Постановление от 5 июля 2018 г. по делу № А27-21497/2016

/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А27-21497/2016


Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 июля 2018 года


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Забоева К.И.,

судей Туленковой Л.В.,

Шабаловой О.Ф.,

при протоколировании судебного заседания с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Новоселовой О.В., рассмотрел кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Энергосистемы регионов» на решение от 24.10.2017 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Нестеренко А.О.) и постановление от 22.02.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Терехина И.И., Афанасьева Е.В., Захарчук Е.И.) по делу № А27-21497/2016 по иску публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» (660021, Красноярский край, город Красноярск, улица Бограда, дом 144А, ИНН 2460069527, ОГРН 1052460054327) к обществу с ограниченной ответственностью «Энергосистемы регионов» (650021, Кемеровская область, город Кемерово, улица Красноармейская, дом 2, корпус 6, кабинет 210, ИНН 4205305032, ОГРН 1154205004183) об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора оказания услуг по передаче электрической энергии.

Путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Кемеровской области (судья Бондаренко С.С.) в заседании участвовали представители: общества с ограниченной ответственностью «Энергосистемы регионов» - Святкин С.И. по доверенности от 23.08.2017; публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» - Беккер О.В. по доверенности от 21.12.2015.

Суд установил:

публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Сибири» (далее – общество «МРСК Сибири») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Энергосистемы регионов» (далее – общество «Энергосистемы регионов») об урегулировании разногласий по пунктам 4.7, 5.7, 5.8, 6.1 и приложению № 3 «Плановое количество электрической энергии и величина заявленной мощности, подлежащая оплате сторонами, с разбивкой по месяцам» (далее – приложение № 3), возникших при заключении договора оказания услуг по передаче электрической энергии от 01.01.2016 № 18.4200.321.16 (далее – договор).

Решением от 24.10.2017 Арбитражного суда Кемеровской области, оставленным без изменения постановлением от 22.02.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда, пункты 5.7, 5.8, 6.1 договора и приложение № 3 – определены в редакции истца, пункт 4.7 – в редакции суда.

Общество «Энергосистемы регионов» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение и постановление, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области в ином судебном составе.

В обоснование кассационной жалобы общество «Энергосистемы регионов» приводит следующие доводы: судом первой инстанции нарушена статья 445 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.05.1997 № 14 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров» (далее – Информационное письмо № 14) и необоснованно отклонено ходатайство ответчика о прекращении производства по делу, поскольку истцом нарушен тридцатидневный срок для передачи разногласий на рассмотрение суда; судами нарушены положения статей 434, 446 ГК РФ, так как в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие согласие ответчика на передачу разногласий суду для рассмотрения; судами неправомерно отказано в установлении пункта 4.7 в редакции ответчика, чем нарушены положения пункта 81 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – Основы ценообразования); судом первой инстанции не учтено, что утвержденная им редакция приложения № 3 не направлялась истцом ответчику, а также не указано на доказательства, подтверждающие то, что утвержденные судом в качестве условия договора сведения о заявленной мощности были учтены Региональной энергетической комиссией Кемеровской области (далее – РЭК КО) при тарифном регулировании; судами не дано оценки доводам ответчика о существенном снижении количества передаваемой электрической энергии между сторонами с 01.02.2016 в связи с сокращением потребления электроэнергии потребителями, присоединенными к сетям ответчика; применение судом формулировки «стороны» в пункте 5.7 договора является необоснованным, поскольку исполнителем услуги является только сторона 1, то есть общество «МРСК Сибири».

Дополнительные документы, приложенные к кассационной жалобе, судом округа возвращены обществу «Энергосистемы регионов», поскольку приобщение к материалам дела доказательств не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (статьи 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Поступивший отзыв общества «МРСК Сибири» на кассационную жалобу судом округа не приобщен к материалам дела в связи с отсутствием надлежащих доказательств его направления обществу «Энергосистемы регионов» (часть 2 статьи 279 АПК РФ).

В судебном заседании суда округа представитель общества «Энергосистемы регионов» поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе. Представитель общества «МРСК Сибири» просил отказать в удовлетворении кассационной жалобы и оставить судебные акты без изменения.

Поскольку заявителем кассационной жалобы решение и постановление в части урегулирования разногласий по пунктам 5.8 и 6.1 фактически не обжалуется, то законность судебных актов в указанной части не проверяется, и суд кассационной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в жалобе (часть 1 статьи 286 АПК РФ).

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Судами установлено, что при заключении договора между обществами «МРСК Сибири» и «Энергосистемы регионов» возникли разногласия по содержанию пунктов 4.7, 5.7, 5.8, 6.1 и приложению № 3 к договору, невозможность урегулирования которых сторонами в добровольном порядке повлекла обращение общества «МРСК Сибири» в арбитражный суд с настоящим иском.

Частично удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался положениями пункта 1 статьи 422, статьи 425, пункта 4 статьи 445, статьи 446 ГК РФ, статьи 3 Федерального закона от 26.03.2006 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), пунктов 2, 4, 5, 8, 34, 36, 38, 41 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), пункта 81 Основ ценообразования, пунктов 45, 55 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-э/2 (далее – Методические указания), а также правовыми позициями, изложенными в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.08.2005 № 1928/05, от 31.01.2012 № 11657/11.

Пункт 4.7 договора определен судом в следующей редакции: «Выбор варианта тарифа определяется стороной, осуществляющей оплату услуг по передаче электроэнергии, путем направления письменного уведомления в адрес другой стороны по настоящему договору в течение 1 месяца со дня официального опубликования уполномоченным государственным органом решения об установлении соответствующих цен (тарифов).

При отсутствии указанного уведомления расчеты за услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям, производятся по варианту тарифа, применявшемуся в предшествующий расчетный период регулирования» и далее по тексту без разногласий.

Судом отмечено, что выбор потребителями, имеющими опосредованное присоединение к электрическим сетям сетевой организации через энергетические установки производителей электрической энергии, одноставочного варианта тарифа на услуги по передаче электрической энергии может не обеспечивать расходы сетевой организации на содержание своих электрических сетей, по которым потенциально может быть передана электрическая энергия таким потребителям.

Судом установлено, что ответчик по ряду точек имеет опосредованное присоединение с сетями истца через энергетические установки производителя электрической энергии, поэтому он вправе выбрать одноставочный вариант тарифа только с согласия истца, поскольку правила пункта 81 Основ ценообразования и пункта 55 Методических указаний установлены в интересах последнего.

При этом, включая в пункт 4.7 договора вторым абзацем условие, предлагаемое ответчиком, суд учел, что ответчик настаивал на таком условии как на существенном.

Разрешая разногласия по пункту 5.7 договора и принимая его в редакции истца, согласно которой фактическое уменьшение состава электросетевого хозяйства не освобождает стороны от исполнения взятых обязательств в части оказания и оплаты услуг по передаче электрической энергии в пределах утвержденной величины заявленной мощности при тарифном регулировании, сославшись на положения подпункта «г» пункта 41 Правил № 861, суд первой инстанции отметил, что универсальной формулировкой будет использование в ней слова «стороны» применительно как к оплате, так и к оказанию услуг.

Приложение № 3 принято судом в следующей редакции: «Прием из сетей сетевой организации 2 в сети сетевой организации 1 в 2016 году не осуществляется. Прием из сетей сетевой организации 1 в сети сетевой организации 2 за 2016 год 3,217 МВт*, 19 935,884 тыс. кВт*ч, в том числе: январь - 3,604 МВт*/1 905,507 тыс. кВт*ч, февраль - 3,878 МВт*/1 853,277 тыс. кВт*ч, март - 3,316 МВт*/1 751,405 тыс. кВт*ч, апрель - 3,362 МВт*/1 707,529 тыс. кВт*ч, май - 2,872 МВт*/1 504,935 тыс. кВт*ч, июнь - 2,492 МВт*/1 268,201 тыс. кВт*ч, июль - 2,601 МВт*/1 368,161 тыс. кВт*ч, август - 2,348 МВт*/1 242,386 тыс. кВт*ч, сентябрь - 3,151 МВт*/1 599,649 тыс. кВт*ч, октябрь - 3,579 МВт*/1 887,462 тыс. кВт*ч, ноябрь - 3,747 МВт*/1 916,905 тыс. кВт*ч, декабрь - 3,652 МВт*/1 930,467 тыс. кВт*ч».

Разрешая разногласия по приложению № 3, суд первой инстанции с учетом позиции, содержащейся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2011 № 3327/11, исходил из того, что поскольку заявленная мощность не определена отдельным соглашением сторон, то должна быть применена величина мощности, учтенная в целях установления тарифов на услуги по передаче электрической энергии на соответствующий период (постановление РЭК КО от 31.12.2015 № 1056 «Об установлении цен (тарифов) на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям Кемеровской области на 2016 год», далее – постановление № 1056).

При этом судом учтено мнение РЭК КО, изложенное в письме от 08.09.2017 № М-3-71/3268-01, согласно которому индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии рассчитаны исходя из имеющихся у регулятора сведений о заявленной мощности.

Седьмой арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Дело рассмотрено судами правильно.

В нормах статьи 445 ГК РФ определены условия, последовательность и сроки совершения действий заинтересованных лиц при заключении договоров, обязательных хотя бы для одной из сторон; установленные в этих нормах сроки не являются пресекательными.

Согласно пункту 1 статьи 446 ГК РФ в случаях передачи разногласий, возникших при заключении договора, на рассмотрение суда на основании статьи 445 настоящего Кодекса либо по соглашению сторон условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда.

Из пункта 1 статьи 422 ГК РФ следует, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В кассационной жалобе ее заявитель ссылается на неправильное применение судами статьи 445 ГК РФ, пункта 1 Информационного письма № 14 и пропуск истцом тридцатидневного срока на передачу в суд разногласий, возникших при заключении договора. Ответчик полагает, что производство по делу подлежало прекращению.

Данные доводы не могут служить основанием для отмены принятых судебных актов судом округа по следующим основаниям.

Требования об урегулировании разногласий, которые возникли по условиям договора, рассматриваются по положениям статей 445 - 446 ГК РФ.

Суды учли, что стороны длительное время не могли урегулировать взаимоотношения по договору, являющемуся в силу пунктов 4, 9 Правил № 861 публичным. Применительно к правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 20.09.2011 № 86-Впр11-3, от 20.09.2011 № 86-Впр11-4, договор ресурсоснабжения обязателен не только для ресурсоснабжающей организации, но и для потребителя, если от бесперебойного снабжения его соответствующим ресурсом зависит положение иных лиц, также нуждающихся в этом ресурсе.

Ответчик хотя и является потребителем услуг по передаче электрической энергии, оказываемых истцом, но также и сам обладает статусом сетевой организации, от качества аналогичных услуг которой зависит энергоснабжение других потребителей, поэтому наравне с истцом не вправе уклоняться от договорного урегулирования спорных правоотношений.

В связи с этим, используя право на судейскую дискрецию, предоставленное пунктом 1 статьи 446 ГК РФ, суды правомерно внесли правовую определенность в фактические отношения сторон, определив спорные условия подлежащего заключению между ними договора в судебном акте в соответствии со статьей 173 АПК РФ.

Отклоняя довод общества «Энергосистемы регионов» о неправомерности принятия судом пункта 4.7 договора в редакции истца, суд округа исходит из следующего.

Как следует из пункта 81 Основ ценообразования, цены (тарифы) на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям, могут быть установлены одновременно в 2 вариантах: двухставочная цена (тариф) в виде ставки, отражающей удельную величину расходов на содержание электрических сетей, и ставки, используемой для целей определения расходов на оплату нормативных потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям; одноставочная цена (тариф) в расчете на 1 киловатт-час электрической энергии с учетом стоимости нормативных потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям.

При этом правом на выбор варианта тарифа на период регулирования по общему правилу обладает потребитель, и оно реализуется им путем направления письменного уведомления в сетевую организацию в течение одного месяца со дня официального опубликования нормативного правового акта об утверждении тарифа. Выбранный вариант тарифа применяется для расчетов за услуги по передаче электрической энергии со дня введения в действие тарифов.

При отсутствии указанного уведомления расчеты за услуги по передаче электрической энергии производятся по варианту тарифа, применявшемуся в предшествующий расчетный период регулирования.

Поскольку для экономических интересов потребителя услуг значение имеет прежде всего ценовая ставка тарифа, он вправе сначала ознакомиться с ценовыми ставками, а затем в установленный срок уведомить исполнителя услуг о выбранном варианте. Исполнитель не вправе навязывать в расчетах свой вариант тарифа. Указанные правовые нормы в совокупности позволяют соблюсти баланс интересов потребителя и исполнителя услуг, обеспечить бесперебойное и надежное функционирование электроэнергетики и стабильные условия для осуществления предпринимательской деятельности в сфере электроэнергетики, а также способствуют рациональному использованию энергоресурсов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017 № 303-ЭС16-20419).

При этом особенности оплаты услуг по передаче электроэнергии потребителями, энергопринимающие устройства которых присоединены к электрическим сетям сетевой организации через энергетические установки производителя электрической энергии, установлены в пункте 55 Методических указаний. Потребители, присоединенные к сетям сетевой организации подобным способом, оплачивают услуги по установленной ставке тарифа на содержание электрических сетей для уровня напряжения, на котором производитель присоединен к электрическим сетям сетевой организации по напряжению станции наиболее высокого уровня. Если указанным способом присоединена только часть энергопринимающих устройств потребителя, а другая часть - непосредственно, то величина заявленной мощности потребителя указывается отдельно для каждого из способов присоединения и услуги оплачиваются по правилам, установленным для каждого из способов присоединения.

Таким образом, вариант тарифа, применяемый на услуги по передаче электроэнергии в таком случае, предопределен условиями технологического присоединения сетей. Оплата ставки за содержание сетей по пункту 55 Методических указаний обусловлена составом электросетевого оборудования сетевой компании, участвующим реально или потенциально в передаче электроэнергии, и тем, что сетевая организация не несет расходов на передачу электроэнергии и на ее трансформацию на пониженные уровни напряжения, так как трансформация происходит на энергетических установках производителя (определения Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2014 № 305-ЭС14-240, № 305-ЭС14-3544, № 305-ЭС14-3530).

С учетом установленных судом первой инстанции обстоятельств частичного опосредованного присоединения сетей ответчика к сетям истца через энергетические установки производителя электрической энергии определенное судом условие 4.7 договора соответствует законодательству, в частности, пункту 81 Основ ценообразования, содержащему общее диспозитивное правило порядка выбора тарифа потребителем.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.2008 № 3431/08, действующее по умолчанию правило диспозитивной нормы предполагает оптимальный баланс интересов сторон договора, поэтому если стороны не могут договориться о каком-либо условии договора в преддоговорном споре, и это условие может быть выведено из диспозитивной нормы, применение которой не исключено соглашением сторон, спорное условие договора следует определять в соответствии с такой диспозитивной нормой.

Доводы общества «Энергосистемы регионов» о необоснованности определения судом условия пункта 5.7 договора путем использования в нем термина «стороны», а также об отсутствии у суда права на урегулирование данного пункта, так как он не относится к числу существенных условий договора, подлежат отклонению.

В силу пункта 1 статьи 432 ГК РФ существенным условием договора является, в числе прочего всякое его условие, относительно которого по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Определяя условие пункта 5.7 договора, суд правомерно руководствовался этой нормой, а также исходил из общеупотребимой терминологии и положений подпункта «г» пункта 41 Правил № 861. При установлении условия договора судом также учтены положения пункта 52 Методических указаний об оплате услуг по передаче электрической энергии за фактический объем сальдированного перетока электроэнергии, на основе чего суд пришел к обоснованному выводу о том, что уменьшение состава электросетевого хозяйства не должно освобождать стороны от обязанностей по договору.

Оспаривая обоснованность определенных судом условий приложения № 3, представитель общества «Энергосистемы регионов» в судебном заседании пояснил, что между сторонами не достигнуто соглашение по величине заявленной мощности в порядке подпункта «б1» пункта 38 Правил № 861, а фактическая мощность существенно ниже заявленной, учтенной регулирующим органом при утверждении тарифа. Ее уменьшение, по утверждению ответчика, произошло в связи с тем, что после утверждения тарифа сократилось количество потребителей, которым доставляется электрическая энергия по сетям ответчика через сети истца, и последний, применяя двухставочный тариф за услуги по передаче электрической энергии, одним из элементов которого является заявленная мощность, учтенная при утверждении тарифа при прежнем составе потребителей, взимает с ответчика стоимость фактически не оказываемых услуг по передаче электрической энергии, что влечет недополучение ответчиком запланированной необходимой валовой выручки (далее – НВВ) и неосновательное недобросовестное обогащение истца.

Вместе с тем, доводы ответчика об отсутствии соглашения о величине заявленной мощности противоречивы и непоследовательны, поскольку в кассационной жалобе он фактически не отрицает факт согласования величины заявленной мощности, которая приведена судом в качестве условий договора (приложение № 3). Суть возражений ответчика сводится к тому, что он не согласовал бы истцу объемы планируемой к передаче в 2016 году энергии и заявленную мощность, если бы знал о том, что один из его крупных потребителей с февраля 2016 года изменит центр питания, и переток энергии к нему пойдет помимо сетей ответчика, что лишит последнего возможности получения стоимости услуг по передаче этого объема энергии в запланированном объеме (страницы 11, 13 кассационной жалобы). Аналогичную позицию ответчик излагал и в отзыве на исковое заявление (листы 122-132 тома 1).

При этом в качестве правового обоснования своей позиции ответчик ссылается на положения статьи 451 ГК РФ об изменении договора в связи с существенным изменением обстоятельств.

В соответствии с пунктом 15(1) Правил № 861 обязательства потребителя услуг определяются в размере стоимости оказанных услуг, установленном в соответствии с настоящим пунктом.

В случае если в качестве потребителя услуг по передаче электрической энергии выступает сетевая организация, объем услуг по передаче электрической энергии, оказанных другой сетевой организацией, определяется в отношении объектов электросетевого хозяйства в соответствии с настоящим пунктом в зависимости от применяемого в соответствии с Основами ценообразования к потребителю услуг варианта цены (тарифа) на услуги по передаче электрической энергии в следующем порядке:

объем услуг по передаче электрической энергии, оплачиваемых потребителем услуг за расчетный период по одноставочной цене (тарифу) на услуги по передаче электрической энергии, а также объем услуг по передаче электрической энергии, оплачиваемых потребителем услуг за расчетный период по ставке, используемой для целей определения расходов на оплату нормативных потерь электрической энергии при ее передаче по электрическим сетям, двухставочной цены (тарифа) на услуги по передаче электрической энергии, определяются в порядке, предусмотренном настоящим пунктом для определения такого объема услуг по передаче электрической энергии, оплачиваемых потребителями электрической энергии (мощности);

объем услуг по передаче электрической энергии, оплачиваемых потребителем услуг по ставке, отражающей удельную величину расходов на содержание электрических сетей, двухставочной цены (тарифа) на услуги по передаче электрической энергии, равен величине заявленной мощности, определенной в соответствии с пунктом 38 настоящих Правил.

Из имеющихся в деле пояснений РЭК КО и приложения № 5 к постановлению № 1056 следует, что при утверждении индивидуального тарифа на услуги по передаче электрической энергии для пары сетевых организаций ответчик (плательщик) – истец (получатель платы) регулятором в качестве базы для расчета ставки на содержание электрических сетей использована присоединенная (заявленная) мощность сетевой организации. Базой для расчета ставки индивидуальных тарифов на оплату технологического расхода (потерь) электрической энергии является плановый сальдированный переток электроэнергии между сетевыми организациями.

В соответствии со статьями 9, 65 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, оценив имеющиеся в деле доказательства, суд правомерно определил в качестве условий приложения 3 к договору плановое количество электрической энергии и величину заявленной мощности, подлежащую оплате, с разбивкой по месяцам, исходя из тех числовых показателей, которые учтены при формировании регулятором для сторон индивидуального тарифа на услуги по передаче электрической энергии. Подобное определение условий договора не нарушает прав лиц, участвующих в деле, а также согласуется с приведенными нормами действующего законодательства.

Доказательств того, что при формировании тарифа были учтены иные величины этих показателей, ответчик не представил.

Согласно пункту 42 Правил № 861, пункту 63 Основ ценообразования, пункту 49 Методических указаний расчет единых (котловых) тарифов в регионе производится на основе НВВ, определяемой исходя из расходов по осуществлению деятельности по передаче электрической энергии и суммы прибыли, отнесенной на передачу электрической энергии. Для расчета единых (котловых) тарифов в регионе суммируются НВВ всех сетевых организаций по соответствующему уровню напряжения. Индивидуальные тарифы для взаиморасчетов пары сетевых организаций определяются исходя из разности между тарифной выручкой сетевой организации - получателя услуги по передаче электрической энергии, получаемой ею от потребителей электрической энергии на всех уровнях напряжения, и НВВ.

Порядок расчета и исходные данные, на основании которых устанавливаются котловые и индивидуальные тарифы, указаны в разделе VIII и таблице № П1.30 Методических указаний. Размер тарифа рассчитывается в виде экономически обоснованной ставки как соотношение между валовой выручкой, необходимой для качественного и бесперебойного оказания услуг по передаче электроэнергии, и объема этих услуг. При определении НВВ в расчет принимается стоимость работ, выполняемых организацией на объектах электросетевого хозяйства, находящихся у нее на законных основаниях и используемых для передачи электроэнергии.

По общему правилу тарифные решения принимаются исходя из предложений регулируемых организаций о плановых (прогнозных) величинах. В качестве базы для расчета тарифов используются объем отпуска электроэнергии потребителям, величина мощности и величина технологического расхода (пункты 12, 17, 18 Правил государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее – Правила № 1178), пункт 81 Основ ценообразования).

Предложенные регулируемыми организациями величины проверяются экспертным путем на соответствие экономической обоснованности планируемых (расчетных) себестоимости и прибыли, на обеспечение экономической обоснованности затрат на передачу электроэнергии. Кроме того, учитывается результат деятельности сетевых организаций по итогам работы за период действия ранее утвержденных тарифов. Тариф устанавливается на принципах стабильности и необратимости (пункт 2 статьи 23, статья 23.2 Закона об электроэнергетике, пункт 64 Основ ценообразования, пункты 7, 22, 23, 31 Правил № 1178, разделы IV, V Методических указаний).

Таким образом, для сохранения баланса интересов всех сетевых организаций и потребителей услуг по общему правилу требования сетевой организации об оплате услуг должны основываться на тарифном решении.

Вместе с тем применение котловой модели не исключает риски, связанные с отклонением фактических величин от прогнозных, что может быть связано, в том числе с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в законное владение сетевой организации в течение периода регулирования, а также с появлением дополнительных или изменением существующих точек поставки.

Если возникновение новых точек поставки вызвано объективными причинами (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения и т.п.) и это повлекло увеличение объема котловой выручки, то сетевые организации, оказывавшие услуги по данным точкам, вправе претендовать на получение дополнительного дохода, который может быть распределен в течение этого же периода регулирования с применением индивидуальных тарифов с последующей корректировкой мерами тарифного регулирования. Так, нормами законодательства о тарифообразовании установлен механизм корректировки выручки, который предусматривает экспертную оценку обоснованности незапланированных расходов (пункт 7 Основ ценообразования, пункты 19, 20 Методических указаний).

Если новые точки поставки или новые объекты электросетевого хозяйства появились у сетевой организации в результате перераспределения точек, учтенных в тарифном решении (при том, что котловая выручка не изменилась), то расчет с такой сетевой организацией должен быть произведен таким образом, чтобы оплата не внесла дисбаланс в распределение котловой выручки.

Кроме того, если действия по изменению точек поставки совершены по соглашению между сетевой организацией и ее контрагентом, то оценке подлежит преследуемая ими цель.

Законодательство гарантирует субъектам электроэнергетики соблюдение их экономических интересов в случае осуществления ими деятельности разумно и добросовестно. В то же время действия, совершенные по воле сетевой организации, направленные на изменение без объективных причин заложенных при формировании тарифа параметров, влекущие такие последствия, как необоснованное увеличение фактической валовой выручки этой сетевой организации по сравнению с плановой НВВ, дисбаланс тарифного решения, убытки одних сетевых организаций и неосновательные доходы других, что не согласуется ни с интересами субъектов электроэнергетики, ни с общими принципами организации экономических отношений и основами государственной политики в сфере электроэнергетики, могут квалифицироваться как недобросовестные.

Действия сетевой организации могут квалифицироваться как злоупотребление правом, если они направлены исключительно на обход правовых норм о государственном регулировании цен и подрыв баланса интересов потребителей услуг и сетевых организаций.

В рассматриваемой ситуации ответчик не ссылался на какие-либо действия истца, явившиеся субъективными причинами для перераспределения запланированной НВВ в период действия спорного договора, напротив, доводы ответчика заключаются в оспаривании им обоснованности отражения в договоре величин из намеченного при утверждении регулятором тарифно-балансового решения распределения НВВ.

Однако фактическое последующее изменение по независящим от сторон причинам объема перетока электрической энергии не должно отражаться на условиях договора, соответствующих в части определения объема передачи электрической энергии и заявленной мощности плановым величинам, учтенным при утверждении соответствующего тарифа. В таком случае объективные изменения объема услуг по передаче энергии и последующее недолучение либо излишек НВВ корректируются мерами последующего тарифного регулирования.

В этой связи у судов не имелось оснований для вывода о том, что истец, предлагая для включения в договор соответствующие условия, действовал с нарушением стандарта ожидаемого поведения от добросовестной стороны обязательства, установленного в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поэтому суд кассационной инстанции отклоняет доводы ответчика о том, что принуждение его к заключению договора на условиях, без учета существенно изменившихся обстоятельств, является злоупотреблением правом и неправомерно приводит к перераспределению НВВ в пользу истца.

Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что при принятии судебных актов судами обеих инстанций не допущено нарушений норм материального и процессуального права, а их выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке не имеется, жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на ее заявителя.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 24.10.2017 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 22.02.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-21497/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий К.И. Забоев


Судьи Л.В. Туленкова


О.Ф. Шабалова