Постановление от 15 июня 2022 г. по делу № А23-5518/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А23-5518/2018
г.Калуга
15 июня 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 09.06.2022

Постановление изготовлено в полном объеме 15.06.2022


Арбитражный суд Центрального округа в составе:


Председательствующего

Андреева А.В.

Судей


Еремичевой Н.В..


ФИО1



При участии в заседании:



от заявителя жалобы:

от ФИО2:


от конкурсного управляющего ФГУНПП «Аэрогеология»:


от иных лиц, участвующих в деле:

не явились, извещены надлежаще;

ФИО3 – представитель (дов.от 29.11.2021);

ФИО4 – представитель (дов. от 10.01.2022);


не явились, извещены надлежаще.


рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО5 на определение Арбитражного суда Калужской области от 15.11.2021 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 по делу № А23-5518/2018,

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Федерального государственного унитарного научно-производственного предприятия «Аэрогеология» (ИНН <***>, ОГРН <***>) конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Калужской области с заявлением, в котором просит признать недействительными сделками действия ФГУНПП «Аэрогеология»:

- по начислению ФИО5 в период с марта 2018 года по декабрь 2018 года излишней заработной платы в сумме 2 505 235,21 руб., включая НДФЛ в размере 325 680,58 руб.;

- по выплате ФИО5 излишней заработной платы в размере 2 818 854,79 руб.

Также заявитель просил применить последствия недействительности сделок в виде: взыскания с ФИО5 в пользу ФГУНПП «Аэрогеология» денежных средств в размере 2 818 854,79 руб. и прекращения обязательства ФГУНПП «Аэрогеология» по уплате НДФЛ в размере 325 680,58 руб., по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в размере 259 883,52 руб., по уплате страховых взносов на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в размере 2 262 руб., по уплате страховых взносов на обязательное медицинское страхование в размере 127 767 руб. (с учётом уточнения в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определениями Арбитражного суда Калужской области от 16.04.2021 и от 06.09.2021 к участию в обособленном споре в качестве заинтересованных лиц привлечены: Управление Федеральной налоговой службы по Калужской области, ФИО6 и ФИО2.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 15.11.2021 (судья И.М.Денисенко) заявленные требования удовлетворены.

ФИО5 обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Определением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2022 рассмотрено ходатайство ФИО5 о переходе к рассмотрению дела по правилам, предусмотренными Арбитражным процессуальным кодексом РФ в суде первой инстанции, в удовлетворении ходатайства отказано.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 (судьи: Е.В. Мосина, М.А. Григорьева, Е.И. Афанасьева) определение от 15.11.2021 оставлено без изменения.

Не соглашаясь с указанными определением и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО5 обратился с кассационной жалобой.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указал на необоснованность выводов судов о неравноценности встречного предоставления по спорным сделкам, сделанных на основе неверной оценки представленных в дело доказательств. Ссылается на необоснованность отказа апелляционного суда от перехода к рассмотрению спора по правилам суда первой инстанции, неправомерность отказа в принятии новых доказательств, а также нарушения норм процессуального права, повлекшие невозможность ознакомления участников спора с материалами дела в суде апелляционной инстанции. Приводит доводы об ошибках арифметического расчета сумм выплат, допущенных судами. Как полагает заявитель кассационной жалобы, конкурсный управляющий не представил отвечающих требованиям допустимости доказательств неисполнения ФИО5 возложенных на него обязанностей начальника отдела кадров и начальника группы компьютерного обеспечения. Ссылается на то, что суд необоснованно не учел, что в спорный период на ответчика были дополнительно возложены обязанности водителя и системного администратора.

Представитель конкурсного управляющего ФГУНПП «Аэрогеология» возражал против удовлетворения кассационной жалобы, ссылаясь на законность и обоснованность судебных актов.

Представитель ФИО2 поддержала доводы кассационной жалобы по изложенным в ней мотивам.

Представители иных лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Учитывая наличие доказательств надлежащего извещения не явившихся лиц о времени и месте судебного разбирательства, кассационная жалоба рассмотрена в порядке статьи 284 АПК РФ в отсутствие иных представителей.

Суд, исследовав представленные материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в обособленном споре, кассационный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы, исходя из следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Калужской области от 08.08.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФГУНПП «Аэрогеология».

Как следует из заявления конкурсного управляющего должником, в личном деле имеется трудовой договор от 01.03.2018 №29, согласно которому ФИО5 работал на предприятии в должности заместителя генерального директора по общим вопросам с должностным окладом 180 000 руб. Документов по работе ФИО5 на предприятии на других должностях материалы личного дела не содержат.

Работа ФИО5 с 01.03.2018 по 29.12.2018 в должности заместителя генерального директора по общим вопросам, как по основному месту работы, подтверждается и представленной представителем ФИО5 в судебном заседании 23.07.2021 копией трудовой книжки ВТ №6413818.

Вместе с тем, как следует из представленных в материалы дела расчетных листков по заработной плате работника предприятия ФИО5, в период с марта по декабрь 2018 г.г. ему были начислены выплаты в сумме 4 292 785,91 руб. руб., включая НДФЛ 13% в размере 558 062,16 руб.

После удержания НДФЛ ФИО5 подлежали перечислению денежные средства в размере 3 734 723,75 руб.

При этом, как следует из представленных в материалы дела платежных поручений и банковских выписок по расчетным счетам должника, в период с 16.05.2018 по 22.03.2019 на расчетный счет ФИО5 №40817810138060424189 в ПАО «Сбербанк» были перечислены 4 932 851,34 руб., то есть на 1 198 127,59 руб. больше, чем подлежало выплате согласно начислений после удержания НДФЛ.

Посчитав, что начисление и выплата должностных окладов по должности начальника группы компьютерного обеспечения и начальника отдела кадров, компенсаций за сверхурочную работу и работу в выходные дни, оплат за переработку, разовых премий совершены при неравноценном встречном предоставлении со стороны ФИО5 с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий должника оспорил законность данных сделок на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Разрешая спор, и удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности материалами дела факта необоснованно произведенных в пользу ФИО5 выплат без встречного исполнения и в условиях уже имевшейся у должника неплатежеспособности.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

При этом оснований для отмены решения, поименованных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не установил, поэтому оснований для перехода в силу части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к рассмотрению данного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, у него не имелось.

Суд кассационной инстанции полагает указанные выводы судов первой и апелляционной инстанций верными.

Так, согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может, в частности, оспариваться выплата заработной платы.

Таким образом, Законом о банкротстве предусмотрено правовое основание для оспаривания выплат повышенной заработной платы на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.03.2014 №ВАС-10413/13).

По правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться в частности любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления №63, неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В рассматриваемом случае оспариваемые действия по начислению и выплате ФИО5 должностных окладов по должности начальника группы компьютерного обеспечения и начальника отдела кадров, компенсаций за сверхурочную работу и работу в выходные дни, оплат за переработку, разовых премий, совершены в течение года до, а также после принятия судом заявления о признании должника банкротом (08.08.2018), то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При решении вопроса о равноценности встречного исполнения по спорным сделкам суды приняли во внимание, признав верным, представленный конкурсным управляющим расчет заработной платы, согласно которому общая сумма произведенных в пользу ФИО5 начислений за период с марта по декабрь 2018 года, составила 4 292 785,91 руб., включая НДФЛ 13% в размере 558 062,16 руб. После удержания НДФЛ ФИО5 подлежали перечислению денежные средства в размере 3 734 723,75 руб.

Суды, надлежащим образом мотивировав свой вывод, не приняли в качестве надлежащих доказательств обоснованности и соразмерности причитающихся ФИО5 выплат представленные им возражения и сведения о выполнении им трудовых обязанностей на нескольких должностях. При этом вопрос относимости, допустимости и достоверности доказательств разрешается судами первой и апелляционной инстанций в каждом случае исходя из обстоятельств дела и входит в круг вопросов, рассмотрение которых не относится к компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства.

Из разъяснений, данных в абзаце четвертом пункта 9 Постановления №63, следует, что судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления №63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Разрешая вопрос о действительном объеме трудовых отношений должника и ФИО5, суды установили, что согласно трудовому договору от 01.03.2018 №29 ФИО5 работал на предприятии ФГУПНН «Аэрогеология» в должности заместителя генерального директора по общим вопросам с должностным окладом 180 000 руб. Работа ФИО5 с 01.03.2018 по 29.12.2018 в должности заместителя генерального директора 15 А23-5518/2018 по общим вопросам, как по основному месту работы, подтверждается и представленной представителем ФИО5 в судебном заседании 23.07.2021 копией трудовой книжки ВТ №6413818. Выполнение ФИО5 работы в должности заместителя генерального директора по общим вопросам с должностным окладом в размере 180 000 руб. конкурсным управляющим не оспаривается.

Поскольку трудовые отношения предприятия и ФИО5 были оформлены трудовым договором от 01.03.2018 №29 и подтверждаются трудовой книжкой ВТ №6413818, суды пришли к правомерному выводу о том, что именно эти документы являются в настоящем обособленном споре относимыми и допустимыми доказательствами в подтверждение того объема трудовых отношений, которыми были связаны должник и ФИО5 Вместе с тем, надлежащие письменные доказательства в подтверждение доводов ФИО5 об оформлении его трудовых отношений с предприятием по должностям начальника группы компьютерного обеспечения (основное место работы) и начальника отдела кадров (совмещение должностей) в материалы дела не представлены, равно как такие документы не переданы конкурсному управляющему бывшим генеральным директором предприятия ФИО2 и отсутствуют среди документов кадрового учета, сданных на хранение в архив.

Кроме того, судом учтено, что с сентября 2018 г. начисления оклада по должности заместителя генерального директора по общим вопросам стали осуществляться в 100% размере, тогда как соглашений и приказов о переводе ФИО5 на эту должность, как на основную, в материалы дела не представлено.

В связи с этим, суд пришел к выводу о том, что приведенная ФИО5 работа по должности начальника отдела кадров входила в его должностные обязанности по должности заместителя генерального директора по общим вопросам, о чем ФИО5 не мог не знать, так как сам представил соответствующую должностную инструкцию в материалы дела.

Следовательно, по мнению судов, заработная плата по должности начальника отдела кадров получена ФИО5 без встречного исполнения.

При таких обстоятельствах, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о том, что ФИО5 не доказано, что выполнение такой работы связано с исполнением им обязанностей по должностям начальника группы компьютерного обеспечения и начальника отдела кадров.

Придя к выводу о невыполнении ФИО5 работы по должности начальника группы компьютерного обеспечения, суды также учли, что представленный ФИО5 расчет количества часов переработки по этой должности, согласно которому в период с марта по август 2018 г. он работал по 18 часов каждый рабочий день и по 12 часов в один из выходных дней каждой недели, является недостоверным, поскольку работа по организации эксплуатации офисной техники, эксплуатации локальной сети предприятия, обеспечению персональными компьютерами и необходимыми единицами офисной техники рабочих мест и обучению сотрудников работе с компьютерами и офисной техникой, не требует такого сверхусиленного труда. То обстоятельство, что произведенные в пользу ФИО5 начисления и выплаты декларировались в составе отчетности по НДФЛ и страховым взносам, не свидетельствует о выполнении работы по спорным должностям, поскольку создание видимости трудовых отношений не означает их реальность.

Факт трудовых отношений ФИО5 с предприятием по должностям начальника группы компьютерного обеспечения и начальника отдела кадров не подтвержден документально; фактическое выполнение ФИО5 работы по этим должностям, в том числе сверхурочной работы и работы в выходные дни, опровергается установленными судами обстоятельствами; достижение этой работой высоких результатов труда, требующих поощрения, не доказано, характер этой работы и достигнутых результатов ФИО5 не раскрыт; оплаты труда в командировках и отпускных начислений основаны на заведомо неправильных расчетах, направленных на завышение производимых в пользу ФИО5 выплат, следовательно, начисление оспариваемых сумм в действительности осуществлено без встречного предоставления.

Факт наличия у должника и у ФИО5 совместной цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника подтверждается тем обстоятельством, что спорные начисления и выплаты осуществлены в пользу ФИО5 без встречного исполнения и в условиях уже имевшейся у должника неплатежеспособности. В частности, на момент совершения оспариваемых действий подтверждается тем, что в период их совершения должник имел неисполненные требования по денежным обязательствам, которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника и до настоящего времени не исполнены.

Кроме того, из представленного в материалы дела бухгалтерского баланса предприятия следует, что по состоянию на 31.12.2017 стоимость чистых активов должника составляла 15 542 000 руб., а размер его обязательств – 111 977 000 руб., что свидетельствует о уже наступившей тотальной неплатежеспособности должника к моменту совершения спорных сделок.

Осведомленность ФИО5 о неплатежеспособности должника в момент совершения спорных сделок, по мнению судов, подтверждается занимаемой им должностью заместителя генерального директора и значительными просрочками в выплате должником заработной платы своим работникам, в том числе и самому ФИО5, а также доводами ФИО5, подтвердившего тот факт, что значительная задолженность предприятия по заработной плате своим работникам, образовавшаяся до 2018 г., смогла быть выплачена только из аванса, полученного от АО «Росгеология» по договору №44/2018-ЮЛ от 26.04.2018.

Таким образом, по мнению судов, денежные средства, которые могли быть направлены на погашение задолженности перед кредиторами и по текущей заработной плате, были выведены на счета работников, занимавших руководящие должности, в качестве заработных плат, компенсаций и премий.

С учетом изложенного, исследовав и оценив представленные в дело доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о том, что оспариваемые действия привели к причинению вреда имущественным правам кредиторов, поскольку размер имущества должника был уменьшен на сумму незаконно произведенных в пользу ФИО5 выплат, а размер его обязательств был увеличен на сумму рассчитанных и подлежащих перечислению в бюджет и внебюджетные фонды НДФЛ и страховых взносов на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование.

Таким образом, материалами дела подтверждается наличие условий для признания начислений и выплат ФИО5 заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск и выходного пособия недействительными сделками по основаниям, предусмотренным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом норм пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 25 Постановления №63, суды пришли к верному выводу о необходимости в качестве последствий недействительности сделок применить одностороннюю реституцию в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу должника 2 818 854,79 руб., составляющих сумму излишне выплаченной ему заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск и выходного пособия.

Ссылки заявителя на арифметически неверный расчет, что привело к неправильной сумме, подлежащей взысканию с ответчика, судами правомерно отклонены. При этом, суды, производя расчет подлежащей взысканию с ФИО5 суммы, правильно исходили из следующего расчета: 4 932 851,34 - 1 555 169,12 - 558 827,43 = 2 818 854,79 руб., из которых: - 4 932 851,34 руб. - сумма, выплаченная ФИО5; - 1 555 169,12 руб. - сумма, которая подлежала перечислению ФИО5 исходя из оклада 180 000 руб., согласно расчету конкурсного управляющего; - 558 827,43 руб. - подотчетная сумма, от которой конкурсный управляющий отказался в суде первой инстанции.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций по существу рассмотренного дела, а выражают лишь несогласие с ними, что не является основанием для отмены оспариваемых судебных актов, поскольку они являлись предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и им дана полная и правильная оценка. Основания для переоценки обстоятельств, у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного акта не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 287, 289, 290 АПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Калужской области от 15.11.2021 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 по делу № А23-5518/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.



Председательствующий А.В.Андреев


Судьи Н.В.Еремичева


ФИО1