Постановление от 15 января 2025 г. по делу № А56-41308/2024

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-41308/2024
16 января 2025 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена     13 января 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 января 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Масенковой И.В.

судей  Пивцаева Е.И., Семиглазова В.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Дядяевой Д.С.

при участии: 

от истца (заявителя): ФИО1 по доверенности от 13.01.2025

от ответчика (должника): 1) не явился, извещен; 2) ФИО2 лично, ФИО3 на основании устного ходатайства ФИО2


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-28789/2024)  ФИО4 на решение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.08.2024 по делу № А56-41308/2024 (судья Бойкова Е.Е.), принятое

по иску ФИО4

к 1) ФИО5; 2) ФИО2

о привлечении к субсидиарной ответственности,

установил:

ФИО4 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО5, ФИО2 (далее – ответчики) о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании 483 174 руб. убытков.

Решением суда от 01.08.2024 исковые требования удовлетворены частично, к субсидиарной ответственности привлечен ФИО5, в удовлетворении требований к ФИО2 отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой он просит обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что в рассматриваемом случае не установлено, кто является основным должником, в силу чего к ответственности должны быть привлечены оба ответчика. Считает, что судом первой инстанции не установлено наличие у ФИО5 имущества и счетов в банках, за счет которых может быть исполнено решение по настоящему делу. Полагает, что ФИО6 не было представлено доказательств отсутствия у нее возможности оказывать влияние на работу ООО «СГР ГАРАЖ».

ФИО2 представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором она доводы жалобы оспаривает, считая их направленными на переоценку доказательств по делу, и просит обжалуемое решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Кроме того, от ФИО2 в материалы дела поступили возражения на апелляционную жалобу, в которых она просит обжалуемое решение изменить в части, применить срок исковой давности и отказать на этом основании в требованиях в ФИО2

ФИО5 отзыв на апелляционную жалобу не представлен.

На основании определения председателя шестого судебного состава Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2025 произведена замена в составе суда: судья Слобожанина В.Б. заменена на судью Пивцаева Е.И.

В судебном заседании представитель истца доводы апелляционной жалобы поддержал, на ее удовлетворении настаивал.

ФИО2 против удовлетворения апелляционной жалобы возражала.

ФИО5, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания по рассмотрению обоснованность апелляционной жалобы, представителей в заседание не направил, в связи с чем дело рассмотрено в порядке ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке по правилам ч.5 ст.268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 19.11.2018 Красносельским районным судом Санкт-Петербурга по делу № 2-4887/2028 вынесено судебное решение о взыскании с ООО «СГР ГАРАЖ» в пользу ФИО4 483 174 руб. 31.01.2019 возбуждено исполнительно производство, которое впоследствии окончено по основаниям ст.46, 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

11.09.2020 Общество исключено из ЕГРЮЛ ввиду наличия сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ФИО2 и ФИО5 были участниками Общества с долями в размере 50% у каждого.

ФИО5 также являлся директором Общества.

Полагая, что в результате недобросовестных действий/бездействия ответчиков обязательства Общества перед ФИО4 не были исполнены, истец обратился в суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, признав заявленные требования обоснованными частично – только в отношении ФИО5, в указанной части иск удовлетворил.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения или отмены судебного акта в обжалуемой части.

В соответствии с п.1 ст.53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В силу п.2 ст.64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Как предусмотрено п.3 названной статьи, исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в ст.53.1 Кодекса.

Как установлено п.1 ст.399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Пунктом 3.1 ст.3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом № 129-ФЗ для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п.1 - 3 ст.53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Возможность привлечения лиц, указанных в п.1 - 3 ст.53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Таким образом, из изложенного следует, что само по себе исключение юридического лица из ЕГРЮЛ в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой.

Требуется, чтобы неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в п.1 - 3 ст.53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в п.2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в отношении действий (бездействия) директора.

Основываясь на ранее выработанных представлениях о природе предпринимательской деятельности (ст.2 ГК РФ), Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал в своих решениях, что для субъектов предпринимательской деятельности существует вероятность наступления отрицательных последствий в результате необеспечения должной осмотрительности при ее организации и осуществлении, неблагоприятной конъюнктуры рынка либо из-за неисполнения обязательств со стороны контрагентов, что пагубно сказывается как на положении конкретных участников экономических отношений, так и на экономике страны в целом.

С учетом этого федеральный законодатель вправе принимать меры, направленные на минимизацию негативных последствий такого рода явлений, в частности последствий неплатежеспособности отдельных субъектов предпринимательской деятельности (определения от 02.07.2013 № 1047-О, от 06.10.2021 № 2126-О и др.).

Распространенность случаев уклонения от ликвидации имеющих долги обществ с ограниченной ответственностью с последующим исключением указанных обществ из ЕГРЮЛ в административном порядке побудила федерального законодателя в п.3.1 ст.3 Закона № 14-ФЗ предусмотреть компенсирующий негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Таким образом, привлечение к субсидиарной ответственности возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из ЕГРЮЛ в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Вместе с тем, в п.3.2 Постановления от 21.05.2021 № 20-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу положения ст.3 Закона № 14-ФЗ, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации отдельно отметил, что в случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, не предоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Соответственно, именно на ответчике лежит обязанность доказать, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, он действовал добросовестно и принял все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Истец как добросовестный участник гражданских правоотношений обратился в суд за защитой своих нарушенных прав, получив решение суда, обратился в службу судебных приставов.

Указанных действий истца оказалось недостаточно, так как ответчики, как лица, определяющие модель поведения подконтрольного общества, приняли решение задолженность не оплачивать и прекратить хозяйственную деятельность общества путем исключения в административном порядке.

Такая модель поведения не может считаться добросовестной и разумной, поскольку законом предусмотрены механизмы по ликвидации обществ, в том числе через процедуру банкротства, тем более при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами.

Обязанность же предоставить доказательства, объясняющие причины исключения общества из ЕГРЮЛ и доказательства правомочности своего поведения лежит на ответчике, который также должен пояснить, какие действия им предпринимались и обосновать причины такого поведения.

В настоящем деле ФИО5 занял пассивную позицию по защите своих прав, не явился в судебные заседания и не представил никаких пояснений по существу заявленных требований, тем самым не исполнил обязанность по предоставлению доказательств отсутствия вины.

В соответствии с ч.2 ст.9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

По существу заявленных требований каких-либо возражений ФИО5 не представлено, доказательств, свидетельствующие о добросовестности ответчика при осуществлении деятельности по руководству Обществом в соответствующие периоды и отсутствии его вины в причинении истцу убытков, в материалах дела отсутствуют, ввиду чего иск в части требований к ФИО5 удовлетворен.

Поскольку в указанной части решение суда первой инстанции истцом не обжалуется, проверка законности и обоснованности решения суда в части удовлетворения требований к ФИО5 апелляционным судом не производится.

Фактически доведение ответчиком Общества до состояния, когда оно не отвечает признакам действующего юридического лица, может свидетельствовать о намерении прекратить его деятельность в обход установленной законодательством процедуре ликвидации (банкротства) в ущерб интересам кредиторов, в том числе истца. В ином случае, если юридическое лицо было намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации с погашением имеющейся задолженности.

Как верно установлено судом первой инстанции, ФИО2 являлась в судебные заседания, представила в суд пояснения, в которых указала, что была учредителем в ООО «СГР ГАРАЖ» с 28.05.2015 по 11.09.2020, также занимала должности генерального директора Общества и главного бухгалтера с 28.05.2015 по 02.08.2017.

Далее, как указывает ФИО2, в связи с существенными разногласиями, она уволилась с вышеуказанных должностей и неоднократно обращалась с требованием проведения общего собрания с целью исключения ее из числа учредителей Общества, однако получила отказ.

С 02.08.2017 все контакты с Обществом были прекращены по требованию соучредителя ФИО5

Таким образом, исходя из представленных ответчиком пояснений, в действиях/бездействиях ФИО2 признаков недобросовестности не усматривается, в силу чего оснований для ее привлечения к субсидиарной ответственности не имеется.

Довод жалобы о том, что в рассматриваемом случае не установлено, кто является основным должником, в силу чего к ответственности должны быть привлечены оба ответчика, апелляционным судом отклоняется, поскольку при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности установлению подлежит степень вины каждого из ответчиков с учетом представленных ими пояснений относительно разумности и добросовестности их действий.

Довод подателя жалобы о том, что судом первой инстанции не установлено наличие у ФИО5 имущества и счетов в банках, за счет которых может быть исполнено решение по настоящему делу, признается несостоятельным, поскольку исследование таких обстоятельств не входит в предмет доказывания по спору, и не свидетельствует о возникновении у суда безусловной обязанности по привлечению к субсидиарной ответственности ФИО6

Позиция заявителя относительно недоказанности ФИО6 отсутствия у нее возможности оказывать влияние на работу ООО «СГР ГАРАЖ» отвергается апелляционным судом, поскольку ФИО6 представлены пояснения относительно добросовестности ее действий, которые истцом опровергнуты не были. При этом следует отметить, что фактически истец настаивает на необходимости доказывания ответчиком отрицательного факта, в то время как отрицательные факты не подлежат доказыванию (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ № 305-ЭС16-19572 от 28.04.2017 по делу № А40-147645/2015).

Учитывая изложенное суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения требований к ФИО2

Относительно изложенного в возражениях ФИО2 заявления о пропуске истцом срока исковой давности апелляционный суд отмечает, что согласно п.1 ст.200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности по общему правилу начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность.

Учитывая, что 19.11.2018 Красносельским районным судом Санкт-Петербурга по делу № 2-4887/2028 вынесено решение о взыскании с Общества задолженности, Общество исключено из ЕГРЮЛ 11.09.2020, истец обратился с иском о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности первоначально 15.04.2022, определением от 30.01.2023 по делу № 2-3128/2023 гражданское дело передано по подсудности в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, 04.07.2023 иск оставлен арбитражным судом без рассмотрения (дело № А56-23913/2023), срок исковой давности, начинающий течь с момента исключения должника из ЕГРЮЛ, истцом не пропущен, так как срок, в течение которого осуществлялась защита прав истца в деле № 2-3128/2023, а затем в деле № А56-23913/2023, не засчитывается (п.1 и 2 ст.204 ГК РФ).

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой не опровергают обоснованность и правомерность выводов суда первой инстанции.

При вынесении решения судом первой инстанции оценены представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст.71 АПК РФ, нормы материального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений или неправильного применения норм процессуального права, в том числе являющихся в соответствии с ч.4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием к отмене обжалуемого судебного акта, при вынесении решения судом не допущено.

В порядке ст.110 АПК РФ расходы по уплаченной государственной пошлине по апелляционной жалобе относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 01.08.2024 по делу №  А56-41308/2024 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


И.В. Масенкова

Судьи


Е.И. Пивцаев

 В.А. Семиглазов