Постановление от 31 июля 2024 г. по делу № А64-4045/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу

Дело № А64-4045/2021
г. Калуга
31 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления оглашена 24 июля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 июля 2024 года.


Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

судей

Антоновой О.П.,

Андреева А.В.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Селивановой Т.Э.,


при участии в судебном заседании:


от АО «Россельхозбанк»:


от ФИО2:


представителя ФИО3 по доверенности от 18.08.2021,

представителя ФИО4,по доверенности от 01.07.2024,


рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Тамбовской области кассационную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» на определение Арбитражного суда Тамбовской области от 12.02.2024 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2024 по делу № А64-4045/2021,



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Тамбовской области от 25.10.2021 ФИО2 (далее - должник, ФИО2) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5 (далее - финансовый управляющий).

Финансовый управляющий заявил ходатайство о завершении процедуры банкротства.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 12.02.2024, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2024, процедура реализации имущества в отношении ФИО2 завершена, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением требований, указанных в пунктах 4, 5, 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Не согласившись с указанными судебными актами, акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее - АО «Россельхозбанк», кредитор) обратилось с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в части освобождения должника от исполнения обязательств перед кредитором.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что процедура реализации имущества завершена преждевременно. Полагает, что судами не учтено отсутствие в материалах дела документов, подтверждающих гибель скота; не дана оценка факту предоставления недостоверных сведений должником при получении заемных денежных средств.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 выражает несогласие с содержащимися в ней доводами, просит отказать в ее удовлетворении.

В судебном заседании представитель АО «Россельхозбанк» поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в обособленном споре лица в судебное заседание не явились, о дате и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. Суд кассационной инстанции считает возможным рассмотреть дело на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актов, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебных актов в обжалуемой части, исходя из следующего.

Ссылаясь на проведение всех мероприятий в ходе процедуры реализации имущества должника, открытой в отношении ФИО2 и представив отчет по результатам процедуры банкротства должника, финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества.

Рассматривая указанный вопрос по существу, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь нормами статьи 213.28 Закона о банкротстве, разъяснениями, содержащимися в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45), пришли к выводу о том, что финансовым управляющим представлены достаточные доказательства, подтверждающие совершение всех необходимых мероприятий процедуры реализации имущества должника, в связи с чем процедура банкротства подлежит завершению с применением к должнику правил освобождения от обязательств в связи с отсутствием оснований для применения пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

По мнению суда кассационной инстанции, указанный вывод соответствует требованиям законодательства и материалам дела.

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

По итогам проведения процедуры реализации имущества ФИО2 оснований для неосвобождения должника от имеющихся обязательств суды не установили.

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов и, как следствие, от их последующих требований (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Поскольку институт банкротства - это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Исходя из целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абзацы семнадцать и восемнадцать статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений Постановления № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на них большего бремени, чем они реально могут погасить, а с другой стороны, кредиторы должны иметь возможность удовлетворения своих интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Реабилитационная цель института банкротства гражданина должна защищаться механизмами, исключающими его недобросовестное поведение.

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Предусмотренные законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств, все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств.

Согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе, совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 Постановления № 45).

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956, от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512).

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника свидетельствует об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Сокрытие или уничтожение принадлежащего ему имущества, равно как сообщение должником недостоверных сведений финансовому управляющему или кредитору материалами дела не подтверждается и судами не установлено.

Доказательств противоправности поведения должника при проведении процедуры банкротства, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления заведомо ложных сведений, не представлено.

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о принятии должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника от обязательств.

В данном случае доказательства, бесспорно свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами или ином заведомо недобросовестном поведении должника, в материалах дела отсутствуют.

Кредитные организации, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

Доказательств принятия финансовой организацией мер к проверке достоверности сведений, отраженных в заявлении, не имеется.

Доказательств того, что при получении кредита ФИО2 умышленно указал иные сведения или предпринимал меры по наращиванию кредиторской задолженности с целью ее дальнейшего списания в результате завершения реализации имущества гражданина, иным образом злоупотреблял правом, в материалы дела не представлены.

Доводы кредитора о предоставлении должником недостоверных сведений о доходе не нашли своего подтверждения. Как следует из материалов дела, при заключении кредитных договоров с АО «Россельхозбанк» должником заполнялись анкеты, представлялась справка по форме банка, из которой следует, что индивидуальный предприниматель ФИО6 является работодателем должника, заработная плата должника составляет 101 000 руб. Согласно выпискам по расчетным счетам ИП ФИО6 №№ 40802810161220007119, 40802810161220007119, 40802810861000007134, открытым в ПАО «Сбербанк России», оборот денежных средств по ее счетам за период с 01.01.2018 по 31.12.2019 составил 9 119 282,37 руб. Денежные средства, полученные в качестве дохода от деятельности КФХ, использовались на совместные нужды, а также на погашение кредитных обязательств.

Должником в период с 20.12.2019 по 20.01.2021 перечислено в пользу АО «Россельхозбанк» на погашение кредитных обязательств 622 533 руб., что свидетельствует о наличии у должника доходов, превышающих указанные в справке 2-НДФЛ.

При этом АО «Россельхозбанк» при заключении кредитных договоров, не запрашивал справки по форме 2-НДФЛ, выписку из Пенсионного фонда России в отношении ФИО2

При наличии каких-либо сомнений, банк не был лишен права самостоятельно запросить, в том числе у должника, при решении вопроса о выдаче кредитов официальную информацию о размере заработной платы, иные документы, предусмотреть необходимость дополнительных способов обеспечения кредитных обязательств, либо отказать в предоставлении кредита.

С учетом изложенных обстоятельств, принимая во внимание социально-ориентированные цели банкротства граждан и отсутствие надлежащих доказательств того, что должник в ходе ведения процедуры реализации имущества вел себя недобросовестно, отсутствия обстоятельств, препятствующих освобождению должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе подтверждающих наличие в действиях должника злостного уклонения гражданина (физического лица) от исполнения обязательств и действий, свидетельствующих об уклонении от исполнения обязательств, судебные инстанции пришли к обоснованному выводу о применении к должнику правил об освобождении от обязательств.

Суд округа отмечает что, если обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества должника, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающим дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего. Такое заявление может быть подано указанными лицами в порядке и сроки, предусмотренные статьей 312 АПК РФ (пункт 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

Все доводы заявителя жалобы были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, с которой соглашается суд округа. Оснований для переоценки доказательств не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных актов в обжалуемой части.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тамбовской области от 12.02.2024 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2024 по делу № А64-4045/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вынесения, в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий О.П. Антонова


Судьи А.В. Андреев


ФИО1