Постановление от 21 сентября 2020 г. по делу № А40-180313/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-36664/2020

№ 09АП-37199/2020

№ 09АП-37202/2020


Москва Дело № А40-180313/19

21 сентября 2020 года


Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 сентября 2020 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.С. Маслова,

судей О.И. Шведко и М.С. Сафроновой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 и финансового управляющего ФИО4 на определение Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2020 по делу № А40-180313/19, вынесенное судьей А.Н. Васильевой в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

о включении в реестр требований кредиторов должника требований ФИО5;


при участии в судебном заседании:

от ФИО5 - ФИО6 дов. от 18.11.2016, ФИО7 дов. от 18.11.2016

ФИО5 - лично, паспорт

от ФИО2 - ФИО8 дов. от 03.10.2019

от ФИО3 - ФИО9 дов. от 26.12.2019

от ф/у ФИО2 - ФИО10 дов. от 03.08.2019



У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.10.2019 в отношении ФИО2 (далее – ФИО2, должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО11.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.03.2020 ФИО11 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника ФИО2, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд города Москвы поступило требование ФИО5 (далее – ФИО5, кредитор), уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении задолженности в размере 613 031 448,67 руб. в реестр требований кредиторов должника как обеспеченное залогом имущества должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2020 требование ФИО5 признано обоснованным и включено в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов ФИО2 в общем размере 613.031.448,67 руб., как обеспеченное залогом имущества на основании договора об ипотеке (залоге недвижимого имущества) от 16.12.2016.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением, ФИО2, ФИО3 и финансовый управляющий должника обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить, принять по делу новый судебный акт.

ФИО2, ФИО3 и финансовый управляющий должника в своих апелляционных жалобах указывают на ошибочность вывода суда первой инстанции о том, что к моменту направления ФИО2 заявления о зачете встречных однородных требований от 22.09.2017 срок исполнения обязательства по договору займа от 11.11.2016 № 03/ТСВ не наступил. Кроме того, по мнению заявителей апелляционных жалоб, вывод суда первой инстанции о том, что зачет встречных взаимных требований, указанных в заявлении ФИО2 от 22.09.2017, не состоялся противоречит обстоятельствам дела. Также ФИО2, ФИО3 и финансовый управляющий ссылаются на необоснованность выводов суда первой инстанции об отсутствии со стороны должника попыток уведомить ФИО5 о намерении произвести зачет. Помимо прочего заявители апелляционных жалоб обращают внимание суда апелляционной инстанции на то, что суд первой инстанции неправомерно отказал должнику в удовлетворении ходатайства об уменьшении суммы неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представители ФИО2, ФИО3 и финансового управляющего должника апелляционные жалобы поддержали по доводам, изложенным в них, просили определение суда первой инстанции от 30.06.2020 отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялись перерывы, сведения об объявлении перерывов размещены на официальном сайте в сети Интернет.

По основаниям, предусмотренным статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, была произведена замена судьи Юрковой Н.В. на судью Шведко О.И.

В судебном заседании, состоявшемся 15.09.2020, представители ФИО2, ФИО3 и финансового управляющего должника апелляционные жалобы поддержали по доводам, изложенным в них, просили определение суда первой инстанции от 30.06.2020 отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

ФИО5, его представитель на доводы апелляционных жалобы возражали по мотивам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве, просили оставить обжалуемое определение суда первой инстанции без изменения.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены оспариваемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ФИО5 и ФИО2 был заключен договор займа от 11.11.2016 №03/ТСВ, по условия которого кредитор предоставил должнику денежные средств в размере 250 000 000 руб.

В обеспечение обязательств ФИО2 по договору займа от 11.11.2016 №03/ТСВ был заключен договор об ипотеке (залоге недвижимого имущества) от 16.12.2016, в соответствии с которым в залог было передано следующее недвижимое имущество:

1. земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов; разрешенное использование: для индивидуального жилищного строительства, общая площадь 3000 кв. м; адрес (местонахождение) объекта: Российская Федерация, Московская область, Истринский район, Обушковский с.о., в районе д. Воронино, уч. 125; кадастровый номер: 50:08:050421:0133 со всеми находящимися и построенными в будущем (в период действия настоящего Договора) на Земельном участке зданиями или сооружениями Залогодателя и расположенного на указанном Земельном участке:

2. жилой дом, назначение: жилое, 2-этажный, общая площадь 496,80 кв.м., инв. № 050:021-8844, лит. А,А1,А2,а,а1,а2,а3,а4,а5, адрес (местонахождение) объекта: <...>, со всей находящейся в нем в период действия настоящего договора мебелью и предметами интерьера.

Материалами дела подтверждается и не оспаривается лицами, участвующими в деле, факт передачи заимодавцем (ФИО5) заемщику (ФИО2) указанной в договоре займа №03/ТСВ от 11.11.2016 денежной суммы (представлены акты приема-передачи денежных средств от 11.11.2016, 18.11.2016, 12.12.2016, 16.12.2016); а также финансовое положение кредитора, позволяющее ему предоставить заем в указанном размере.

Поскольку ФИО2 не были исполнены обязательства по возврату предоставленного займа по договору от 11.11.2016 № 03/ТСВ ФИО5 обратился в Арбитражный суд города Москвы с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности на сумму 613 031 448,67 руб., из которых: 250 000 000 руб. – основной долг (сумма займа), 127 546 034,37 руб. – проценты за пользование займом, 170 750 000 руб. – неустойка за просрочку возврата суммы займа, 64 735 414,30 руб.– неустойка за просрочку возврата суммы процентов.

Суд первой инстанции, признавая требования ФИО5 обоснованными, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований для включения их в реестр требований кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции, изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, а также выслушав позиции сторон, приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

В силу пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Возражая на требование ФИО5 должник указывал на то, что его обязательства, вытекающие из договора займа от 11.11.2016 №03/ТСВ, прекратились зачетом от 22.09.2017.

Суд первой инстанции, отклоняя указанный довод ФИО2, исходил из недоказанности возникновения у должника по состоянию на 22.09.2017 права на осуществление зачета, а также из недоказанности фактического осуществления зачета, ввиду не получения ФИО5 соответствующего заявления.

Вместе с тем, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее – Постановление № 6), согласно статье 410 Гражданского кодекса Российской Федерации для прекращения обязательств зачетом, по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением (далее – активное требование), наступил срок исполнения.

Указанные условия зачета должны существовать на момент совершения стороной заявления о зачете. Например, встречные требования сторон могут в момент своего возникновения быть неоднородными (требование о передаче вещи и требование о возврате суммы займа), но к моменту заявления о зачете встречные требования сторон уже будут однородны (требование о возмещении убытков за нарушение обязанности по передаче вещи и требование о возврате суммы займа).

В пункте 13 Постановления № 6 указано, что для зачета в силу статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо, чтобы по активному требованию наступил срок исполнения, за исключением случаев, когда такой срок не указан или определен моментом востребования.

По смыслу статей 410, 315 Гражданского кодекса Российской Федерации для зачета не является необходимым наступление срока исполнения пассивного требования, если оно в соответствии с законом или договором может быть исполнено досрочно.

Если лицо получило заявление о зачете от своего контрагента до наступления срока исполнения пассивного требования при отсутствии условий для его досрочного исполнения или до наступления срока исполнения активного требования, то после наступления соответствующих сроков зачет считается состоявшимся в момент, когда обязательства стали способны к зачету, то есть наступили установленные законом условия для зачета.

В рассматриваемом случае активным требованием является требование ФИО2 к ФИО5, возникшее на основании договора цессии от 22.09.2017 № 01/ТСВ, заключенного между ФИО2 и ФИО3, по условиям которого ФИО3 как Цедент уступил должнику как Цессионарию часть требования - 273 050 356,17 руб., из которых:

- 261 375 524,85 руб. - основной долг (неосновательное обогащение);

-11 674 831,32 руб. - проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункту 2 статьи 1107 названного кодекса.

К моменту направления заявления о зачете срок исполнения активного требования ФИО2 к ФИО5 наступил.

Пассивным требованием является требование ФИО5 к ФИО2 по договору займа от 11.11.2016 № 03/ТСВ.

При этом в соответствии с пунктом 1.5 договора займа от 11.11.2016 № 03/ТСВ стороны договора определили, что срок возврата займа - не позднее 11 ноября 2017 года.

Согласно статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Суд первой инстанции в обжалуемом определении не применил при толковании условия договора о сроке возврата займа положения пункта 1 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода.

Следовательно, буквальное толкование положений договора займа от 11.11.2016 № 03/ТСВ позволяет установить, что сумма займа должна быть возвращена ФИО2 в любой день не позднее 11.11.2017. Исходя из этого, по состоянию на день заявления должника о зачете взаимных требований срок исполнения обязательств по договору займа от 11.11.2016 № 03/ТСВ также следует признать наступившим.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает доводы ФИО5 о том, что договором займа от 11.11.2016 № 03/ТСВ была предусмотрена конкретная дата возврата займа, а именно 11.11.2017, а досрочный возврат денежных средств был возможен лишь только с письменного согласия Займодавца (пункт 1.5 договора). В подтверждение указанного довода ФИО5 также ссылался на договор ипотеки, из содержания которого следует, что займ был предоставлен на срок до 11.11.2017 (включительно).

Вместе с тем, даже если принять во внимание названную позицию кредитора о наступлении срока возврата суммы займа 11.11.2017, то исходя из разъяснений, изложенных в пункте 13 Постановления № 6, зачет считается состоявшимся 11.11.2017, когда наступили установленные законом условия для зачета.

В соответствии с пунктом 16 Постановления № 6 при зачете части денежного требования должны учитываться положения статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации. При недостаточности суммы требования для прекращения зачетом всех встречных однородных обязательств необходимо учитывать положения статьи 319.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В случае, если исполненного должником недостаточно для погашения всех однородных обязательств должника перед кредитором, исполненное засчитывается в счет обязательства, указанного должником при исполнении или без промедления после исполнения.

В заявлении о зачете от 22.09.2017 ФИО2 заявляет о прекращении обязательств по договору займа от 11.11.2016 № 03/ТСВ в общей сумме на 273 050 356,17 руб., из которых:

- 250 000 000 руб. – основной долг;

- 21 575 342,48 руб. – начисленные, но не уплаченные проценты по ставке 18 % годовых;

- 1 475 013,69 руб. – пени по ставке 0,1 % в день за просрочку в уплате процентов.

Таким образом, размер взаимных требований ФИО5 и ФИО2, зачтенных заявлением от 22.09.2017, совпадает.

При этом суд апелляционной инстанции признает ошибочными доводы ФИО5 о невозможности принятия во внимание в настоящем обособленном споре разъяснений, изложенных в Постановлении № 6, поскольку в силу положений пункта 61.9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.06.1996 № 7 «Об утверждении Регламента арбитражных судов» арбитражным судам следует иметь в виду, что со дня размещения постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в полном объеме на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации практика применения законодательства, на положениях которого основано данное постановление, для них считается определенной

Аналогичные правила применяются при установлении даты, когда считается определенной практика применения законодательства по вопросам, разъяснения по которым содержатся в постановлениях Пленума и информационных письмах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

Что касается выводов суда первой инстанции о том, что заявление о зачете встречных однородных требований от 22.09.2017 не было получено ФИО5 по независящим от него обстоятельствам, т.е. по уважительным причинам суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Материалами дела подтверждается, что заявление о зачете встречных однородных требований от 22.09.2017 было направлено должником 23.09.2017 в адрес ФИО5 заказным письмом.

При этом в материалах дела представлены доказательства того, что 12.09.2017 ФИО5 обратился в УФПС г. Москвы Филиал ФГУП «Почта России» ОПС 119180 по месту его регистрации с заявлением о хранении в отделении почтовой связи всей корреспонденции, поступающей в его адрес в период с 15.09.2017 по 31.10.2017, в связи с его предстоящим длительным лечением за пределами г. Москвы (копия выписки из амбулаторной карты амбулаторного стационарного больного представлена в материалы дела).

Однако из ответа УФПС г. Москвы от 23.03 2020 № МР77-01/7113 следует, что на основании обращения ФИО2 от 12.03.2020 Департаментом безопасности Макрорегиона «Москва» была проведена проверка, в результате которой со слов начальника отделения ФИО12 установлено, что заявление от ФИО5 на хранение корреспонденции, поступившей в его адрес в период с 15 сентября по 31 октября 2017 года, фактически оформлено в ноябре 2019 года по личной просьбе клиента ФИО5 Также начальник ОПС ФИО12 сообщила, что справки б/н от 12.11.2019 и б/н от 04.02.2020 были предоставлены лично ФИО5 и подписаны по его личной просьбе; по результатам проверки в отношении начальника ОПС ФИО12 будет проведена процедура привлечения к дисциплинарной ответственности.

Впоследствии ФИО5 был представлен протокол опроса ФИО12 от 27.08.2020, в котором она вновь подтвердила обращение ФИО5 в сентябре 2017 года с заявлением о хранении в отделении почтовой связи всей корреспонденции, поступающей в его адрес в период с 15.09.2017 по 31.10.2017, а также ссылалась на то, что объяснения от 18.03.2020, подготовленные сотрудником Департамента безопасности, она подписала не прочитав.

Однако суд апелляционной инстанции учитывает, что на объяснительной от 18.03.2020 имеется отметка о том, что документ напечатан ФИО12 собственноручно.

Кроме того, ФИО5 не представлено каких-либо доказательств осуществления оплаты за предоставление ему услуги почтовым отделением по хранению корреспонденции.

Отсутствуют в материалах дела и надлежащие доказательства нахождения кредитора за пределами города Москвы.

Так, в подтверждение своих доводов об отъезде в г. Уфа на лечение ФИО5 представил копию выписки из амбулаторной карты амбулаторного стационарного больного.

Из названной выписки из амбулаторной карты следует, что ФИО5 находился на стационарном лечении в Государственном бюджетной учреждении здравоохранения Республики Башкортостан Городская клиническая больница № 21 г. Уфа в период с 15.09.2017 по 30.10.2017.

Выписка из амбулаторной карты заверена подписью и личной печатью врача ФИО13.

Однако согласно ответу ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа от 15.07.2020 № 2351 выписка из амбулатории карты ФИО5 от 31.01.2020 не выдавалась.

Кроме того, из ответа ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа следует, что ФИО13 была принята в ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа 18.10.2018, где проработала в должности врача педиатра - участкового до 17.06.2019, после чего была уволена.

Кроме того, из открытых источников в сети Интернет следует, что ФИО13 окончила медицинское учебное заведение в 2018 году.

Таким образом, ФИО13 в период с 15.09.2017 по 30.10.2017 не могла являться врачом, тем более врачом ФИО5, поскольку не имела соответствующего образования и не могла заверить выписку из амбулаторной карты печатью лечащего врача, учитывая ее увольнение к этому моменту из ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа.

В материалы дела представлены нотариально заверенные объяснения ФИО13, согласно которым она заверила выписку из амбулаторной карты ФИО5, поскольку между ней и кредитором был заключен договор об оказании услуг от 10.12.2019.

Суд апелляционной инстанции критически оценивает данные объяснения, поскольку из постановления о передаче сообщения ФИО14 по подследственности от 10.08.2020 следует, что ФИО13 зарегистрирована по адресу: Республика Башкортостан, <...>; ФИО5 также зарегистрирован по выше указанному адресу, что указывает на знакомство данных лиц.

Ссылки ФИО5 на справку врача терапевта Поликлиники № 2 ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфы от 11.09.2020 о прохождении кредитором лечения в период с 15.09.2017 по 30.10.2017 суд апелляционной инстанции также оценивает критически, учитывая, что Поликлиника № 2 является структурным подразделением ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфы, которое, как указывалось ранее, не подтвердило факт лечения ФИО5 в рассматриваемый период.

Принимая во внимание указанные обстоятельства суд апелляционной инстанции приходит к выводу о невозможности достоверно установить факт нахождения ФИО5 в рассматриваемый период в г. Уфе и факт дачи им распоряжения о хранении в отделении почтовой связи всей корреспонденции, поступающей в его адрес в период с 15.09.2017 по 31.10.2017.

Вместе с тем, из разъяснений, изложенных в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что если иное не установлено законом или договором и не следует из обычая или практики, установившейся во взаимоотношениях сторон, юридически значимое сообщение может быть направлено, в том числе посредством электронной почты, факсимильной и другой связи, осуществляться в иной форме, соответствующей характеру сообщения и отношений, информация о которых содержится в таком сообщении, когда можно достоверно установить, от кого исходило сообщение и кому оно адресовано (например, в форме размещения на сайте хозяйственного общества в сети «Интернет» информации для участников этого общества, в форме размещения на специальном стенде информации об общем собрании собственников помещений в многоквартирном доме и т.п.).

Актом осмотра доказательства от 02.03.2020, составленным нотариусом города Москвы ФИО15 на основании статей 102 и 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, подтверждается, что 21.11.2017 представитель ФИО2 ФИО16 с электронной почты направил в адрес представителя ФИО5 ФИО7 скан-копии уведомления о зачете и скан-копии описи вложения (приложение № 23,24, 27, 30 к Акту осмотра доказательства от 02.03.2020).

23.11.2017 сын ФИО5 и его представитель – ФИО6 направил письмо, в котором сообщил, что ФИО5 пока про зачет ничего не знает и предлагает варианты пролонгации договора займа (приложение № 32 к Акту осмотра доказательства от 02.03.2020).

Принадлежность электронного почтового ящика tvs777@yandex.ru ФИО6 подтверждается протоколом осмотра доказательств от 05.03.2020, составленным нотариусом города Москвы ФИО17.

Так, 05.03.2020 нотариус провела осмотр доказательств в сети Интернет в виде страниц в электронном почтовом ящике по адресу: mahir1970@gmail.com и maxir.s2007@yandex.ru, принадлежащих должнику ФИО2

По просьбе заявителя нотариусом был осмотрено входящее письмо в электронном почтовом ящике maxir.s2007@yandex.ru от 22.09.2017 в 10:50 под названием «Претензия».

Отправителем данного письма является tvs777@yandex.ru. К данному письму было приложено 2 файла - рисунок JPEG (страница 13, Приложения № 30 и 31 к протоколу осмотра от 05.03.2020) - фотография претензии ФИО5 к ФИО2 от 22.09.2017 по договору займа от 11 ноября 2016 года № 03/ТСВ.

Таким образом, с электронного почтового ящика tvs777@yandex.ru поступила официальная претензия за подписью ФИО5 22.09.2017 о неисполнении ФИО2 обязательств по договору займа от 11.11.2016 № 03/ТСВ, что подтверждает принадлежность указанного электронного почтового адреса либо самому кредитору, либо уполномоченному им представителю.

Как следует из данной претензии требование исполнить обязательство было направлено в этот же день солидарным поручителям ФИО2 ФИО14, ФИО3, ООО «Флагфуд Трейд» и ООО «Бразис-Обувь».

Именно с электронного почтового адреса tvs777@yandex.ru пришло письмо от ФИО6 к одному из поручителей ФИО2 - ФИО14 23.11.2017 (приложение № 32 к протоколу осмотра доказательства от 02.03.2020), в котором ФИО6 заявляет о том, что его отец ФИО5 пока не знает о состоявшемся зачете по договору займа.

Кроме того, суд апелляционной инстанции также учитывает, что в ходе проверки заявления ФИО14 о преступлении дознавателем был произведен осмотр ящиков электронной почты: 1360195@gmai.Lcom, принадлежащего ФИО14, raa7762232@gmail.com, принадлежащего ФИО16, niahir.s2007@yandex.ru, mahirl 970@gmail.com, принадлежащих ФИО2

В ходе осмотра было установлено, что 21.09.2017 ФИО16 отправил ФИО7 и ФИО6 письмо с темой «Погашение займа зачетом». К этому письму были приложены сканированные копии всех документов, направленных ФИО2 23.09.2017 в адрес ФИО5

Учитывая изложенное и оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, все имеющиеся в материалах дела доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о надлежащем исполнении ФИО2 обязанности по направлению заявления о зачете встречных взаимных требований.

Согласно положениям пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

В соответствии с пунктом 67 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Если в юридически значимом сообщении содержится информация об односторонней сделке, то при невручении сообщения по обстоятельствам, зависящим от адресата, считается, что содержание сообщения было им воспринято, и сделка повлекла соответствующие последствия.

Принимая во внимание, что в обязательствах участвуют физические лица (пользующиеся более мобильными средствами общения), а также сложившиеся отношения между сторонами (заем наличными в размере 250 000 000 руб. не мог быть предоставлен в отсутствие доверительных отношений) суд апелляционной инстанции полагает, что направление ФИО2 заявления о зачете на электронный адрес, с которого ему пришла претензия от ФИО18 о наличии неисполненных обязательств по договору займа свидетельствует о надлежащем извещении кредитора о произведенном зачете. Уклонение же ФИО5 от получения заявления о зачете не может свидетельствовать о том, что встречные обязательства не были прекращены зачетом.

В обжалуемом определении суд первой инстанции ссылается на непредставление на обозрение суду заявления о зачете от 22.09.2017, позволяющее установить его подлинное содержание, а также его тождественность представленному в материалы дела заявлению.

Однако согласно справке Департамента безопасности УФПС г. Москвы Макрорегион «Москва» от 24.03.2020 № 2350 письмо с объявленной ценностью и описью вложения 11918015057505 принято в ОПС 119180 от ФИО2 в адрес ФИО5, впоследствии данное письмо было уничтожено за истечением срока хранения, так как не было получено ни адресатом ФИО5, ни отправителем ФИО2 Отражение информации в системе ОАСУ РПО о вручении указанного письма адресату ФИО2 произошло из-за технической ошибки системы.

При этом факт не представления оригинала заявления о зачете не опровергает установленные выше обстоятельства о направлении ФИО2 названного заявления в адрес ФИО5 и уклонение последним от его получения.

При указанных выше обстоятельствах суд апелляционной инстанции, оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, приходит к выводу об осуществлении зачета взаимных требований между ФИО2 и ФИО5 на основании заявления от 22.09.2017, в связи с чем у последнего отсутствую требования к должнику по договору займа от 11.11.2016 №03/ТСВ в заявленном размере, а, значит, у суда первой инстанции не имелось оснований для включения их в реестр требований кредиторов.

На основании изложенного определение Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2020 подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 266 – 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2020 по делу № А40?180313/19 отменить.

В признании обоснованным требования ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 613 031 448,67 рублей отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: А.С. Маслов


Судьи: О.И. Шведко


М.С. Сафронова