Постановление от 25 июля 2023 г. по делу № А56-34981/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-34981/2022
25 июля 2023 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 06 июля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 25 июля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Савиной Е.В., судей Новиковой Е.М., Пономаревой О.С.,,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

- от истца: ФИО2 по доверенности от 31.03.2023,

ФИО3 по доверенности от 31.03.2023,

- от ответчика: ФИО4 по доверенности от 01.01.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-9914/2023) закрытого акционерного общества «Строительное управление № 326»

на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.03.2023 по делу № А56-34981/2022,

принятое по иску закрытого акционерного общества «Строительное управление № 326» к обществу с ограниченной ответственностью «Сотех»

о взыскании неустойки и убытков по договору

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Сотех» к закрытому акционерному обществу «Строительное управление № 326»

о взыскании задолженности по оплате выполненных работ,

установил:

Закрытое акционерное общество «Строительное управление № 326» (далее – Управление) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Сотех» (далее – Общество) о взыскании по договору от 24.09.2019 № 15/19, с учетом принятых судом уточнений, 910 800 руб. неустойки за период с 02.03.2020 по 15.04.2020 по дополнительному соглашению № 1, 90 000 руб. штрафных санкций за нарушение правил безопасности, 200 619,47 руб. убытков, возникших вследствие повреждения сэндвич-панелей.

Определением суда от 11.08.2022 принят к рассмотрению встречный иск Общества о взыскании с Управления, с учетом принятых судом уточнений, 1 114 621,65 руб. задолженности по договору от 24.09.2019 №15/19, 797 293,83 руб. задолженности по выплате гарантийных удержаний, 3111915,48 руб. задолженности, а также 1 577 970,42 руб. неустойки за нарушение срока оплаты по состоянию на 25.04.2022.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.03.2023 в удовлетворении первоначального иска отказано, встречные требования удовлетворены частично: с Управления в пользу Общества взыскано 1 911 915,52 руб. задолженности, 1 425 243,14 руб. неустойки, 32 119,00 руб. расходов по государственной пошлине. В удовлетворении остальной части встречных требований отказано.

Не согласившись с решением, истец по первоначальному иску обратился с апелляционной жалобой.

В обоснование жалобы ссылается на нарушение судом норм материального права, а также на неполное выяснение юридически значимых обстоятельств.

Полагает, что судом первой инстанции сделаны ошибочные выводы об отсутствии просрочки со стороны ответчика, поскольку факт нарушения сроков выполнения работ по дополнительному соглашению № 1 и № 2 подтверждается материалами дела, в частности, письмами самого ответчика.

Истец также находит необоснованным решение суда в части отказа во взыскании штрафных санкций за нарушение правил безопасности.

Так, в материалы дела представлено предписание, направленное в адрес ответчика 19.03.2020, о взыскании штрафных санкций за нарушение правил выполнения работ на высоте.

Кроме того, истец не согласен с выводами суда об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика и убытками истца, возникшими вследствие повреждения 13 сэндвич-панелей. В материалы дела представлены акты от 08.06.2020, от 05.03.2020 и от 02.03.2020, от 19.03.2020, подтверждающие, что сэндвич-панели повреждены действиями сотрудников ответчика при производстве строительно-монтажных работ.

Применительно к встречным требованиям истец указал на то, что на законных основаниях удерживал сумму гарантийных удержаний, срок выплаты гарантийного удержания в соответствии с условиями договора от 24.09.2019 № 15/19 не наступил, в связи с чем, оснований для начисления неустойки за просрочку оплаты суммы гарантийного удержания у суда первой инстанции не имелось.

При удовлетворении требования о взыскании неустойки за просрочку оплаты выполненных работ судом не дана надлежащая правовая оценка доводам истца о снижении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении первоначального иска и об отказе во встречных требованиях.

К апелляционной жалобе также приложены дополнения, содержащие подробный расчет неустойки за нарушение сроков выполнения работ по дополнительному соглашению № 1 и № 2.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 06.07.2023.

До заседания от ответчика по первоначальному иску поступил отзыв на апелляционную жалобу.

В отзыве ответчик указал на несостоятельность доводов истца, полагает, что факты нарушения сроков выполнения работ по дополнительным соглашениям № 1 и № 2 по вине ответчика документально не подтверждены. Истец, напротив, не обеспечил своевременной передачи строительной площадки и готовности помещений к монтажу оборудования, вследствие чего работы начаты ответчиком с нарушением начального срока. Затем письмом от 16.04.2020 исх. № 117 истец приостанавливал выполнение работ на объекте на месяц, доступ сотрудников ответчика на объект был прекращен.

Доводы истца о несоблюдении сроков выполнения работ подлежат отклонению, по мнению ответчика, по тому основанию, что сторонами неоднократно вносились изменения в части увеличения сроков выполнения работ путем заключения дополнительных соглашений № № 3-5. Согласованные сроки выполнения работ, как по дополнительным соглашениям, так и по Договору в целом, ответчиком, по его утверждению, соблюдены.

В этой связи, ответчик в отзыве просит оставить апелляционную жалобу истца без удовлетворения.

Дополнения к апелляционной жалобе и отзыв ответчика приобщены апелляционным судом к материалам дела.

Присутствующие в судебном заседании представители истца по первоначальному иску полностью поддержали доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней.

Представитель ответчика по первоначальному иску, участвовавший в судебном заседании с использованием веб-конференции, против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по доводам, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность решения проверены в апелляционном порядке.

Как усматривается из материалов дела, 24.09.2019 между Управлением (заказчиком) и Обществом (подрядчиком) заключен договор подряда №15/19 (далее – Договор), по условиям которого заказчик поручил, а подрядчик обязался выполнить работы по механическому монтажу технологического оборудования поставки компании Ottevanger, электромонтажные работы, механический монтаж бункерных модульных систем поставки компании Ottevanger и монтаж системы воздухоснабжения технологического оборудования компании Ottevanger на объекте: «Комбикормовый завод производительностью 100 тонн/час (80 тонн/час рассыпного корма и 20 тонн/час гранул для бройлеров, включая 40 тонн/час термообработки для россыпи и 20 тонн/час термообработки для бройлерных кормов)» в соответствии с утвержденной проектно-сметной документацией и сдать результаты работ заказчику.

Согласно пункту 2.1.1 Договора, подрядчик обязан выполнить все работы в объеме и в сроки, предусмотренные Договором и приложениями к нему, и передать результат работ заказчику в установленный срок в состоянии, обеспечивающем его нормальную эксплуатацию.

В соответствии с пунктом 3.1 Договора общая стоимость работ в соответствии с протоколом согласования договорной цены составляет 69 166 135,22 руб., в том числе НДС 20%, а именно – 11 527 689,20 руб. и является приблизительной.

Окончательная стоимость работ определяется на основании фактически выполненного объема работ, подтвержденного актами форм КС-2 и справками форм КС-3, подписанных сторонами.

Пунктом 3.7 Договора в редакции дополнительного соглашения от 07.07.2021 № 6, предусмотрено, что сумма, подлежащая оплате по актам приемки выполненных работ по форме КС-2, уменьшается на сумму, равную 5 % от стоимости отраженных в данных актах работ (сумма гарантийного удержания). Гарантийные удержания накапливаются заказчиком и будут выплачены подрядчику в течение 30 дней с даты подписания акта приемки генеральным заказчиком оконченного строительством объекта от заказчика и акта приемочной комиссии в соответствии с пунктом 1 договора генерального подряда №1/2019 от 15.04.2019, заключенного между заказчиком и генеральным заказчиком.

Согласно пункту 4.2 Договора, срок начала работ определен в течение 5 рабочих дней после перечисления заказчиком авансового платежа.

Срок окончания работ определен не позднее 16.08.2020.

Сроки выполнения отдельных этапов и видов работ, согласно пункту 4.5 Договора, определены графиком выполнения работ в соответствии с Приложением № 2 к Договору.

В связи с необходимостью выполнения дополнительных работ сторонами заключено 6 дополнительных соглашений к Договору:

1. Дополнительное соглашение № 1 от 14.10.2019 (далее – ДС № 1), в соответствии с которым подрядчик по поручению заказчика обязался выполнить согласно Приложению № 1 (локальный сметный расчет № 5) дополнительные работы по монтажу металлоконструкций зданий поставки Ottevanger в соответствии с рабочей документацией на объекте.

Сторонами согласованы сроки выполнения работ: начало работ в течение 5 рабочих дней после перечисления заказчиком авансового платежа, окончание работ – 30.06.2020.

2. Дополнительное соглашение № 2 от 30.06.2020 (далее – ДС № 2), по условиям которого в связи с производственной необходимостью внесены изменения в подпункт 4.2 Договора, конечный срок выполнения работ по Договору в целом продлен до 10.11.2020 включительно.

Сторонами также внесены изменения в части конечного срока выполнения дополнительных работ по ДС № 1: новый срок выполнения работ – 20.10.2020.

3. Дополнительное соглашение № 3 от 10.11.2020 (далее – ДС № 3), по условиям которого изменен срок окончания выполнения работ по Договору – срок выполнения работ определен по 28.02.2021.

При этом стороны договорились о том, что пункт 1 ДС № 2 о продлении срока выполнения работ отменен и исключен в связи с прекращением срока его действия.

Стороны также пришли к соглашению о том, что График производства работ (Приложение № 2 к Договору) утратил силу, согласован новый График производства работ (Приложение № 2а к ДС №3).

4. Дополнительное соглашение № 4 от 11.01.2021 (далее – ДС № 4), согласно которому подрядчик обязался по заданию заказчика выполнить дополнительные работы по монтажу технологического оборудования Ottevanger линии подачи извести на объекте.

Срок начала выполнения работ определен 11.01.2021, срок окончания выполнения работ – 28.02.2021.

5. Дополнительное соглашение № 5 от 15.02.2021 (далее – ДС № 5), по условиям которого подрядчик обязался по заданию заказчика выполнить дополнительные работы, а именно: электрические испытания и измерения электромонтажных цепей подключения технологического оборудования OTTEWANGER MILLING ENGINEERS B.V.

Срок начала выполнения работ определен 15.02.2021, срок окончания выполнения работ – 30.03.2021.

6. Дополнительное соглашение № 6 от 07.07.2021 (далее – ДС № 6), согласно которому стороны договорились пункт 1 ДС № 3 в части продления срока выполнения работ по Договору отменить и исключить в виду окончания срока его действия. Сторонами согласованы изменения пункта 4.2 Договора: новый срок окончания выполнения работ по Договору определен не позднее 30.09.2021.

Кроме того, в пункте 5 ДС № 6 стороны согласовали новый срок выполнения дополнительных работ по ДС № 5: новый срок окончания работ – 30.04.2021.

Перечень и объем обязательств подрядчика по выполнению работ по этапам (фазы подрядных работ) определен сторонами в Приложениях № 2 «Совмещенный график монтажа металлоконструкций производственного здания и технологического оборудования компании и проведения работ Ottevanger» от 24.09.2019, 2а в редакции ДС № 2 и 2б в редакции Дополнительного соглашения №2б от 07.07.2021.

В Приложении № 2 установлен график производства работ, определены сроки начала и окончания выполнения отдельных этапов работ.

Соответственно, условиями Договора и дополнительных соглашений предусмотрено деление работ на фазы от 1 до 9 (конкретные виды работ).

Заказчик полагает, что нарушил промежуточные сроки выполнения работ, вследствие чего возникла просрочка сдачи результата работ.

Так, согласно условиям Договора, приложений к нему и дополнительных соглашений, подрядные работы должны были выполняться в соответствии со сроками, которые указаны в Графике монтажа металлоконструкций производственного здания и технологического оборудования.

Однако в нарушение данных правил, работы, начиная с фазы № 5, выполнялись с отступлением от всех установленных сроков. Нарушение Графика производства работ по монтажу металлоконструкций фаз №№ 4,5 повлекло срыв работ по монтажу металлоконструкций и оборудования фазы № 6.

В соответствии с пунктом 10.1 Договора за нарушение подрядчиком срока начала и/или окончания выполнения работ и/или любого вида работ в соответствии с Графиком производства работ более, чем на 5 рабочих дней, подрядчик уплачивает заказчику неустойку в размере 0,1% от стоимости работ по Договору, за каждый день просрочки.

Согласно ходатайству об уточнении первоначальных исковых требований от 19.01.2023, по ДС № 1 подрядчиком допущено нарушение срока окончания работ по фазе № 5: срок окончания работ – 01.03.2020, фактически работы завершены – 25.03.2020. Неустойка за нарушение срока выполнения работ по ДС № 1, согласно расчету заказчика, составила 910 800 руб.

Кроме того, в ходе строительного надзора 18.03.2020 сотрудниками заказчика проведена проверка соблюдения правил безопасности на объекте.

По результатам проведения проверки составлено предписание № 1 от 19.03.2020. В ходе проверки выявлены недостатки и упущения в организации работ по соблюдению правил безопасности при проведении строительно-монтажных и других работ представителями Общества, а именно:

- работа выполнялась с неинвентарных средств подмащивания, подвесных люлек, отсутствуют защитные ограждения, не закрыты проемы, не смонтированы и не уложены настилы для перехода из основного здания в пристройку в/о Л-Г 5-6 на отметках +11.800; +15.300;

- приставные лестницы высотой более 5 метров не закреплены, не имеют ограждения и мест крепления страховочных средств;

- недостаточное освещение рабочих мест;

- отсутствуют огнетушители и иные средства пожаротушения на рабочих местах. Непринятие необходимых мер по обеспечению правил охраны труда и техники безопасности, как указывает заказчик, явилось одной из причин несчастного случая произошедшего 17.03.2020 с работником привлеченного общества с ограниченной ответственностью «Стройтехномонтаж» ФИО5

Согласно пункту 10.5 Договора, заказчик вправе удержать суммы штрафных санкций по Договору при проведении расчетов за выполненные работы.

Согласно подпункту «е» пункта 10.4 Договора, заказчик вправе предъявить подрядчику штрафные санкции за каждый случай нарушения правил охраны труда, приведший к аварии или несчастному случаю – штраф в размере 90 000 руб.

В связи с допущенными нарушениями правил безопасности при выполнении работ на высоте, заказчиком в адрес подрядчика 19.03.2020 направлено предписание № 1 с уведомлением о применении штрафных санкций в размере 90 000 руб. на основании пунктов 2.1.3, 10.4, пунктов 15.1-15.2. Договора.

Заказчиком 14.04.2020 в адрес подрядчика направлена претензия с требованием устранить отставание от Графика производства работ, а также уведомление об удержании суммы штрафных санкций в размере 910 800 руб., в связи с нарушением Графика производства работ монтаж металлоконструкций фазы № 5 до отметки +23.000 (балки и настилы на отметке +23.000).

06.08.2020 в адрес подрядчика направлено уведомление о возникших у заказчика убытках в размере 30 100 руб., а также уведомление об удержании указанных денежных средств, в связи с выявлением нарушения срока монтажа металлоконструкций и оборудования, а также простой башенного крана.

В соответствии с пунктом 13.1 Договора, документально подтвержденный ущерб, нанесенный третьему лицу в результате выполнения работ по вине подрядчика, компенсируется подрядчиком в полном объёме.

Также заказчик указал, что подрядчик повредил 13 сэндвич-панелей длинной 112,11 кв. м. В этой связи, на основании претензии акционерного общества «Птицефабрика Роскар», спецификации дефектных сэндвич панелей, платежного поручения № 1484 от 13.11.2020 заказчик оплатил генеральному заказчику сумму в размере 200 619,47 руб. в качестве ущерба, причиненного по договору подряда от 24.09.2019 № 15/19.

Заказчиком 06.11.2020 в адрес подрядчика направлена претензия с уведомлением о причиненном ущербе имуществу акционерного общества «Птицефабрика Роскар» с удержанием 200 619,47 руб. при дальнейших расчетах.

В связи с допущенными нарушениями сроков выполнения работ, отказом произвести оплату неустойки и возместить убытки, истец обратился в арбитражный суд с первоначальным иском.

Возражая против удовлетворения иска, подрядчик обратился со встречными требованиями о взыскании с заказчика 3 111 915,48 руб. задолженности, 1 564 098,92 руб. неустойки за просрочку оплаты, начисленной на 19.04.2022.

В обоснование встречных требований подрядчик указал на то, что акты приемки выполненных работ по форме КС-2 и справки о стоимости выполненных работ по форме КС-3 по Договору и по дополнительным соглашениям направлены в адрес заказчика в согласованные сторонами сроки.

В соответствии с пунктом 7.4 Договора при наличии возражений по объему или стоимости выполненных работ заказчик возвращает предоставленные акты с приложением мотивированных возражений.

Как указал ответчик, мотивированных возражений на направленные в адрес заказчика документы не поступило, в связи с этим, работы считаются принятыми в указанном в направленных документах объеме и без замечаний.

Возражений по срокам выполнения работ или качеству выполненных работ, от заказчика также не поступало.

Все направленные в адрес заказчика акты приемки выполненных работ по форме КС-2 и справки о стоимости выполненных работ по форме КС-3 на сумму 95 945 875,72 руб. подписаны заказчиком.

В соответствии с проведенной сверкой взаимных расчетов по состоянию на 30.06.2021, подтвержденной двусторонним актом, задолженность заказчика по оплате выполненных работ составляла 9 213 326,52 руб.

Задолженность по состоянию на 31.01.2022 в размере 3 111 915,48 руб. подтверждена заказчиком в досудебной претензии (вх. № 75 от 11.02.2022 года), направленной в адрес подрядчика.

Как указывает ответчик, 22.04.2022 заказчик частично признал заявленные во встречном исковом заявлении требования, перечислив подрядчику 1 200 000 руб. по платежному поручению № 799 от 22.04.2022.

В этой связи, ответчик уточнил встречные исковые требования о взыскании 1 114 621,65 руб. задолженности по Договору, 797 293,83 руб. задолженности по выплате гарантийных удержаний, 1 577 970,42 руб. неустойки за нарушение сроков оплаты по состоянию на 25.04.2022.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении первоначальных требований отказано, встречный иск удовлетворен частично.

Исследовав повторно по правилам главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документы, представленные в материалах дела, изучив письменные позиции сторон и заслушав доводы представителей по существу спора, апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с положениями статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ, по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В силу пункта 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Пунктом 1 статьи 711 ГК РФ предусмотрено, что, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

По смыслу приведенной нормы, основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику (пункт 8 Информационного письма Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

В силу пункта 1 статьи 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Согласно пункту 4 статьи 753 ГК РФ, сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Материалами дела подтверждается, что первоначальный срок выполнения работ, входящих в фазу № 5 «Металлоконструкции машинного корпуса с + 15.300 до +23.000», установлен сторонами, согласно Графику (Приложение № 2 к ДС № 1), с 03.02.2020 по 01.03.2020. При этом фаза № 5, как следует из Графика, разделена на два подэтапа: «Металлоконструкции машинного корпуса с + 15.300 до +23.000» и «Оборудование с + 15.300 до +23.000», срок выполнения второго подэтапа фазы №5 установлен с 13.04.2020 по 02.08.2020.

Письмом от 23.03.2020 исх. № 104 заказчик уведомил подрядчика о нарушении сроков по фазе № 5 (с учетом задержки поставки металлоконструкций), вследствие отсутствия необходимого числа сотрудников.

Письмом от 24.03.2020 исх. № 93-24/03/20 подрядчик заверил заказчика о том, что работы по монтажу металлоконструкций фазы № 5 будут выполнены 25.03.2020.

Факт завершения работ по монтажу металлоконструкций в рамках фазы № 5 именно 25.03.2020 подтвержден заказчиком, что следует из ходатайства об уточнении исковых требований от 19.01.2023.

Между тем, стороны впоследствии своим волеизъявлением внесли изменения в График производства работ, заключив ДС № 2 с Приложением № 2.

Из Приложения № 2 к ДС № 2 от 30.06.2020 следует, что стороны изменили сроки выполнения работ, в том числе работ «Металлоконструкция машинного корпуса с + 15.300 до +23.000», включенных в фазу № 5. Новые сроки выполнения указанных работ – с 13.04.2020 по 18.08.2020.

При этом пунктом 7 ДС № 2 установлено, что График производства работ (Приложение № 2) является неотъемлемой частью, как ДС № 2, так и Договора.

Впоследствии График производства работ, включая сроки выполнения работ по отдельным фазам, повторно изменен сторонами путем заключения ДС № 3.

Новый срок выполнения работ «Металлоконструкция машинного корпуса с + 15.300 до +23.000», включенных в фазу № 5, установлен с 04.02.2020 по 28.02.2021.

Более того, в соответствии с пунктом 3 ДС №3 стороны пришли к соглашению считать График производства работ (Приложение № 2 к Договору) утратившим силу, изложив График производства работ в новой редакции (Приложение № 2а к ДС №3).

При этом отдельным образом оговорено, что все ссылки в условиях Договора на Приложение № 2 к Договору следует считать ссылками на Приложение № 2а к ДС № 3. Пунктом 6 ДС № 3 установлено, что ДС № 3 вступает в силу с момента его подписания и действует в течение всего срока действия Договора, являясь его неотъемлемой частью. При этом все ранее достигнутые договоренности сторон прекращают свое действие.

Таким образом, стороны своим волеизъявлением скорректировали сроки выполнения работ по отдельным фазам, в том числе по фазе № 5 «Металлоконструкция машинного корпуса с + 15.300 до +23.000», согласовав их с 04.02.2020 по 28.02.2021, согласно Приложению № 2а к ДС № 3, срок действия которого распространен на весь период действия Договора.

Согласно ходатайству об уточнении первоначальных требований (т.3, л.д. 99-102), заказчик производит начисление неустойки за нарушение срока выполнения работ по фазе № 5, установленного ДС №1, период просрочки определен с 01.03.2020 по 25.03.2020.

Вместе с тем, подрядчиком в материалы дела представлено письмо от 20.01.2020 исх. № 19-20/01/20 (т.3, л.д. 33), из содержания которого следует, что по состоянию на 20.01.2020 отсутствует поставка металлоконструкций каркаса ККЦ от компании «Ottevanger», в том числе для выполнения работ по фазе № 4.

В названном письме подрядчик уведомил заказчика о том, что в связи со срывом поставок металлоконструкций, работы по монтажу опорных конструкций под оборудование не могут быть выполнены в срок, согласно Графику производства работ, окончание монтажных работ по фазе № 4 будет сдвинуто на срок задержки поставки всех металлоконструкций на объект, заказчику рекомендовано сообщить о действительных сроках поставки металлоконструкций по фазам №№ 4-9.

Затем письмом от 12.03.2020 исх. № 82-12/03/20 (т.3, л.д. 34) подрядчик уведомил заказчика о том, что График производства работ составлялся, исходя из 100% наличия металлоконструкций и метизов на момент начала выполнения каждой фазы работ. По фазе № 4 (предшествует работам по спорной фазе № 5) поставка металлоконструкций согласована на дату 03.01.2020, при этом фактически элементы поставлены на объект 20.02.2020, выданы подрядчику – 22.02.2020.

По фазе № 5 поставка металлоконструкций предполагалась 09.02.2020, фактически метизы для выполнения работ по фазе № 5 поставлены на объект 20.02.2020, выданы подрядчику – 22.02.2020.

С учетом указанных обстоятельств подрядчик уведомил заказчика о возможности устранить отставание в сроках от согласованного Графика производства работ к 31.03.2020.

Задержка в поставке металлоконструкций и метизов не оспаривается заказчиком, более того, подтверждена им в письме от 23.03.2020 исх. № 104.

В соответствии с пунктом 3 статьи 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора. В силу пункта 1 статьи 406 ГК РФ кредитор считается просрочившим, если он не совершил действий, предусмотренных договором, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Срок начала выполнения работ по фазе № 5 определен, согласно Графику производства работ (Приложение № 2 к ДС №1), 03.02.2020.

Фактически материалы, необходимые для выполнения работ по фазе № 5, предоставлены подрядчику 22.02.2020 (спустя 19 дней), соответственно, работы не могли быть начаты в установленный срок вследствие кредиторской просрочки.

С учетом соразмерного изменения конечного срока выполнения работ по фазе № 5 на 19 дней, а также установленного пунктом 10.1 Договора льготного срока в 5 рабочих дней, оснований для взыскания с подрядчика неустойки за нарушение срока выполнения работ по фазе № 5 по ДС № 1 апелляционным судом не усматривается.

Обществом также заявлено требование о взыскании 90 000 руб. штрафных санкций за нарушение правил безопасности, в обоснование которого представлено предписание от 19.03.2020 № 101-1 (т.1, л.д. 18-19).

Согласно пункту 10.5 Договора, заказчик вправе удержать суммы штрафных санкций по Договору при проведении расчетов за выполненные работы.

Согласно подпункту «е» пункта 10.4 Договора, заказчик вправе предъявить подрядчику штрафные санкции за каждый случай нарушения правил охраны труда, приведший к аварии или несчастному случаю – штраф в размере 90 000 руб.

Если обратиться к содержанию предписания от 19.03.2020 №101-1, то в нем действительно указаны нарушения, которые допущены при выполнении работ на объекте на высоте.

Между тем, предписание от 19.03.2020 № 101-1 не содержит указаний на то, что при проведении проверки 18.03.2020 присутствовали представители подрядчика, не приведены положения строительных норм и правил, которые нарушены подрядчиком при проведении работ.

Более того, иных доказательств, подтверждающих нарушения правил безопасности, допущенные подрядчиком и привлеченными им лицами при выполнении работ, которые зафиксированы в предписании от 19.03.2020 № 101-1, в материалы дела не представлено.

В указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам об отсутствии оснований для взыскания с подрядчика 90 000 руб. штрафных санкций ввиду недоказанности фактов нарушения правил безопасности.

Требование о взыскании 200 619,47 руб. убытков, возникших вследствие повреждения подрядчиком сэндвич-панелей, также правомерно оставлено судом первой инстанции без удовлетворения по следующим основаниям.

Согласно положениям статьи 393 ГК РФ, должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами статьи 15 ГК РФ и подлежат возмещению в полном объеме – в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В силу пункта 5 статьи 393 ГК РФ размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при рассмотрении требования о взыскании убытков кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Должник при этом вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства того, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер.

В соответствии с пунктом 13.1 Договора ущерб, причиненный третьему лицу в результате выполнения работ по вине подрядчика, компенсируется подрядчиком в полном объеме.

Отказывая во взыскании 200 619,47 руб. убытков, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что истцом не доказана причинно-следственная связь между понесенными расходами и действиями подрядчика.

Так, заказчик указывает на то, что при выполнении работ был причинен ущерб имуществу генерального заказчика – акционерного общества «Птицефабрика Роскар» (далее – АО «Птицефабрика Роскар»), который выразился в повреждении сэндвич-панелей (давальческого материала) в количестве 13 штук длиной 112,11 кв. м по цене 2 204,2 руб./кв.м (расчет, согласно Спецификации (т.2, л.д.27)).

Ущерб в сумме 200 619,47 руб. возмещен заказчиком генеральному заказчику на основании заключенного между ними договора от 25.02.2020 № РК-03-РЗ платежным поручением от 13.11.2020 № 1484. При этом в претензии, полученной от АО «Птицефабрика Роскар» (т.2, л.д. 26), указано, что сэндвич-панели повреждены именно заказчиком (ЗАО «СУ-326) в процессе производства работ.

В материалы дела представлены акты (т.3, л.д. 107-110), которые, по утверждению заказчика, доказывают факты повреждения сэндвич-панелей именно действиями сотрудников подрядчика и привлеченных им субподрядчиков при выполнении работ по Договору.

Между тем, акты от 02.03.2020 и от 19.03.2020 о повреждении 4-ех панелей подписан представителями АО «Птицефабрика Роскар» и заказчика в отсутствие представителей подрядчика, доказательств вызова подрядчика для составления акта в материалы дела не представлено.

В акте от 27.07.2020 сторонами зафиксирован факт повреждения 4-ех панелей, а в акте от 18.08.2020 – 1 панель. Указаний на то, что панели повреждены именно работниками подрядчика или действиями привлеченных им субподрядчиков, акты от 27.07.2020 и от 18.08.2020 не содержат.

Акты от 08.06.2020 о повреждении панели с маркировкой «Пв29» и акт от 03.04.2020 о повреждении панели с маркировкой «Пв21» подписаны от имени подрядчика прорабом ФИО6

Между тем, из расчета суммы ущерба, приложенного АО «Птицефабрика Роскар» к претензии (т.2, л.д.27), не следует, что в указанную сумму включены убытки за повреждение панелей с маркировками «Пв29» и «Пв21».

Более того, в ходе рассмотрения дела подрядчик отрицал наличие трудовых отношений с ФИО6, а также наличие у него полномочий на подписание документов от имени подрядчика.

Иных доказательств, помимо актов, подтверждающих реальное повреждение сэндвич-панелей вследствие действий работников именно подрядчика, в материалы дела не представлено.

При указанных обстоятельствах судом первой инстанции сделаны обоснованные выводы о недоказанности причинно-следственной связи между действиями подрядчика и возникшими убытками. Оснований для удовлетворения требования о взыскании с подрядчика 200 619,47 руб. убытков не имеется.

Обращаясь со встречными требованиями, Общество просило взыскать с Управления 1 114 621,65 руб. задолженности по оплате выполненных работ, а также 797 293,83 руб. задолженности по выплате гарантийных удержаний.

Наличие у заказчика задолженности по оплате выполненных и принятых работ (не включая гарантийное удержание) в сумме 3 111 915,48 руб. подтверждено самим заказчиком в исковом заявлении (т.1, л.д. 5), а также следует из акта сверки расчетов (т.3, л.д. 114-115) подрядчика и акта сверки заказчика (т.1, л.д. 89).

Платежным поручением № 799 от 22.04.2022 в ходе рассмотрения дела заказчик частично оплатил задолженность в сумме 1 200 000 руб., остаток задолженности, согласно ходатайству об уточнении встречных требований, составил 1 114 621,65 руб.

В отсутствие доказательств оплаты выполненных работ в полном объеме, а также с учетом признания заказчиком факта задолженности требование о взыскании 1 114 621,65 руб. обоснованно удовлетворено судом первой инстанции, что подателем жалобы не оспаривается.

В апелляционной жалобе заказчик ссылается на то, что срок оплаты 797293,83 руб. гарантийного удержания по Договору и дополнительным соглашениям не наступил, оснований для выплаты гарантийного удержания на момент рассмотрения спора в суде первой инстанции не имелось.

В этой связи, заказчик также оспаривает начисление неустойки за просрочку оплаты работ на сумму гарантийных удержаний.

Пунктом 3.7 Договора в редакции пункта 4 ДС № 6 предусмотрено, что сумма, подлежащая оплате по актам приемки выполненных работ по форме КС-2, уменьшается на сумму, равную 5% от стоимости отраженных в данных актах (гарантийное удержание). Гарантийные удержания накапливаются заказчиком и выплачиваются подрядчику в течение 30 дней с даты подписания акта приемки генеральным заказчиком законченного строительством объекта от заказчика и акта приемочной комиссии в соответствии с пунктом 1 договора генерального подряда от 15.04.2019 №1/2019, заключенного между генеральным заказчиком и заказчиком.

Крайний акт выполненных работ по форме КС-2, как следует из материалов дела, подписан сторонами 31.08.2021.

Платежным поручением от 21.12.2021 № 2685 (после внесения изменений в пункт 3.7 Договора путем заключения ДС № 6) заказчик перечислил подрядчику 4000000 руб., указав в назначении платежа «оплата гарантийных удержаний по договору от 24.09.2019 № 15/19».

Иными словами, вопреки доводам апелляционной жалобы, заказчик своими действиями подтвердил наступление срока оплаты гарантийного удержания.

Доводы заказчика о ненаступлении срока оплаты гарантийного удержания противоречат доктрине запрета на противоречивое поведение («эстоппель»), в связи с чем, названные доводы подлежат отклонению.

Более того, непосредственно факт ввода объекта в эксплуатацию заказчиком не оспаривается.

Мотивированных возражений относительно суммы задолженности по оплате гарантийного удержания, взыскиваемой подрядчиком, заказчиком не заявлено.

Ввиду допущенной заказчиком просрочки по оплате выполненных работ Обществом заявлено об уплате 1 577 970,42 руб. неустойки, начисленной по состоянию на 25.04.2022.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с пунктом 10.6 Договора за нарушение сроков оплаты выполненных работ подрядчик вправе потребовать от заказчика уплаты неустойки в размере 0,1 % от неоплаченной суммы за каждый день просрочки.

Как правомерно отметил суд первой инстанции, гарантийное удержание по своей природе представляет собой обязательство заказчика по оплате выполненных работ с отсрочкой, срок исполнения которого истекает после наступления согласованных сторонами обстоятельств (согласно пункту 3.7 Договора в редакции пункта 4 ДС № 6).

В этой связи, в случае неисполнения заказчиком обязательства по уплате гарантийного удержания после наступления срока его оплаты подрядчик вправе начислить неустойку, предусмотренную условиями Договора для случаев нарушения сроков оплаты выполненных работ в целом, то есть по пункту 10.6 Договора.

Суд первой инстанции, проверив расчет неустойки Общества, пришел к выводу о необходимости исключения из периода начисления неустойки период действия моратория, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497.

Согласно расчету суда первой инстанции, сумма неустойки, начисленной по состоянию на 31.03.2022, составила 1 425 243,14 руб.

Расчет неустойки повторно проверен в апелляционном порядке, Управлением документально не оспорен, контррасчет не представлен.

В апелляционной жалобе Управление повторно заявило о снижении неустойки применительно к статье 333 ГК РФ, ввиду необоснованного отклонения такого заявления в суде первой инстанции.

В соответствии с положениями статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

При этом уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

В пунктах 73, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования

В обоснование ходатайства о снижении неустойки Управление ссылается на то, что размер неустойки существенно превышает размер причиненных Обществу убытков, взыскиваемая сумма неустойки, согласно позиции Управления, приведет к неосновательному обогащению Общества.

Управление также указывает на то, что при расчете неустойки, исходя из действующей в период просрочки самой высокой учетной ставки Центрального банка России (8,5%) в двукратном размере, неустойка подлежит уменьшению в два раза, по сравнению со взыскиваемой суммой.

Вместе с тем, апелляционный суд полагает отметить, что неустойка, установленная соглашением экономически равных субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, подлежит снижению в исключительных случаях.

Доводы жалобы о чрезмерном размере неустойки в 0,1% от неоплаченной в срок суммы за каждый день просрочки отклоняются апелляционным судом, поскольку в пункте 10.1 Договора неустойка за нарушение сроков выполнения работ, подлежащая взысканию с подрядчика, установлена в аналогичном размере (0,1% от стоимости работ за каждый день просрочки).

Более того, апелляционный суд также не может согласиться с доводами Управления о том, что взыскиваемая сумма неустойки значительно превышает возможную сумму убытков и способствует неосновательному обогащению Общества.

Срок оплаты выполненных работ по условиям ДС №1 наступил еще в 2020 году, а срок оплаты гарантийного удержания – в декабре 2021 года, соответственно, в течение длительного периода нарушения заказчиком своих обязательств по оплате работ подрядчик вынужден был претерпевать неблагоприятные последствия такой просрочки.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд находит обоснованными выводы суда первой инстанции о недоказанности Управлением обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для снижения неустойки применительно к статье 333 ГК РФ.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.03.2023 по делу № А56-34981/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


Е.В. Савина

Судьи


Е.М. Новикова

О.С. Пономарева