Постановление от 4 сентября 2023 г. по делу № А41-718/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-718/2022
04 сентября 2023 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 04 сентября 2023 года

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Уддиной В.З., судей Дербенева А.А., Кручининой Н.А., при участии в судебном заседании: от ООО «Гебау Кюнстстофф» - ФИО1, дов. от 29.08.2022,

при рассмотрении в судебном заседании кассационной жалобы ООО «Гебау Кюнстстофф»

на определение Арбитражного суда Московской области от 14.03.2022 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023

по делу № А41-718/2022

о признании требования подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 30.11.2022 по делу № А41-718/2022 в отношении ООО «Агрокомплекс «Иванисово» открыто конкурсное производство. К процедуре банкротства ООО «Агрокомплекс «Иванисово» применены

правила параграфа 3 главы 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

ООО «Гебау Кюнстстофф» обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 7 310 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Московской области от 14 марта 2023 года требование ООО «Гебау» в размере 7 310 000 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, кредитор обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить и принять новый судебный акт о включении задолженности в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции заявитель поддержал кассационную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как установлено судами, 19.03.2020 между ООО "Агрокомплекс "Иванисово" (арендодатель) и ООО «Гебау Кюнстстофф» (арендатор) был заключен договор аренды нежилого помещения № 776 (далее Договор).

Согласно договору, арендодатель передает арендатору во временное пользование нежилое помещение площадью 1024,5 кв.м., расположенное по адресу: Московская область, городской округ Электросталь, пос. Случайный, здание № 4, срок действия договора был установлен между Сторонами 11 месяцев.

Арендная плата установлена в размере 11 990 000 рублей за 11 месяцев.

Вышеуказанная сумма была выплачена заявителем платежным поручением № 77 от 19.03.2020.

02.04.2020 между заявителем и должником было составлено соглашение о расторжении договора, согласно, которому договор прекращает свое действие с 02.04.2020 арендодатель возвращает арендатору денежные средства в размере 11 990 000 рублей.

Должник произвел частичный возврат вышеуказанной суммы в размере 4 680 000 рублей платежным поручением № 1045 от 30.04.2020.

Как указал заявитель, обязательство по возврату арендной платы должник исполнил частично, в связи с чем, у него имеется задолженность в размере 7 310 000 рублей.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения кредитора в суд с заявленным требованием.

Признавая требования кредитора подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствовался положениями Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 25.09.2017 № 309-ЭС17-344 (2), от 15.06.2016 № 308-ЭС161475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) и утвержденном Президиумом 29.01.2020 Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, а также Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 13.05.2014 по делу № А41-36402/2012, исходил из того, что заключение договора аренды не имело целевой характер и было направлено на создание кредиторской задолженности перед ООО «Гебау Кюнстстофф», что свидетельствует о компенсационном финансировании должника со стороны кредитора.

Судебная коллегия окружного суда, соглашаясь с такими выводами судов первой и апелляционной инстанций, исходит из соответствия установленных судами фактических обстоятельств, имеющимся в материалах обособленного спора доказательствам и правильного применения относительно установленных обстоятельств норм материального и процессуального прав, отмечая при этом, что суд кассационной инстанции не вправе в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций.

Судами установлено, что требование кредитора основано на договоре аренды от 19.03.2020. Кредитор в обоснование заявленных требований указал на то, что ввиду расторжения 02.04.2020 между заявителем и должником договора, у должника перед ООО «Гебау» образовалась задолженность в размере 7 310 000 рублей, составляющая часть суммы арендной платы за 11 месяцев.

Конкурсным управляющим были заявлены возражения относительно реальности договорных отношений со ссылкой на факт аффилированности сторон, отсутствие экономической целесообразности заключения договора аренды и продолжительное непринятие мер к истребованию задолженности.

Суды отметили, что из общедоступных сведений Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) следует, что учредителями заявителя на момент заключения Договора, то есть на 19.03.2020 г., являлись: ФИО3 (ИНН <***>) - 50% долей; ФИО4 (ИНН <***>) - 25% долей; ФИО5 (ИНН <***>) - 25% долей. Также из данных ЕГРЮЛ следует, что ФИО3., ФИО4, ФИО5 являлись также участниками ООО «Козловица Н» (ИНН <***>, ОГРН <***>, 144000, <...>), а именно: ФИО3 (ИНН <***>) - 12,5% долей; ФИО4 (ИНН <***>) - 12,5% долей; ФИО5 (ИНН <***>) - 12,5% долей. Кроме того, участником ООО «Козловица Н» является: ФИО6 (ИНН <***>) - 50% долей.

Решением Арбитражного суда Московской области от 31.01.2022 по делу № А4140587/2021 установлено, что ФИО6 и ФИО7 являются сводными братьями. ФИО7 (ИНН <***>) в соответствии со сведениями, содержащимися в едином государственном реестре юридических лиц в виде записи под государственным регистрационным номером 2155053042186 от 23.06.2015, является участником должника с долей в уставном капитале в размер 99,9994%.

Установив указанные обстоятельства, суды правомерно усмотрели наличие юридической и фактической аффилированности должника и кредитора-заявителя.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в

процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор судебной практики), обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 обзора судебной практики). При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики).

В пункте 3.3 Обзора указано, что разновидностью финансирования является предоставление контролирующим лицом отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам. Финансирование должника может осуществляться, в том числе, путем отказа от принятия мер к истребованию

задолженности. Вместе с тем внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц. В подобной ситуации риск утраты данного финансирования на случай банкротства лежит на контролирующем лице.

Судами учтено, что инициирование судебного разбирательства об истребовании задолженности в размере 7 310 000 рублей кредитором не осуществлялось с момента расторжения договора аренды, то есть с 02.04.2020 и реализовано только в ходе процедуры конкурсного производства должника (арендодателя).

Судебная коллегия соглашается с выводом судов о том, что в отсутствие доказательств, опровергающих разумные сомнения в предоставлении кредитором компенсационного финансирования в виде длительного не востребования задолженности, требование ООО «Гебау Кюнстроф» о возврате финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов.

Ввиду наличия обстоятельств того, что договор расторгнут его сторонами менее, чем через две недели после его заключения, фактически заявитель не осуществлял прав арендатора, во владение арендованным имуществом не вступил; мотивы таких действий заявителем не раскрыты; вопреки условиям соглашения о расторжении договора от 02.04.2020 г., при явном нарушении должником обязанностей по оплате, кредитором не принимались меры к истребованию задолженности в разумный срок; фактически заявитель отказался от принятия мер к истребованию задолженности, что является формой финансирования должника; судебная коллегия считает верным вывод судов о наличии оснований для признания требования подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Вопреки утверждениям кассатора, в материалах обособленного спора отсутствуют и судам не представлены доказательства, свидетельствующие об экономической целесообразности указанных действий кредитора.

С учетом изложенного, приведенные в жалобе возражения обусловлены несогласием с оценкой судами фактических обстоятельств дела, что положениями статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве основания для изменения либо отмены судебных актов не предусмотрено.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили спорное правоотношение и предмет доказывания по заявлению и с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для его рассмотрения обстоятельства. Выводы судов об этих обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Неправильное применение норм материального права и нарушения норм процессуального права, которые могли бы послужить основанием для отмены принятых по делу судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлены, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 14.03.2022 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023 по делу № А41-718/2022 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья В.З. Уддина Судьи: А.А. Дербенев

Н.А. Кручинина