Постановление от 17 сентября 2025 г. по делу № А45-35248/2021

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                       Дело №  А45-35248/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 сентября 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                                       Иванова О.А.,

судей                                                                       Сбитнева А.Ю.,        

                                                                                 Фроловой Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Бакаловой М.О.    с использованием средств аудиозаписи в режиме веб конференции, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№ 07АП-4120/2024 (7)) на определение от 06.06.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-35248/2021 (судья Рышкевич И. Е.) по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Меридиан» (630087, <...>, каб. 202/2, ИНН <***>, ОГРН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО1, ФИО4 солидарно к субсидиарной ответственности на сумму 5 568 817 рублей 14 копеек.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 19.01.2024),

от ФИО3 – ФИО7 (доверенность от 05.11.2022),

иные лица, участвующие в деле, не явились,  надлежащее извещение

В судебном заседании приняли участие:

лица, участвующие в деле, не явились,  надлежащее извещение

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 10.11.2022 (резолютивная часть решения объявлена 03.11.2022) общество с ограниченной ответственностью «Меридиан» (630087, <...>, каб. 202/2, ИНН <***>, ОГРН <***>) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство на срок 6 месяцев, до 03 мая 2023 года.

01.02.2023 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО1 солидарно к субсидиарной ответственности на сумму 5 568 817 рублей 14 копеек в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника - общества с ограниченной ответственностью «Меридиан».

К участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечен ФИО4.

Конкурсным управляющим заявлено ходатайство об уточнении заявленных требований, в соответствии с которым он просит привлечь ФИО3, ФИО1,  ФИО4  солидарно  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Меридиан» в размере 9 913 704 руб. 80 коп.

Уточнения приняты судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности указаны п.1 ст. 61.11, пп.1 п.1 ст. 61.11, пп. 1 п. 2 ст. 61.11, п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 06.06.2025 суд признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО1 по обязательствам должника - общества с ограниченной ответственностью «Меридиан», в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 отказал, приостановил производство по заявлению в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Новосибирской области от 06.06.2025 по делу № А45-35248/2021 (17/2025-166051(1)) отменить: в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника – общества с ограниченной ответственностью «Меридиан». В случае отказа в отмене судебного акта в данной части – изменить мотивировочную часть судебного акта на с. 8, заменив слова «7 599 396 руб.» словами «6 500 000 руб.»; в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности или к ответственности за убытки ФИО4; в части приостановления производства по заявлению в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчётов с кредиторами. Вынести новый судебный акт об отказе в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – общества с ограниченной ответственностью «Меридиан»; о привлечении к субсидиарной ответственности или к ответственности за убытки ФИО4, об установлении размера субсидиарной ответственности или убытков.

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что в обособленном споре признании сделки недействительной не были установлены обстоятельства участия ФИО1 прямо или косвенно при определении существенных условий оспоренного договора. С учётом этого презумпция, установленная пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, не могла быть применена в настоящем деле. Судом неверно зафиксирована цена отчуждённого нежилого помещения. Суд неправомерно отказал в привлечении ФИО4 к ответственности за убытки. Указывает на отсутствие оснований для приостановления производства по спору.

В порядке статьи  262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) от конкурсного управляющего ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу. Конкурсный управляющий считает определение от 06.06.2025 законным и обоснованным в обжалуемой части, за исключением отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4.  Полагает, что ФИО4 также является контролирующим должника лицом.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал апелляционную жалобу. Указал, что определение обжалуется в части. С отчетом конкурсного управляющего не знаком. Полагал, что следует взыскать 9,913 млн. руб. Новых обязательств после 2021 года указать не смог.

Представитель ФИО3 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы в части ФИО4 Указала, что сделки заключались как техническим директором. Сделка на 4 262 400 руб. не привели к банкротству, а лишь ухудшили финансовое положение должника. В настоящий момент проводятся торги по продаже дебиторской задолженности.

В судебное заседание апелляционной инстанции иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

При рассмотрении апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется частью 5 статьи 268 АПК РФ с учетом разъяснений, изложенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку лица, участвующие в деле, не заявили возражений против проверки судебного акта в части, в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено в обжалуемой части – в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО4 и в части приостановления производства.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, проверив в соответствии  со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность обжалуемого определения, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Суд первой инстанции, признавая доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 по пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве учитывал установленные обстоятельства вывода единственного имущества должника в преддверии банкротства стоимостью согласно заключению эксперта в размере 7 599 396 руб., при реестре требований кредиторов в размере 8 042 566 руб. 13 коп. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в указанной части.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в т.ч., путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1)     являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2)     имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1  является учредителем с долей 51 %, следовательно, имеет статус контролирующего должника лица.

На основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

На основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии в том числе следующего обстоятельства: - причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением от 22.04.2024 Арбитражный суд Новосибирской области заявление конкурсного управляющего удовлетворил частично. Признал недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 01.02.2021 заключенный между ООО «Меридиан» и ФИО8 Применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО8 в конкурсную массу должника ООО «Меридиан» 6 500 000 руб.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2024 определение 22.04.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-35248/2021 изменено в части, изложено в следующей редакции: Заявление конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворить частично. Признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 01.02.2021 заключенный между ООО «Меридиан» и ФИО8. Применить последствия недействительности сделок. Взыскать с ФИО8 в конкурсную массу должника ООО «Меридиан» 7 599 396 руб. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делу №А45-35248/2021 от 22.10.2024 отменено постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2024, оставлено в силе определение 22.04.2024 Арбитражного суда Новосибирской области.

В рамках рассмотрения указанной сделки судами установлено, что ФИО1 перечислял ФИО8 500 000 руб., которые он перечислял обществу «Меридиан», в свою очередь последний указанную сумму перечислял обратно ФИО1 Таким образом создана видимость поступления на счёт должника со счёта ФИО8 6 млн. руб. за отчуждение в его пользу единственного актива должника, должник оплату не получил.

Как следует из разъяснений, содержащихся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 № 677/10, транзитное движение денежных средств, оформленное договорами, может представлять собой сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений. Транзитное перечисление денежных средств в случае, если оно не связано с реальным несением контрагентом расходов в пользу должника, свидетельствует о формальном характере перечислений и фиктивности встречного предоставления должнику.

Оценив выписки по счетам должника, контролирующего его лица, ответчика, суды установили, что даты и размер платежей совпадают, фактически по счетам неоднократно оборачивается одна и та же сумма 500 000 руб., в итоге оставшаяся у ФИО1

Согласно заключению эксперта 22Э-007 от 04.06.2023 рыночная стоимость нежилого помещения, находящегося на первом этаже по адресу: Новосибирская область, г.Новосибирск, Октябрьский район, ул. Кирова, д. 225, площадью 106,3 кв.м., кадастровый номер 54:35:073345:1160 по состоянию на 01.02.2021 составила 7 599 396 руб.

При этом указанное недвижимое имущество приобретено должником 03.02.2020 у кредитора ООО ПКФ «Нова-1». В связи с тем, что должник за имущество не рассчитался, кредитор был вынужден, обратится в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Как верно отметил суд первой инстанции, в результате действий ФИО1 должником было утрачено единственное имущество, тогда как к этому времени уже сформировалась задолженность перед кредиторами, которая в дальнейшем была включена в реестр требований кредиторов. Согласно материалам дела, требования остальных кредиторов (помимо ООО ПКФ «Нова-1»), включенных в реестр требований кредиторов, вытекают из договоров заключенных должником в 2020 году.

Таким образом, кредиторы лишились возможности погашения своих требований за счет указанного недвижимого имущества должника.

С учетом вывода единственного имущества должника в преддверии банкротства стоимостью согласно заключению эксперта в размере 7 599 396 руб., при реестре требований кредиторов в размере 8 042 566 руб. 13 коп. суд правомерно признал доказанными основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 по пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы ФИО1 о том, что в споре о признании сделки недействительной не установлены обстоятельства его участия в определении существенных условий оспоренного договора подлежат отклонению, поскольку изученные обстоятельства и оценка судов в рамках данного обособленного спора по сделке имеют существенное значение при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности постольку, поскольку установлено, что: сделка совершена с заинтересованным лицом по отношению к основному участнику должника ФИО1; из состава активов должника выбыло единственное имущество; ФИО3, как руководитель, принимала непосредственное участие в сделке, в том числе заключила сделку, исполнила сделку, совершила все банковские операции; все денежные средства по сделке фактически получил ФИО1

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Доводы ФИО1 о необходимости изменить мотивировочную часть судебного акта на стр. 8, заменив слова «7 599 396 руб.» словами «6 500 000 руб.» подлежат отклонению, поскольку суд первой инстанции лишь изложил обстоятельство, указанное в рамках спора о признании сделки недействительной, не сделав при этом каких бы то ни было самостоятельных правовых выводов в отношении указанного обстоятельства. Оценка указанному обстоятельству может быть дана в рамках иных обособленных споров, при этом апеллянты не лишены права давать пояснения и представлять доказательства в иных обособленных спорах.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Суд первой инстанции, отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, исходил из недоказанности оснований для признания ФИО4 контролирующим должника лицом.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее - Постановление № 53). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые не возможны при иной структурированности отношений.

В ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы юридического лица контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов. В любом случае на это лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала). При этом, исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента может быть истолковано против нее (статья 9, часть 3 статьи 65, часть 3.1 статьи 70 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Новосибирской области от 03.10.2024 признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств с 06.06.2019 по 27.07.2020 с расчетного счета ООО «Меридиан» на расчетный счет ИП ФИО4 в размере 4 262 400 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу должника - ООО «Меридиан» денежные средстве в размере 4 262 400 руб.

Судами установлено, что сделки заключены фактически аффилированными лицами, поскольку ФИО4 являлся техническим директором ООО «Меридиан», совместно проживает с ФИО3 - участником и бывшим руководителем общества. При этом ответчик не доказал осуществление монтажных работ по заключенным договорам с ООО «Меридиан», не представил доказательств наличия у ИП ФИО4 работников, способных выполнить указанные работы несмотря на неоднократные предложения суда представить доказательства. При этом согласно ответам ОСФР по Омской области и МИФНС России №4 по Омской области наемные работники у предпринимателя отсутствовали. Представленные ответчиком договоры, спецификации, акты подписаны аффилированными лицами. Кроме того, в качестве предпринимателя ответчик зарегистрирован 14.05.2019, первый договор с ООО «Меридиан» ответчиком заключен 15.05.2019, что в совокупности с материалами дела указывает на регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя в целях подтверждения оснований спорных перечислений в период с 06.06.2019 по 27.07.2020.

В результате совершенных сделок активы должника уменьшились на 4 262 400 руб. При этом ФИО4 является выгодоприобретателем по сделке.

Кроме того, в рамках дела о банкротстве установлено, что ФИО4 длительное время являлся сотрудником должника, параллельно с ФИО3 непосредственно руководил хозяйственной деятельностью должника, курировал все объекты строительства, ФИО4 заключал сделки от имени должника, подписывал важные первичные документы, из письменных и устных пояснений кредиторов, в том числе заявителя по делу ООО ПКФ «НОВА-1», следует, что именно ФИО4 от лица должника вел все переговоры по объекту строительства МКД по адресу <...> подписывал все первичные документы и довел до сведения, что он является лицом принимающим решение. Кроме того, ФИО4 является гражданским супругом руководителя/участника должника ФИО3, что не отрицается последней, следовательно, имеет прямое воздействие на руководителя должника.

Таким образом, ФИО4 занимал ключевую позицию в деятельности должника, позволяющую ему оказывать существенное влияние на хозяйственную деятельность последнего, принимать важные управленческие решения.

Обстоятельства совершения сделки, в совокупности с фактическим полномочиями ФИО4 позволяют сделать вывод о том, что ФИО4 обладал возможностью воздействовать на принятие решений должником, следовательно, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии у ФИО4 статуса контролирующего должника лица.

Как отмечено в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, от 25.09.2020 N 310-ЭС20-6760, предусмотренное, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении № 53).

Применительно к разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления № 53, контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

В соответствии с положениями гражданского и банкротного законодательства, контролирующие должника лица (то есть лица, которые имеют право давать должнику обязательные для исполнения указания) могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание: 1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника; 2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям (совершение контролирующим лицом существенно убыточной сделки, повлекшей нарушение имущественных прав кредиторов и невозможность удовлетворения их требований (абзац третий пункта 4 статьи 10, подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений "должник (его конкурсная масса) - кредиторы", то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. То есть масштаб негативных последствий таких сделок способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки).

Как разъяснено в пункте 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством;) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 Постановления № 53).

В рассматриваемом случае в результате совершения должником сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку выбыл актив должника стоимостью 4 262 400 руб.  при реестре требований кредиторов в размере 8 042 566 руб. 13 коп., и кредиторы полностью утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет данного имущества.

То есть имела место существенная убыточность, значимая для должника, способствовавшая его банкротству.

По мнению суда апелляционной инстанции, обстоятельства, свидетельствующие о выводе существенного ликвидного актива должника в отсутствие встречного предоставления стали одной из причин объективного банкротства должника, невозможности осуществления хозяйственной деятельности и, как следствие, удовлетворения требований кредитора.

С учетом изложенного, имеются основания для привлечения  ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы о неправомерности приостановления производства по спору до окончания расчетов с кредиторами, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, в ходе конкурсного производства сформировалась конкурсная масса, представленная правами требования к шести контрагентам на сумму 12 748 810,39 руб. Права требования возникли в результате оспаривания сделок должника.

В настоящий момент проводятся мероприятия принудительного взыскания дебиторской задолженности, а также приняты меры по проведению торгов по продаже прав требования.

Таким образом, имеется вероятность как частичного, так и полного погашения требований кредиторов.

Поскольку на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности невозможно определить размер субсидиарной ответственности ввиду наличия оспоренных сделок и проведения управляющим мероприятий по истребованию дебиторской задолженности и ее реализации, суд первой инстанции правомерно приостановил рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Такой подход соответствует положениям пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, а также правовой природе субсидиарной ответственности (статья 399 Гражданского кодекса Российской Федерации), учитывая, что механизм привлеченияк субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве носит исключительный и экстраординарный характер (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3)).

Принимая во внимание вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу об отмене обжалуемого судебного акта в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 с принятием в отмененной части нового судебного акта о признании доказанным наличия оснований  для привлечения к субсидиарной ответственности  по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Меридиан» ФИО3, ФИО1,  ФИО4.

В остальной обжалуемой части суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 258, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 06.06.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-35248/2021 отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4.

Вынести по делу в отмененной  части новый судебный акт, изложив резолютивную часть судебного акта в следующей редакции: Признать доказанным наличие оснований  для привлечения к субсидиарной ответственности  по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Меридиан» ФИО3, ФИО1,  ФИО4.

В остальной части определение от 06.06.2025 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-35248/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


          Председательствующий                                                          О.А.Иванов


          Судьи                                                                                        А.Ю.Сбитнев


                                                                                                            Н.Н.Фролова