Постановление от 12 декабря 2022 г. по делу № А65-422/2020

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда


12 декабря 2022 года Дело №А65-422/2020

гор. Самара11АП-16774/2022, 11АП-16776/2022

Резолютивная часть постановления оглашена 05 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 декабря 2022 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гадеевой Л.Р.,

судей Гольдштейна Д.К., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев 28 ноября, 05 декабря 2022 года (в соответствии со ст. 163 АПК РФ объявлялся перерыв) в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2,

апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО2 и ФИО6 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.09.2022, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО6, ФИО4

в рамках дела №А65-422/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аренда Даром», ИНН <***>

при участии в судебном заседании до и после перерыва:

от ФИО4 – представитель ФИО5 по доверенности от 18.11.2019;

от ФИО3 – представитель ФИО5 по доверенности от 09.01.2020;

от иных лиц – не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.05.2020 общество с ограниченной ответственностью «Аренда Даром», <...> ОГРН <***>, ИНН <***>, (далее – должник), признано несостоятельным (банкротом) и открыто в отношении него конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.04.2022 принято к производству заявление конкурсного управляющего должника ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО6, ФИО4.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.09.2022 заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности лиц удовлетворено частично.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО6 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.09.2022 по делу №А65-422/2020 отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО6, в указанной части принять по делу новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 апелляционная жалоба принята к производству.

Также, не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.09.2022 по делу №А65- 422/2020 отменить в части суммы подлежащих взысканию с ФИО3, отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, в указанной части принять новый судебный акт.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 апелляционная жалоба оставлена без движения. Заявителю предложено устранить обстоятельства, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения в срок до 10.11.2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2022 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

От представителя ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании поступили отзывы на апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

Поступившие документы приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

Представитель ФИО3 и ФИО4 возражал относительно доводов конкурсного управляющего по мотивам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и не явившихся в судебное заседание, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены судебного акта.

В соответствии со ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6 по основаниям, предусмотренным пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, ФИО4 и ФИО3 по основаниям, предусмотренным п. 1, пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования конкурсного управляющего в части наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО6, исходил из того, что последним не исполнена возложенная на него обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей. При этом доказательств отсутствия у ФИО6 вины во вменяемом бездействии, ответчиком не представлено.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы ФИО6, не находит оснований для несогласия с выводами суда первой инстанции в указанной части.

На основании п. 1, п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если оно являлось руководителем должника.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, по состоянию на 03.06.2019 ответчик ФИО6 являлся руководителем должника, что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что ФИО6 является контролирующим должника лицом.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Данное требование обусловлено в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требования Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 24 постановления Пленума N 53, арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяется в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума N 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.10.2020 суд определил:

обязать бывшего руководителя общества с ограниченной ответственностью «Аренда Даром» ФИО6 передать конкурсному управляющему обществом с ограниченной ответственностью «Аренда Даром» бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности, в т.ч.:

- материальные внеоборотные активы (включая основные средства, незавершенные капитальные вложения в основные средства) на общую сумму 5 324 000 рублей;

- запасы на общую сумму 5 000 рублей;

- денежные средства и денежные эквиваленты в размере 920 000 рублей;

- документы, подтверждающие дебиторскую задолженность на общую сумму 18 882 000 рублей;

- устав Должника со всеми зарегистрированными изменениями;

- свидетельство о государственной регистрации Должника в качестве юридического лица;

- свидетельство о постановке Должника на налоговый учет;

- свидетельство о регистрации Должника в органах Пенсионного фонда Российской Федерации;

- свидетельство о регистрации Должника в Фонде социального страхования Российской Федерации;

- письмо Федеральной службы статистики о присвоении кодов статистики;

- протокол (решение) о назначении руководителя Должника, а также главногобухгалтера должника;

- перечень кредиторов с указанием сумм задолженностей и адресов кредиторов;

- перечень дебиторов с указанием сумм задолженностей и адресов кредиторов;

- перечень имущества Должника, в том числе перечень основных средств, перечень запасов и сырья и др., с указанием балансовой (остаточной стоимости) имущества; |

- бухгалтерские балансы (ежеквартальные), начиная с 11.02.2015 года по настоящее время;

- отчеты о прибылях и убытках, начиная с 11.02.2015 года по настоящее время;

- перечень о расчетных и иных счетах Должника;

- сведения о хозяйственной деятельности Должника;

- паспорта транспортных средств, принадлежащих Должнику;

- паспорта самоходных механизмов, принадлежащих Должнику;

- перечень работников Должника с указанием должности, места жительства;

- сведения о задолженности по заработной плате перед работниками должника;

- сведения о задолженности по налогам и сборам Должника;

- сведения о кредиторах (в т.ч. сумма, адрес кредитора), чьи требования обеспечены залогом имущества должника;

- копии договоров залога, перечень имущества передаваемых в залог, [документы, подтверждающие регистрацию залога в Управлении Россреестра;

- сведения о договорах поручительств, заключенных в течение последних 5 лет;

- договоры приобретения и отчуждения имущества за последние 5 лет;

- договоры поручительства за последние 5 лет;

- заверенные копии бухгалтерских балансов и отчетов о финансовых результатах за последние 3 года (поквартально);

- перечни имущества, заверенные директором и главным бухгалтером;

- оборотно-сальдовые ведомости по следующим счетам: 01, 04, 10 (посчетам), 41, 43, 58(по субсчетам), 60, 62, 66, 67, 68, 73, 76 (по субсчетам), 97 за 2011, 2012, 2013, 2014, 2015, 2016, 2017, 2018, 2019, заверенные директором и главным бухгалтером;

- перечни имущества, находящегося в залоге, с указанием суммы, наименование кредитной организации и кредитного договора;

- перечни сотрудников, заверенные директором и главным бухгалтером;

- сведения о среднемесячном фонде оплаты труда и среднемесячной заработной платы, а также сведения о задолженности перед сотрудниками;

- информацию обо всех сделках по отчуждению имущества Должника,

- информацию о распределении полученных денежных средств,

- об исполнении государственного оборонного заказа;

- о наличии мобилизационных мощностей;

- о наличии имущества ограниченного оборота;

- о необходимости осуществления дорогостоящих природоохранных мероприятий;

- об имеющихся торговых ограничениях, финансовом стимулировании.

- о составе основного и вспомогательного производства;

- о загрузке производственных мощностей;

- об объектах непроизводственной сферы и затратах на их содержание;

- об основных объектах, не завершенных строительством;

- о структурных подразделениях, схема структуры управления предприятием;

- о численности работников, включая численность каждого структурного подразделения, фонд оплаты труда работников предприятия, средняя заработная плата;

- о дочерних и зависимых хозяйственных обществах с указанием доли участия должника в их уставном капитале и краткая характеристика их деятельности;

- об учетной политике должника, в том числе анализ учетной политики для |целей налогообложения;

- о системе документооборота, внутреннего контроля, страхования, организационной и производственной структур;

- обо всех направлениях (видах) деятельности, осуществляемые должником в течение не менее чем двухлетнего периода, предшествующего возбуждению производства по делу о банкротстве, и периода проведения в отношении должника процедур банкротства, их финансовый результат, соответствие нормам и обычаям делового оборота, соответствие применяемых цен рыночным и оценка целесообразности продолжения осуществляемых направлений (видов) деятельности;

- по основным поставщикам сырья и материалов и основным потребителям продукции (отдельно по внешнему и внутреннему рынку), а также объемам поставок в течение не менее чем 2-летнего периода, предшествующего возбуждению дела о банкротстве, и периода проведения в отношении должника процедур банкротства;

- данные по срокам и формам расчетов за поставленную продукцию.

Определение суда вступило в законную силу. Между тем, ФИО6 не исполнено.

Судом первой инстанции принято во внимание, что согласно бухгалтерскому балансу должника у Общества имелись: основные средства на сумму 5324 тыс.руб., дебиторская задолженность 18882 тыс.руб., запасы – 5 тыс.руб., итого активы – на 25131 тыс.руб.

В свою очередь, ввиду не передачи конкурсному управляющему документов и имущества должника, конкурсный управляющий не имеет возможности взыскивать дебиторскую задолженность, выявить имущество должника, формировать конкурсную массу должника.

Вопреки позиции ответчика, отсутствие первичных документов бухгалтерского учета не позволяет арбитражному управляющему провести мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, в полном объеме выявить основные средства должника. Также отсутствие первичной бухгалтерской документации должника не позволяет выявить, проанализировать совершенные в период подозрительности сделки и их условия, и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы. Установить местонахождение запасов предприятия также не представляется возможным.

Таким образом, ввиду неисполнения бывшим руководителем должника ФИО6 обязанности, возложенной на него положениями Закона о банкротстве, конкурсный управляющий лишен возможности пополнить конкурсную массу за счет активов, имеющихся у должника.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО6 как контролирующее должника лицо, согласно статьям 61.1061.11 Закона о банкротстве, по правилам пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, был обязан передать конкурсному управляющему документацию бухгалтерского учета и (или) отчетности должника. Между тем, данное обязательство ответчиком не исполнено.

Вопреки доводам ФИО6, изложенным в апелляционной жалобе, удовлетворение требований о взыскании убытков с ФИО3, признание сделок недействительными, не препятствует установлению оснований для привлечения иных контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности при наличии к тому правовых оснований.

Судебная коллегия отмечает, что на руководителе предприятия-должника лежит обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, предусмотренная ст. 126 Закона о банкротстве, и законом установлен срок для исполнения указанной обязанности. При этом судебный акт об обязании бывшего руководителя передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности, лишь подтверждает неисполнение ФИО6 предусмотренной законом обязанности.

При этом ФИО6 не опровергнуты презумпции, отраженные в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Кроме того, вопреки доводам ФИО6, при установлении оснований для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, установление признаков объективного банкротства, и, как следствие, обстоятельства того, что к объективному банкротству привело бездействие руководителя в части неисполнения обязанности, установленной абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве, не требуется.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правомерно признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно п.7 ст.61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку размер субсидиарной ответственности на дату судебного заседания определить не представляется возможным, суд первой инстанции верно приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 в части определения размера ответственности.


Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требования конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, и взыскивая убытки с ФИО3 в сумме 436 226,40 руб., обоснованно исходил из следующих обстоятельств.

В отношении указанных ответчиков конкурсный управляющий указывал на перечисление денежных средств ФИО8, а также на отсутствие должной осмотрительности при выборе контрагента при заключении сделки, непринятие ответчиком мер по взысканию с ООО «ЧелныТорг» задолженности в размере 10 000 000 руб.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО3 являлся директором должника в период с 13.04.2016 по 19.05.2019.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.07.2021 суд признал недействительным перечисление денежных средств с расчетного счета должника на расчетный счет ФИО8 в размере 2 350 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.06.2022 заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено. С ФИО3 в конкурсную массу должника взыскано 10 000 000 руб. убытков.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022 по делу № А65-422/2020 суд постановил: определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.06.2022 по делу № А65-422/2020 изменить в части размера взыскиваемых убытков с ФИО3, изложив абзац второй резолютивной части определения Арбитражного суда Республики Татарстан 01.06.2022 по делу № А65-422/2020 в следующей редакции:

«Взыскать с ФИО3 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Аренда Даром» убытков в размере 4 342 067, 57 руб.».

В период совершения (не совершения) рассмотренных судом действий руководителем должника являлся ФИО3 В свою очередь ФИО4 имела доверенность от имени должника и право подписи банковских документов. ФИО4 руководителем либо участником должника не являлась.

Между тем суд первой инстанции отметил, что доказательства того, что данные действия привели к объективному банкротству должника, конкурсным управляющим не представлены.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

В соответствии с п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

В соответствии с п. 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Согласно ч.1 ст.53.1 Гражданского кодекса РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии со ст. 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Ответственность по ст. 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию согласно ст. 15 ГК РФ.

Согласно положениям статьи 15 ГК РФ возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при доказанности противоправности поведения ответчика, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено следующее.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Согласно разъяснениям, данным в п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 62 от 30 июля 2013 г. недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В свою очередь, неразумность действий директора предполагается, если директор:

- принял решение без учёта известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Суд первой инстанции принято во внимание, что ввиду отсутствия должной осмотрительности при выборе контрагента при заключении сделки, непринятия мер по взысканию с ООО «ЧелныТорг» задолженности в размере 10 000 000 руб., ответчик ФИО3 привлечен к ответственности в виде взыскания убытков в размере 4 342 067,57 руб.

При этом относительно ФИО4 судом первой инстанции отмечено, что обязанности руководителя должника она не исполняла и каких-либо действий в отношении ООО «ЧелныТорг» предпринимать не могла.

Фактическая аффилированность ООО «СельМашЗапчасть», ООО «ЧелныТорг», ООО «Аренда Даром», в том числе через ФИО4, установленная определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.06.2022, такой возможности ей также не предоставляла.

Руководителем ООО «ЧелныТорг» в период обязанности ФИО3 по взысканию денежных средств ФИО4 не являлась. Постановление Арбитражного суда Поволжского округа по делу №А65-26125/2016 принято 02.10.2017. При этом, как следует из решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.03.2021 по делу №А65-27481/2020 с 26.04.2017 по 02.11.2018 руководителем являлся ФИО9

В свою очередь, платежи, произведенные должником ФИО8, осуществлялись в период исполнения обязанностей руководителя должника ФИО3 При этом конкурсным управляющим не доказано, что ФИО4 является выгодоприобретателем полученных ФИО8 денежных средств. ФИО4 не возлагала на должника обязанность по оплате договора займа, ФИО8 за взысканием задолженности по договору займа к ФИО4 не обращался, оплата займа производилась ФИО4 самостоятельно без участия должника. Доверенность должника была обусловлена необходимостью проведения переговоров с клиентами, потенциальными арендаторами.

С учетом изложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оснований для привлечения ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности не имеется, поскольку конкурсным управляющим не доказано, что спорные сделки и неистребование дебиторской задолженности привели к объективному банкротству ООО «Аренда Даром».

При этом, наличие генеральной доверенности на ФИО4, само по себе не указывает на то, что указанное лицо являлось контролирующим должника.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе конкурсного управляющего, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, основания для ее непринятия у суда апелляционной инстанции отсутствуют. Кроме того, указанные доводы направлены на переоценку установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств дела и принятых им доказательств.

Вместе суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО3 убытков в сумме 436226,40 руб. В указанной части возражений не заявлено.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что апелляционные жалобы содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, доводы жалоб направлены на их переоценку с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются материалами дела. В этой связи, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обжалуемое определение суда первой инстанции является законным и обоснованным.

В соответствии соложениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в настоящем случае не предусмотрена.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.09.2022 по делу №А65-422/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий Л.Р. Гадеева



Судьи Д.К. Гольдштейн



Я.А. Львов