Постановление от 1 августа 2022 г. по делу № А47-6309/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3684/22

Екатеринбург

01 августа 2022 г.


Дело № А47-6309/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 26 июля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 августа 2022 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Плетневой В.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьиФИО1, рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области кассационную жалобу ФИО2 на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2022 по делу№ А47-6309/2019 Арбитражного суда Оренбургской области.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа приняли участие ФИО2 и ФИО3, а в судебном заседании в здании Арбитражного суда Оренбургской области принял участие представитель публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Сбербанк) - ФИО4 (доверенность от 15.04.2021 № ПБ/223-Д).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 20.05.2019 по заявлению ФИО5 (далее – должник) возбуждено производство по делу о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2019 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО6.

Финансовый управляющий ФИО6 22.04.2021 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным заключенного 06.05.2019 между ФИО5 и ФИО2 договора купли-продажи транспортного средства – автомобиля Hyundai 140, 2016 г.в. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника денежных средств в сумме 700 000 руб.

Определением суда от 15.07.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, без самостоятельных требований на предмет спора, привлечен ФИО3

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 16.12.2021 в удовлетворении требований финансового управляющего отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2022 определение суда первой инстанции от 16.12.2021 отменено, заключенный должником с ФИО2 договор купли-продажи автомобиля от 06.05.2019 признан недействительным с применением последствий его недействительности в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника денежных средств в сумме 700 000 руб.

В кассационной жалобе ФИО2 просит постановление апелляционного суда от 29.03.2022 отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции от 16.12.2021, ссылаясь на несоответствие выводов апелляционного суда обстоятельствам дела. По мнению заявителя, спорный автомобиль передан в счет долга перед ФИО3 по договору займа, реальность отношений по которому и возможность ФИО3 выдать заем, несмотря на наличие судебного акта об отказе во включении в реестр требования последнего к должнику (определение от 11.02.2020), могли быть проверены в настоящем споре.

В судебном заседании суда округа ФИО2 пояснил, что спорная сделка совершена с ним – сыном ФИО3 ввиду состояния здоровья последнего и его невозможности переезда для совершения сделки к месту проживания должника в г. Абдулино, а ФИО2, совершив куплю-продажу спорного автомобиля, забрав его у должника и продав в автосалоне в г. Самаре, где были проверены общедоступные сведения об автомобиле, не содержащие указание на банкротство должника, передал вырученные от реализации автомобиля денежные средства ФИО3, при этом ФИО2 не знал о финансовом состоянии должника, а сделка купли-продажи спорного автомобиля совершена 06.05.2019, так как после дорожно-транспортного происшествия спорный автомобиль был в аварийном состоянии, требовал ремонта и передан в сервисный центр.

Дополнения к кассационной жалобе ФИО2 не принимаются, не приобщаются к материалам кассационного производства и подлежат возвращению заявителю, поскольку к ним, в нарушение пункта 3 части 4 статьи 277 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не приложены доказательства направления (вручения) копий дополнений другим лицам, участвующим в деле, при том, что такие дополнения содержат новые доводы, которые в первоначально поданной и принятой к производству кассационной жалобе не заявлялись, и к ним приложены дополнительные документы, а, в силу части 1 статьи 286, части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, сбор и оценка дополнительных доказательств не входят в компетенцию суда округа, который проверяет законность принятых судебных актов на основании имеющихся в деле доказательств, исследованных и оцененных судами первой и апелляционной инстанций.

Сбербанк в отзыве просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округав порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО5 (продавец) и ФИО2 (покупатель) 06.05.2019 заключен договор купли-продажи автомобиля Hyundai 140, 2016 г.в., VIN: <***>, номер кузова (кабины): <***>, цвет кузова (кабины): серый, рабочий объем (см3): 1685.0, мощность (кВт/л.с): 104.000/141.4, тип транспортного средства: легковые автомобили седан (далее – спорный автомобиль).

Стоимость автомобиля согласована сторонами в пункте 2 договора в размере 700 000 руб. и, согласно пункту 6 договора, передана покупателем продавцу.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 20.05.2019 по заявлению ФИО5 возбуждено дело о его банкротстве.

Определением суда от 11.02.2020 по настоящему делу отказано в удовлетворении требования ФИО3 об установлении кредиторской задолженности в сумме 8 205 012 руб. 32 коп. и включении ее в реестр требований кредиторов должника отказано в связи с непредставлением ФИО3, несмотря на неоднократные предложения суда, документального обоснования заявленных требований, подтверждающих, в том числе, финансовую возможность выдачи займа.

Определением суда от 11.02.2020 установлено, что ФИО3 (отец ФИО2) 19.08.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 8 205 012 руб. 32 коп., ссылаясь на наличие у должника перед ФИО3 следующих денежных обязательств по распискам от 17.10.2018 и от 15.01.2019, по мнению ФИО3, 17.10.2018 на основании расписки должником от кредитора получены денежные средства в размере 5 000 000 руб., на срок до 01.04.2019, но обязательство по возврату суммы займа в указанный срок должником в полном объеме не исполнено, при это, как полагает ФИО3 должником осуществлен частичный возврат займа, в том числе путем передачи автомобиля, а именно: 01.03.2019 – в размере 700 000 руб., 22.04.2019 – 100 000 руб., 26.04.2019 – 100 000 руб., с учетом чего по расчету ФИО3 сумма основного долга на 19.08.2019 составила 4 100 000 руб., проценты согласно условиям договора займа (12% годовых) составляют 274 520 руб. 55 коп.; проценты по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации – 109 127 руб. 39 коп.; а, кроме того, как указывает ФИО3, 15.01.2019 по расписке должником от ФИО3 получены денежные средства в размере 3 600 000 руб. на срок до 15.02.2019, но обязательство по возврату суммы займа в указанный срок должником в полном объеме не исполнено, и по расчету ФИО3 сумма основного долга по состоянию на 19.08.2019 составила 3 600 000 руб., а сумма процентов по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации – 121 364 руб. 38 коп.; при этом общая сумма требований ФИО3, согласно его заявлению, составила 8 205 012 руб. 32 коп., что подтверждается, по его мнению, распискам о получении денежных средств.

Определением суда от 11.02.2020 установлено, что суд неоднократно предлагал ФИО3 представить подтверждения финансовой возможности выдачи займа и дополнительные документы в обоснование его доводов, но соответствующего документального обоснования требований ФИО3 не представлено, реальный факт наличия задолженности должника перед ФИО3 кредитором не подтвержден, финансовая возможность кредитора предоставить заем не доказана, в связи с чем требование ФИО3 в сумме 8 205 012 руб. 32 коп. не может быть признано обоснованным, поскольку в отношении него не представлены достаточные, достоверные и допустимые доказательства наличия и размера долга, в связи с чем в удовлетворении заявления ФИО3 об установлении кредиторской задолженности в сумме 8 205 012 руб. 32 коп. и включении ее в реестр требований кредиторов должника судом отказано.

Полагая, что при изложенных обстоятельствах сделка купли-продажи спорного автомобиля совершена в период подозрительности, установленный в статье 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), со злоупотреблением правом, с целью вывода актива из конкурсной массы должника, в отсутствие документального подтверждения оплаты по договору и наличия у должника задолженности по договору займа, и носит мнимый характер, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием о признании данной сделки недействительной.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия оснований для признания сделки недействительной.

Отменяя определение суда первой инстанции, и, удовлетворяя требования, апелляционный суд исходил из следующего.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, совершенные должником (другими лицами за счет должника) сделки могут быть признаны недействительными как по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве, так и в соответствии с гражданским законодательством.

Совершенная должником-банкротом сделка, имевшая целью причинение вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороныоб указанной цели должника к моменту совершения сделки), отсутствиехотя бы одного из которых является основанием к отказу в признании сделки недействительной по указанному основанию (пункт 2 статьи 61.2 Законао банкротстве, с учетом разъяснений пунктов 5 – 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63«О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

Кроме того, арбитражным судом может быть признана недействительной сделка, повлекшая оказание одному из кредиторов большего предпочтенияв отношении удовлетворения его требований, чем было бы оказано в случае расчетов в порядке очередности, предусмотренной законодательствомо банкротстве, если она совершена после принятия судом заявленияо признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом (абзацы 1, 5 пункта 1,пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, пункт 11 Постановления № 63).

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов; при этом обязательным признаком сделки для квалификации ее как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является ее направленность на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение размера имущества должника, иные последствия сделок, приводящие к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение требований за счет имущества должника, а для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом путем заключения спорной сделки (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что оспариваемая сделка купли-продажи автомобиля от 06.05.2019 совершена за две недели до принятия заявления о признании должника банкротом (20.05.2019), то есть в период оспоримости, установленный пунктом 1 статьи 61.2 и пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, учитывая, что на момент совершения спорной сделки у должника имелась непогашенная задолженность перед Сбербанком и акционерным обществом «Россельхозбанк», впоследствии в установленном порядке включенная в реестр требований кредиторов должника, в том числе как обеспеченная залогом имущества должника, апелляционный суд признал доказанным материалами дела в полном объеме и надлежащим образом, что спорная сделка совершена менее, чем за месяц до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве и при наличии у должника признаков неплатежеспособности, тогда как доказательства иного, опровергающие названные выводы судов, в материалы дела не представлены.

Как следует из материалов дела, возражая против требований управляющего, ФИО2 ссылался на реальность оспариваемого договора, пояснял, что, в том числе, путем передачи автомобиля должником осуществлен частичный возврат денежных средств по заключенным должником с ФИО3 договорам займа, при этом ФИО2 (сын) и ФИО3 (отец) длительное время покупали шкуры у должника по договорам поставки и в 2017 году общий оборот денежных переводов по таким договорам составил более 44 млн. руб., передача должнику денежных средств по договорам займа для поддержания предпринимательской деятельности была обычной практикой, а передача спорного автомобиля в счет погашения долга являлась отступным, и оформление права собственности на автомобиль на ФИО2 обусловлено уступкой права требования к должнику, совершенной в устной форме.

Исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства, с учетом конкретных обстоятельств дела, руководствуясь статьями 162, 389 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которых уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме, несоблюдение которой лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства, а также, исходя из того, что в данном случае уступка прав (требований) по расписке от 17.10.2018 должна была состояться так же в простой письменной форме, тогда как доказательства заключения договора уступки права требования в письменном виде не представлены, и какие-либо иные доказательства реальности соответствующего договора уступки в материалы дела не представлены, апелляционный суд пришел к выводу, что такая уступка прав, совершенная в устной форме, является недействительной и не влечет юридических последствий, тогда как иное не доказано.

Учитывая изложенное, проверив обоснованность изложенных выше возражений ФИО3, по результатам исследования и оценки всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что, как следует из пояснений А-вых, спорная сделка купли-продажи автомобиля от 06.05.2019 прикрывает собой сделку по передаче спорного автомобиля от ФИО5 к ФИО3 в счет погашения долга по договору займа от 17.09.2018, приняв во внимание, что данное обстоятельство уже являлось предметом рассмотрения суда по спору по заявлению ФИО3 об установлении кредиторского требования по соответствующим договорам займа, в том числе расписке от 17.09.2018, в удовлетворении которого отказано определением суда от 11.02.2020, имеющим в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации преюдициальное значение для настоящего спора, которым установлено, что основания возникновения долга и реальность заемных взаимоотношений, не доказаны и финансовая возможность выдать соответствующий заем у ФИО3 отсутствовала, а также, установив, что представленные ФИО3 в материалы настоящего обособленного спора документы (копии налоговых деклараций за 2011-2017 годы, книги учетов и доходов за 2018 год, выписки по лицевому счету, справки банков об операциях с наличной валютой), свидетельствующие об оборотах ФИО3 за отчетный налоговый период и уплаченных им по итогам налогового периода налогов, не позволяют, в отсутствие документов, раскрывающих основания доходной и расходной части, сделать вывод о доходах предпринимателя за соответствующий период, не содержат сведений о наличии у ФИО3 по состоянию на 17.10.2018 и 15.01.2019 наличных денежных средств в размере 5 млн. руб. и 3,6 млн. руб., и не могут подтверждать наличие у ФИО3 финансовой возможности выдать заем наличными денежными средствами в названные даты и в указанных суммах, и, несмотря на неоднократные предложения и разъяснения суда, стороны сделки при установлении кредиторского требования и проверке его реальности и обоснованности уклонились от раскрытия всех фактических обстоятельств действительных взаимоотношений между ФИО5, ФИО3 и ФИО2, а в настоящем споре названные лица также не привели обстоятельства и не представили всех необходимых, надлежащих и достаточных доказательства, позволяющих прийти к иным выводам, апелляционный суд признал недоказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме факта реальности заемных правоотношений между ФИО5 и ФИО3 и, соответственно, наличие у должника долга по договору займа перед ФИО3

При этом по результатам исследования и оценки всех доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, апелляционный суд также принял во внимание, что, как указывают А-вы, они длительное время покупали шкуры у должника по договорам поставки и в 2017 году общий оборот денежных переводов по таким договорам составил более 44 млн. руб., при этом между А-выми и должником сложились длительные деловые отношения, в то же время тот факт, что передача должнику наличных денежных средств по договорам займа была обычной практикой между названными лицами, ничем не доказан и никаких доказательств, подтверждающие названное утверждение в материалы дела не представлено, а из представленных в материалы дела документов, напротив, следует, что до спорных сделок движение денежных средств между должником и А-выми осуществлялось в безналичной форме, и информация о том, в связи с чем спорные заемные отношения были оформлены путем передачи наличных денежных средств, суду не раскрыта, а ссылки заявителя на то, что сделка купли-продажи спорного автомобиля совершена только 06.05.2019 в связи с тем, что после дорожно-транспортного происшествия данный автомобиль находился в аварийном состоянии, требовал ремонта и был передан в сервисный центр, ничем не подтверждена и противоречит материалам дела.

Учитывая все вышеизложенные установленные апелляционным судом обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что спорный договор купли-продажи автомобиля от 06.05.2019 прикрывает собой сделку по погашению несуществующего долга ФИО5 перед ФИО3 и является мнимой сделкой, при том, что, согласно расписке займодавца, возврат долга по расписке от 17.09.2018 в размере 700 000 руб. путем передачи автомобиля произведен 20.03.2019, а договор купли-продажи заключен 06.05.2019, и, приняв во внимание, что при недоказанности наличия реальных правоотношений сторон по договору займа и соответствующей задолженности, оспариваемая сделка совершена в отсутствие встречного исполнения, так как по данной сделке должник в отсутствие оплаты со стороны ФИО3 передал последнему автомобиль стоимостью 700 000 руб., который спустя четыре месяца после совершения спорной сделки отчужден третьему (независимому) лицу, и такая сделка направлена на безвозмездный вывод имущества должника – спорного автомобиля, апелляционный суд пришел к выводу о доказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для признания договора купли-продажи автомобиля от 06.05.2019 недействительным и применения последствий его недействительности в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника определенной сторонами в договоре и никем не оспоренной стоимости спорного автомобиля в размере 700 000 руб., при том, что доказательства иного, опровергающие изложенные выводы апелляционного суда, отсутствуют.

Таким образом, удовлетворяя требования управляющего, апелляционный суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельстви доказанности материалами дела наличия оснований для признания спорного договора купли-продажи автомобиля недействительным, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть дело по существу, переоценить имеющиеся доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного, судебный акт отмене не подлежит, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного судаот 29.03.2022 по делу № А47-6309/2019 Арбитражного суда Оренбургской области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Ю.А. Оденцова


Судьи Ю.В. Кудинова


В.В. Плетнева