Постановление от 2 сентября 2020 г. по делу № А56-150051/2018

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-150051/2018
02 сентября 2020 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 02 сентября 2020 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Рычаговой О.А.

судей Медведевой И.Г., Савиной Е.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Барабановым С.Б.

при участии:

от заявителя: Попова А.В. по доверенности от 26.05.2020, Гуленкова Е.С. по доверенности от 09.01.2020

от должника: не явился, извещен

от иных лиц: ООО «Лидер» - Левченко И.И. по доверенности от 20.10.2019, Говоруха В.В. по доверенности от 11.02.2019

Фурманчук С.И. - Третинникова А.А. по доверенности от 11.02.2019


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-5514/2020) ООО «Смартлюфт» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.02.2020 по делу № А56-150051/2018/тр.17, принятое по заявлению ООО «Смартлюфт» о включении требования в реестр требований кредитор должника в рамках дела о несостоятельности банкротстве ООО «Группа компаний Хоссер»

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Лидер» (далее – кредитор, ООО «Лидер») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний Хоссер» (далее – должник, ООО «ГК Хоссер») несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 18.03.2019 (резолютивная часть объявлена 11.03.2019) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Бакаминов Дмитрий Эдуардович. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 30.03.2019 №56.

30.04.2019 в арбитражный суд от общества с ограниченной ответственностью «СМАРТЛЮФТ» (далее – ООО «СМАРТЛЮФТ», кредитора) поступило заявление, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ, от 29.04.2019 б/№ о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования в размере 30 440 820,22 руб., в том числе: неосновательного обогащения в размере 312900 руб.; основной задолженности по договору поставки №21/17-SL от 29.06.2017 в размере 7459809,88 руб. и пени за просрочку исполнения денежного обязательства по договору поставки №21/17-SL от 29.06.2017 за период с 21.08.2017 по 10.03.2019 в размере 1491961,97 руб.; основной задолженности по договору поставки №225/15-SL от 01.12.2015 в размере 1654387,70 руб.; основной задолженности по договору поставки №06/16-SL от 01.02.2016 в размере 6711114,81 руб. и пени за просрочку исполнения денежного обязательства по договору поставки №06/16-SL от 01.02.2016 за период с 01.07.2017 по 10.03.2019 в размере 4147468,95 руб.; задолженности по разовой сделке купли-продажи на основании ТОРГ-12 №92 от 15.10.2018 в размере 19684,10 руб.; процентов по договору займа №б/н от 16.06.2015 за период 16.06.2015-28.12.2017 в размере 179725,69 руб.; суммы займа по договору займа №б/н от 12.07.2017 в размере 500000 руб.; суммы займа по договору займа №б/н от 22.12.20174 в размере 2300000 руб.;суммы займа по договору займа №б/н от 28.12.2017 в размере 800000 руб.; суммы займа по договору займа №б/н от 09.04.2018 в размере 1500000 руб. и процентов по договору займа №б/н от 09.04.2018 за период 09.04.2018-10.03.2019 в размере 13767,11 руб.; суммы займа по договору займа №б/н от 17.10.2018 в размере 3350000 руб.

Определением суда первой инстанции от 03.02.2020 в удовлетворении заявления ООО «Смартлюфт» о включении в реестр требований кредиторов ООО «ГК Хоссер» отказано.

Не согласившись с названным судебным актом, ООО «Смартлюфт», ссылаясь на необоснованность выводов суда и отсутствие правовой оценки доводов заявителя, обжаловал его в суд апелляционной инстанции.

Как указывает податель жалобы, наличие аффилированности между юридическими лицами само по себе недостаточно для отказа во включении требования в реестр требований кредиторов. В данном случае основания для вывода о компенсационном финансировании и докапитализации кредитором должника отсутствуют, как и основания для вывода о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества у должника. По мнению заявителя, кредитором в обоснование требования были представлены достаточные доказательства, подтверждающие реальность спорных сделок займов, поставок и подряда, наличие у ООО «Смартлюфт» денежных средств для предоставления займов, экономическую целесообразность спорных сделок, а потому оснований для отказа во включении требования в третью очередь реестра требований кредиторов должника у суда первой инстанции не имелось. Задолженность ООО «ГК «Хоссер» перед кредитором подтверждена материалами дела, заключение спорных сделок было экономически целесообразно для сторон, заявитель и должник действовали как независимые участники гражданского оборота.

В дополнение к апелляционной жалобе ООО «Смартлюфт» указывает, что материалами дела не подтверждается состояние имущественного кризиса ООО «ГК «Хоссер» в период с 2016 по 2018 гг., а также невозможность продолжения обычной хозяйственной деятельности Общества в отсутствие предоставления заемных средств. При этом являются доказанными обстоятельства получения ООО «ГК «Хоссер» заемных денежных средств в целях исполнения заключенных государственных контрактов. ООО «Смартлюфт» представлены в материалы дела доказательства закупки товаров у поставщиков для перепродажи ООО «ГК «Хоссер», поставки товара. ООО «ГК «Хоссер» представлены доказательства дальнейшей перепродажи товара. Оборудование, поставленное ООО «Смартлюфт», смонтировано ООО «ГК «Хоссер» непосредственно на объекте государственного заказчика.

Возражая против доводов апелляционной жалобы, ООО «Лидер» представил отзыв, в котором, ссылаясь на законность и обоснованность выводов суда первой инстанции, просит определение от 03.02.2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ООО «Смартлюфт» заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнений к апелляционной жалобе и сводной таблицы доказательств по делу № А56-150051/2018/тр.17.

Дополнения к апелляционной жалобе и сводная таблица доказательств по делу приобщены к материалам дела; для ознакомления с представленными дополнениями судом объявлен перерыв в судебном заседании.

После перерыва представитель ООО «Смартлюфт» заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнений к апелляционной жалобе, копии ответа временного управляющего.

Представитель ООО «Лидер» против приобщения представленных документов возражал.

Апелляционный суд в порядке части 2 статьи 268 АПК РФ отказывает в приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, ввиду их несвоевременного представления и отсутствия обоснования невозможности представления данных документов в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Представитель ООО «Смартлюфт» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе и дополнениях к ней. Представитель ООО «Лидер» против удовлетворения жалобы возражал.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

В обоснование заявления кредитор сослался на следующие обстоятельства:

Между ООО «СМАРТЛЮФТ» (Субарендатор) и ООО «ГК Хоссер» (Арендатор) был заключен договор субаренды №6-18/ЮА-ГKX/SL от 24.05.2018 (далее - Договор), согласно которому Арендатор сдает, а Субарендатор принимает в аренду для использования под офис часть нежилого помещения 34-Н, расположенного на 4-м этаже в здании по адресу: Санкт-Петербург, 18-я линия, д. 29, литер. 3.

Согласно пункту 3.1 Договора, ежемесячная арендная плата составляет 20000 руб., включая НДС.

Договор расторгнут по соглашению сторон 31.08.2018.

В рамках указанного договора должником кредитору оказаны услуги по аренде на общую сумму 60000 руб., что подтверждается актами №85 от 30.06.2018, №106 от 31.07.2018, №107 от 31.08.2018. Обязательства по оплате исполнены платежным поручением №391 от 10.07.2018 на 20000 руб., актом о зачете взаимных требований от 31.07.2018 на сумму 20000 руб., платежным поручением №305 от 07.06.2018 на сумму 12900 руб. Также оплата произведена кредитором на реквизиты в АКБ «Абсолют Банк» в счет взаиморасчетов по договору субаренды №6-18/ ГКХ/SL от 24.05.2018 согласно распорядительного письма должника от 06.06.2018 №885-1/ГКХ.

20.09.2018 платежным поручением №581 Кредитор в счет взаиморасчетов за субаренду по договору №6-18/ЮА-ГKX/SL от 24.05.2018 оплатил 320000 руб. за ООО «ГК Хоссер» организации ООО «КБМ-СЕРВИС» на основании распорядительного письма Должника от 19.09.2018 №1197-1/ГКХ.

Согласно акту сверки взаимных расчетов, по состоянию на март 2019 года задолженность должника перед кредитором по договору от 24.05.2018 составила 312900 руб.

Так как договор на момент перечисления указанной суммы был расторгнут по соглашению сторон, на стороне должника возникло неосновательное обогащение.

Между ООО «СМАРТЛЮФТ» (Продавец) и ООО «ГК Хоссер» (Покупатель) был заключен Договор поставки №21/17-SL от 29.06.2017, согласно которому Продавец принял на себя обязательства закупить и передать Покупателю в собственность товары, наименование, состав (комплектность), количество и стоимость которых определены Сторонами в Спецификации поставляемого оборудования, а Покупатель обязался своевременно оплачивать оборудование, проверить и принять его.

Согласно пункту 2.1 договора, цена договора составила 7529390,58 руб.

В рамках указанного договора ООО «СМАРТЛЮФТ» поставило Должнику Оборудование, что подтверждается подписанной со стороны Должника товарной накладной по форме ТОРГ-12 №17-257 от 11.08.2017. Поставленные товары не были оплачены должником.

По Соглашению о зачете взаимных требований от 31.07.2018 в счет оплаты ООО «ГК Хоссер» по Договору было зачтено 69580,70 руб.

Задолженность ООО «ГК Хоссер» перед ООО «Смартлюфт» по Договору поставки №21/17-SL от 29.06.20174 составила 7459809,88 руб.

Согласно пункту 2.2.1 Договора, Покупатель обязан оплатить поставленный товар в течение 10 дней после отгрузки.

Пунктом 5.3 Договора установлено, что в случае нарушения Покупателем сроков оплаты по Договору (кроме перечисления авансовых платежей), Покупатель выплачивает Продавцу пени в размере 0,1% от суммы, просроченной к оплате, за каждый день задержки платежей, но в общей сумме не более 20% от договорной цены, установленной пунктом 2.1 Договора.

Кредитором произведен расчет пени за просрочку исполнения денежного обязательства на сумму 4222252,39 руб. С учетом ограничения установленного пунктом 5.3 договора, сумма пени составила 1491961,97 руб.

Между ООО «СМАРТЛЮФТ» и ООО «ГК Хоссер» был заключен Договор поставки №225/15-SL от 01.12.2015, согласно которому Продавец принял на себя обязательства закупить и передать Покупателю в собственность товары, наименование, состав (комплектность), количество и стоимость которых определены Сторонами в Спецификации поставляемого оборудования (Приложение №1), а Покупатель обязался своевременно оплачивать оборудование, проверить и принять его.

Согласно пункту 2.1 договора, цена договора составила 26654387,70 руб.

В рамках договора кредитор поставил должнику Оборудование, что подтверждается товарной накладной по форме ТОРГ-12 №16-2 от 12.01.2016.

Согласно пункту 2.2.1 договора, Покупатель обязан оплатить поставленный товар в течение 5 дней после подписания Договора путем перечисления аванса. Поставленные товары не были оплачены Покупателем.

30.09.2018 сторонами было подписано Соглашение о прощении долга, согласно которому Кредитор простил Должнику задолженность по договору в сумме 25000000 руб.

Таким образом, задолженность ООО «ГК Хоссер» перед ООО «Смартлюфт» по Договору поставки №225/15-SL от 01.12.2015 составила 1654387,70 руб.

Между ООО «СМАРТЛЮФТ» и ООО «ГК Хоссер» был заключен Договор поставки №06/16-SL от 01.02.2016 (далее - Договор), согласно которому Продавец принял на себя обязательства закупить и передать Покупателю в собственность товары, наименование, состав (комплектность), количество и стоимость которых определены Сторонами в Спецификации поставляемого оборудования (Приложение №1), а Покупатель обязался своевременно оплачивать оборудование, проверить и принять его.

Согласно пункту 2.1 договора, цена договора составила сумму 28528953,83 руб.

В рамках указанного договора кредитор поставил должнику Оборудование, что подтверждается подписанными со стороны Должника товарными накладными по форме ТОРГ-12 №16-260 от 30.05.2016 на 97931,79 руб., №16-270-1 (коррекция) от 17.06.2016 на 20838524,23 руб., №16-346 от 01.07.2016 на 6711114,81 руб.

Согласно пункту 2.2 договора, Покупатель производит оплату товара в следующем порядке: В течение 5 дней после подписания Договора Покупатель перечисляет Продавцу аванс в размере 30% от договорной цены, установленной в пункте 2.1 Договора (в т.ч. НДС). В течение 4 недель после перечисления аванса по Договору Покупатель перечисляет Продавцу платеж в размере 50% от договорной цены, установленной в пункте 2.1 Договора (в т.ч. НДС). В течение 8 недель после перечисления аванса по Договору Покупатель перечисляет Продавцу платеж в размере 20% от договорной цены, установленной в пункте 2.1 Договора (в т.ч. НДС).

Поставленные товары оплачены ООО «ГК Хоссер» частично. Задолженность ООО «ГК Хоссер» перед ООО «Смартлюфт» по Договору поставки №06/16-SL от 01.02.2016 составила 6711114,814 руб.

Согласно пункту 5.3 Договора, в случае нарушения Покупателем сроков оплаты по договору (кроме перечисления авансовых платежей), Покупатель выплачивает Продавцу пени в размере 0,1% от суммы, просроченной к оплате, за каждый день задержки платежей, но в общей сумме не более 20% от договорной цены, установленной пунктом 2.1 Договора.

Кредитором произведен расчет пени за просрочку исполнения денежного обязательства на сумму 4147468,95 руб., что не превышает 20% от договорной цены, установленной пункта 2.1 Договора.

15.10.2018 между ООО «СМАРТЛЮФТ» и ООО «ГК Хоссер» заключена разовая сделка купли-продажи на сумму 19 684,10 руб., что подтверждается товарной накладной по форме ТОРГ-12 №92 от 15.10.2018.

Обязательство по оплате должником не исполнено, в связи с чем, за должником по разовой сделке купли-продажи числится задолженность в размере 19684,10 руб.

По сделкам поставки ООО «СМАРТЛЮФТ» представлены в материалы дела доказательства закупки товара у иных поставщиков для перепродажи ООО «ГК Хоссер». ООО «ГК Хоссер» представило доказательства дальнейшей перепродажи товара. Оборудование, поставленное ООО «СМАРТЛЮФТ» было поставлено, в том числе и смонтировано ООО «ГК Хоссер» непосредственно на объекте государственного Заказчика, что подтверждается Актом выполненных работ №2 от 31.03.2016, актом выполненных работ №5 от 22.05.2016, актом выполненных работ №61 от 16.10.2016. и актом выполненных работ №48 от 05.10.2017.

Между ООО «СМАРТЛЮФТ» (Займодавец) и ООО «ГК Хоссер» (Заемщик) был заключен Договор займа №б/н от 16.06.2015, согласно которому Займодавец обязался передать в собственность Заемщику на возвратной основе заём в сумме 1 350 000 (один миллион триста пятьдесят тысяч) рублей под 8,25% годовых, а Заемщик принял на себя обязательство возвратить сумму займа, а так же выплатить Займодавцу проценты на сумму займа исходя из расчета 8,25% годовых, начисляемых на непогашенную часть суммы займа с даты ее получения от Займодавца по дату погашения (возврата денежных средств Займодавцу).

Срок предоставления займа - по 31.12.2017 (в редакции Дополнительного соглашения №2 от 01.01.2017). Предоставление Кредитором займа подтверждается платежным поручением № 409 от 16.06.2015. Займ возвращен полностью 28.12.2017 года.

За период пользования суммой займа (16.06.2015-28.12.2017) на сумму займа начислены проценты в размере 179725,69 руб., согласно представленному расчету.

Между ООО «СМАРТЛЮФТ» и ООО «ГК Хоссер» был заключен Договор займа №б/н от 12.07.2017 (далее - Договор), согласно которому Займодавец обязался передать в собственность Заемщику на возвратной основе беспроцентный заём в сумме 500000 руб., а Заемщик принял на себя обязательство возвратить сумму займа.

Срок предоставления займа - по 31.12.2018 (в редакции Дополнительного соглашения к Договору №2 от 31.12.2017). Предоставление займа подтверждается платежным поручением № 413 от 12.07.2017.

Задолженность ООО «ГК Хоссер» перед ООО «СМАРТЛЮФТ» по возврату займа по Договору займа №б/н от 12.07.2017 составила 500000 руб.

Между ООО «СМАРТЛЮФТ» и ООО «ГК Хоссер» был заключен Договор займа №б/н от 22.12.2017 (далее - Договор), согласно которому Займодавец обязался передать в собственность Заемщику на возвратной основе беспроцентный заём в сумме 2300000 руб., а Заемщик принял на себя обязательство возвратить сумму займа.

Срок предоставления займа - по 31.12.2018 (в редакции Дополнительного соглашения к Договору №2 от 29.06.2018). Предоставление займа подтверждается платежным поручением № 775 от 22.12.2017.

Задолженность ООО «ГК Хоссер» перед ООО «СМАРТЛЮФТ» по Договору займа №б/н от 22.12.2017 составила 2300000 руб.

Между ООО «СМАРТЛЮФТ» и ООО «ГК Хоссер» был заключен Договор займа №б/н от 28.12.2017, согласно которому Займодавец обязался передать в собственность Заемщику на возвратной основе беспроцентный заём в сумме 800000 руб., а Заемщик принял на себя обязательство возвратить сумму займа.

Срок предоставления займа - по 28.12.2018. Предоставление займа подтверждается платежным поручением № 787 от 28.12.2017.

Задолженность ООО «ГК Хоссер» перед ООО «СМАРТЛЮФТ» по Договору займа №б/н от 28.12.2017 составила 800000 руб.

Между ООО «СМАРТЛЮФТ» и ООО «ГК Хоссер» был заключен Договор займа №б/н от 09.04.2018 (далее - Договор), согласно которому Займодавец обязался передать в собственность Заемщику на возвратной основе заём в сумме 1500000 руб. под 1% годовых, а Заемщик взял на себя обязательство возвратить сумму займа, а также выплатить Займодавцу проценты на сумму займа исходя из расчета 1% годовых.

Срок предоставления займа - по 31.12.2019 (в редакции дополнительного соглашения №1 от 20.12.2018). Предоставление займа подтверждается платежным поручением № 198 от 09.04.2018. За период пользования суммой займа (09.04.2018-10.03.2019) кредитором по условиям договора начислены проценты в размере 13767,11 руб.

Задолженность ООО «ГК Хоссер» перед ООО «СМАРТЛЮФТ» по Договору займа №б/н от 09.04.2018 составила 1500000 руб. основного долга, а также проценты в размере 13 767,11 руб.

Между ООО «СМАРТЛЮФТ» и ООО «ГК Хоссер» был заключен Договор займа №б/н от 17.10.2018 (далее - Договор), согласно которому Займодавец обязался передать в собственность Заемщику на возвратной основе беспроцентный заём в сумме 3904000 руб., а Заемщик принял на себя обязательство возвратить сумму займа.

Срок предоставления займа - по 30.06.2019. Кредитор предоставил Должнику займ на сумму 3350000 руб., что подтверждается платежными поручениями №667 от 17.10.2018 года, №674 от 23.10.2018, №709 от 01.11.2018.

Задолженность ООО «ГК Хоссер» перед ООО «СМАРТЛЮФТ» по Договору займа №б/н от 17.10.2018 составила 3350000 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции, установив афиллированость должника и ООО «СМАРТЛЮФТ» пришел к выводу, что действия кредитора по подаче заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника совершены исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. Такие интересы сторон не подлежат судебной защите в силу пункта 4 статьи 10 ГК РФ.

Как указано в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление N 35), в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Исходя из указанных выше норм права, арбитражному суду при рассмотрении требований кредиторов необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности по обязательствам должника на основе положений норм материального права, в том числе дать оценку заявленным по требованию возражениям иных участвующих в деле лиц.

При этом рассматривая обособленный спор об установлении требования кредиторов при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в силу положений статей 71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке. Целью такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных требований, что в ситуации недостаточности имущества должника приводило бы к нарушению прав и законных интересов кредиторов, конкурирующих между собой за получение удовлетворения требований, законный интерес которых состоит в наиболее полном и справедливом погашении долгов. ( пункт 13 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 20.12.2016)

В ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой, выработаны отличные от стандартных критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).

Если кредитор и должник являются аффилированными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В связи с этим, основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Как установлено судом и не оспаривается лицами, участвующими в обособленном споре, кредитор и должник являются аффилированными лицами. Фарманчук Сергей Иванович является учредителем ООО «Смартлюфт» и должника с долей в уставном капитале 100%, он же является генеральным директором должника.

Возражая против включения требования ООО «Смартлюфт» в реестр независимый кредитор ООО «Лидер» в данном случае ссылается на наличие объективных сомнений относительно задолженности по спорным договорам, полагая данные сделки мнимыми, направленными на прикрытие внутренних корпоративных отношений взаимосвязанных юридических лиц, входящих в одну группу компаний, а заявленное требование направлено, в том числе, на создание подконтрольной задолженности в деле о банкротстве должника (в том числе, с учетом предъявления схожих по характеру требований и других участников данной группы компаний).


Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

При этом суду необходимо учитывать, что являющиеся сторонами договора аффилированные лица (в отличие от обычных участников гражданского оборота, вступающих в обязательственные отношения с должником) имеют гораздо больше возможностей осуществить формальное исполнение мнимой сделки лишь для вида (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

С другой стороны, имеется объективная сложность получения не связанным с должником кредитором, заявившим в деле о банкротстве возражения, отсутствующих у него прямых доказательств мнимости.

В ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности заемных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (ст. 9 и 65 АПК РФ). В подобной ситуации действия, связанные с временным зачислением аффилированным лицом средств на счет должника, подлежат квалификации по правилам, установленным статьей 170 ГК РФ.

В рассматриваемом случае, суд соглашается с позицией независимого кредитора о том, что представленных заявителем доказательств недостаточно, чтобы устранить сомнения в реальности долга, вытекающего из сделок по субаренде, поставке и купле-продаже.

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что ни по одному договору, несмотря на наличие у должника значительной задолженности, кредитор не предпринял мер по взысканию долга, в том числе в судебном порядке, до возбуждения дела о банкротстве.

Мажоритарный участник ООО «СМАРТЛЮФТ», являясь одновременно и мажоритарным участником должника, при осуществлении хозяйственной деятельности, осуществил прощение долга последнему на сумму 25000000 руб.,

Несмотря на низкую платежеспособность ООО «ГК Хоссер» ООО «СМАРТЛЮФТ» продолжал осуществлять совместную хозяйственную деятельность, в том числе совершение поставок товаров на значительные суммы, не требуя исполнения встречных обязательств по оплате. Кроме того, из материалов дела следует, что поставки товара осуществлялись на крайне невыгодных для должника с условиях.

Так, по договору № 21/17-SL от 29.06.2017 кредитор поставил должнику оборудование на сумму 7 529 380,58 руб., которое было приобретено им у ООО «Линдаб» за 3 016 177, 31 руб., таким образом, выгода кредитора составила 4 513 213, 27 руб., в то время как для должника прибыль от реализации данного оборудования составила всего 200 188,08 руб. Прибыль ООО «Смартлюфт» от реализации оборудования, поставленного в рамках договора от 01.12.2015 № 225/15-SL, закупленного у ООО «Оборонспецстрой» (также являющегося аффилированным лицом), составила 6 406 771,59 руб., в то время как выгода должника от данной сделки составила 35 153 руб.

Таким образом, вызывает обоснованные сомнения целесообразность приобретения должником товаров, необходимых ему, в том числе для исполнения государственного контракта через аффилированного лица по завышенной цене, с получением незначительной прибыли, которая в десятки раз меньше прибыли, полученной ООО «Смартлюфт». При этом доказательств расходования полученной прибыли на своевременную оплату образовавшейся перед кредитором задолженности по условиям договоров не представлено, что подтверждает обоснованность доводов ООО «Лидер» о том, что указанные сделки были совершены исключительно с противоправной целью увеличения размера денежных обязательств перед аффилированным лицом.

Таким образом, совокупность изложенных обстоятельств, несоответствие в имеющихся документах, неподтвержденность экономической целесообразности заключения спорных сделок, длительное непринятие мер по взысканию долга, подтверждает обоснованность сомнений в реальности правоотношений должника и кредитора, а также осуществление вложений средств с использованием заемного механизма, финансирование которого публично не раскрывается, что позволило завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Суд первой инстанции поддержал возражения независимого кредитора о том, что такое поведение характерно в случае прикрытия формально заключенными гражданскими договорами внутренних корпоративных отношений взаимосвязанных юридических лиц, входящих в одну группу компаний.

При таких обстоятельствах действия должника и аффилированного с ним кредитора по формальному заключению договоров субаренды, поставки и купли-продажи, подлежат квалификации по правилам, установленным статьей 170 ГК РФ, как мнимые, в связи с чем, заявление кредитора ООО «СМАРТЛЮФТ» в данной части является необоснованным.

В обоснование заявленных требований, вытекающих из договоров займа, ООО «Смартлюфт» ссылалось на то, что у должника имеются неисполненные денежные обязательства в общем размере 8 643 492 руб. 20 коп. В качестве разумных экономических мотивов совершения сделок кредитор указывает на получение прибыли в виде процентов, а также на целевой характер займов, выданных с целью проведения расчетов с субподрядчиками в рамках государственных контрактов.

При этом материалами дела подтверждается факт выдачи займов и реальность правоотношений сторон (платежные поручения о перечислении денежных средств по договорам займа). Также из материалов дела следует и не оспаривается лицами, участвующими в деле о банкротстве, частичный возврат должником денежных средств по договорам займа.

Однако, помимо недостаточности собственных денежных средств у должника, свидетельствующей, в том числе и о неплатежеспособности должника и невозможности исполнения заключенных договоров субподряда за счет собственных оборотных средств, разумного экономического обоснования заключения сторонами спорных сделок займа, в материалы дела не представлено.

Проанализировав представленные доказательства и доводы лиц, участвующих в обособленном споре, апелляционный суд приходит к выводу, что у кредитора отсутствовали разумные экономические мотивы предоставления должнику денежных средств в условиях его неплатежеспособности, а сами отношения по договорам займа являются корпоративными, фактически направленными на внутреннее финансирование должника.

Суд апелляционной инстанции, с учетом разъяснений пункта 3.1 "Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц", утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, считает, что имеются основания для понижения очередности удовлетворения требования кредитора в указанной части.

Согласно указанным разъяснениям, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве (статья 9 Закона), принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов. Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Основания для применения к спорным правоотношениям разъяснений пункта 2 указанного Обзора и включения требования кредитора в реестр требований кредиторов должника без понижения очередности удовлетворения апелляционным судом не установлены, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника.

В связи с изложенным, апелляционный суд, руководствуясь разъяснениями, содержащимися в пункте 3.1 Обзора, учитывая одновременно, что по объективным причинам судом первой инстанции данные рекомендации не могли быть приняты во внимание, полагает определение подлежащим отмене в части отказа во включении в реестр требований кредиторов ООО «ГК Хоссер» требования, вытекающего из договоров займа в сумме 8 643 492 руб. 20 коп., а требование ООО «Смартлюфт» - удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.02.2020 по делу № А56-150051/2018 отменить в части отказа во включении в реестр требований кредиторов ООО «ГК Хоссер» требования, вытекающего из договоров займа в сумме 8 643 492 руб. 20 коп.

В указанной части признать требование обоснованным и подлежащим удовлетворению в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 148 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В остальной части определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.02.2020 по делу № А56-150051/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Председательствующий


О.А. Рычагова

Судьи


И.Г. Медведева

Е.В. Савина