Постановление от 19 июня 2020 г. по делу № А40-91545/2018

Д Е В Я Т Ы Й А Р Б И Т Р А Ж Н Ы Й А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й С У Д

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-12999/202009АП-12999/2020

№ 09АП-13000/2020



г. Москва Дело № А40-91545/2018

19.06.2020

Резолютивная часть постановления объявлена 11.06.2020

Постановление изготовлено в полном объеме 19.06.2020


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи М.С. Сафроновой,

судей О.И. Шведко, А.С. Маслова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда г.Москвы от 05.02.2020 по делу № А40-91545/18, вынесенное судьей Усачевой Е.В., о признании недействительными сделок должника в пользу ФИО2 и ФИО3 и применения последствий их недействительности

в деле о банкротстве ФИО4,


при участии в судебном заседании:

финансовый управляющий ФИО5- лично, паспорт

ФИО3 - лично, паспорт

от ФИО3 - ФИО6 дов. от 06.04.2020

от ФИО2- ФИО7 дов. от 10.10.2019

от ООО «Аккорд» - ФИО8 дов. от 14.01.2020


У С Т А Н О В И Л:


Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.03.2019 в отношении ФИО4 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Определением суда от 05.02.2020 удовлетворено заявление финансового управляющего: признаны недействительными сделками договор дарения земельного участка и расположенных на нем жилого дома и нежилого здания от 24.11.2016, заключенный между ФИО4 и ФИО2, договор купли-продажи земельного участка с жилым домом и нежилым зданием от 22.09.2017, заключенный между ФИО2 и ФИО3, ФИО3 обязан возвратить в конкурсную массу здание с кадастровым номером 50:08:0050427:212, расположенное по адресу: Московская область, городской округ Истра, территория жилого комплекса «Балтия», дом 31, стр. 1, жилой дом (здание) с кадастровым номером 50:08:0050427:207, расположенный по адресу: Российская Федерация, Московская область, городской округ Истра, территория жилого комплекса "Балтия", дом № 32, земельный участок с кадастровым номером 50:08:0050427:64, расположенный по адресу: Российская Федерация, Московская область, городской округ Истра, территория жилого комплекса "Балтия", участок № 32.

С определением суда не согласились ФИО2 и ФИО3, обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение отменить, отказать финансовому управляющему в удовлетворении заявления.

ФИО2 указывает в апелляционной жалобе, что суд первой инстанции ошибочно квалифицировал сделку по заключению договора дарения как притворную, поскольку основания для такого вывода отсутствовали. Спорные объекты недвижимости были приобретены в собственность ФИО4 в период ее нахождения в зарегистрированном браке с ним. Ее супружеская доля на момент возникновения объектов в собственности супругов составляла 50 %. Фактическое использование дома осуществлялось именно ею. Переоформление ФИО4 своей доли в указанном объекте недвижимости устранило правовую неопределенность владения. Выводы о правовой квалификации договора дарения сделаны без исследования доказательств и фактических обстоятельств. Суд указал на доверительные отношения должника и Шупер-Хубларяна, не указав мотивов таких выводов. Сделка купли-продажи возмездная, цена реализации объектов рыночная. В материалы дела не представлено доказательств причинения оспариваемой сделкой вреда кредиторам. Суд не принял во внимание, что обязательства должника, явившиеся причиной его неплатежеспособности, являются акцессорными, вытекают из поручительства ООО «Аккорд». Виновных умышленных действий ФИО4 не имеется. Суд первой инстанции в обоснование неплатежеспособности должника необоснованно оперирует кадастровой стоимостью имущества должника. Применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции не принял во внимание ст. ст. 34, 39 СК РФ, ст. 180 ГК РФ. Суд указал на возврат 100 % объектов в конкурсную массу должника, тогда как ему принадлежало только 50 %. Соответственно суд пришел к ошибочному выводу о наличии оснований признать договор купли-продажи недействительной сделкой, поскольку она, ФИО2, не имеет ограничений по распоряжению принадлежащими ей вещами.

Ни она, ни Шупер-Хубларян не извещены о времени и месте судебного заседания. Она, ФИО2, не проживает в РФ.

Аналогичные доводы приводит в апелляционной жалобе ФИО3 Кроме того, указывает, что является добросовестным приобретателем недвижимого имущества, поскольку приобрел земельный участок на возмездной основе – за 55 000 000 руб.

В судебном заседании представители ФИО2 и ФИО3 доводы апелляционных жалоб поддержали, просили суд их удовлетворить.

Финансовый управляющий возражал против удовлетворения апелляционных жалоб, указывая на законность определения суда.

Позицию финансового управляющего поддержал представитель ООО «Аккорд».

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 266, 268 АПК РФ.

Выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, оценив доводы апелляционной жалобы и возражения по ней, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Материалами дела подтвержден факт регистрации 22.12.2014, 22.12.2015 и 21.06.2016 права собственности должника ФИО4 на указанное здание, дом и земельный участок.

На основании договора дарения от 24.11.2016 данные объекты недвижимости подарены должником своей супруге ФИО2

Право собственности ФИО2 зарегистрировано за номерами государственной регистрации права: 50-50/008-50/011/011/2016-9650/2, 50-50/008-50/011/011/2016-9649/2, 50-50/00850/011/011/2016-9650/2.

По договору купли-продажи от 22.09.2017 данные объекты недвижимости проданы ФИО3 по цене 55 000 000 руб. Право собственности ФИО3 зарегистрировано за номером государственной регистрации права 50:08:0050427:212-50/008/2017-2, 50:08:0050427:64-50/008/2017-2,50:08:0050427:207-50/008/2017-2.

Финансовый управляющий оспорил сделки по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 170 ГК РФ, п. 2 ст. 61. 2 Закона о банкротстве.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержал доводы о недействительности оспариваемых сделок по указанным основаниям. Пояснил, что договор дарения и купли-продажи являются взаимосвязанными сделками, направленными на вывод имущества из конкурсной массы, договор дарения в действительности прикрывает сделку купли-продажи, в связи с чем является притворной сделкой.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что договор дарения является притворной сделкой.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

В рассматриваемом случае исходя из установленных фактических обстоятельств по спору имеются основания cчитать, что оба участника сделки - ФИО4 и ФИО2 имели намерения совершить притворную сделку с тем, чтобы в последующем ФИО2 могла распорядиться приобретенной собственностью.

Одновременно, по мнению суда апелляционной инстанции, сделка дарения может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, как подозрительная, совершенная в период неплатежеспособности должника, безвозмездно, с заинтересованным лицом, в преддверии банкротства должника с целью вывода имущества из конкурсной массы.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу указанной нормы и разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным нравам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 (в редакции от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Действия ФИО4 по совершению данной сделки причинили вред имущественным правам кредиторов, ввиду уменьшения размера имущества должника, что повлекло утрату возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Должник своими действиями имел цель причинения вреда кредиторам, поскольку непосредственно в момент совершения сделки он отвечал как признакам неплатёжеспособности, так и признакам недостаточности имущества.

Как правильно установлено судом первой инстанции, 27.10.2014 между АКБ «РосЕвроБанк» и ООО «БИО-Трейд» заключен кредитный договор (кредитная линия) № 915/Р-РКЛ/14 с лимитом задолженности 130 000 000 рублей.

03.06.2016 дополнительным соглашением № 7 срок возврата установлен 30.09.2016.

В дальнейшем срок возврата кредита не изменялся.

13.11.2014 в обеспечение обязательств ООО «БИО-Трейд» по кредитному договору заключён договор поручительства №915/Р-ПФ/14 между АКБ «РосЕвроБанк» и ФИО4

Пунктом 4.3.1 договора поручительства установлено, что ФИО4 обязуется не позднее 3-х дней с момента получения письменного уведомления безусловно и в полном объеме уплатить все причитающиеся денежные средства по кредитному договору.

Обязательства по оплате по кредитному договору наступили 30.09.2016 и до настоящего момента ООО «БИО-Трейд» и ФИО4 (должником) не исполнены.

Наличие договора поручительства свидетельствует о денежном обязательстве поручителя как солидарного должника по обязательству, вытекающему из кредитного договора.

Согласно п. 1 ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

По смыслу ст. 364 ГК РФ поручитель отвечает перед кредитором в случае неисполнения обязательств по основному договору.

В силу статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства, основанные на договоре, возникают с момента заключения договора.

ФИО4, являясь поручителем по кредитным обязательствам ООО «БИО-Трейд», мог и должен был, осознавая неплатежеспособность ООО «БИО-Трейд», последствия данной неплатежеспособности - наступление своей ответственности как поручителя, совершил оспариваемую сделку.

Результатом совершения оспариваемой сделки явилось отсутствие у должника в настоящее время какого-либо имущества, за счет которого возможно удовлетворить требования кредиторов.

В соответствии с позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2015 N 89-КГ15-13, договор поручительства, являющийся одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правового обязательства, начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам. Предполагается добросовестным и разумным поведение поручителя как акцессорного должника в обязательстве - знание о вероятности наступления обязанности по оплате долга по кредитным обязательствам. В противном случае поручительство представляет собой фикцию. Лицо, имеющее намерение исполнить взятые на себя обязательства в соответствии с условиями договоров поручительства, не должно своими умышленными действиями создавать ситуацию, которая может привести к ослаблению, либо полной утрате финансовой возможности исполнить принятые на себя обязательства.

Изложенная правовая позиция соответствует правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2017 №305-ЭС15-11230 по делу №А40-125977/2013.

ФИО4 как добросовестный поручитель должен был сохранить возможность исполнить обязательства в течение всего срока действия договоров поручительства.

Делая изложенные выводы, суд апелляционной инстанции учитывает правовую позицию, изложенную в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 01.11.2018 по делу № А40-10574/2017.

Согласно сведениям, приведенным в судебных актах, опубликованных в картотеке арбитражных дел, должником 25.11.2016 отчуждена в пользу АО «Автобаза № 5» доля в размере 217 680 000 руб. (100 %) в уставном капитале ООО «Термин-1» (определение суда от 21.02.2018), подарена ФИО2 квартира, расположенная по адресу: <...> (определение суда от 05.02.2020).

Данные обстоятельства в совокупности с рассматриваемыми в настоящем обособленном споре свидетельствуют о том, что должником совершались целенаправленные действия по выводу принадлежащего ему имущества из конкурсной массы в преддверии банкротства.

В силу п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Приобретателем спорного имущества по договору дарения от 24.11.2016 является ФИО2 – супруга должника, что подтверждается самим договором дарения, т.е. лицо, заинтересованное по отношению к должнику.

Таким образом, ФИО2 является заинтересованным лицом. Суд первой инстанции правильно указал в своем определении, что в силу закона имеется презумпция того, что ФИО2 как одаряемой должно было быть известно о неплатежеспособности должника.

При таких обстоятельствах имеется вся совокупность обстоятельств, необходимость наличия которой предусматривает законодательство о банкротстве, для признания договора дарения недействительной сделкой по п. 2 ст. 61. 2 Закона о банкротстве.

Кроме того, по мнению суда апелляционной инстанции, договор дарения может быть признан недействительной сделкой также по основаниям, предусмотренным ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснено: исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Соответствующая правовая позиция приведена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N 6526/10 по делу А46-4670/2009.

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что в настоящем случае целью должника была непосредственная продажа всего имущества конечному приобретателю - ФИО3, однако для минимизации рисков им была предпринята попытка продажи имущества через оформление перехода права собственности на все имущество на ФИО2

Относительно признания недействительной сделкой договора купли-продажи земельного участка с жилым домом и нежилым зданием от 22.09.2017, заключенного между ФИО2 и ФИО3

Принимая во внимание установленные по обособленному спору обстоятельства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что оспариваемые сделки являются взаимосвязанными.

Как разъяснено в пункте 19 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017), при рассмотрении спора о признании недействительной сделки на основании положений п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве для определения того, причинила ли оспариваемая сделка вред кредиторам, суд должен учесть условия других взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для имущественного положения должника.

Исходя из сложившейся судебно-арбитражной практики совокупность таких признаков, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, общее хозяйственное назначение проданного имущества, консолидация всего отчужденного по сделкам имущества в собственности одного лица, может служить основанием для квалификации сделок как взаимосвязанных (постановление Президиума ВАС РФ от 22.09.2009 № 6172/09).

Суд апелляционной инстанции считает обоснованными возражения ФИО3 о необоснованности довода финансового управляющего о его заинтересованности с ФИО2

В судебном заседании суда апелляционной инстанции финансовый управляющий свой довод не мотивировал. ФИО2 отрицала факт аффилированности с ФИО3 В материалах дела доказательства обратного отсутствуют.

В материалах дела также отсутствуют доказательства недобросовестных действий ФИО3

Спорное имущество ФИО3 возмездно приобретено у ФИО2, которая не имела права его отчуждать, и об этом ФИО3 не знал и не мог знать

Материалами дела не установлены обстоятельства, подтверждающие наличие оснований, предусмотренных п. 2 ст. 61. 2 Закона о банкротстве, для признания договора купли-продажи земельного участка с жилым домом и нежилым зданием от 22.09.2017, заключенного между ФИО2 и ФИО3, недействительной сделкой.

Вместе с тем сделка может быть признана недействительной по ст. ст. 10, 168 ГК РФ как совершенная ФИО4 и ФИО2 со злоупотреблением гражданскими правами.

При этом суд апелляционной инстанции придерживается правовой позиции, изложенной применительно к оценке законности договора дарения.

ФИО3 в судебном заседании суда апелляционной инстанции представил на обозрение суда экспертное заключение № 200520-03, согласно которому стоимость приобретенных им объектов недвижимости в настоящее время составляет 151 732 000 руб.

При отсутствии возражений лиц, участвующих в деле по ходатайству ФИО3 в материалы дела приобщены договоры подряда от 30.03.2018 № Д-35.ПМ, от 04.10.2018 № 10/19, от 23.02.2019 № 113, подтверждающие факт выполнения строительно-монтажных работ на спорных объектах недвижимости, и акты выполненных работ к ним. ФИО3 утверждает, что с момента приобретения объектов недвижимости им вложено в ремонтные работы более 96 884 000 руб.

Финансовый управляющий также представил суду апелляционной инстанции отчет о рыночной стоимости данных объектов № 706/03-2020, в приобщении которого к материалам дела отказано по тем основаниям, что такой отчет составлен за рамками судебного разбирательства в суде первой инстанции. Согласно данному отчету стоимость объектов составляет 144 000 000 руб.

У суда апелляционной инстанции не имеется оснований считать, что спорные объекты недвижимости имели данную стоимость на момент их продажи ФИО2 ФИО3

В суд первой инстанции финансовый управляющий не представлял никаких доказательств рыночной стоимости объектов недвижимости, не ставил перед судом вопрос об определении данной стоимости путем проведения экспертизы.

В связи с тем, что ФИО3 не участвовал в судебном заседании суда первой инстанции на основании его ходатайства по правилам ст. 268 АПК РФ и в соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36, приобщены к материалам дела доказательства наличия у него финансовой возможности для приобретения спорных объектов недвижимости, а именно: договор займа от 19.09.2008 на сумму 1 500 000 долларов США, акт возврата данной суммы от 24.05.2017 (84 832 800 руб. по курсу доллара на момент возврата), полученные из ИФНС России № 7 по г. Москве справки по форме 2-НДФЛ за 2005-2007 гг., подтверждающие наличие у ФИО3 за этот период доходов в разм ере 37 056 092, 26 руб.

В материалы дела ФИО3 представлен оригинал расписки ФИО2 о получении ею денежных средств в размере 55 000 000 руб. от ФИО3

Для размещения указанной суммы денежных средств ФИО3 со Сбербанком России заключался договор аренды индивидуального сейфа от 18.09.20178 № 9038-1104-000636269, по которому он в соответствии с представленной квитанцией понес расходы.

Представленными ФИО3 документами также подтверждаются его доводы о том, что им были получены справки в отношении ФИО2 из психоневрологического диспансера, наркодиспансера, врачебное свидетельство о состоянии здоровья, согласно которому у ФИО2 отсутствовали противопоказания для сделки с недвижимостью.

Доказательства, представленные ФИО3, также подтверждают его доводы о том, что ФИО2 не имела задолженности перед ЖК «Балтия» по ежемесячным и целевым взносам, по электроэнергии и эксплуатационным услугам по состоянию на 13.09.2017, а также о том, что зарегистрированных лиц на момент заключения договора купли-проаджи не имелось.

Кадастровая стоимость земельного участка, указанная в нотариально заверенном договоре купли-продажи, составляет 4 796 289 руб., жилого дома – 17 105 185 руб., нежилого здания – 2 618 304 руб.

П. 2.4 договора купли-продажи с учетом износа, внешнего вида объектов стоимость земельного участка сторонами согласована в 15 000 000 руб., жилого дома – 30 000 000 руб., нежилого здания – 10 000 000 руб..

Таким образом, рыночная стоимость объектов недвижимости, указанная в договоре купли-продажи, являлась рыночной, была выше кадастровой стоимости объектов.

ФИО3 на момент заключения сделки проверены сведения о наличии в отношении ФИО2 исполнительных производств и установлено их отсутствие.

Из представленных ФИО3 доказательств следует, что за поиском покупателя ФИО2 обратилась в агентство недвижимости ООО «Агентство недвижимости».

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 16 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

Арбитражный апелляционный суд считает, что ФИО3 доказал, что является добросовестным приобретателем объектов недвижимости. Доводы финансового управляющего об обратном ничем не подтверждены, из материалов дела не следуют.

Применительно к положениям п. 1 ст. 302 ГК РФ оснований для истребования у ФИО3 объектов недвижимости не имеется, в связи с чем к данной сделке не могут быть удовлетворены требования финансового управляющего о применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить приобретенные им по договору купли-продажи объекты в конкурсную массу.

Арбитражным апелляционным судом установлен факт уплаты ФИО3 в пользу ФИО2 денежных средств в размере 55 000 000 руб.

Суд апелляционной инстанции считает, что, поскольку последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО3 вернуть в конкурсную массу объекты недвижимости не могут быть применены ввиду того, что он является добросовестным приобретателем, возможно применение последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу денежных средств в размере 55 000 000руб.

Основания для взыскания денежных средств в ином размере отсутствуют, финансовым управляющим не доказаны.

Доводы ФИО2 и ФИО3 об их неизвещении судом первой инстанции о времени и месте судебного заседания не соответствуют материалам дела.

В материалах дела имеются конверты с определениями суда о направлении в адрес ФИО2 по адресу <...> (т. 2, л.д. 7) и в адрес ФИО3 по адресу г. Истра, территория ЖК «Балтия», д. 32 (т. 2, л.д. 8), которые возвращены в суд за истечением срока хранения.

Суд первой инстанции не установил надлежащим образом обстоятельства, имеющие правовое значение для применения надлежащих последствий недействительности сделки, что привело к вынесению незаконного судебного акта в части.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 266 - 271 АПК РФ, суд



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 05.02.2020 по делу № А40-91545/18

изменить.

Отменить определение суда в части применения последствий недействительности сделки договора дарения земельного участка и расположенных на нем жилого дома и нежилого здания от 24.11.2016, заключенного между ФИО4 и ФИО2, и договора купли-продажи земельного участка и расположенных на нем жилого дома и нежилого здания от 22.09.2017, заключенного между ФИО2 и ФИО3

Применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу денежных средств в размере 55 000 000 руб.

В остальной части определение суда оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: М.С. Сафронова


Судьи: О.И. Шведко


А.С.Маслов