Решение от 1 февраля 2021 г. по делу № А12-17762/2020

Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Волгоград Дело №А12-17762/2020

«1» февраля 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 января 2021 г.

Полный текст решения изготовлен 1 февраля 2021 г.

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Напалковой Л.В. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гостевой З.Б. рассмотрел в судебном заседании дело по исковому заявлению федерального государственного бюджетного учреждения "Российское энергетическое агентство" Министерства энергетики Российской Федерации в лице филиала Волгоградского центра научно-технической информации (ИНН 7709018297, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Нефть-Газ-Сервис" (ИНН <***>, ОГРН <***>) с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 518 303 руб. 60 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами по день уплаты суммы неосновательного обогащения, судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 98 000 руб.

в судебном заседании приняли участие:

от истца – ФИО2, по доверенности;

от ответчика – ФИО3, по доверенности, ФИО4, директор;

от третьего лица – не явился, извещён.

В Арбитражный суд Волгоградской области обратилось федеральное государственное бюджетное учреждение "Российское энергетическое агентство" Министерства энергетики Российской Федерации в лице филиала Волгоградского центра научно-технической информации (далее – ФГБУ «РЭА» Минэнерго России в лице Волгоградского ЦНТИ, истец) к обществу с ограниченной ответственностью "Нефть-Газ-Сервис" (далее – ООО "НГС", ответчик) с иском о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 518 303 руб. 60 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами по день уплаты суммы неосновательного обогащения.

Истец в судебном заседании поддержал предъявленный иск.

Ответчик против удовлетворения иска возражает по доводам, изложенным в письменном отзыве, дополнении к нему.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1, ранее занимающий должность директора Волгоградского ЦНТИ.

ФИО1 позицию по спору не выразил.

Изучив основания исковых требований, возражений ответчика, исследовав письменные доказательства, арбитражный суд

установил:

Между ФГБУ «РЭА» Минэнерго России в лице Волгоградского ЦНТИ (Заказчик) и ООО «НГС» (Исполнитель) 07.12.2015 г., 19.01.2016 года и 09.01.2017 г. заключены договоры № 104, №1 и № 1 на проверку газоиспользующего оборудования предприятий Волгоградской и Астраханской областей.

Всего по данным договорам истец перечислил на расчетный счет ответчика сумму в общем размере 1 518 303,60 руб.:

- по договору № 104 от 07.12.15 г. сумму 139 404,13 руб. (платежное поручение № 534253 от 27.07.2016г. на сумму 139 404,13 руб.);

- по договору № 1 от 19.01.16 г. сумму 723 813,65 руб. (платежное поручение № 114590 от 08.09.2016г. на сумму 298 508,35 руб., платежное поручение № 289574 от 28.09.2016 г. на сумму 278 602,80 руб., платежное поручение № 620358 от 26.10.2016 г. на сумму 146 702,50 руб.);

- по договору №1 от 09.01.17 г. сумму 655 085,82 руб. (платежное поручение № 380602 от 30.03.2017 г. на сумму 68 383,00 руб., платежное поручение № 733489 от 24.07.2017 г., на сумму 184 902,82 руб., платежное поручение № 404279 от 14.09.2017 г. на сумму 182 532,00 руб., платежное поручение № 406186 от 05.12.2017г., на сумму 219268,00 руб.).

Ответчик в отзыве на иск, дополнении к нему настаивает на том, что договор № 104 от 07.12.2015 г. сторонами фактически не исполнялся. Полученная ответчиком по платёжному поручению № 534253 от 27.07.2016 года оплата являлась оплатой по договору № 1 от 19.01.2016 г., поскольку в качестве назначения платежа в платёжном поручении указано на оплату за техническое освидетельствование газоиспользующего оборудования за 06.16 г. по договору 104 от 07.12.2015 по сч.12 от 25.07.2016 без налога НДС.

Согласно предоставленному в материалы дела счету № 12 от 25.07.2016 года наименование услуг, подлежащих оплате по нему на сумму 139 404,13 руб., указано «Выполнение работ по техническому освидетельствованию возможности работы газоиспользующего оборудования и состояния резервного топлива. Расчет брони газопотребления ТЭР (4 кв. 2016 и 1 кв.2017 г.). По договору от «19» января 2016 г. № 1 (согласно акту сверки взаимных расчетов за период 07.12.2015-31.06.2016г.)».

Исследовав указанные документы, суд соглашается с позицией ответчика.

Данные денежные средства заявлены истцом к взысканию с ответчика в качестве неосновательного обогащения, в обоснование чего истец ссылается на установленные приговором Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 16.10.2020 г. по уголовному делу № 470/2020 обстоятельства. Указанный приговор вынесен в отношении ФИО1.

Из содержания данного приговора, следует, что в соответствии с Уставом ФГБУ «РЭА», утвержденным приказом Минэнерго России от 01 апреля 2011 № 110, учредителем Учреждения является Российская Федерация.

Функции и полномочия учредителя ФГБУ осуществляет Минэнерго России на основании распоряжения Правительства Российской Федерации от 10 декабря 2008 года № 1855-р (п. 1.3).

Учреждение является некоммерческой организацией и осуществляет свою деятельность в соответствии с законодательством Российской Федерации. ФГБУ может осуществлять приносящую доход деятельность, предусмотренную п. 2.3 Устава. Доходы, полученные от такой деятельности, и приобретенное за счет этих доходов имущество поступают в самостоятельное распоряжение Учреждения (п. 2.5).

Обособленные подразделения ФГБУ «РЭА» (филиалы и представительства) действуют на основании положений, утвержденных генеральным директором Учреждения (п. 6.1).

В соответствии с изменениями в Устав Учреждения, утвержденными приказами Минэнерго России от 29 октября 2014 года № 793, от 22 апреля 2015 года № 241 и от 28 октября 2015 года № 799, ФГБУ «РЭА» и его филиалы вправе участвовать в мероприятиях, относящихся к полномочиям Минэнерго России, в том числе в мероприятиях по оценке готовности организаций, осуществляющих деятельность в области ТЭК и ЖКХ, к работе в осенне-зимний период, включая проверку технического состояния подготовки резервных топливных хозяйств, наличия резервного топлива и возможности его использования.

Согласно п. 5 постановления Правительства Российской Федерации от 17 мая 2002 года № 317 «Об утверждении правил пользования газом и предоставления услуг по газоснабжению в Российской Федерации» надзор за рациональным и эффективным использованием газа осуществляется Минэнерго России, в лице уполномоченных им подразделений.

Проверка показателей эффективности использования газа осуществляется при энергетическом обследовании организации. По итогам обследований уполномоченным подразделением Минэнерго России составляется акт (п. 28 и 32 Правил).

Порядок обеспечения потребителей газом в период похолоданий и в случае аварийных ситуаций на газотранспортных системах утвержден приказом Минэнерго России от 16 декабря 2002 года № 448 «Об утверждении нормативных актов, необходимых для реализации Правил пользования газом и представления услуг по газоснабжению в Российской Федерации».

В соответствии с указанным приказом представителем уполномоченного подразделения Министерства энергетики Российской Федерации и руководителем организации-потребителя газа подписываются брони газопотребления, в которых указывается минимальный объем потребления газа, необходимый для безаварийной, при условии максимального использования резервных видов топлива, работы технологического оборудования покупателей, поставки газа которым в соответствии с законами и иными нормативно-правовым актами Российской Федерации не могут быть прекращены или уменьшены ниже определенного предела (п. 6 и 7).

На основании постановлений Правительства Российской Федерации от 24 июля 1997 года № 950 и от 27 мая 2006 года № 324, а также в соответствии с приказом Генерального директора ФГБУ «РЭА» от 04 июня 2007 года № 32. создан Волгоградский центр научно-технической информации - филиал ФГБУ «Российское энергетическое агентство» Министерства энергетики Российской Федерации (далее - Волгоградский филиал ФГБУ «РЭА», Филиал, Центр, Подразделение, Волгоградский ЦНТИ).

В соответствии с положением о Волгоградском ЦНТИ, утвержденным приказом генерального директора ФГБУ «РЭА» от 01 сентября 2011 года № 69 (далее - Положение) Волгоградский филиал является обособленным структурным подразделением Учреждения (п. 1.4).

Волгоградский филиал не является юридическим лицом и действует в соответствии с законодательством Российской Федерации на основании Устава Учреждения и Положения о филиале (п. 1.5).

В соответствии с п. 2.1 Положения Волгоградский ЦНТИ представляет интересы Учреждения и Минэнерго России в своем регионе, а также осуществляет все функции Учреждения, изложенные в его Уставе.

В соответствии с п. 4.2 Положения филиал обязан при размещении заказов на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг для нужд бюджетного учреждения строго руководствоваться ГК РФ, Федеральными законами, иными нормативно-правовыми актами Правительства РФ и локальными правовыми актами ФГБУ «РЭА» (в том числе, регламентирующими порядок закупок: Федеральным законом от 18 июля 2011 года № 223-ФЭ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц»; Положением о закупке товаров, работ, услуг для нужд ФГБУ «РЭА» Минэнерго России, утвержденным приказом Минэнерго России от 14 февраля 2014 года № 74, а также Регламентом размещения закупок на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для нужд обособленных подразделений Учреждения, утвержденным приказом ФГБУ «РЭА» Минэнерго России от 31 января 2014 года № 12). Размещение заказов филиалом возможно исключительно по согласованию с Учреждением (ФГБУ «РЭА»).

Приговором суда (ст. 5,6) установлено. что ФИО1 в период с 07 декабря 2015 года по 09 января 2017 года, в нарушение требований Федерального закона от 18 июля 2011 года № 22Э-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц»; Положения о закупках товаров, работ и услуг для нужд ФГБУ «РЭА», утвержденного приказом Минэнерго России от 14 февраля 2014 года № 74; Регламента размещения закупок на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для нужд обособленных подразделений ФГБУ «РЭА» Минэнерго России, утвержденного приказом ФГБУ «РЭА» Минэнерго России от 21 января 2014 года № 12; п.п. 4.2, 5.1, 5.2, 5.3, 5.5 Положения о Волгоградском ЦНТИ, утвержденного приказом ФГБУ «РЭА» Минэнерго России от 01 сентября 2011 года № 69, а также п. 1.2, 2.3 и 2.5 своего трудового договора № 21/08-М от 31 марта 2008 года, а именно, без обязательного выполнения необходимых закупочных процедур и их согласования с ФГБУ «РЭА», от имени Волгоградского ЦНТИ заключил с ООО «НГС» заведомо экономически нецелесообразные для возглавляемого им подразделения договоры № 104 от 07 декабря 2015 года, № 1 от 19 января 2016 года и № 1 от 09 января 2017 года на выполнение работ по техническому освидетельствованию возможности работы газоиспользующего оборудования на резервном виде топлива и состояния резервного топливного хозяйства, а также расчету броней топливноэнергетических ресурсов, тем самым передал исполнение договоров сторонней организации, не имевшей согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 17 мая 2002 года № 317 и приказу Минэнерго России от 16 декабря 2002 года № 448 правовых оснований на осуществление данных работ.

В свою очередь Волгоградский филиал, являясь уполномоченным подразделением Минэнерго России, в период с 01 января 2016 года по 31 декабря 2017 года заключил с хозяйствующими субъектами в 2016 году и в 2017 году договоры на проведение работ по техническому освидетельствованию и обследованию возможности работы газоиспользующего оборудования на резервном виде топлива, проверке готовности резервных топливных хозяйств к работе, а также оформлению и согласованию броней газопотребления по утвержденным им прейскурантам. Однако, связанный необходимостью исполнения заключенных ФИО1, превысившим свои должностные полномочия, договорами, Филиал был вынужден 70% дохода перечислять ООО «НГС», так как фактически их выполняла директор указанного общества ФИО4, с 28 декабря 2015 года приказом № 49-к директора Волгоградского ЦНТИ ФИО1 трудоустроенная в Филиал на должность главного специалиста.

По результатам выполненных ФИО4 от имени ООО «НГС» в соответствии с указанными договорами № 104 от 07 декабря 2015 года, № 1 от 19 января 2016 года и № 1 от 09 января 2017 года работ для Волгоградского филиала по техническому освидетельствованию возможности работы газоиспользующего оборудования на резервном виде топлива и состояния резервного топливного хозяйства, а также по расчету топливно-энергетических ресурсов, ФИО1 в период с 07 декабря 2015 года по 25 сентября 2017 г. подписал изготовленные ФИО4 акты приема-сдачи работ: от 25 июля 2016 года на сумму 139 404,13 руб.; от 01 сентября 2016 года на сумму 298 508,35 руб.; от 12 сентября 2016 года на сумму 278 602,80 руб.; от 05 октября 2016 года на сумму 146 702,50 руб.; от 31 декабря 2016 года на сумму 69 393 руб.; от 18 июля 2017 года на сумму 184 902,82 руб.; от 05 сентября 2017 года на сумму 182 532 руб.; от 25 сентября 2017 года на сумму 219 268 руб.

При этом ФИО1 осознавал, что фактически указанные работы в соответствии с заключенными с хозяйствующими субъектами договорами должен был выполнять Волгоградский филиал в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 17 мая 2002 года № 317 и приказом Минэнерго России от 16 декабря 2002 года № 448, а также то, что передача обязательств по их исполнению ООО «НГС» экономически нецелесообразна, заведомо невыгодна для возглавляемого им подразделения, ввиду наличия у филиала собственных специалистов, требуемых для их выполнения.

В соответствии с указанными актами в период с 27 июля 2016 года по 05 декабря 2017 года Волгоградским ЦНТИ перечислены денежные средства на общую сумму 1518303,60 руб. в качестве оплаты за выполненные работы по техническому освидетельствованию возможности работы газоиспользующего оборудования на резервном виде топлива и состояния резервного топливного хозяйства, а также по расчету брони газопотребления.

В силу ч. 4 ст. 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

В качестве правовых основания для взыскания с ООО "НГС" уплаченных денежных средстве в размере 1518303,60 руб. ФГБУ «РЭА» Минэнерго России в лице Волгоградского ЦНТИ ссылается на следующие нормы права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 168 ГК РФ установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пункт 2 указанной статьи предусматривает, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Уплаченные по недействительным сделкам денежные средства заявлены истцом к взысканию с ответчика в качестве неосновательного обогащения.

В силу ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

В силу п. 2 ст. 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Истцом также произведено начисление процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 18.01.2021 г. в размере 1 518 3030 руб. 60 коп., а также заявлено требование об их начислении до момента фактической оплаты неосновательного обогащения.

Ответчик в отзыве на иск, дополнении к нему, настаивает на фактическом оказании ООО "НГС" услуг по договорам и как следствие на отсутствие на стороне общества неосновательного обогащения. Также ответчиком заявлено о применении срока исковой давности.

В соответствии со ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу ст. 781 ГК РФ, заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг

Согласно ст. 783 ГК РФ, общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

По смыслу ст. 720 ГК РФ, основанием для оплаты оказанных услуг является подписанный сторонами без возражений акт их приемки.

Акты приемки оказанных услуг подписаны истцом без замечаний к качеству оказанных услуг.

Из вышеприведённых выдержек из приговора Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 16.10.2020 г. по уголовному делу № 470/2020 (ст. 5) следует, что работы выполнялись ФИО4 от имени ООО «НГС». Более того, в период их выполнения ФИО4 не являлась сотрудником Волгоградского ЦНТИ. Ответчиком в материалы дела представлен трудовой договор от 30.12.2015 г.

При этом ответчиком в материалы дела представлены договоры на техническое освидетельствование возможности работы газоиспользующего оборудования, которые заключались ООО «НГС» непосредственно с хозяйствующими субъектами до 2016 г., что свидетельствует о том, что ранее аналогичные виды услуг (работ) на территории области оказывало именно ООО «НГС».

Относительно спорных работ (услуг) ответчиком в материалы дела представлены доказательства фактического их исполнения (приказы о направлении сотрудников ООО «НГС» в служебные командировки, служебные задания, авансовые отчёты, чеки по оплате гостиниц и т.д. ).

Обстоятельств, связанных с тем, что истец не воспользовался результатом выполненных ООО «НГС» работ, оказанных услуг в ходе рассмотрения дела не установлено.

Спор по настоящему делу возник в связи с оказанием услуг по договорам, заключенным с нарушением публичной процедуры выбора исполнителя, предусмотренной Законом № 223-ФЗ и Положением о закупке товаров, работ и услуг для нужд федерального государственного бюджетного учреждения «Российское энергетическое агентство» Министерства энергетики Российской Федерации.

В соответствии с положениями части 1 статьи 1 Закона № 223-Ф3 целями закона являются обеспечение единства экономического пространства, создание условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей юридических лиц, указанных в части 2 настоящей статьи, в товарах, работах, услугах, в том числе для целей коммерческого использования, с необходимыми показателями цены, качества и надежности, эффективное использование денежных средств, расширение возможностей участия юридических и физических лиц в закупке товаров, работ, услуг для нужд заказчиков и стимулирование такого участия, развитие добросовестной конкуренции, обеспечение гласности и прозрачности закупки, предотвращение коррупции и других злоупотреблений.

Согласно статье 6 Закона № 223-ФЗ контрактная система в сфере закупок основывается на принципах: открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок.

В соответствии с п. 34 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.07.2020) нарушение заказчиком при заключении договора процедуры, установленной Федеральным законом от 18 июля 2011 г. N 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц" не может являться основанием для отказа в оплате исполнителю выполненных для заказчика работ.

Цели правового регулирования Закона N 223-ФЗ и Закона N 44-ФЗ в силу прямого на то в них указания, нельзя назвать аналогичными, в случае осуществления закупок для государственных или муниципальных нужд основополагающим является эффективное, зачастую экономное расходование бюджетных средств, а при закупках отдельными видами юридических лиц - эффективное удовлетворение потребностей самого заказчика, который самостоятельно устанавливает правила осуществления им закупок, утверждая соответствующее положение о закупках, определяя виды конкурентных процедур, критерии отбора (ч. 1 ст. 1 Закона N 44-ФЗ, ч. 1 ст. 1 Закона N 223-ФЗ).

Как ранее было указано Верховным Судом Российской Федерации в определении от 11 июля 2018 г. N 305-ЭС17-7240, ч. 1 ст. 2 Закона N 223-ФЗ, а также регламентируемые нормами ГК РФ организационно-правовые формы и правовой статус лиц, являющихся субъектами отношений закупки, регулируемой Законом N 223-ФЗ, и определенных нормами чч. 2, 5 ст. 1 названного закона (государственные корпорации, государственные компании, автономные учреждения, хозяйственные общества, в уставном капитале которых доля участия Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в совокупности превышает 50 процентов, бюджетные учреждения и унитарные предприятия (при соблюдении ряда дополнительных условий), свидетельствуют о воле законодателя на регулирование спорных отношений в целом как гражданско-правовых, то есть основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников (п. 1 ст. 2 ГК РФ). Субъекты, указанные в чч. 2, 5 ст. 1, п. 2 ч. 1 ст. 3.1 Закона N 223-ФЗ, в силу норм ГК РФ (гл. 4), являются субъектами гражданских правоотношений и участниками гражданского оборота. Создавая такие юридические лица или участвуя в их деятельности, государство реализует невластные полномочия (ст. 124, 125 ГК РФ).

Различные цели действия указанных законов и принципы осуществления закупок определяют особенности регулирования отношений, возникших при применении этих законов, а также правовые последствия несоблюдения субъектами закупок их требований.

В соответствии с п. 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28 июня 2017 г. (далее - Обзор по Закону N 44-ФЗ), по общему правилу, поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления. Такой подход применим как в случае, когда государственный контракт заключен в отсутствие закупочных процедур, так и в случае, когда стороны контракта превысили согласованные объем и/или цену контракта в нарушение требований закона о допустимых изменениях контракта.

Исключение из правила, содержащегося в п. 20 этого обзора, составляют отдельные случаи, которые прямо названы в ст. 95 Закона N 44-ФЗ, как допускающие изменение контракта, а также отраженные в судебной практике (пп. 21 - 24 Обзора по Закону N 223-ФЗ).

Между тем, поскольку Закон N 223-ФЗ не содержит норм о явно выраженном законодательном запрете, аналогичном запрету, изложенному в ч. 2 ст. 8 Закона N 44-ФЗ, исходя из цели указанного закона, принципов закупочной деятельности, гражданско-правового характера этих отношений, при установленных по делу обстоятельствах оснований для вывода о нарушении публичных интересов незаключением сторонами спора договора не имелось.

При осуществлении закупочной деятельности заказчик в соответствии с ч. 2 ст. 2 Закона N 223-ФЗ должен также наряду с законами, нормативными актами руководствоваться Положением о закупке, то есть документом, который регламентирует закупочную деятельность заказчика и должен содержать требования к закупке, в том числе порядок подготовки и проведения процедур закупки (включая способы закупки) и условия их применения, порядок заключения и исполнения договоров, а также иные связанные с обеспечением закупки положения; соблюдать предусмотренные ст. 4 этого закона иные требования по информационному обеспечению закупки.

Поскольку положения Закона N 223-ФЗ возлагают именно на заказчика вышеперечисленные обязанности по соблюдению закупочной деятельности, суды неправомерно возложили последствия нарушения процедуры заключения договора на исполнителя по договору, лишив его права на получение платы за выполненные работы.

В силу вышеизложенного правовые последствия для подрядчика, выполнившего работы без договора, подлежащего заключению согласно требованиям Закона N 223-ФЗ, не идентичны последствиям выполнения работ с нарушениями правил Закона N 44-ФЗ. Ссылки заказчика, допустившим собственные неправомерные действия при заключении договора, на нарушение норм Закона N 223-ФЗ не являются при установленных по делу обстоятельствах основанием для отказа в иске подрядчика о взыскании задолженности за выполненные работы.

В обоснование предъявленного иска истец также ссылается на вступившие в законную силу судебные акты по арбитражному делу № А12-40244/2019, по которому которым отклонён иск ООО «НГС» к ФГБУ «РЭА» Минэнерго России в лице Волгоградского ЦНТИ о взыскании задолженности по договору от 09.01.2017 № 1 в размере 146370 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 06.10.2017 по 07.10.2019 в размере 25309 руб.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что спорный договор от 09.01.2017 N 1 заключен без соблюдения публичной процедуры выбора исполнителя, а, следовательно, с нарушением требований Федерального закона от 18.07.2011 N 223-ФЗ, Положения о закупке товаров, работ, услуг для нужд федерального государственного бюджетного учреждения.

Также суд принял во внимание отсутствие надлежащих доказательств, свидетельствующих о фактическом выполнении спорных работ ООО «Нефть-Газ-Сервис».

Стороны в судебном заседании пояснили, что предметом рассмотрения дела арбитражного дела № А12-40244/2019 являются неоплаченные истцом работы, следовательно, предметы по делу № А12-40244/2019 и рассматриваемому не пересекаются. Соответственно, выводы судов по делу № А12-40244/2019 относительно обстоятельств выполнения работ не имеют преюдициального значения для настоящего спора.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о необоснованности предъявленного иска.

Кроме того, ответчиком заявлено о применении срока исковой давности к рассматриваемым требованиям о взыскании денежных средств.

В соответствии с положениями ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Ответчик указывает, что требования истца вытекают из исполнения договоров, которые истец полагает ничтожными и по своей сути своей представляют собой применение последствий недействительности таких сделок.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Как видно из материалов дела в рамках исполнения договора № 1 от 19.01.2016 года первый акт приема-сдачи работ подписан между сторонами с 25.07.2016 года и охватывал отношения между сторонами с 19.01.2016 года, следовательно, срок исковой давности истек 19.01.2019 года.

Первый акт выполненных работ по договору № 1 от 09.01.2017 года подписан сторонами 18.07.2017 года и охватывал взаимоотношения между сторонами с 16.01.2017 года, следовательно, срок для предъявления требований, вытекающих из недействительности сделки, истек 16.01.2020 года.

С исковым заявлением по настоящему делу истец обратился в суд 20.07.2020 года.

Истец относительно данного заявления пояснил, что о нарушенном праве узнал после 26 марта 2020 года, когда ст. следователем СО УФСБ России по Волгоградской области ФИО5 было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела № 12007180001000023 и истец 07 апреля 2020 года был признан потерпевшим по уголовному делу.

Таким образом, истец считает, что срок исковой давности по требованиям, изложенным в настоящем исковом заявлении, следует исчислять с момента признания истца потерпевшим по выше обозначенному уголовному делу, а именно с 07 апреля 2020 года.

Суд не соглашается с позицией истца, придя к выводу о том, что факты нарушения действующего законодательства филиалом - Волгоградским ЦНТИ при заключении спорных договоров должны были быть выявлены ФГБУ «РЭА» Минэнерго России в результате проведения контрольно–проверочных мероприятий за деятельностью филиала в период их исполнения.

Согласно ст. 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО1 01 октября 2020 года полностью возместил ущерб, перечислив на лицевой счет ФГБУ «РЭА» Минэнерго России 1 518 500 руб., что подтверждается чек-ордером от 01 октября 2020 года. Данное обстоятельство подтверждено представителем истца в судебном заседании и отражено в тексте приговора от 16.10.2020 г. (ст. 9).

На основании вышеизложенного, на данный момент отсутствует факт нарушения права, подлежащего судебной защите. Повторное взыскание данных денежных средств привело бы к неосновательному обогащению истца.

Истцом также заявлено исковое требование о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами по правилам ст. 395 ГК РФ , рассчитанных на 18.01.2021 г. в размере 425 171 руб. 91 коп., а также с 19.01.2021 г. по день фактической уплаты неосновательного обогащения.

В связи с отклонением требования о взыскании неосновательного обогащения, отсутствуют основания для начисления на данную сумму процентов за пользование чужими денежными средствами.

Иск подлежит отклонению в полном объёме.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии с положениями ст. 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При распределении судебных расходов суд учитывает освобождение ФГБУ «РЭА» Минэнерго России от уплаты государственной пошлины на основании пп.1 п. 1 ст. 333.37 НК РФ.

В связи с отклонение иска отсутствуют основания для возмещения с ответчика судебных издержек на оплату услуг представителя в размере 98 000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Волгоградской области.

Судья Л.В. Напалкова