Постановление от 8 декабря 2024 г. по делу № А14-5372/2024

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А14-5372/2024
г. Воронеж
09 декабря 2024 года
Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Бумагина А.Н.,


без вызова сторон и назначения судебного заседания, в порядке                  статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктов 47, 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 18.04.2017 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве»,


рассмотрев в порядке упрощенного производства апелляционную жалобу ООО «Коопунивермаг» на решение Арбитражного суда Воронежской области от 24.06.2024 (резолютивная часть от 24.05.2024) по делу № А14-5372/2024, рассмотренному в порядке упрощенного производства, по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Коопунивермаг» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) о взыскании 92 857 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303, 8 369 руб. судебных расходов, а также 2 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - ИП ФИО1, истец) обратился в Арбитражный суд Воронежской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Коопунивермаг» (далее – ООО «Коопунивермаг», ответчик) о взыскании 92 857 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №359303 (определенной согласно подпункту 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ), 2 000 руб. расходов по оплате госпошлины, 240 руб. судебных издержек по приобретению товара, 129 руб. судебных издержек по оплате почтовых услуг, 8 000 руб. судебных издержек связанных с фиксацией нарушения прав (с учетом принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) уточнений).

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 24.06.2024 (резолютивная часть от 24.05.2024) заявленные ИП ФИО1 требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Коопунивермаг» обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой ссылалось на незаконность и необоснованность решения Арбитражного суда Воронежской области от 24.06.2024 (резолютивная часть от 24.05.2024) по делу № А14-5372/2024, в связи с чем просило его отменить и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе заявитель ссылается на неподтвержденность реализации контрафактного товара ответчиком.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции полагает, что решение Арбитражного суда Воронежской области от 24.06.2024 (резолютивная часть от 24.05.2024) по делу № А14-5372/2024 следует отменить частично ввиду следующего.

Из материалов дела следует, что ИП ФИО1 является обладателем исключительных прав на товарный знак в виде словесного обозначения «KAIZER» по свидетельству № 359303, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 08.09.2008 (срок действия исключительного права продлен до 19.10.2025), правовая охрана предоставлена в отношении товаров 3, 8, 11, 21, 26, 35, 44 классов Международной классификации товаров и услуг, в том числе пилки для ногтей.

В обоснование исковых требований ИП ФИО1 указал, что 27.05.2022 года в торговой точке, расположенной по адресу: <...> реализовал контрафактный товар – маникюрныей инструмент «KAIZER» (ножницы). При продаже контрафактного товара ответчик оформил и предоставил чек оплаты банковской картой.

В подтверждение указанных обстоятельств истцом представлены: оригинал чека от 27.05.2022, видеозапись момента приобретения спорного товара, фотографии спорного товара, спорный товар маникюрные ножницы).

Ссылаясь на то обстоятельство, что, осуществив реализацию спорного товара, ответчик допустил нарушение исключительных прав предпринимателя на товарный знак, ИП ФИО1 обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями (с учетом уточнения).

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу пункта 2 той же статьи исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 указанной статьи).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Соответственно, в предмет доказывания по требованию о защите исключительных прав на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанных прав и факт их нарушения ответчиком.

В материалы дела представлены: сам приобретенный товар, видеозапись момента реализации ответчиком контрафактных товаров. Указанная видеозапись позволяет определить время, место, в котором было произведено распространение товара, а также обстоятельства покупки. Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании ст. ст. 12, 14 ГК РФ. Также представлено вещественное доказательство – маникюрные ножницы «KAIZER», приобретенная у ответчика.

Анализ представленной в дело копии свидетельства на товарный знак №359303 с изображением этого товарного знака и упаковки товара, реализованного ответчиком, свидетельствуют о том, что на упаковке присутствует обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком №359303, при этом с наличием явных и существенных различий товарного знака и изображения на проданном товаре.

При визуальном сравнении обозначений охраняемых и зарегистрированных исключительных прав истца - товарный знак по свидетельству № 359303 (словесное обозначение «KAIZER»), с изображением, нанесенным на представленный в качестве доказательства товар, реализованный ответчиком, усматривается визуальное и графическое сходство изображений, совпадают расположение отдельных частей изображений, размер, форма, цветовая гамма.

При этом ответчик вопреки положениям статьи 65 АПК РФ не представил в материалы дела надлежащих доказательств, свидетельствующих о законности использования товарного знака, исключительные права на который принадлежат истцу.

При таких обстоятельствах арбитражный суд области пришел к обоснованному выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца, доказательств, опровергающих указанный вывод суда, ответчиком не представлено.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 № 308-ЭС17-3088, № 308-ЭС17-4299). Аналогичное положение о том, что суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации, изложено в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Соответственно, при избранном истцом виде компенсации и с учетом того, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом вид компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит установление стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака тем способом, который использовал нарушитель, и определение конкретного размера компенсации исходя из этой цены с учетом установленного нарушения.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Из заявления об изменении исковых требований следует, что ИП ФИО1 был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, размер которой, по его мнению, составляет 92 857 руб.

В обоснование размера компенсации, определяемой в размере стоимости права использования товарного знака, истец представил лицензионный договор от 06.04.2021, заключенный ИП ФИО1 (лицензиар) и обществом с ограниченной ответственностью «Торговый дом Кьют-Кьют» (лицензиат), предоставляющий право на использование товарного знака по свидетельству № 359303 в отношении всех товаров 3, 8, 11, 21, 26 классов Международной классификации товаров и услуг 35, 44 классов Международной классификации товаров и услуг.

Согласно пункту 2 лицензионного договора от 06.04.2021 лицензиат выплачивает лицензиару за предоставление права использования товарного знака № 359303 комбинированное вознаграждение: разовый паушальный платеж за предоставление права использования товарного знака по свидетельству № 359303 - 1 000 000 руб.; ежемесячный платеж в форме роялти за предоставление права использования товарного знака по свидетельству № 359303 - 300 000 руб. (фиксированное вознаграждение).

Истец определил размер компенсации следующим образом: (1 300 000 рублей / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ/ 4 способа применения) x 2 = 92 857 руб.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные истцом требования, исходил из доказанности фактов принадлежности ИП ФИО1 исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 359303, нарушения ответчиком этих прав путем предложения неограниченному кругу лиц к продаже товара, содержащего обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца.

В условиях установленного в Российской Федерации единого экономического пространства, свободного передвижения товаров и услуг, производить расчет суммы компенсации исходя из деления на действие договоров в пределах одного субъекта Российской Федерации является незаконным и необоснованным.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание сложившуюся правоприменительную практику, указывающую на невозможность подобного деления вознаграждения по лицензионному договору на количество субъектов Российской Федерации при расчете суммы компенсации (постановления Суда по интеллектуальным правам от 07.02.2024 № С01-2647/2023, № А12-27828/2022, от 28.12.2023 № С01-2353/2023 по делу № А13-2897/2023, от 16.10.2023 № С01-1822/2023 по делу № А36-11038/2022, от 12.04.2024 по делу № А12-2917/2023).

На основании изложенного суд, апелляционной инстанции соглашается с расчетом суммы компенсации, представленным истцом в суд первой инстанции.

Доводы ответчика о том, что суд первой инстанции неправомерно не принял во внимание доводы ответчика о недоказанности реализации ответчиком контрафактного товара, исследовались судом первой инстанции и правомерно отклонены в силу следующего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями (пункт 75 ППВС от 23.04.2019 № 10 и пункт 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного Информационным письмом Президиума ВАС от 13.12.2007 № 122).

Охрана авторским правом произведения предполагает, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение любым способом, в том числе путем его воспроизведения или переработки (подпункты 1 и 9 пункта 2 статьи 1270 ГК).

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что принципиальное значение для правильного разрешения вопроса о наличии признаков воспроизведения либо переработки объекта исключительного авторского права имеет общее впечатление потребителя от сопоставления таких объектов.

Обозначение (изображение) является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При сравнительном анализе изображения на упаковке товара необходимо отметить, что изображение повторяет товарный знак истца во всех основных и второстепенных деталях. Таким образом, сравниваемое обозначение и товарный знак схожи до степени смешения.

При сравнительном анализе изображений на упаковке контрафактного товара и произведений изобразительного искусства (рисунков) необходимо отметить, что изображения на упаковке контрафактного товара повторяют произведения изобразительного искусства (рисунки) истца во всех основных и второстепенных деталях.

Таким образом, изображения на товаре (его упаковке) являются переработкой произведений изобразительного искусства (рисунков) истца.

При этом, спорный товар – маникюрные ножницы в упаковке, согласно Международной классификации товаров и услуг относится к 21 классу МКТУ.

Также, в отзыве ответчик полагает, что не доказан факт реализации контрафактного товара именно ответчиком.

В соответствии со статьей 493 ГК РФ и пунктом 13 Правил продажи товаров по договору розничной купли-продажи, утв. постановлением Правительства от 31.12.2020 № 2463, договор розничной купли-продажи считается заключенным с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека, или иного документа, подтверждающего оплату товара.

При продаже товара ответчик оформил и предоставил чек оплаты банковской картой. Указанный чек содержит дату и время заключения договора розничной купли-продажи (27.05.2022 в 11:03), цену товара (240 руб.), адрес магазина ответчика.

Представленная истцом в материалы дела видеозапись процесса приобретения товара является непрерывной, фиксирует обстоятельства заключения договора розничной купли-продажи (демонстрацию наименования и адреса магазина ответчика на вывеске, выбор товара, проход к продавцу, оплату товара и выдачу продавцом чека), а также позволяет установить реализованный ответчиком товар и выявить идентичность чеков и товара, запечатленных на видеозаписи, с чеками и товаром, представленными в материалы дела.

Указание ответчика на то, что в чеке отсутствует наименование товара, не свидетельствует о том, что данный документ является недостоверным. Кроме того, о фальсификации представленного истцом чека в порядке статьи 161 АПК РФ, ответчиком не заявлялось.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом доказан факт заключения договора розничной купли-продажи именно с ответчиком совокупностью доказательств (видеозапись покупки контрафактного товара, чек оплаты банковской картой, ответ ПАО Сбербанк, контрафактный товар).

При таких обстоятельствах, факт реализации спорного товара ответчиком, суд первой инстанции правомерно признал доказанным. Основания для переоценки вышеуказанных выводов у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Суд области верно исходил из того, что применительно к данным обстоятельствам при определении размера компенсации в двукратном размере стоимости права использования спорных товарных знаков расчет суммы компенсации должен был быть проверен судом на основании данных о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

При этом, в части требований о взыскании 8 000 руб. в счет компенсации понесенных расходов на фиксацию нарушения суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить следующее.

В силу статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся, в том числе расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей).

Согласно статье 110 АПК РФ возмещению подлежат только фактически понесенные судебные расходы.

Законодательством не запрещено привлечение истцом иного лица для собирания доказательств с целью обращения истца в суд. Однако в данном случае истец должен подтвердить, что именно им были понесены указанные расходы по фиксации нарушений.

Как указано в пункте 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» в случае, когда расходы на оплату услуг представителя не были фактически понесены, требование об их возмещении удовлетворению не подлежит.

Суд при распределении судебных расходов по делу исходит из того, что под фактически понесенными расходами следует понимать реально понесенные стороной затраты в форме отчуждения части имущества в пользу лица, оказавшего соответствующие услуги, с учетом характера этих затрат, а именно: являются ли расходы на оплату услуг реальными затратами стороны, то есть оплачиваются стороной за счет собственного имущества или за счет собственных денежных средств.

Согласно пункту 2 статьи 861 ГК РФ расчеты между юридическими лицами, а также расчеты с участием граждан, связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, производятся в безналичном порядке.

Расчеты между этими лицами могут производиться также наличными деньгами, если иное не установлено законом.

При этом арбитражное процессуальное законодательство связывает право на возмещение расходов не с представлением документа, а с фактом несения расходов, под которыми понимаются реальные затраты на оплату соответствующих услуг.

Иное толкование означало бы нарушение баланса интересов сторон, допуская возложение на проигравшую сторону обязанности по компенсации расходов, фактически не понесенных другой стороной.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 1 статьи 65, часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В соответствии с представленным в дело платежным поручением от 17.03.2023 № 3295 оплата услуг исполнителя производилась со счета ООО «Медиа-НН». В рассматриваемом случае истцом не представлено доказательств возмещения им понесенных расходов исполнителю по транспортным услугам с целью фиксации факта нарушения исключительных прав.

Поскольку истец не представил документы по оплате самим истцом суммы 8 000 руб., возложение на ответчика бремени несения указанных расходов является необоснованным.

С учетом изложенного, решение Арбитражного суда Воронежской области от 24.06.2024 (резолютивная часть от 24.05.2024) по делу № А14-5372/2024 подлежит отмене в части удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании 8 000 руб. в счет компенсации понесенных расходов на фиксацию нарушения.

В соответствии с частью 1 статьи 103 АПК РФ цена иска определяется по искам о взыскании денежных средств, исходя из взыскиваемой суммы. Также в цену иска включаются также указанные в исковом заявлении суммы неустойки (штраф, пени) и проценты.

При этом в силу положений статьи 101 АПК РФ судебные расходы возникают только в связи с рассмотрением судебного дела и согласно статье 103 названного Кодекса в цену иска не входят, следовательно, изменение размера судебных расходов судом апелляционной инстанции не влечет за собой изменения размера государственной пошлины за рассмотрение иска.

На основании статей 101, 110, 112 АПК РФ с учетом результатов рассмотрения с ответчика в пользу истца судом первой инстанции обоснованно взысканы  2 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, 240 руб. в возмещение расходов на приобретение товара, 129 руб. почтовых расходов.

Согласно положениям статьи 110 АПК РФ судебные расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Расходы по уплате госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы ответчика, в соответствии со статьей 110 АПК РФ, относятся на ее заявителя и возврату либо возмещению не подлежат, поскольку перераспределение судебных расходов не влияет на цену иска и на размер удовлетворенных исковых требований.

Руководствуясь статьями 110, 266 - 269, 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу апелляционную жалобу ООО «Коопунивермаг» удовлетворить частично.

Решение Арбитражного суда Воронежской области от 24.06.2024 (резолютивная часть от 24.05.2024) по делу № А14-5372/2024, рассмотренному в порядке упрощенного производства, отменить в части удовлетворения заявленных требований о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Коопунивермаг» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу  индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) 8000 руб. судебных издержек связанных с фиксацией нарушения прав.

В удовлетворении требований о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Коопунивермаг» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) 8000 руб. судебных издержек связанных с фиксацией нарушения прав – отказать.

В остальной части решение Арбитражного суда Воронежской области от 24.06.2024 (резолютивная часть от 24.05.2024) по делу № А14-5372/2024, рассмотренному в порядке упрощенного производства, оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Судья

        А.Н. Бумагин