соответствующие заявления не поступали.

Как указывает истец во исполнение условий договора, платежным поручением №193 от 11.09.2017 ООО «Сиеста-фуд» перечислило ООО «Олимпфуд» денежные средства в размере 200 000 руб. 00 коп. (платежное поручение №193 от 11.09.2017, имеется в материалах дела).

В материалах дела имеется заявление ООО «Сиеста-фуд» (с доказательствами направления), в котором истец просит направить в его адрес подписанный экземпляр соглашения о расторжении договора и вернуть денежные средства в размере 200 000 руб., перечислив по указанным реквизитам.

Также в материалах дела имеется соглашение от 13.03.2018 (с доказательствами направления) о расторжении комплексного лицензионного договора №112 (договора коммерческой концессии) от 18.08.2017 года, подписанное только со стороны ООО «Сиеста-фуд».

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, в том числе на незаключенность спорного договора, в связи с чем необходимость вернуть денежные средства, перечисленные 11.09.2017, в сумме 200 000 руб. 00 коп., истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском, уточненным в ходе рассмотрения спора.

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Сиеста-фуд» не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно пункту 1 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Исходя из разъяснений, изложенным в абзаце 2 пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №16 «О свободе договора и ее пределах», при квалификации договорного обязательства принимается во внимание не его название, а предмет договора, действительное содержание прав и обязанностей сторон, распределение рисков и т.д.

Несмотря на то, что в заголовке договора указывается, что он является договором коммерческой концессии, из содержания пунктов 2.2 и 3.5 следует, что использование права на товарный знак не было предметом рассматриваемой сделки. В пункте 3.6 стороны условились заключить на этот счет отдельное дополнительное соглашение после государственной регистрации товарных знаков правообладателя.

Поскольку в силу пункта 1 статьи 1027 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательным условием для правовой квалификации договора как договора коммерческой концессии является предусмотренное таким договором предоставление права использования товарного знака, отсутствие такого условия не позволяет применять к спорным отношениям правила, регулирующие коммерческую концессию.

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона к отдельным отношениям сторон по договору.

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Из буквального содержания слов и выражений условий комплексного лицензионного договора №112 (договора коммерческой концессии) от 18.08.2017 следует, что он является смешанным договором, содержащим как элементы лицензионного договора в части предоставления права использовать секреты производства и составные части корпоративного стиля правообладателя, так и элементы договора возмездного оказания консультационных и иных услуг.

Общая норма, регулирующая отношения при заключении лицензионного договора, предусмотрена статьей 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации. Согласно данной статье по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах. Лицензионный договор заключается в письменной форме, если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность лицензионного договора.

В силу статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно пункту 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В соответствии с частью 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Следовательно, в остальных случаях суд вправе руководствоваться копией документа при условии, что никто из лиц, участвующих в деле, не оспаривает ее подлинность по правилам статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В рамках настоящего спора истцом представлена копия спорного договора, не подписанного сторонами, а также ответчиком представлен договор комплексный лицензионный договор №112 (договор коммерческой концессии) от 18.08.2017 года, подписанный ООО «Сиеста-фуд» (правообладатель, подлинная подпись и печать) и ООО «Олимпфуд» (пользователь, подпись произведена посредством электронной переписки).

Как усматривается из представленных сторонами экземпляров договоров, условия и форма в представленных экземплярах договоров тождественны. В тоже время, ходатайство о фальсификации представленного ответчиком экземпляра договора истцом в рамках рассмотрения спора заявлено не было.

Более того, судом принимаются во внимание условия пункта 7.5. договора предусматривающие, что все сообщения и предложения, а равно отчёты, направляются по почтовым и электронным адресам сторон и являются надлежащими, если позволяют идентифицировать отправившее лицо. Стороны условились применять к подписанию документов, составляющих содержание электронной переписки, правила о простой электронной подписи, рассматривая в качестве такой простой электронной подписи адреса почтовых ящиков, указанные в реквизитах (поскольку доступ к электронным ящикам осуществляется при помощи паролей), и приравнивая такие простые электронные подписи к аналогу собственноручной подписи сторон. Документы, подписанные простой электронной подписью, стороны рассматривают в качестве аналогов документов на бумажном носителе.

Данные обстоятельства позволяют суду считать соблюденной письменную форму комплексного лицензионного договора №112.

Таким образом, доводы истца относительно того, что договор не заключен (либо недействителен), так как не имеется подписанного оригинала договора, а также, что спорный договор направлен истцу по средством электронной связи, до настоящего времени оригинал документа, подписанный стороной ООО «Олимпфуд» ему не представлен, отклоняются судом, поскольку противоречат представленным в материалы дела доказательствам и условиям договора (пункт 7.5.).

Оценивая лицензионный договор, фактически подписанный сторонами, необходимо учитывать положения пункта 2 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации о возможности сторон установить, что условия заключенного ими договора применяются к их отношениям, возникшим до заключения договора.

По смыслу статьи 64 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт возникновения и нарушения спорного обязательства, суд вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Допустимыми доказательствами являются, в том числе, сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки информации, содержащейся в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из электронной переписки сторон, представленной ответчиком (и не оспоренной истцом), следует, что условия спорного договора исполнялись ответчиком в отношении передачи истцу принадлежащих ему прав на необходимые материалы, инструкции и иные результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, для целей ведения деятельности в соответствии с договором, указанные в Приложении №1 к договору. Согласно пояснениям ответчика и усматривается из электронной переписки сторон, указанные материалы касались услуг по открытию и ведению бизнеса (предпринимательской деятельности) в области общественного питания.

Действиями по исполнению договора, перечислением денежных средств в размере 200 000 руб. 00 коп., истец подтвердил существование спорного обязательства между сторонами. Как усматривается из искового заявления, истец пояснил, что указанные денежные средства им были перечислены во исполнение обязательств по договору.

Также судом принимается во внимание, что в материалы дела истец представил соглашение от 13.03.2018 о расторжении комплексного лицензионного договора №112 (договора коммерческой концессии) от 18.08.2017 года, подписанное со стороны ООО «Сиеста-фуд», которое также свидетельствует, что истец исходил из заключенности спорного договора.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 6 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 25.12.2018 №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» следует, что если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 1232 ГК РФ, в случаях, когда результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации подлежит в соответствии с настоящим Кодексом государственной регистрации, отчуждение исключительного права на такой результат или на такое средство по договору, залог этого права и предоставление права использования такого результата или такого средства по договору, а равно и переход исключительного права на такой результат или на такое средство без договора, также подлежат государственной регистрации, порядок и условия которой устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела и согласно пояснениям ответчика, информация, которая передавалась по договору истцу, не подлежит государственной регистрации.

В свете изложенного арбитражный суд, руководствуясь положениями пункта 5 статьи 166, пункта 2 статьи 431.1, пункта 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации отклоняет доводы истца о незаключенности и недействительности спорного обязательства.

Отсутствие доказательств передачи истцу указанных в Приложении №1 к спорному договору необходимых материалов, инструкций и иных результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, не подтверждается материалами дела, поскольку в силу пункта 1.8. договора поименованные в Приложении №1 к договору материалы предоставляются пользователю в электронной форме посредством электронных каналов связи (посредством организации удаленного доступа) либо по выбору правообладателя - на материальном носителе.

Иных доводов, подкрепленных соответствующими доказательствами и опровергающих вышеназванные выводы суда, не приведено.

При изложенных обстоятельствах и в соответствии с вышеприведенными нормами права, требование истца о признании комплексного лицензионного договора №112 (договора коммерческой концессии) от 18.08.2017 незаключенным, не подлежит удовлетворению.

Поскольку факт заключения комплексного лицензионного договора №112 от 18.08.2017 подтвержден, оснований для возврата денежных средств (паушальный платеж – единовременное вознаграждение за заключение договора) в размере 200 000 руб. 00 коп. перечисленных ООО «Сиеста-фуд» платежным поручением №193 от 11.09.2017 ООО «Олимпфуд» во исполнение условий договора (пункт 4.2.1), у суда не имеется, в связи с чем данное требование не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, требование истца о взыскании в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 20 956 руб. 16 коп., также не подлежит удовлетворению с учетом результатов рассмотрения спора, поскольку фактически является дополнительным.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

С учетом результатов рассмотрения дела, заявленное истцом требование о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 75 000 руб. 00 коп., не подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины также относятся судом на истца, излишне уплаченная истцом государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 17, 27, 28, 102, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Сиеста-фуд» отказать.

Выдать обществу с ограниченной ответственностью «Сиеста-фуд», справку на возврат из федерального бюджета государственной пошлины в сумме 5 851 руб. 00 коп., уплаченной платёжным поручением №711 от 31.07.2018.

Данное решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Курской области в течение месяца после его принятия в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд, в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, в Арбитражный суд Центрального округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Н.А. Песнина