Решение от 20 февраля 2019 г. по делу № А65-29885/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-29885/2018

Дата принятия решения – 20 февраля 2019 года.

Дата объявления резолютивной части – 13 февраля 2019 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Гиззятова Т.Р., при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Хамидуллиной Л.З.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Государственного казенного учреждения "Центр реализации программ поддержки и развития малого и среднего предпринимательства Республики Татарстан", г. Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>), к Главе (крестьянского) фермерского хозяйства ФИО2, Сабинский район, с. Шемордан, (ОГРН <***>, ИНН <***>), о взыскании суммы субсидии в размере 711 826 рублей, процентов в размере 18 712 рублей 25 копеек,

при участии:

от истца – не явился, извещен;

от ответчика – представитель ФИО3, по доверенности от 09.01.2019, представитель ФИО4, по доверенности от 09.01.2019,

УСТАНОВИЛ:

Государственное казенное учреждение "Центр реализации программ поддержки и развития малого и среднего предпринимательства Республики Татарстан" (далее – истец), обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Главе (крестьянского) фермерского хозяйства ФИО2, Сабинский район, с. Шемордан (далее – ответчик) о взыскании суммы субсидии в размере 711 826 рублей, процентов в размере 18 712 рублей 25 копеек.

Истец в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представил ходатайство о рассмотрении дела без его участия, исковые требования поддержал в полном объеме.

В порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

В судебном заседании представитель ответчика ходатайствовал о приобщении копий платежных ведомостей за 12 месяцев 2017 года об оплате заработной платы работникам.

Протокольным определением суд, в порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил приобщить представленные документы.

Из материалов дела следует, что 22.12.2015 между истцом (учреждением) и Главой (крестьянского) фермерского хозяйства ФИО5 (получателем субсидии, ответчик) заключен договор № 87 ЛГ - 2 о предоставлении субсидии субъекту малого и среднего предпринимательства Республики Татарстан на частичное финансирование затрат, связанных с уплатой платежей по договору финансовой аренды (лизинга) оборудования.

В соответствии с пунктами 1.1, 1.3 договора истец предоставил субсидию ответчику в размере 711 826 (семьсот одиннадцать тысяч восемьсот двадцать шесть) рублей 00 копеек на возмещение затрат, связанных с уплатой платежей по договору финансовой аренды (лизинга) № Л-2506-К от 15 декабря 2015 года, заключенному между получателем субсидии и ЗАО «Южноуральский лизинговый центр».

На основании пунктов 1.1, 1.2, 3.2.5, 4.1 договора получатель субсидии обязался реализовать бизнес-проект под наименованием «Организация производства растительных масел в Сабинском муниципальном районе Республики Татарстан», использовать полученную субсидию по целевому назначению, представить Учреждению итоговый отчет об использовании субсидии в срок до 01 мая 2017 года или по достижении конкретной задачи, на решение которой направлен бизнес-проект, и всех показателей реализации бизнес-проекта.

Согласно пунктам 3.2.2, 3.2.3 договора получатель субсидии в случае не достижения по результатам отчетного периода фактических показателей реализации бизнес – проекта более чем на 20%, невозможности реализовать бизнес - проект в целом, либо нецелесообразности его осуществления по иным причинам обязан в течение 10 (десяти) банковских дней осуществить возврат суммы субсидии на расчетный счет Учреждения.

18.08.2017 между истцом и ответчиком заключено дополнительное соглашение № 1, согласно которому итоговый отчет об использовании субсидии представляется получателем субсидии в учреждение в срок до 01.05.2018 или по достижении конкретной задачи, на решение которой направлен бизнес-проект, и всех показателей реализации бизнес - проекта. Отчетный период с 01.01.2016 по 31.12.2017.

Учреждение исполнило принятое на себя обязательство своевременно и в полном объеме - субсидия в размере 711 826 рублей 00 копеек перечислена получателю субсидии, что подтверждается выпиской из лицевого счета получателя бюджетных средств за 25.12.2015 и платежным поручением № 753878 от 25.12.2015.

Ответчиком представлен отчет о достижении фактических показателей реализации бизнес - проекта по налоговым отчислениям за отчетный период, указанный в пункте 3.2.2 договора.

Истец, посчитав, что ответчиком не выполнены условия получателем субсидии по результатам отчетного периода фактических показателей реализации бизнес – проекта более чем на 20 %) обратился 16.08.2017 в адрес ответчика с претензией № 115 о возврате полученной субсидии в размере 711 826 рублей.

Требование истца о возврате полученной по договору № 87 ЛГ - 2 от 22.12.2015 о предоставлении субсидии субъекту малого и среднего предпринимательства Республики Татарстан на частичное финансирование затрат, связанных с уплатой платежей по договору финансовой аренды (лизинга) оборудования, ответчиком не исполнено, что послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением.

Исследовав представленные доказательства, оценив их в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав доводы сторон, суд считает иск не подлежащим удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в Кодексе.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно подпункта 3 пункта 3 статьи 78 Бюджетного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что нормативные правовые акты, муниципальные правовые акты, регулирующие предоставление субсидий юридическим лицам (за исключением субсидий государственным (муниципальным) учреждениям), индивидуальным предпринимателям, физическим лицам - производителям товаров, работ, услуг, должны определять порядок возврата субсидий в случае нарушения условий, установленных при их предоставлении.

Судом установлено, что ответчиком выполнены условия предоставления субсидии, а именно: показатели бизнес проекта по выручке превысили на 4,83 % от запланированных показателей (8 385 120 руб. – по договору, 8 790 510 руб. – фактически), по налоговым отчислениям имеется отклонение на 5,81 %, что является в пределах допустимых норм в 20 % (131 776 руб. – по договору, 124 124 руб. – фактически), по количеству рабочих мест выполнение договора составило 100 % (4 ед. – по договору, 4 ед. – фактически).

Довод истца о том, что у ответчика только 2 работника, а иные лица таковыми не являются, поскольку с ними заключены договоры на оказание услуг, судом отклоняется по следующим основаниям.

Из смысла статей 15, 16, 21, 22, 56, 57, 58, 59 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 1, 420, 421, 702, 779 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договорно-правовыми формами, опосредующими оказание услуг (выполнение работ) по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (в том числе возмездного оказания услуг, агентский договор); предметом трудовых правоотношений является сам процесс труда работника по определенной трудовой функции (профессии, специальности или должности) в данной организации; предметом же гражданских правоотношений является конечный результат - продукт труда.

В трудовых правоотношениях обязанность по организации труда и его охране лежит на работодателе; в гражданских правоотношениях, связанных с трудом, исполнитель сам организует свой труд и его охрану. Трудовым правоотношениям присущ длящийся характер, они, как правило, не прекращаются после завершения работником какого-либо действия (рабочей операции) или трудового задания, поскольку работник вступает в указанные правоотношения для выполнения определенной работы как процесса. Гражданско-правовые отношения, связанные с трудом, прекращаются по окончании выполнения конкретной работы (задания) и получения определенного результата труда. При этом наименование договора не может рассматриваться в качестве достаточного основания для безусловного отнесения заключенного договора к гражданско-правовому или трудовому контракту. Определяющее значение для квалификации заключенного сторонами договора имеет анализ его содержания на предмет наличия или отсутствия признаков гражданско-правового или трудового договоров.

Как видно из материалов дела, 15.01.2017 ответчиком заключены два договора с гражданами ФИО6 и ФИО7 поименованные, как договоры на оказание услуг.

Согласно которых граждане ФИО6 и ФИО7 обязуются оказать ответчику услуги оператора в период с 08:00 по 17:00 (пункты 1.1 – 1.3.2 договоров).

Судом установлено, что граждане ФИО6 и ФИО7 наравне с иными работниками: ФИО8 (трудовой договор от 01.03.2017) и ФИО9 (трудовой договор от 01.03.2017) осуществляли трудовую деятельность и являлись операторами, с присвоением им индивидуальных табельных номеров, в соответствии с которыми указанные работники получали заработную плату по единым платежным ведомостям заработной платы, имеющимся в материалах дела.

Суд, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, пришел к выводу о том, что рассматриваемые договоры фактически обеспечивали выполнение соответствующих трудовых функций личным трудом исполнителей в течение определенного периода времени, что соответствует определению и условиям срочного трудового договора, в частности систематическому характеру договоров, закреплению в предмете договоров трудовой функции (выполнение работником лично работ определенного рода, а не разового задания заказчика), отсутствию в договорах конкретного объема работ или услуг (значение для сторон имел сам процесс труда, а не достигнутый в результате этого результат).

Судом принимается во внимание, что спорные договоры не содержат согласованного сторонами конкретного предмета договора, содержащего подробное описание характера и видов необходимых заказчику услуг, их объемов и периодичности, а также иных индивидуализирующих конкретные услуги признаков.

Представленные суду договоры представляют собой типовую форму, не зависящую от индивидуальной специфики конкретного вида оказываемых услуг, заключаемую со всеми привлекаемыми к их выполнению физическими лицами. Акты приемки услуг сторонами не составлялись, в связи с чем отсутствуют индивидуализирующие признаки, и не возможно установить, фактически какие именно услуги, в каком объеме были выполнены исполнителем и приняты заказчиком.

Исходя из условий спорных договоров (контрактов) суд пришел к вводу о том, что данные документы предполагают регулирование и контроль над процессом оказания услуг со стороны заказчика и, следовательно, включение физических лиц в производственную деятельность организации и график ее работы, а также субординационный характер отношений между сторонами.

Принимая во внимание совокупность названных обстоятельств, суд считает, что рассматриваемая деятельность физических лиц ФИО6 и ФИО7 в рамках деятельности не обладает признаками равенства, автономии воли и самостоятельности, характерными для гражданско-правовых отношений, и, следовательно, указанная деятельность является трудовой.

Следовательно, в отчетный период у ответчика было 4 работника, то есть создано 4 рабочих места.

При таких обстоятельствах, ответчик предъявил доказательства целевого использования полученного гранта, а также выполнение взятых на себя обязательств по достижению показателей реализации бизнес-проекта в соответствии с пунктом 3.2.2 договора № 87ЛГ-2.

Таким образом, арбитражный суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований к ответчику.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

СудьяТ.Р. Гиззятов