Решение от 2 марта 2020 г. по делу № А52-3715/2019

2.17/2020-4666(8)

Арбитражный суд Псковской области ул. Свердлова, 36, г. Псков, 180000 http://pskov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А52-3715/2019
город Псков
02 марта 2020 года
Резолютивная часть решения оглашена 27 февраля 2020 года

Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Самойловой Т.Ю., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Саленко А.А., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению публичного акционерного общества «Ростелеком» (юридический адрес: 191002, <...>; ОГРН <***>, ИНН <***>; почтовый адрес: 191186, <...>; юридический адрес филиала в Новгородской и Псковской областях ПАО «Ростелеком»: 173001, <...>)

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Псковской области (адрес: 180017, <...>; ОГРН <***>, ИНН <***>)

третьи лица:

Государственное бюджетное учреждение Псковской области «Управление автомобильных дорог Псковской области» (адрес: 180002, <...>; ОГРН <***>, ИНН <***>)

Комитет по закупкам Псковской области (адрес: 180001, Псковская область, ул. Некрасова, д.23).

о признании незаконным пункта 1 решения Управления Федеральной антимонопольной службы России по Псковской области от 28.05.2019 № 44-64/19 в части признании жалобы ПАО «Ростелеком» необоснованной, как несоответствующего статье 8, части 1 статьи 15, частям 1 и 3 статьи 33, частям 2 и 13 статьи 34, части 2 статьи 48 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации;

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО1 – главный специалист отдела правового обеспечения основной деятельности и сопровождения корпоративной работы Макрорегионального

филиала «Северо-Запад» ПАО «Ростелеком» по доверенности от 01.11.2019 № 02/29-175- 19, представлен паспорт; Христук Т.В. – главный специалист отдела правового обеспечения Филиала Новгородской и Псковской областях ПАО «Ростелеком» по доверенности от 12.12.2018 № 0208/29/109-18, представлен паспорт;

от ответчика: ФИО3- представитель по доверенности от 22.01.2020 № 158/КН, представлено служебное удостоверение;

от третьего лица Государственного бюджетного учреждения Псковской области «Управление автомобильных дорог Псковской области»: ФИО4– представитель по доверенности от 26.08.2019 № 49, представлен паспорт, ФИО5- представитель по доверенности от 05.04.2019 № 30, предъявлен паспорт;

от третьего лица Комитета по закупкам Псковской области: ФИО6 председатель комитета на основании распоряжения Администрации Псковской области от 29.122018 № 96-р,

установил:

Публичное акционерное общество междугородной и международной электрической сети «Ростелеком» (далее - ПАО «Ростелеком», Общество, заявитель) обратилось в суд с заявлением, в котором заявило требования:

-о признании незаконным решения Управления Федеральной антимонопольной службы России по Псковской области от 28.05.2019 по делу № 44-64/19 в части признания жалобы ПАО «Ростелеком» необоснованной (пункты 1, 3, 4, 5, 6, 8, 9 мотивировочной части);

- о признании незаконными действий Государственного бюджетного учреждения Псковской области «Псковавтодор» по включению в аукционную документацию на оказание услуг по предоставлению информации со специальных технических средств автоматической фиксации нарушений правил дорожного движения, имеющих функции фото-и киносъемки, видеозаписи движения транспортных средств (извещение о закупке № 0157200000319000244) положений, противоречащих Федеральному закону от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», и об обязании Государственного бюджетного учреждения Псковской области «Псковавтодор» внести изменения в положения аукционной документации.

В заявлении от 21.10.2019 ПАО «Ростелеком» уточнил требования и просит суд:

1. Признать незаконным пункт 1 решения Управления Федеральной антимонопольной службы России по Псковской области от 28.05.2019 по делу № 44-64/19 в части признания жалобы ПАО «Ростелеком» необоснованной, как несоответствующий

статье 8, части 1 статьи 15, частям 1 и 3 статьи 33, частям 2 и 13 статьи 34, части 2 статьи 42 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации;

2. Признать незаконной аукционную документацию на оказание услуг по предоставлению информации со специальных технических средств автоматической фиксации нарушений правил дорожного движения, имеющих функции фото-и киносъемки, видеозаписи движения транспортных средств (извещение о закупке № 0157200000319000244), как несоответствующую статье 8, части 1 статьи 15, частям 1 и 3 статьи 33, частям 2 и 13 статьи 34, части 2 статьи 42 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (т.5, л.д.129-130).

Указанное уточнение принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Управление Федеральной антимонопольной службы по Псковской области (далее - Управление, антимонопольный орган, ответчик) и Государственное бюджетное учреждение Псковской области «Псковавтодор» просят суд отказать заявителю в удовлетворении требований, основания указаны в отзывах от 17.09.2019 № 3469/КН и от 18.09.2019 № 3988, дополнении к отзыву от 29.01.2020 (т.5 л.д.1-6, л.д.9-23, т.6, л.д.71- 76).

Определением суда от 19.09.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен Комитет по закупкам Псковской области (т.5, л.д. 39-40).

Определением суда от 13.11.2019 в отдельное производство выделено требование публичного акционерного общества «Ростелеком» к Государственному бюджетному учреждению Псковской области «Управление автомобильных дорог Псковской области» о признании незаконной аукционной документации на оказание услуг по предоставлению информации со специальных технических средств автоматической фиксации нарушений правил дорожного движения, имеющих функции фото-и киносъемки, видеозаписи движения транспортных средств (извещение о закупке № 0157200000319000244), как несоответствующей требованиям Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации делу присвоен № А52-5234/2019.

Определением суда от 13.11.2019 к участию в деле № А52-3715/2019 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено Государственное бюджетное учреждение Псковской области «Управление автомобильных дорог Псковской области» (т.6, л.д. 6-8).

В отзыве от 12.11.2019 № КЗ-21-207 Комитет по закупкам Псковской области (далее - Комитет по закупкам) просит суд отказать ПАО «Ростелеком» в удовлетворении требований в полном объеме (т.5, л.д. 139-143).

Государственное бюджетное учреждение Псковской области «Управление автомобильных дорог Псковской области» (далее - Учреждение, ГБУ ПО «Псковавтодор», заказчик) в ходе судебного разбирательства представлены дополнения от 11.02.2020 (т.6, л.д. 37-45), от 12.02.2020 (т.7, л.д.31-40).

Таким образом, в деле № А52-3715/2019 судом рассмотрены требования ПАО «Ростелеком» о признании незаконным пункта 1 решения Управления Федеральной антимонопольной службы России по Псковской области от 28.05.2019 по делу № 44-64/19 в части признания жалобы ПАО «Ростелеком» необоснованной, как несоответствующего статье 8, части 1 статьи 15, частям 1 и 3 статьи 33, частям 2 и 13 статьи 34, части 2 статьи 42 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее- Федеральный закон № 44-ФЗ, Закон о закупках), статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В ходе судебного разбирательства ПАО «Ростелеком» представило дополнения своих доводов (т.5, л.д.44-56, 145-149), (т.6, л.д.9-15).

Изучив представленные сторонами доказательства, выслушав позиции представителей лиц, участвующих в деле, суд установил следующее.

19.04.2019 заказчиком объявлен электронный аукцион на услуги по предоставлению информации со специальных технических средств автоматической фиксации нарушений правил дорожного движения, имеющих функции фото-и- киносъемки, видеозаписи движения транспортных средств (идентификационный номер: 273-А-ГЗ) (номер извещения: 0157200000319000244).

Извещение о проведении вышеуказанного электронного аукциона размещено в Единой информационной системе в сети Интернет www.zakupki.gov.ru 19.04.2019 в 16:09. Изменения в извещения о проведении аукциона были размещены в Единой информационной системе в сети Интернет www.zakupki.gov.ru 29.04.2019 в 08:44 и 29.04.2019 в 12:03 (т.1, л.д.65-74).

Согласно Извещению о проведении электронного аукциона для закупки

№ 0157200000319000244 прикрепленными документами указаны Информационная карта документации об аукционе в электронной форме; Инструкция для участников закупки; Техническое задание; Обоснование начальной (максимальной) цены контракта.

Начальная максимальная цена контракта – 463 471 717,09 руб. (т.1, л.д.101); дата и время срока окончания подачи заявок на участие в аукционе – 15.05.2019 09:00.

Согласно протоколу рассмотрения заявок на участие в электронном аукционе от 17.05.2019 № -157200000319000244-1 поданы первые части заявок с идентификационными номерами: 76, 137, 179, 244. К участию в аукционе допущены все 4 (четыре) заявки (т.1, л.д.151).

В соответствии с протоколом подведения итогов электронного аукциона от 23.05.2019 № -157200000319000244-3 (т.1, л.д.152) вторые части заявок подали ООО «АЭЛЬ-РТС» ИНЖИНИРИНГ» (идентификационный номер заявки 76), ООО «ЦЕНТР КОНСАЛТИНГА И АВОТМАТИЗАЦИИ БИЗНЕСА» (идентификационный номер заявки 244); обе заявки признаны соответствующими требованиям, установленным документацией об аукционе; аукционной комиссией принято решение признать победителем электронного аукциона участника аукциона ООО «АЭЛЬ-РТС» ИНЖИНИРИНГ», предложившее наиболее низкую цену контракта – 456 519 641,32 руб. (снижение составило 1,5%).

14.06.2019 между ООО «АЭЛЬ-РТС» ИНЖИНИРИНГ» и ГБУ ПО «Псковавтодор» заключен государственный контракт.

14.05.2019 в Управление от ПАО «Ростелеком» поступила жалоба на действия (бездействие) государственного бюджетного учреждения Псковской области «Управление автомобильных дорог Псковской области (т.1, л.д.40-59).

По результатам внеплановой проверки, проведенной в порядке части 15 статьи 99 Закона о закупках, Управление приняло решение от 28.05.2019 по делу № 44-64/19, в котором жалоба Общества признана обоснованной в части нарушения пункта 3 части 5 статьи 66 Закона о закупках (пункт 1) (т.1, л.д.21-39).

Поскольку жалоба признана обоснованной только в части, ПАО «Ростелеком» обратилось в суд о признании незаконным пункта 1 решения от 28.05.2019 по делу № 44- 64/19 в части необоснованности выводов Управления об отсутствии в действиях заказчика нарушений статьи 8, части 1 статьи 15, частей 1 и 3 статьи 33, частей 2 и 13 статьи 34, части 2 статьи 42 Федерального закона № 44-ФЗ, статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд считает, что требования заявителя удовлетворению не подлежат.

В силу части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса РФ основанием для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, является наличие одновременно двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно статье 6 Закона о закупках контрактная система в сфере закупок основывается на принципах открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок.

В соответствии со статьей 8 Закона о закупках принцип обеспечения конкуренции заключается в том, что контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок. Любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем); в части 2 статьи 8 запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок, операторами электронных площадок, операторами специализированных электронных площадок любых действий, которые противоречат требованиям настоящего Федерального закона, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок.

Согласно части 1 статьи 59 Закона о закупках под аукционом в электронной форме (электронным аукционом) понимается аукцион, при котором информация о закупке сообщается заказчиком неограниченному кругу лиц путем размещения в единой информационной системе извещения о проведении такого аукциона и документации о нем, к участникам закупки предъявляются единые требования и дополнительные требования, проведение такого аукциона обеспечивается на электронной площадке ее оператором.

Предметом спора по настоящему делу является законность выводов антимонопольного органа о необоснованности доводов, указанных в жалобе ПАО «Ростелеком» от 14.05.2019, о нарушении заказчиком при подготовке аукционной

документации нормативных положений Закона о закупках.

Конкретные доводы заявителя и лиц, участвующих в деле, суд оценил в решении отдельно по каждому доводу, рассмотренному антимонопольным органом по жалобе ПАО «Ростелеком» от 14.05.2019.

Заявитель путем сравнения характеристик специальных технических средств автоматической фиксации нарушений правил дорожного движения, имеющих функции фото - и киносъемки, видеозаписи движения транспортных средств (далее - СТСАФНПДД), указанных в разделах 1 и 2 Технического задания, с аналогичными характеристиками СТСАФНПДД различных производителей, пришел к выводу, что характеристики подлежащего использованию при исполнении контракта оборудования, соответствуют только комплексам «ДЕКАРТ», единственным производителем которых является ООО «Лаборатория цифрового зрения», что указывает на ограничение заказчиком закупки до одного конкретного производителя, то есть нарушаются требования статей 8, 33 Закона о закупках; свои выводы заявитель проиллюстрировал в сравнительных таблицах (т.1, л.д.60, 64, т.7, л.д.81-82). В ходе судебного разбирательства заявитель представил письменное дополнение от 16.10.2019, в котором указал на отсутствие доказательств специфики закупки, то есть необходимости использовать исключительно комплексы «ДЕКАРТ» одного производителя-ООО «Лаборатория цифрового зрения». Кроме того, заявитель указывает на нарушение пункта 1 части 1 статьи 33 Закона о закупках в части использования заказчиком в пунктах 4, 5, 7, 10, 11 Технического задания характеристик СТСАФНПДД, не соответствующих стандартам и не имеющих обоснования для их использования в противоречии со стандартными характеристиками.

Управление с такой позицией при рассмотрении дела не согласилось, указав в пункте 9 мотивировочной части решения, что заказчик использовал значения показателей, соответствующих ГОСТ 57144-2016, применение улучшенных значений этих показателей заказчик обосновал, что соответствует статье 33 Закона о закупках. Кроме того, ответчик в оспариваемом решении и в отзыве от 17.09.2019 указал на необходимость применения статьи 10 Закона о закупках, обязывающей заказчиков исходить из приоритета обеспечения государственных и муниципальных нужд путем закупок инновационной и высокотехнологичной продукции; спорные показатели значений использованных характеристик при описании в Техническом задании подлежащего использованию товара использованы заказчиком в реализацию принципа стимулирования инноваций.

ГБУ ПО «Псковавтодор», соглашаясь с выводами антимонопольного органа и возражая против доводов заявителя, указало, что объектом закупки является

предоставление услуг, а не поставка СТСАФНПДД, в связи с чем к характеристикам оборудования, подлежащего использованию, требования статьи 33 Закона о закупках не применяются; кроме того, в указанной статье отсутствует запрет использовать иные показатели, чем определены государственным стандартом, если такие показатели необходимы заказчику для удовлетворения своих потребностей.

Комитет по закупкам в отзыве от 12.11.2019, председатель Комитета в судебном заседании, не соглашаясь с доводами заявителя, указал, что в пунктах 1,2,3 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017, указано, что, по общему правилу, указание заказчиком в аукционной документации особых характеристик товара, которые отвечают его потребностям и необходимы заказчику с учетом специфики использования такого товара, не может рассматриваться, как ограничение потенциальных участников закупки. В рассматриваемой закупке потребностью заказчика является услуга по предоставлению информации с СТСАФНДД, в связи с чем участником закупки может выступать любое лицо, готовое оказать услуги с использованием товара, отвечающего потребностям заказчика; действуя в целях реализации принципа стимулирования инноваций, установленного статьей 10 Закона о закупках, заказчик предъявил исключительно те требования, которые смогут обеспечить наиболее эффективный результат оказания услуги. Комплексы не являются объектом закупки и не передаются в собственность заказчика.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд пришел к следующим выводам.

Согласно подпунктам 1 и 2 части 1 статьи 33 Закона о закупках в описании объекта закупки указываются функциональные, технические и качественные характеристики, эксплуатационные характеристики объекта закупки (при необходимости). В описание объекта закупки не должны включаться требования или указания в отношении товарных знаков, знаков обслуживания, фирменных наименований, патентов, полезных моделей, промышленных образцов, наименование страны происхождения товара, требования к товарам, информации, работам, услугам при условии, что такие требования или указания влекут за собой ограничение количества участников закупки.

При описании в документации о закупке объекта закупки заказчики обязаны использовать при составлении описания объекта закупки показатели, требования, условные обозначения и терминологию, касающиеся технических характеристик, функциональных характеристик (потребительских свойств) товара, работы, услуги и

качественных характеристик объекта закупки, которые предусмотрены техническими регламентами, принятыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, документами, разрабатываемыми и применяемыми в национальной системе стандартизации, принятыми в соответствии с законодательством Российской Федерации о стандартизации, иных требований, связанных с определением соответствия поставляемого товара, выполняемой работы, оказываемой услуги потребностям заказчика. Если заказчиком при составлении описания объекта закупки не используются установленные в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании, законодательством Российской Федерации о стандартизации показатели, требования, условные обозначения и терминология, в документации о закупке должно содержаться обоснование необходимости использования других показателей, требований, условных обозначений и терминологии.

В части 2 статьи 33 Закона о закупках установлено, что документация о закупке в соответствии с требованиями, указанными в части 1 этой статьи, должна содержать показатели, позволяющие определить соответствие закупаемых товара, работы, услуги установленным заказчиком требованиям. При этом указываются максимальные и (или) минимальные значения таких показателей, а также значения показателей, которые не могут изменяться.

Таким образом, в соответствии с требованиями, указанными в частях 1 и 2 статьи 33 Закона о закупках, при формировании документации о закупке заказчику предоставлены полномочия по самостоятельному определению параметров и характеристик товара, в наибольшей степени удовлетворяющих его потребности. Вместе с тем, как указывалось выше, при описании объекта закупки заказчику надлежит таким образом прописать требования к закупаемым товарам (работам, услугам), чтобы, с одной стороны, повысить шансы на приобретение товара (работы, услуги) именно с такими характеристиками, которые ему объективно необходимы, а с другой стороны, не ограничить количество участников закупки.

Раздел 6 Технического задания содержит требования к функциональным, техническим и качественным характеристикам, эксплуатационным характеристикам используемого товара – СТСАФНПДД и включает в себя два раздела: устанавливаемые СТСАФНПДД на линейных участках дороги (1) и на перекрестках (2); характеристики при этом не различаются.

Заявитель указывает на несоответствие государственным стандартам характеристик СТСАФНПДД и их показателей, указанных в пунктах 4, 5, 7, 10, 11 Технического задания.

В пункте 4 Технического задания указано требование обеспечивать измерение скорости транспортных средств с гарантированной точностью при скоростях движения транспортных средств в зоне контроля и на протяженном участке дороги: минимальная скорость км/ч, не более 1, максимальная скорость км/ч не менее 300.

ПАО «Ростелеком» указывает на не соответствие указанных в пункте 4 Технического задания характеристик пункту 5.3 ГОСТ 57144-2016 «Специальные технические средства, работающие в автоматическом режиме и имеющие функции фото и киносьемки, видеозаписи для обеспечения контроля за дорожным движением» (далее - ГОСТ 57144-2016).

В пункте 5.3 ГОСТ 57144-2016 раздела 5 «Основные показатели и метрологические характеристики» предусмотрено, что нижний предел диапазона измеряемой скорости движения транспортных средств должен быть не более 20км/ч; верхний предел - не менее 250км/ч (т.5, л.д.124-135).

В пункте 5 Технического задания содержится требование обеспечивать пределы допускаемой абсолютной погрешности при измерении скорости в зоне контроля и на протяженном участке дороги: не более +(-) 1 км/ч при скорости движения ТС в диапазоне скоростей до 100 км/ч включительно; не более +(-) 2 км/ч при скорости движения ТС в диапазоне скоростей свыше 100 км/ч. Дискретность установки порогового значения скорости не более 1 км/ч.

Пункт 5.4 ГОСТ 57144-2016 устанавливает, что пределы допустимой погрешности измерений скорости движения транспортных средств не должны превышать: +/- 2 км/ч в диапазоне скоростей движения до 100 км/ч, +/- 2% в диапазоне скоростей движения свыше 100 км/ч - для технических средств автоматической фотовидеофиксации с алгоритмом трекинга транспортных средств; +/- 3 км/ч в диапазоне скоростей движения до 100 км/ч, +/- 3% в диапазоне скоростей движения свыше 100 км/ч - для технических средств автоматической фотовидеофиксации без алгоритма трекинга транспортных средств.

Следовательно, заявитель обоснованно указал на несоответствие показателей характеристик, которые указаны в пунктах 4, 5 Технического задания, стандартным показателям, что не оспаривает заказчик.

Между тем, использование заказчиком в аукционной документации показателей, не соответствующих стандартным показателям, не является в этом случае нарушением пункта 1 части 1 статьи 33 Закона о закупках, поскольку в приложении № 2 к Техническому заданию заказчик обосновал применение иных показателей этих характеристик, что соответствует требованиям указанной статьи Закона о закупках (т.6,

д.л.100-101).

В пункте 7 Технического задания содержится требование о границе допускаемой погрешности определения координат в плане, не более +(-) 3м.

В разделе 5 ГОСТа 57144-2016 такая метрологическая характеристика отсутствует; согласно приложению № 2 к Техническому заданию отсутствует и обоснование применения данной характеристики, о чем спора между лицами, участвующими в деле, нет.

Вместе с тем, антимонопольный орган указывает, что при отсутствии в ГОСТе 57144-2016 спорной характеристики, у заказчика нет обязанности в смысле части 1 статьи 33 Закона о закупках обосновывать ее применение при описании товара, подлежащего использованию при оказании услуги. Кроме того, заказчик и ответчик считают необходимым учесть, что в сравнительной таблице производителей СТСАФНПДД, подготовленной представителем заявителя, у восьми из одиннадцати производителей такая характеристика установлена (т.1, л.д.60).

Суд соглашается с ответчиком, что при указании характеристики, предусмотренной в пункте 7 Технического задания, требования части 1 статьи 33 Закона о закупках не нарушены, поскольку в этой норме предусматривается обязанность в документации о закупке указать при описании объекта закупки обоснование тех показателей, характеристик, их значений, которые предусмотрены соответствующим государственным стандартом, но им не соответствуют, тогда как в данном случае установлено отсутствие спорной характеристики в ГОСТе 57144-2016. Как обоснованно указывает Комитет по закупкам, если указание особой характеристики необходимо заказчику для удовлетворения своих потребностей, он вправе руководствоваться принципом стимулирования инноваций, установленным статьей 10 Закона о закупках.

В пункте 10 Технического задания указано, что нижнее значение температуры воздуха при эксплуатации измерительного оборудования СТСАФНПДД по ГОСТ 22261 не более -50 С; в пункте 11 указано, что верхнее значение температуры воздуха при эксплуатации измерительного оборудования СТСАФНПДД по ГОСТ 22261-94, не менее +60 С.

Заявитель указывает, что указанные заказчиком в пунктах 10, 11 Технического задания значения показателей температуры не согласуются с аналогичными значениями, предусмотренными в таблице 2 пункта 4.4 ГОСТ 22261-94 «Средства измерений электрических и магнитных величин. Общие технические условия» (далее - ГОСТ 22261- 94), поскольку для измерительно - вычислительных комплексов (колонка 5) таблицы 2 предусмотрены иные значения нижней и верхней температур (т.6, л.д.106-113).

С таким выводом заказчик, антимонопольный орган и Комитет по закупкам не согласны, полагая, что в данном случае ссылка в пунктах 10, 11 Технического задания на ГОСТ 22261-94 означает применение значений, указанных в таблице 2 для вспомогательной части средств измерений, то есть части измерительной цепи средств измерений, расположенных вне их корпуса (колонка 6), соответственно значения показателей, использованные в пунктах 10, 11 соответствуют показателям ГОСТ 22261- 94.

Суд согласен с позицией ответчика; область применения ГОСТ 22261-94 распространяется на средства измерений, в пунктах 10,11 Технического задания предусмотрен диапазон температур для эксплуатации именно измерительного оборудования, что позволяет сравнивать показатели характеристик, предусмотренных в таблице 2 ГОСТ 22261-94 для вспомогательной части средств измерений (колонка 2), которым показатели спорных пунктов полностью соответствуют.

На основании изложенного, суд считает, что выводы антимонопольного органа, что включением в Техническое задание пунктов 4,5,7,10,11 заказчик не нарушил правил описания товара, подлежащего использованию при оказании услуги, предусмотренных Законом о закупке, являются правильными и обоснованными.

При принятии решения в этой части суд также исходил из следующего.

Как указано выше, объектом закупки номер извещения: 0157200000319000244 являются услуги по предоставлению информации со специальных технических средств автоматической фиксации нарушений правил дорожного движения, имеющих функции фото-и-киносъемки, видеозаписи движения транспортных средств.

Сравнительный анализ проведен ПАО «Ростелеком» в отношении характеристик, указанных в разделе 6 Технического задания «Требования к функциональным, техническим и качественным характеристикам, эксплуатационным характеристикам СТСАФНПДД».

Суд установил, что в Техническом задании установлены определенные функциональные, качественные характеристики, а также перечень конкретных показателей этих характеристик товара, подлежащего использованию при оказании услуг, которые в соответствии с Инструкцией для участников закупки должны быть представлены участником закупки в первой части заявки.

Согласно Техническому заданию таким товаром являются стационарные комплексы фотовидеофиксации СТСАФНПДД, специфичным условием для участия в рассматриваемой закупке является наличие у участника закупки права пользования этими комплексами, которое заказчику в процессе исполнения контракта не передается. При

этом основания приобретения данного права аукционной документацией не регулируется, что означает возможность использования для оказания услуг комплексов, принадлежащих (приобретенных) на любом из предусмотренных законодательством оснований.

Суд считает, что в таком случае к описанию характеристик СТСАФНПДД требования части 1 статьи 33 Закона о закупках не применяются, описание товара, подлежащего использованию, производится в соответствии с требованиями статьи 66 названного закона и тождественность этих требований Законом о закупках не установлена.

Более того, по смыслу пункта 1 части 1 статьи 33, пункта 1 части 1 статьи 64 Закона о закупках, если указанные в аукционной документации требования к товару не нарушают прямых запретов, установленных в пункте 1 части 1 статьи 33 Закона о закупках и направлены на определение потребностей заказчика, они могут быть признаны не нарушающими законодательство. Сам по себе факт установления определенных характеристик к товару не свидетельствует об ограничении количества участников размещения заказа. Отсутствие у каких-либо лиц, заинтересованных в заключении контракта, возможности поставить товар, соответствующий потребностям заказчика, не свидетельствует о нарушении заказчиком прав этих лиц, а также об ограничении заказчиком числа участников торгов.

Исследовав и оценив описание объекта закупки в Техническом задании, в том числе описание СТСАФНПДД, суд установил, что в целях оказания услуги по предоставлению информации со специальных технических средств автоматической фиксации нарушений правил дорожного движения, участником закупки может стать любое лицо, если оно имеет в пользовании на законном основании комплексы СТСАФНПДД, по характеристикам отвечающие потребностям заказчика, что опровергает довод заявителя об ограничении закупки до одного производителя ООО «Лаборатория цифрового зрения».

При этом суд учитывает, что согласно протоколу рассмотрения заявок на участие в электронном аукционе от 17.05.2019 четыре заявки допущены к участию в электронном аукционе и признаны участниками аукциона (т.1, л.д.151), что означает возможность у четырех участников оказывать услуги с использованием комплексов СТСАФНПДД с характеристиками, отвечающими потребности заказчика.

При указанных обстоятельствах суд считает, что подготовленный заявителем сравнительный анализ характеристик СТСАФНПДД различных производителей не свидетельствует об умышленном создании заказчиком необоснованных преимуществ для участия в закупке единственной организации ООО «Лаборатория цифрового зрения», чем ограничено количество участников закупки.

На основании изложенного, довод ПАО «Ростелеком», что по результатам сравнительного анализа характеристик, указанных в Техническом задании, с аналогичными характеристиками производителей СТСАФНПДД возможно сделать вывод об ограничении заказчиком закупки до одного производителя, что нарушает статьи 8, 33 Закона о закупках, антимонопольный орган обоснованно посчитал недоказанным, иного в ходе судебного разбирательства суд не установил.

По мнению заявителя, статье 8 и статье 33 Федерального закона № 44-ФЗ в их совокупности противоречит пункт 4.5 проекта контракта в части установленных в нем сроков исполнения обязательств по контракту. Общество считает, что из положений пункта 4.7 проекта контракта в совокупности с пунктами 5 и 9 Технического задания видно, что исполнитель должен выполнить часть комплекса услуг, составляющих предмет контракта, в течение десяти календарных дней, тогда как в указанные сроки объективно выполнить такие обязательства по контракту невозможно; такой вывод заявителем сделан в связи с необходимостью согласовывать размещение СТСАФНПДД с собственником энергоснабжающих устройств (опор), а также на основании анализа Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861, предусматривающего определенные сроки для согласования технологического присоединения; заявитель указывает, что аукционная документация не содержит порядка проведения и сроков согласования размещения СТСАФНПДД с УГИБДД УМВД России по Псковской области, тогда как на такое согласование также требуется неопределенное время. Кроме того, заявитель ссылается на необходимость провести процедуру согласования размещения СТСАФНПДД, в том числе в соответствии с приказом Росавтодора от 14.12.2017 № 2903. При указанных обстоятельствах ПАО «Ростелеком» считает, что установленный в пункте 4.5 проекта контракта срок осуществить все согласования даже для 10 комплексов СТСАФНПДД заведомо неисполнимо для любого лица за исключением лиц, уже владеющих смонтированными, подключенными и функционирующими средствами СТСАФНПДД, поэтому установление таких заведомо неисполнимых сроков направлено на не допуск иных участников на рынок этих услуг, что и является нарушением статей 8, 33 Федерального закона № 44-ФЗ.

В возражениях на отзыв ответчика от 17.10.2019 Общество дополнительно обосновало невозможность исполнения обязательств по контракту в установленные заказчиком сроки, указав, что Учреждением принято решение от 12.07.2019 об

одностороннем отказе от исполнения контракта от 14.06.2019, заключенного с победителем аукциона ООО «АЭЛЬ-РСТ» ИНЖИНИРИНГ», в том числе из-за нереально установленных пунктом 4.5 проекта контракта сроков.

ПАО «Ростелеком» считает, что установленные заказчиком сроки были неисполнимы для любого лица, кроме ООО «Лаборатория цифрового зрения», которое установило комплексы фотовидеофиксации до проведения закупки, представил договор от 29.12.2018 на передачу оборудования в опытную эксплуатацию; довод Управления, что установленные сроки не повлекли ограничения количества участников, поскольку для участия в аукционе были поданы четыре коммерческих предложения Общество считает необоснованным, поскольку, по его мнению, два коммерческих предложения поступили от единственного производителя оборудования «Декарт» и от аффилированного с ним лица, третье предложение поступило от лица, не принявшего в дальнейшем участия в аукционе; в этой части Общество дополнило свою позицию в письменном дополнении от 12.11.2019, а также в позиции от 11.02.2020 (т.6, л.д.136-141). По совокупности указанных доводов ПАО «Ростелеком» делает вывод, что установление заказчиком неисполнимых сроков оказания услуг фактически ограничило число добросовестных участников закупки.

Управление, рассматривая обоснованность указанных доводов Общества, в пункте 8 мотивировочной части решения указало, что Федеральный закон № 44-ФЗ не содержит требований, касающихся определения срока оказания услуг, поэтому срок выполнения обязательств по контракту устанавливает заказчик самостоятельно; антимонопольный орган пришел к выводу о непредставлении ПАО «Ростелеком» в соответствии с частью 9 статьи 105 Закона о закупках доказательств, подтверждающих невозможность исполнить условия, установленные в пунктах 4.5 и 4.7 проекта контракта.

Комитет по закупкам, поддерживая позицию антимонопольного органа, дополнительно указал на необоснованность доводов заявителя о включении в срок исполнения контракта времени на согласование мест размещения технических средств с УГИБДД УМВД России по Псковской области, поскольку в пункте 4.7 контракта предусмотрено, что перечень мест размещения (приложение № 1 к Техническому заданию) согласовывается заказчиком, а не исполнителем и прилагается к Техническому заданию. В данном случае заказчик воспользовался своим правом определить срок исполнения обязательств, основываясь на необходимости удовлетворения своих потребностей и соблюдения принципа ответственности за результативность осуществления закупок.

Учреждение, поддерживая позицию Управления, также указало на право заказчика самостоятельно определить сроки исполнения обязательств по контракту; считает срок, установленный в пункте 4.5 проекта контракта, разумным с предусмотренным поэтапным

размещением технических средств. Относительно обоснованности пункта 4.7 проекта контракта заказчик указал на предоставленную исполнителю возможность определить самостоятельно место размещения технических средств в соответствии с перечнем мест, определенных в приложении № 1 к Техническому заданию; с целью соблюдения установленных сроков исполнитель вправе на первом этапе разместить оборудование на дорогах регионального и муниципального значения, что не требует времени на согласование, предусмотренного для размещения на дорогах федерального значения.

В отношении нарушений статьи 8, статьи 33 Закона о закупках по этому эпизоду суд пришел к выводу о необоснованности требования заявителя.

В соответствии с пунктом 4.5 проекта контракта исполнитель должен иметь право пользования, распоряжения техническими средствами автоматической фотовидеофиксации, используемые в процессе оказания услуг по настоящему Контракту.

Произвести установку и ввод в эксплуатацию видеокамер фиксации нарушений Правил дорожного движения РФ нарастающим итогом, с момента заключения настоящего Контракта в следующие сроки:

- в течение 10 календарных дней – не менее 10 видеокамер; - в течение 40 календарных дней – не менее 30 видеокамер; - в течение 75 календарных дней – не менее 50 видеокамер.

В пункте 4.7 проекта контракта указано, что информация со специальных технических средств, указанных в пункте 1.1 настоящего Контракта, предоставляется Исполнителем через 15 календарных дней с момента заключения контракта до момента исполнения контракта. Через 75 календарных дней с момента заключения контракта информация со специальных технических средств должна передаваться не менее чем с 20 (двадцати) мест размещения Технических средств. Места размещения Технических средств, определяются Исполнителем на основе перечня размещения технических средств предоставленного Заказчиком, исходя из анализа состояния аварийности и транспортной дисциплины, складывающейся на территории Псковской области по согласованию с УГИБДД УМВД России по Псковской области. Исходя из оперативной обстановки и складывающейся ситуации с аварийностью на территории Псковской области, места размещения Технических средств могут неоднократно меняться в течение действия Контракта по согласованию сторон с учетом возможности подключения стационарных Технических средств к внешним источникам электропитания.

Суд в данном случае считает обоснованным вывод антимонопольного органа о недоказанности ПАО «Ростелеком» неисполнимости сроков исполнения контракта и об ограничении в связи с этим количества участников.

В соответствии с частью 15 статьи 105 Закона о закупках бремя доказывания при рассмотрении жалобы в антимонопольном органе возложено на лицо, подавшее жалобу на соответствующие действия (бездействия) заказчика.

Суд соглашается с доводом антимонопольного органа, что при рассмотрении жалобы в порядке статьи 105 Закона о закупках по смыслу части 15 данной статьи именно податель жалобы должен доказать обоснованность своих доводов; доказательств нереально установленных в пункте 4.5 проекта контракта сроков в ходе рассмотрения дела № 44-64/19 ПАО «Ростелеком» не представил; в свою очередь о необоснованности таких доводов свидетельствуют четыре поданные заявки на участие в аукционе.

Относительно обстоятельств, заявленных Обществом при обращении в суд, с которыми он связывает заведомо неисполнимые сроки, суд считает следующее.

Довод ПАО «Ростелеком» в части обязанности исполнителя согласовать места размещения СТСАФНПДД с УГИБДД УМВД России по Псковской области суд находит несостоятельным в виду неправильного толкования пункта 4.7 проекта контракта; указанный пункт контракта установил, что места размещения определяются исполнителем на основе Перечня размещения технических средств (приложение № 1 к Техническому заданию), предоставленного заказчиком и согласованного с УГИБДД УМВД России по Псковской области. Следовательно, перечень мест размещения, являясь приложением к Техническому заданию, согласуется для участников закупки до размещения Технического задания.

О правильности такого вывода свидетельствует и переписка заказчика с органами УГИБДД УМВД России по Псковской области, предметом которой является согласование мест размещения стационарных комплексов видеофиксации (т.6, л.д.46-56).

ПАО «Ростелеком» считает, что установленные сроки с учетом необходимости согласования места размещения СТСАФНПДД с собственниками опоры, и осуществление технологического присоединения энергопринимающего устройства заведомо неисполнимы за исключением ООО «Лаборатория цифрового зрения», имеющего на основании договора с Учреждением от 29.12.2018 № 01/01/2019-ФВФ уже подключенные технические средства СТСАФНПДД, что и подтверждает совершение заказчиком действий, направленных на ограничение числа участников.

Однако, оценив условия договора с ООО «Лаборатория цифрового зрения» от 29.12.2019, суд пришел к выводу, что согласно данному договору комплект оборудования СТСАФНПДД, предоставляемый ООО «Лаборатория цифрового зрения» в опытную эксплуатацию, Учреждение обязано возвратить в порядке и сроки, указанные в договоре (пункт 1.1); согласно дополнительному соглашению к этому договору срок его действия

до 31.05.2019, соответственно на эту дату опытные образцы подлежали возврату изготовителю, в связи с чем данный договор не подтверждает наличие у ООО «Лаборатория цифрового зрения» уже установленных на момент заключения контракта оборудования СТСАФНПДД и его преимущественного положениями перед другими потенциальными участниками закупки; доказательств иного не представлено.

При этом суд учитывает, что условия контракта, включая сроки его исполнения, распространяются на всех участников электронного аукциона, а поэтому сами по себе не могут нарушать запрета, установленного в статье 8 Закона о закупках.

Кроме того, статья 33 Закона о закупках не регулирует правоотношения, связанные с определением заказчиком условий контракта, включая сроки исполнения обязательств по контракту, соответственно, довод заявителя о нарушении в данном случае статьи 33 Закона о закупках несостоятелен.

По совокупности изложенного, суд считает, что в рассмотренной части заявленного требования заявителю следует отказать, ввиду отсутствия доказательств незаконности и необоснованности выводов антимонопольного органа, изложенных в пункте 9 мотивировочной части решения.

Заявитель считает, что пункт 2.8 проекта контракта, согласно которому размер и выплата вознаграждения исполнителю за оказанные услуги поставлена в зависимость от факта совершения третьими лицами неправомерных действий и вынесения в отношении этих третьих лиц, нарушивших правила безопасности дорожного движения, постановлений по делам об административных правонарушениях, не соответствует части 13 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ, статье 779 Гражданского кодекса РФ. Общество указывает, что предметом контракта является оказание услуг по предоставлению информации со специальных технических средств, тогда как заказчик определил стоимость оказываемых услуг не в зависимости от действий исполнителя по договору, а от объема условных единиц, количество которых зависит от третьих лиц. В части нарушения статьи 779 Гражданского кодекса РФ заявитель указывает, что на основании части 1 статьи 1 Закона о закупках законодательство о контрактной системе основывается на положениях, в том числе, гражданского законодательства, поэтому заказчик в соответствии со статьей 779 Гражданского кодекса РФ обязан оплатить оказанные услуги исходя из оказанных исполнителем услуг, являющихся предметом договора, тогда как в пункте 2.8 проекта контракта оплата по контракту фактически установлена за количество административных правонарушений.

Управление в пункте 3 мотивировочной части оспариваемого решения, установив, что разделом 5 проекта контракта установлен порядок и сроки приемки оказанных

исполнителем услуг, порядок и срок оформления результатов приемки, а также порядок оплаты услуг, выполненных в рамках исполнения контракта, пришло к выводу о необоснованности доводов жалобы ПАО «Ростелеком» о нарушении части 13 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ. Ответчик ссылается, что при рассмотрении жалобы в соответствии со статьей 105 Закона о закупках антимонопольный орган не рассматривает законность аукционной документации на соответствие Гражданскому кодексу РФ.

Учреждение, считая вывод антимонопольного органа об отсутствии нарушений части 13 статьи 34 Закона о контрактной системе правильным и обоснованным, указывает, что объем услуг рассчитан исходя из анализа количества выявленных нарушений правил дорожного движения на территории Псковской области; доводы ПАО «Ростелеком» о том, что по документации объем услуг невозможно определить, а также, что объем услуг должен быть определен только действиями исполнителя несостоятельны.

Комитет по закупкам, поддерживая позицию Управления, указал, что относительно условий, указанных в проекте контракта, объем оказанных услуг, подлежащих оплате исполнителем, выражается не в количестве фактов нарушений Правил дорожного движения водителями транспортных средств, а исходя из количества зафиксированной и переданной информации о нарушениях Правил дорожного движения, что относится к деятельности исполнителя.

Суд считает доводы заявителя необоснованными.

В силу пункта 1 части 13 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ в контракт включаются обязательные условия о порядке и сроках оплаты товара, работы или услуги, о порядке и сроках осуществления заказчиком приемки поставленного товара, выполненной работы (ее результатов) или оказанной услуги в части соответствия их объема требованиям, установленным контрактом, а также о порядке и сроках оформления результатов такой приемки.

Проект контракта содержит раздел 2 «Цена контракта и порядок расчетов». В пункте 2.6 проекта контракта указано, что в цену контракта включена стоимость всех затрат Исполнителя, необходимых для оказания услуг, в том числе издержки и расходы на организационные, подготовительные, эксплуатационные мероприятия, связанные с предметом контракта, а также транспортные, командировочные расходы, уплата налоговых и других обязательных платежей.

Согласно пункту 2.7 проекта контракта условной единицей является информация об одном зафиксированном административном правонарушении в области дорожного движения, на основании которой после обработки было вынесено постановление по делу об административном правонарушении; в пункте 2.8 предусмотрено, что размер платежа

за расчетный месяц рассчитывается, как произведение количества условных единиц и цены одной условной единицы в соответствии со спецификацией (приложение № 2 контракта).

Таким образом, Учреждением при подготовке проекта контракта были определены все существенные условия, связанные с порядком оплаты оказываемых исполнителем услуг, что в полной мере соответствует части 13 статьи 34 Закона о закупках.

В соответствии с частью 1 статьи 779 Гражданского кодекса РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

ПАО «Ростелеком» не представило доказательств, что предмет и условия, прописанные в проекте контракта, не соответствуют договору возмездного оказания услуг в смысле части 1 статьи 779 Гражданского кодекса РФ.

Более того, суд считает, что доводы заявителя в части нарушения части 1 статьи 779 Гражданского кодекса РФ фактически сводятся к правоотношениям, связанным с расчетами при исполнении заключенного контракта, что не входит в предмет рассмотрения оспариваемого решения антимонопольного органа, принятого по результатам проверки законности документации о закупке, соответственно довод Общества о нарушении статьи 779 Гражданского кодекса РФ был обоснованно отклонен ответчиком; в удовлетворении требований заявителю следует отказать.

ПАО «Ростелеком» считает, что заказчик сформировал начальную максимальную цену контракта (далее - НМКЦ) исходя из объема услуг по предоставлению информации о нарушениях скоростного режима и объема услуг по предоставлению информации об остальных административных правонарушениях. При этом, по мнению Общества, что объем услуг определен исходя из количества условных единиц оказанной услуги, в извещении о закупке указана цена за каждую условную единицу; такое формирование цены контракта не соответствует пункту 2 статьи 42 Закона о закупках, устанавливающему исчерпывающий перечень случаев, когда возможно установление в документации о закупке цены единицы услуги и в этом перечне отсутствуют услуги по предоставлению информации со специальных средств автоматической фиксации нарушений правил дорожного движения.

Управление в пункте 4 мотивировочной части решения, не соглашаясь с правильностью доводов ПАО «Ростелеком» о нарушении части 2 статьи 42 Закона о закупках, указало, что объектом закупки является оказание услуг по предоставлению информации со специальных средств автоматической фиксации нарушений правил

дорожного движения, имеющих функции фото и киносъемки, видеозаписи движения транспортных средств; извещением о проведении электронного аукциона установлена НМКЦ контракта 463 471 717 руб. 09 коп., относительно указанной цены согласно протоколу проведения электронного аукциона от 23.05.2019 осуществлялось снижение цены контракта, а не от цены за единицу услуги.

Заказчик и Комитет, поддерживая вывод антимонопольного органа, указывают на отсутствие при установлении цены контракта нарушения части 2 статьи 42 Закона о закупках, поскольку НМКЦ установлена в твердой сумме, оснований считать, что цена в нарушение указанной нормы Закона о закупках установлена за единицу услуги, не имеется.

В пункте 2 статьи 42 Федерального закона № 44-ФЗ (на момент спорных правоотношений) было предусмотрено, что в случае, если при заключении контракта объем подлежащих выполнению работ по техническому обслуживанию и (или) ремонту техники, оборудования, оказанию услуг связи, юридических услуг, медицинских услуг, образовательных услуг, услуг общественного питания, услуг переводчика, услуг по перевозкам грузов, пассажиров и багажа, гостиничных услуг, услуг по проведению оценки невозможно определить, в извещении об осуществлении закупки и документации о закупке заказчик указывает цену запасных частей или каждой запасной части к технике, оборудованию, цену единицы работы или услуги. При этом в извещении об осуществлении закупки и документации о закупке должно быть указано, что оплата выполнения работы или оказания услуги осуществляется по цене единицы работы или услуги исходя из объема фактически выполненной работы или оказанной услуги, по цене каждой запасной части к технике, оборудованию исходя из количества запасных частей, поставки которых будут осуществлены в ходе исполнения контракта, но в размере, не превышающем начальной (максимальной) цены контракта, указанной в извещении об осуществлении закупки и документации о закупке.

Заявитель, исходя из вида торгуемых услуг, ссылается на отсутствие у заказчика согласно пункту 2 статьи 42 Закона о закупках права указывать в извещении об осуществлении закупки плату за цену единицы услуги, тогда как в Извещении о проведении электронного аукциона для закупки № 157200000319000244 указана цена условной единицы.

Суд с таким выводом Общества не согласен, поскольку доказательств, что по рассматриваемой закупке цена установлена в порядке, на который указывал для определенного вида услуг пункт 2 статьи 42 Закона о закупках, в материалах дела нет. В Извещении о проведении электронного аукциона условная единица является единицей

измерения объема оказываемых услуг, зафиксирована цена за единицу измерения, указана НМКЦ контракта, что свидетельствует об установлении НМКЦ контракта в порядке, установленном статьей 22 Закона о закупках, в твердом размере, а не за единицу услуги в смысле пункта 2 статьи 42 Закона о закупках.

Таким образом, суд считает, что к рассматриваемым правоотношениям пункт 2 статьи 42 Закона о закупках не применяется, а правильность формирования НМКЦ контракта заявитель при обращении в антимонопольный орган не оспаривал.

Рассмотренный эпизод о нарушении пункта 2 статьи 42 Закона о закупках взаимосвязан с доводом заявителя о нарушении заказчиком части 2 статьи 34 этого закона.

ПАО «Ростелеком» считает, что анализ пунктов 2.8 и 2.9 проекта контракта указывает на установление не твердой, а ориентировочной цены контракта, тогда как пунктом 2.11 проекта контракта предусмотрено, что цена контракта является твердой и не может изменяться в ходе его исполнения, за исключением случаев, предусмотренных статьями 34, 95 Закона о закупках. При этом заявитель указывает, что услуги по предоставлению информации со специальных технических средств автоматической фиксации нарушений правил дорожного движения, имеющих функции фото и киносъемки, видеозаписи движения транспортных средств, не отнесены к числу случаев, когда при заключении контракта в документации о закупке допускается указание ориентировочного значения цены контракта либо формулы цены и максимального значения контракта, предусмотренных постановлением Правительства РФ от 13.01.2014 № 19. Неправомерное установление ориентировочной цены вместо твердой нарушает часть 2 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ и противоречит пункту 2.11 проекта контракта.

Управление в пункте 5 мотивировочной части решения, не соглашаясь с допущенным заказчиком нарушением части 2 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ, указало на ошибочность выводов Общества об установлении ориентировочной цены контракта; антимонопольный орган, сделав анализ положений контракта, считает, что цена контракта является твердой, а не ориентировочной, как считает заявитель. В отзыве ответчик дополнительно указал, что согласно проекту контракта цена контракта является твердой с указанием на основании статьи 95 Федерального закона № 44-ФЗ случаев возможного изменения объема услуг и цены контракта, что в совокупности с установленным порядком ежемесячной приемки и оплаты оказанных услуг, подтверждает необоснованность доводов заявителя об установлении ориентировочной цены контракта.

Комитет по закупкам, Учреждение, поддерживая позицию антимонопольного

органа, со ссылкой на пункты 4.6, 5.1 проекта контракта указывают на отсутствие доказательств установления ориентировочной цены, дополнительно указав, что ошибочность довода заявителя подтверждается снижением цены на аукционе от НМКЦ, а не от цены за условную единицу.

Оценив доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований ПАО «Ростелеком» по этому эпизоду.

В силу части 2 статьи 34 Закона о закупках при заключении контракта указывается, что цена контракта является твердой и определяется на весь срок исполнения контракта, а в случаях, установленных Правительством Российской Федерации, указываются ориентировочное значение цены либо формула цены и максимальное значение цены контракта, установленные заказчиком в документации о закупке. При заключении и исполнении контракта изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных данной статьей и статьей 95 настоящего закона.

В соответствии с пунктом 2.8 проекта контракта размер платежа за расчетный месяц рассчитывается, как произведение количества условных единиц и цены одной условной единицы в соответствии со спецификацией (приложение № 2 к контракту); под условной единицей согласно пункту 2.7 понимается информация об одном зафиксированном административном правонарушении в области дорожного движения, на основании которой после обработки было вынесено постановление по делу об административном правонарушении.

В пункте 2.11 проекта контракта указано, что цена контракта является твердой и не может изменяться за исключением случаев, предусмотренных статьей 34, 95 Федерального закона № 44-ФЗ.

Доказательств, подтверждающих, что установленная цена контракта в противоречии с пунктом 2.11 проекта контракта не является твердой, Общество не представило, доводов о нарушении при формировании НМКЦ статьи 22 Закона о закупках не заявило, в связи с чем суд приходит к выводу о необоснованности требований Общества по этому эпизоду.

Более того, из протокола рассмотрения заявок на участие в аукционе от 23.05.2019 видно, что снижение цены на аукционе происходило от размера НМКЦ, а не от цены за единицу стоимости услуги, что дополнительно подтверждает ошибочность вывода ПАО «Ростелеком» об установлении заказчиком ориентировочной, а не твердой цены контракта.

ПАО «Ростелеком» ссылается на нарушение заказчиком части 1 статьи 33 и пункта

1 части 1 статьи 64 Закона о закупках, поскольку в аукционной документации не указаны функциональные, технические и качественные характеристики, эксплуатационные характеристики услуги по отправке адресатам почтовой корреспонденции, содержащей копии постановлений и материалы дел об административных правонарушениях, которые согласно разделу 2 Технического задания «состав оказываемых услуг» относятся к объекту закупки; несоблюдение заказчиком названных нормативных положений не позволяет определить потребности заказчика и приводит к невозможности формирования участником закупки корректного предложения по исполнению государственного контракта.

В дополнительной позиции от 12.11 2019 заявитель указал, что в данном случае отсутствует порядок и сроки передачи корреспонденции, содержащей копии постановлений и материалы дел об административных правонарушениях, а при отсутствии в аукционной документации требований к содержанию объема услуги по отправке адресатам корреспонденции, контракт не может быть заключен, так как по данной услуге не определена потребность заказчика.

Управление в пункте 6 мотивировочной части решения сделало вывод об отсутствии в действиях заказчика нарушения пункта 1 части 1 статьи 33 Федерального закона № 44-ФЗ, указав, что согласно положениям документации об аукционе поименованные в Техническом задании виды услуг являются комплексом взаимоувязанных и последовательных действий исполнителя, объединенных единой конечной целью, это обосновал заказчик при рассмотрении дела антимонопольным органом; предпочтовая обработка материалов, предназначенных для почтовой рассылки с последующей передачей на почту, в данном случае входит в обязанность исполнителя.

Учреждение, возражая против требования заявителя, указывает, что предпочтовая обработка в составе оказываемой услуги соответствует конечному результату оказания услуг, а именно, привлечению лица, нарушившего правила дорожного движения, к административной ответственности, что подтверждает взаимосвязь предпочтовой обработки с услугой по передаче и хранению информации с СТСАФНПДД.

Комитет по закупкам указал на отсутствие заказчиком в данном случае части 1 статьи 33 Закона о закупках, поэтому выводы антимонопольного органа об отсутствии нарушений указанной статьи правомерны.

Суд в части доводов о нарушении заказчиком по этому эпизоду части 1 статьи 33, пункта 1 части 1 статьи 64 Закона о закупках пришел к следующим выводам.

В Информационной карте документации об электронном аукционе указаны два вида услуг:

- услуги по предоставлению информации о нарушениях скоростного режима;

-услуги по предоставлению информации об остальных административных правонарушениях в области дорожного движения, перечисленные в Главе 12 КоАП РФ, фиксация которых возможна с применением специальных технических средств автоматической фотовидеофиксации нарушений ПДД РФ.

В разделе 2 Технического задания указан состав оказываемых услуг, а именно, услуга по предоставлению информации со специальных технических средств автоматической фиксации нарушений правил дорожного движения, имеющих функции фото- и киносъемки, видеозаписи движения транспортных средств в целях обеспечения безопасности дорожного движения и общественной безопасности на автомобильных дорогах Псковской области включает в себя оказание услуг по передаче, хранению данных с рубежей контроля полученных техническими средствами автоматической фиксации нарушений правил дорожного движения, а также отправку адресатам корреспонденции, содержащую копии постановлений и материалы дел об административных правонарушениях в области дорожного движения.

В разделе 5 Технического задания указаны требования к оказываемым услугам по передаче и хранению данных с рубежей контроля полученных СТСАФНПДД и отправке адресатам корреспонденции, содержащей копии постановлений и материалов дел об административных правонарушениях в области дорожного движения; согласно пункту 5.1 одним из требований является оказание исполнителем услуги по отправке адресатам корреспонденции, содержащей копии постановлений и материалов в области дорожного движения, полученных от ЦАФАП ОДД ГИБДД ГУ МВДРФ по Псковской области; какие-либо характеристики этой услуги отсутствуют.

Как указывает Общество, заказчик не указал в аукционной документации функциональные, технические и качественные характеристики, эксплуатационные характеристики, к которым, по его мнению, относятся определение обязанности по распечатке постановлений, приобретение конвертов и почтовых марок, указание вида отправляемой корреспонденции, требование к конвертам и срокам отправлений, что нарушает требования к описанию услуги, установленное в пункте 1 части 1 статьи 33 Закона о закупках.

Оценив доводы заявителя, суд пришел к выводу об отсутствии в данном случае оснований указывать на нарушение статьи 33 Закона о закупках.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 33 Федерального закона № 44-ФЗ при описании объекта закупки указываются функциональные, технические и качественные характеристики, эксплуатационные характеристики объекта закупки (при необходимости).

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 64 Федерального закона № 44-ФЗ документация об электронном аукционе наряду с информацией, указанной в извещении о проведении такого аукциона, должна содержать наименование и описание объекта закупки и условия контракта в соответствии со статьей 33 настоящего Закона, в том числе обоснование начальной (максимальной) цены контракта, начальных цен единиц товара, работы, услуги.

В пункте 2 Технического задания в составе оказываемых услуг указано на отправку адресатам корреспонденции, содержащую копии постановлений и материалы дел об административных правонарушениях в области дорожного движения.

Суд считает, что необходимости в смысле пункта 1 части 1 статьи 33 Закона о закупках детализировать указанную услугу в Техническом задании по функциональным, техническим и качественным характеристикам у заказчика не было, иного не доказано.

Суд соглашается с позицией антимонопольного органа, что поименованные в Техническом задании услуги являются комплексом взаимоувязанных и последовательных действий исполнителя, объединенных единой конечной целью, поскольку предпочтовая обработка постановлений о привлечении к административной ответственности для последующей отправки нарушителям, которая, как установил суд в ходе судебного разбирательства, осуществляется заказчиком, по существу является услугой, непосредственно связанной с услугой по передаче информации с СТСАФНПДД и необходимой услугой для исполнения вынесенных постановлений о привлечения лица к административной ответственности.

Иные доводы заявителя, в том числе о несоответствии условий контракта описанию услуги в Техническом задании, не свидетельствуют о нарушении статьи 33 Закона о закупках, то есть нарушения, которое являлось предметом рассмотрения антимонопольным органом.

При таких обстоятельствах суд не усмотрел необоснованности в выводах Управления по данному эпизоду, в связи с чем требование заявителя удовлетворению не подлежит.

ПАО «Ростелеком» указывает на отсутствие у заказчика оснований проводить закупку в виду отсутствия бюджетной субсидии для ее осуществления в 2022 и 2023 годах, при том, что в соответствии с частью 1 статьи 15 Федерального закона № 44-ФЗ бюджетные учреждения осуществляют закупки за счет средств субсидий, предоставленных из бюджетов бюджетной системы РФ, и иных средств в соответствии с требованиями указанного федерального закона. Заявитель считает, что Соглашением о предоставлении субсидий от 10.01.2019, заключенным между Учреждением и Комитетом

по транспорту и дорожному хозяйству Псковской области заказчику предоставлены субсидии только на 2020 и 2021 годы, на 2022 и 2023 годы субсидий не выделено, тогда как из аукционной документации следует, что срок оказания услуг установлен на пять лет.

Кроме того, Общество указывает на использование субсидий в нарушение их целевого назначения, поскольку предмет закупки не соответствует целям субсидий, которые определены при предоставлении субсидий заказчику на 2019 -2021годы, а также на несоблюдение при выделении субсидий конкурсных процедур, предусмотренных статьей 15 Федерального закона № 44-ФЗ.

Управление в части нарушения заказчиком статьи 15 Федерального закона № 44-ФЗ указывает, что доводы жалобы ПАО «Ростелеком» об отсутствии финансирования закупки, об использовании бюджетных средств с нарушением их целевого назначения, о предоставлении субсидии вне конкурентных процедур, рассмотрены в пределах компетенции антимонопольного органа, установленной при рассмотрении жалоб на нарушение положений документации в соответствии с Федеральным закона № 44-ФЗ; рассмотрев в пределах компетенции указанные доводы, Управление установило, что в Извещении о проведении электронного аукциона указан источник финансирования закупки - бюджет Псковской области и указало на отсутствие обязанности у заказчика описывать порядок финансирования закупки по видам бюджета (пункт 1 мотивировочной части решения). В части несоблюдения конкурентных процедур при выделении субсидий, в пункте 2 мотивировочной части решения указано на передачу материалов уполномоченному сотруднику Управления для рассмотрения вопроса о наличии признаков нарушения статьи 15 Закона о защите конкуренции; эти выводы антимонопольного органа заявитель не оспаривает.

Учреждение и Комитет ссылаясь на необоснованность доводов Общества, указывают, что все вопросы, связанные с обеспечением бюджетного финансирования каждой закупки контролируются органами федерального казначейства и находятся вне компетенции антимонопольных органов.

В соответствии с частью 1 статьи 15 Федерального закона № 44-ФЗ бюджетные учреждения осуществляют закупки за счет субсидий, предоставленных из бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, и иных средств в соответствии с требованиями настоящего Федерального закона, за исключением случаев, предусмотренных частями 2 и 3 настоящей статьи.

В пункте 2.13 проекта контракта предусмотрено, что финансирование по контракту осуществляется за счет средств бюджета Псковской области в пределах доведенных лимитов бюджетных обязательств.

Суд установил, что в Соглашении от 10.01.2019 о порядке и условиях предоставлении в 2019 году и в плановом периоде 2020 и 2021 годов субсидий на возмещение нормативных затрат, связанных с оказанием государственным бюджетным учреждением Псковской области «Управление автомобильных дорог Псковской области в соответствии с государственными заданиями государственных услуг (выполнением работ) и субсидии на иные цели, заключенным с Комитетом по транспорту и дорожному хозяйству Псковской области предусмотрено выделение субсидии заказчику в 2019-2021, в том числе на цели, связанные с эксплуатацией стационарных комплексов фотовидеофиксации нарушений Правил дорожного движения.

Кроме того, в Постановлении Администрации Псковской области от 13.02.2019 № 52 «О внесении изменений в постановление Администрации Псковской области от 28.10.2013 № 492 «Об утверждении Государственной программы Псковской области «Развитие транспортной системы» в приложении № 7 предусмотрено финансирование за счет средств областного бюджета мероприятий по внедрению автоматизированных технологий контроля за соблюдением правил дорожного движения, начиная с 2019 по 2023 год.

Указанные документы с очевидностью подтверждают достоверность указания в Извещении о проведении электронного аукциона и пункте 2.13 проекта контракта источника финансирования закупки - бюджет Псковской области.

Суд согласен с позицией ответчика, что у антимонопольного органа отсутствовали полномочия в рамках проведения внеплановой проверки на основании пункта 1 части 15 статьи 99 Федерального закона № 44-ФЗ рассматривать доводы жалобы ПАО «Ростелеком» на предмет наличия законного источника финансирования рассматриваемой закупки и довода о нецелевом расходовании бюджетных средств при ее осуществлении.

Из статьи 99 Закона о закупках следует, что контроль осуществляется каждым из указанных в ней органов в пределах установленной компетенции; согласно положениям части 5 статьи 99 Закона о контрактной системе федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по кассовому обслуживанию исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, финансовые органы субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, органы управления государственными внебюджетными фондами осуществляют контроль за соответствием информации об идентификационных кодах закупок и об объеме финансового обеспечения для осуществления данных закупок, содержащейся в планах-графиках, информации, содержащейся в планах закупок.

Таким образом, учитывая распределение согласно статье 99 Закона о закупках контрольных полномочий, в том числе в части контроля объемов финансового обеспечения закупок, отнесенного к полномочиям Управления Федерального казначейства, рассмотрение антимонопольным органом доводов ПАО «Ростелеком» по данному эпизоду находилось при рассмотрении соответствующих доводов ПАО «Ростелеком» вне контрольных полномочий ответчика.

При таких обстоятельствах, требования заявителя к Управлению в части неустановленного в действиях заказчика нарушения статьи 15 Закона о закупках удовлетворению не подлежат.

Согласно части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

По совокупности изложенного, суд пришел к выводу об отсутствии оснований удовлетворить требования ПАО «Ростелеком», указывающего при обращении в суд на необоснованность выводов антимонопольного органа по каждому из рассмотренных в ходе судебного разбирательства по настоящему делу эпизодов.

Кроме того, принимая решение об отказе в удовлетворении требований, суд исходил из следующего.

По смыслу положений статьи 11 Гражданского кодекса РФ и статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебная защита нарушенных прав направлена на восстановление таких прав, то есть целью судебной защиты является восстановление нарушенного или оспариваемого права и, следовательно, избранный стороной способ защиты нарушенного права должен соответствовать такому праву и должен быть направлен на его восстановление.

Материалами дела подтверждается, что на основании решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта от 12.07.2019 Учреждение в одностороннем порядке отказалось от исполнения контракта от 14.06.2019, заключенного с ООО «АЭЛЬ –РСТ» ИНЖИНИРИНГ- победителем аукциона № 0157200000319000244. Как пояснили представители третьих лиц, проведение повторных торгов с аналогичным объектом закупки заказчик не планирует.

При таких обстоятельствах на момент избрания заявителем способа защиты в виде оспаривания решения антимонопольного органа и обращения в суд с соответствующим заявлением какой-либо правовой механизм восстановления нарушенных прав в случае удовлетворения его требования уже отсутствовал.

Таким образом, суд считает, что в данном случае возможность восстановить какое- либо нарушенное право заявителя в административном порядке утрачена, чем нарушается основополагающий принцип защиты гражданских прав означающий, в числе прочего, необходимость и обязательность восстановления нарушенного права.

В соответствии с частью 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Поскольку по вышеизложенным основаниям суд пришел к выводу о законности и обоснованности оспариваемых заявителем выводов мотивировочной части решения антимонопольного органа от 28.05.2019, требования ПАО «Ростелеком» не подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ расходы на оплату государственной пошлины относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований о признании незаконным пункта 1 решения Управления Федеральной антимонопольной службы России по Псковской области от 28.05.2019 № 44-64/19 в части признании жалобы ПАО «Ростелеком» необоснованной, как несоответствующего статье 8, части 1 статьи 15, частям 1 и 3 статьи 33, частям 2 и 13 статьи 34, части 2 статьи 48 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации публичному акционерному обществу «Ростелеком» отказать.

На решение в течение месяца со дня его принятия может быть подана

апелляционная жалоба в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через

Арбитражный суд Псковской области.

Судья Т.Ю. Самойлова

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ СудебногодепартаментаДата 08.05.2019 11:41:14

Кому выдана Самойлова Татьяна Юрьевна