Постановление от 18 декабря 2023 г. по делу № А40-107851/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-107851/18
18 декабря 2023 года
город Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 декабря 2023 года.


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «ТОР» ФИО1: ФИО1, определение суда от 12.09.2019;

от ФИО2: ФИО3, доверенность от 30.03.2023; ФИО4, доверенность от 30.03.2023;

от ФИО5: ФИО3, доверенность от 30.03.2023; ФИО4, доверенность от 30.03.2023;

от ФИО6: ФИО3, доверенность от 05.04.2023; ФИО4, доверенность от 05.04.2023;

рассмотрев 11 декабря 2023 года в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ООО «ТОР» ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 03 августа 2023 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 02 октября 2023 года

об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТОР»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.03.2019 ООО «ТОР» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7

Сообщение о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства опубликовано в газете «Комерсантъ» от 16.03.2019 № 46.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.09.2019 конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО8, ФИО2, ФИО5, ФИО6 (далее - ответчики).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03 августа 2023 года в удовлетворении ходатайств об истребовании доказательств и вызове свидетеля отказано, в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 02 октября 2023 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий ООО «ТОР» ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции конкурсный управляющий ООО «ТОР» ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы.

Представители ФИО2, ФИО5 и ФИО6 возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Суды указали, что из доводов заявления конкурсного управляющего следует, что его требования основаны на неисполнении руководителем должника ФИО8 обязанности, предусмотренной статьей 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Также требования конкурсного управляющего основаны на привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5 и ФИО6, являющихся, по мнению конкурсного управляющего, одними из конечных бенефициаров ООО «ТОР», лицами, контролирующими должника в силу пункта 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве, в обоснование чего конкурсный управляющий ссылался на обстоятельства, установленные судебными актами по спорам о взыскании с указанных лиц в пользу должника задолженности.

Суды, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО8, ФИО2, ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности, правомерно исходили из пропуска конкурсным управляющим срока исковой давности, а также руководствовались следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон № 266-ФЗ), рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Информационное письмо № 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как в правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Таким образом, суды правомерно указали, что в данном случае подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма № 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующим лицом подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Судами установлено, что рассматриваемые действия контролирующего должника лица совершены до появления в Законе о банкротстве главы III.2 (2015-2017 годы), в период, когда порядок привлечения к субсидиарной ответственности регламентировался статьей 10 Закона о банкротстве, в связи с чем суды правомерно указали, что следует применять нормы материального права, предусмотренные старой редакцией закона, и новые процессуальные нормы.

Между тем, суды отметили, что основания в виде доведения должника до банкротства и невозможности полного погашения требований кредиторов были предусмотрены в Законе о банкротстве как в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 73-ФЗ), так и в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Федеральный закон № 134-ФЗ), которые также содержали опровержимые презумпции.

В частности, в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 73-ФЗ устанавливалось, что контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ) устанавливалось, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и тому подобное), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и так далее.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Федеральным законом № 266-ФЗ введены презумпции (предусмотренные пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), которые предназначены для облегчения доказывания основания привлечения к субсидиарной ответственности, то есть для прямого вывода о том, что именно действия (бездействие) контролирующего должника лица повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов.

Таким образом, суды правомерно указали, что как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Указанная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/15.

Таким образом, суды отметили, что новая редакция Закона о банкротстве не устанавливает новых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а содержит положения, раскрывающие порядок доказывания.

Вместе с тем, с учетом заявленного ответчиками ходатайства процессуального характера о пропуске срока исковой давности, суды пришли к следующим выводам.

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

По общему правилу исковая давность исчисляется в соответствии с действующим на момент совершения правонарушения правовым регулированием (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/06 изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Изменение срока исковой давности с одного года до трех лет для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности внесено в абзац пятый пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве с 01.07.2017 (в редакции Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 488-ФЗ)), в пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве (введен в действие с 30.07.2017 в редакции Федерального закона № 266-ФЗ).

Как следует из материалов дела и установлено судами, в рассматриваемом случае обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий связывает наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место в 2015-2017 годах, до вступления в силу Федерального закона № 488-ФЗ и Федерального закона № 266-ФЗ и после вступления их в законную силу, соответствующее заявление поступило в суд после вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, в связи с чем суды пришли к правомерному выводу о том, что настоящий спор подлежал рассмотрению с применением пунктов 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в ранее действовавшей редакции Федерального закона № 134-ФЗ и с применением Федерального закона № 488-ФЗ и Федерального закона № 266-ФЗ.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 134-ФЗ), заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Таким образом, данная норма Закона о банкротстве содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного (исчисляется с момента, когда лицо, имеющее право обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для привлечения указанных лиц к такой ответственности); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Суды указали, что следующие редакции законов предусматривали трехлетний срок исковой давности, который также начинал течь с момента, когда лицо, имеющее право обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, узнало или должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для привлечения указанных лиц к такой ответственности.

В соответствии с пунктом 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а именно: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

Как указали суды, учитывая то, что заявление может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом, то, если отсчитывать сроки от 28.02.2019 (дата введения конкурсного производства), срок должен был истечь 28.02.2022.

Таким образом, учитывая дату поступления заявления в суд (13.03.2023) и дату открытия конкурсного производства (07.03.2019, резолютивная часть объявлена 28.02.2019), суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о том, что конкурсный управляющий пропустил трехлетний срок подачи заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

При этом суды отметили, что в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства).

Таким образом, суды обоснованно заключили, что требования к ответчикам, заявленные конкурсным управляющим 13.03.2023, заявлены за пределами трехлетнего срока с момента открытия конкурсного производства 28.02.2019.

При этом доводы конкурсного управляющего о том, что о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности он узнал только в 2022 году, обоснованно отклонены судами, как немотивированные, поскольку при анализе дебиторской задолженности конкурсный управляющий ФИО1, являющийся процессуальным правопреемником предыдущего конкурсного управляющего, имел возможность в пределах срока исковой давности узнать о соответствующих правоотношениях между должником и ответчиками, учитывая участие конкурсного управляющего в спорах о взыскании с ответчиков задолженности перед ООО «ТОР», на судебные акты на результаты которых ссылался конкурсный управляющий (решение Канавинского районного суда г. Нижнего Новгорода от 28.11.2019 по делу № 2-4155/2019; решение Кинешемского городского суда Ивановской области от 04.12.2020 по делу № 2-1372/2020).

Суды указали, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), сведения об имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и тому подобное.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был заявитель знать о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, должно учитываться, насколько заявитель мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие таких обстоятельств.

Также суды указали, что в соответствии со статьей 126 Закона о банкротстве и решением суда от 28.02.2019, руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. Конкурсный управляющий обязан был своевременно предпринять все необходимые действия для получения указанных документов и ценностей.

Поскольку конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, суды, в отсутствие уважительных причин для пропуска срока, правомерно отказали в удовлетворении ходатайства о восстановлении срока и в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства дела, которые, согласно закону, должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности.

Данная правовая позиция подтверждается выводами, изложенными в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которому положения абзаца второго пункта 5 и абзаца второго пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к правилам статьи 205 Гражданского кодекса Российской Федерации. Срок исковой давности арбитражному управляющему, кредиторам, являющимся юридическими лицами или предпринимателями, может быть восстановлен лишь в исключительных случаях, когда они действительно были лишены возможности своевременно обратиться в суд по независящим от них причинам. При этом не подлежат восстановлению предельные объективные трехлетний и десятилетний сроки, исчисляемые со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или завершения конкурсного производства, совершения неправомерных действий (бездействия), причинивших вред кредиторам и влекущих субсидиарную ответственность.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, могущих повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 03 августа 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 02 октября 2023 года по делу № А40-107851/18 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «ТОР» ФИО1 - без удовлетворения.


Председательствующий-судья В.В. Кузнецов


Судьи Н.А. Кручинина


Н.Н. Тарасов