Постановление от 30 октября 2024 г. по делу № А73-2165/2022

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-5579/2024
30 октября 2024 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 октября 2024 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Воробьевой Ю.А.,

судей Козловой Т.Д., Ротаря С.Б.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Щербак Д.А.,

при участии в заседании:

от ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 13.02.2024;

от акционерного общества «Научнопроизводственное предприятие «Сигнал»: представитель ФИО3 по доверенности от 09.01.2024 №4-Д (в режиме веб-видеоконференции),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение от 20.09.2024

по заявлению акционерного общества «Научно-производственное предприятие «Сигнал» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 26019617руб.

по делу № А73-2165/2022

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению по заявлению акционерного общества «Научно-производственное предприятие «Сигнал» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании общества с ограниченной ответственностью научно-внедренческой фирмы «Сенсоры, модули, системы ДВ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес регистрации: 680014, <...>) несостоятельным (банкротом),



УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Научно-производственное предприятие «Сигнал» (далее - АО «НПП «Сигнал») 03.02.2022 обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью научно-внедренческой фирмы «Сенсоры, модули, системы ДВ» (далее – ООО НВФ «СМС ДВ») несостоятельным (банкротом). Заявление поступило в суд 15.02.2022, определением от 18.02.2022 принято к производству.

Определением от 20.04.2022 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении ООО НВФ «СМС ДВ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4 член Крымского союза профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт».

Решением от 30.08.2022 (резолютивная часть от 22.08.2022) ООО НВФ «СМС ДВ» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

АО «НПП «Сигнал» 13.06.2023 обратилось в суд с заявлением о привлечении ФИО1 (далее также – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО НВФ «СМС ДВ» и о взыскании 26019617руб.

Определением от 20.09.2024 ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в пользу АО «НПП «Сигнал» взыскано 16245706руб.04коп., в пользу должника взыскано 9773910руб.96коп., распределены расходы по уплате государственной пошлины.

Не согласившись с определением от 20.09.2024 (резолютивная часть от 16.08.2024), ФИО1 06.09.2024 обратился апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить обжалуемый судебный акт и отказать в удовлетворении заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности в полном объеме. Заявитель жалобы полагает, что он не может быть привлечен к субсидиарной ответственности, поскольку до момента обращения кредитора в суд с заявлением о банкротстве ООО НВФ «СМС ДВ» им проводились мероприятия по налаживанию договорных отношений и сотрудничества с крупным платёжеспособным контрагентом по ремонту/восстановлению оборудования, что в дальнейшем позволило бы должнику погасить всю задолженность перед кредиторами. Ответчик предполагал, что отсроченное погашение задолженности является более добросовестным и справедливым по отношении к иным участникам предпринимательской деятельности, чем обращение в суд с заявлением о признании ООО НВФ «СМС ДВ» банкротом и уклонение от погашения задолженности, что с учетом выводов, изложенных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС15-5734(4,5) является основанием для освобождения от субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности руководителя по подаче заявления о признании должника банкротом. Также ФИО1 указывает, что конкурсному управляющему 10.11.2022 направлены документы должника общим весом 24,2кг с описью вложения, и в последующем новых требований о передаче иной документации должника в адрес ФИО1 не поступало. Полагает, что конкурсным управляющим и кредитором не представлено надлежащих разъяснений в части того, отсутствие каких документов и каким именно образом препятствует проведению процедуры банкротства ООО НВФ «СМС ДВ». Таким образом ответчик полагает, что привлечение к ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) невозможно, так как сторонами спора не доказано наличие убытков и невозможности пополнения конкурсной массы (без уточнения, какой именно документации). Также указывает, что отражение дебиторской задолженности в бухгалтерском учете не свидетельствует о ее фактическом наличии; бухгалтерский баланс фактически является отражением субъективного мнения бухгалтера об отнесении совокупности фактов финансовой деятельности должника к тем или иным строкам баланса, наличии тех или иных обязательств и имущества, возникших за всю историю деятельности компании, с учетом необходимости толкования тех или иных событий исходя и оценочной позиции бухгалтера, его желания выполнять необходимые учётные действия и уровня квалификации. Также настаивает на том, что заявителем не представлено каких-либо доказательств недобросовестности действий ответчика, в том числе по выплате заработной платы и/или дохода от деятельности общества.

В письменном дополнении к апелляционной жалобе ФИО1 указал на несогласие с выводом суда о том, что предоставление дополнительных документов в рамках иных обособленных споров является подтверждением ненадлежащего исполнения обязанности по передаче документов конкурсному управляющему, поскольку документы могут быть получены ответчиком из разных источников: через запросы у контрагентов, копии, находящиеся в личных архивах, или повторное истребование через судебные инстанции; ФИО1 неоднократно заявлял ходатайства об истребовании доказательств от третьих лиц в рамках иных обособленных споров. Ссылается на то, что после передачи документов конкурсному управляющему последний не обращался с требованием о предоставлении дополнительных документов; кроме того, конкурсным управляющем не заявлено, какие именно документы ему не переданы и к каким негативным последствиям это привело, что свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи между непредставлением документов и отсутствием возможности удовлетворения требований кредиторов. Настаивает на том, что в период перечисления денежных средств в виде заработной платы (2018 год) и выплаты прибыли (2019 год) у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, как неисполненные обязательства перед кредиторами, а также основания полагать, что такие обязательства возникнут в будущем: требование АО «НПП «Сигнал» к должнику возникло 23.03.2021, требование АО «Петросах» - не ранее 17.02.2021 (направление должнику претензии), требование ООО «Проектбизнесстрой» о возврате суммы неотработанного аванса по договору субподряда от 16.06.2017 заявлено в обращении от 21.04.2021 и претензии от 06.08.2021. Таким образом полагает, что его действия по распоряжению денежными средствами (прибылью) компании, полученными от предшествующей деятельности, не могут считаться недобросовестными; исходя из анализа балансовой стоимости активов должника на конец 2018 года величина активов составляла 191316 тысяч рублей, на конец 2019 года — 127273 тысячи рублей, в связи с чем выплата прибыли в сумме 6050000руб. не превышала 4% общей балансовой стоимости активов ООО НВФ «СМС ДВ» и не могла повлиять на платежеспособность общества в целом. Также продолжает настаивать на том, что им до самого момента обращения кредитора в суд с заявлением о признании должника банкротом проводились мероприятия по налаживанию договорных отношений и сотрудничества с крупным платёжеспособным контрагентом по ремонту/восстановлению оборудования, позволяющее в дальнейшем погасить всю задолженность.

В судебном заседании, которое проведено с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел», представитель ФИО1 поддержал апелляционную жалобу с учётом письменного дополнения по вышеизложенным доводам.

Представитель АО «НПП «Сигнал» просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, выразив согласие с выводами суда первой инстанции.

Суд, руководствуясь статьёй 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Исследовав доказательства по делу, оценив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, ООО НВФ «СМС ДВ» зарегистрировано 19.05.2005. ФИО1 является единственным участником должника с 08.04.2010 и являлся генеральным директором общества с 08.02.2019 до открытия конкурсного производства. Основным видом экономической деятельности должника является торговля оптовая прочими машинами, приборами, аппаратурой и оборудованием общепромышленного и специального назначения, дополнительным видом деятельности – строительство жилых и нежилых зданий.

В обоснование заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности кредитор указал на неисполнение ответчиком обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО НВФ «СМС ДВ» банкротом при наличии у должника признаков неплатежеспособности. Полагает, что с момента возникновения задолженности (23.12.2019) для контролирующего должника лица являлось очевидным, что общество отвечает признакам неплатежеспособности, у руководителя должника возникла обязанность обратиться с заявлением о банкротстве общества не позднее 23.01.2020 (дата объективного банкротства). Кредитор также полагает, что со стороны ответчика совершались действия, направленные на уменьшение активов общества, в том числе путем выплаты дохода, что свидетельствует о выводе денежных средств в сумме 5400000руб. при наличии непогашенной кредиторской задолженности перед АО «НПП «Сигнал». Кроме того, заявитель ссылается на неисполнение ФИО1 обязанности по передаче в полном объеме бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему: по состоянию на 05.06.2023 запрошенные судом и конкурсным управляющим первичные финансово-хозяйственные и бухгалтерские документы, а также сведения о заключении договоров и их исполнении ответчиком не представлены в полном объеме. Кредитор полагает, что отсутствие первичной бухгалтерской и финансово-хозяйственной документации не позволило конкурсному управляющему в полном объеме провести анализ финансово-экономической деятельности должника, сформировать конкурсную массу и выявить источники погашения требований кредиторов, а также принять меры по взысканию дебиторской задолженности, оспариванию сделок и реализации имущества должника. Также АО «НПП «Сигнал» ссылается на заключение временного управляющего о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и/или преднамеренного банкротства и о финансовом состоянии ООО НВФ «СМС ДВ», согласно которому датой объективного банкротства должника возможно считать 31.12.2018, после указанной даты размер обязательств должника стабильно превышал стоимость чистых активов. Так, на 31.12.2018 чистые активы должника составляли 35994 тысячи рублей, размер обязательств – 155322 тысячи рублей. При этом из анализа счета ФИО1 следует, что ответчиком в период с 2018 года по декабрь 2019 года получены значительные суммы в виде заработной платы (73250000руб.) и прибыли от деятельности общества (2500000руб.). Кроме того, период с 2013 года по 2021 год в пользу ИП ФИО1 должником перечислены денежные средства в виде арендной платы, беспроцентных займов, однако договоры аренды, займа и другие договоры конкурсному управляющему не переданы. Ссылаясь на то, что указанные выше факты свидетельствуют о сокрытии сведений и неисполнении в полном объеме обязанности по передаче бухгалтерской документации конкурсному управляющему, кредитор обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности со ссылкой на пункты 1, 2, 4 статьи 61.11, статью 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Впоследствии конкурсный управляющий в пояснениях, представленных в суд 28.08.2023, указал, что временный, а затем и конкурсный управляющий неоднократно обращался к ФИО1 с требованием о передаче документации общества. 11.11.2022 в адрес конкурсного управляющего почтой поступили документы должника, направленные бандеролью весом более 24кг, при этом документы надлежащим образом не оформлены, без сопроводительного письма, без актов приема-передачи, без подтверждения полномочий отправителя, без пояснений относительно их состава. Полагает, что документы переданы не в полном объеме: после их анализа установлено, что ответчиком переданы одна круглая печать общества; учредительные документы; отчетность налоговая за 2019, 2020 и 2021 годы; аудиторские заключения за 2018, 2019 годы; документы по регламенту комплектаций товаров; сведения о движении ТМЦ за 2019 год; сведения о зарплате за 2019, 2020 годы; авансовые отчеты за 2019 год; счета-фактуры, полученные в 2019, 2020, 2021 годах; счета-фактуры, выданные за 2019 год, однако большая часть истребованных судом документов не передана, также не передана документация, на которую ФИО1 ссылался в рамках обособленного спора о включении требования ООО «Булат» в реестр требований кредиторов.

Удовлетворяя заявление конкурсного кредитора и устанавливая основания и размер субсидиарной ответственности по обязательствам ООО НВФ «СМС ДВ», суд первой правомерно руководствовался следующим.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ФИО1 с апреля 2010 года являлся единственным участником общества и с февраля 2019 года – генеральным директором, то есть в силу полномочий единоличного исполнительного органа и участия в уставном капитале являлся контролирующим должника лицом, что участвующими в деле лицами не оспаривается.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, на который ссылается заявитель, установлена презумпция наступления субсидиарной ответственности в случае, если документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней со дня утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума №53) разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее: заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

В пункте 24 постановления Пленума №53 также разъяснено, что привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть указанные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В силу статьи 65 АПК РФ именно конкурсный управляющий обязан доказать невозможность пополнения конкурсной массы вследствие непередачи руководителем бухгалтерских документов и то, что надлежащее исполнение руководителем данной обязанности позволило бы привлечь в конкурсную массу должника денежные средства.

При рассмотрении обособленного спора конкурсный управляющий подтвердила факт получения от ФИО1 документации должника и пояснила, что документы переданы не в полном объеме, большая часть истребованных определением от 09.11.2022 документов не передана, в том числе документы, на которые ФИО1 ссылался при рассмотрении требования ООО «Булат».

Вместе с тем из бухгалтерского баланса ООО НВФ «СМС ДВ» следует, что на конец отчетного 2021 года у общества имелись активы стоимостью 24811 тысяч рублей, в том числе запасы стоимостью 5973 тысячи рублей, дебиторская задолженность в размере 18599 тысяч рублей, однако запасы и первичные документы по дебиторской задолженности не переданы, что не позволило реализовать мероприятия по ее взысканию.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Ответчик ссылается на то, что отраженные в балансе запасы израсходованы обществом в ходе хозяйственной деятельности; отражение дебиторской задолженности не свидетельствует о фактическом наличии такого актива, поскольку баланс составлялся бухгалтером общества, а ФИО1 как руководитель ответственности за данные, отраженные в отчетности, не несет. В апелляционной жалобе ответчик также указал, что бухгалтерский баланс фактически является отражением субъективного мнения бухгалтера об отнесении совокупности фактов финансовой деятельности должника к тем или иным строкам баланса в зависимости от уровня его квалификации.

Согласно пункту 1 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерская отчетность должны храниться в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет.

Обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению документов бухгалтерского учета и (или) отчетности статьями 6, 7, 17, 29 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» отнесена на руководителя должника.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает и при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В определении Верховного Суда России Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244 сформулирован следующий правовой подход: отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Таким образом к числу обязанностей бывшего руководителя общества относится обеспечение сохранности всех документов, касающихся его деятельности, и их передача конкурсному управляющему. В этой связи именно ФИО1 как контролирующее должника лицо по правилам пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязан обеспечить сохранность и передать конкурсному управляющему документацию бухгалтерского учета и (или) отчетности должника, в том числе запасы и первичную документацию, которая может быть проанализирована конкурсным управляющим самостоятельно на предмет реальности взыскания. При сдаче отчетности в налоговый орган ответственность за её содержание несет руководитель, в связи с чем суд не принимает доводы о составлении балансов по самостоятельному усмотрению главного бухгалтера. Кроме того апелляционный суд принимает во внимание, что отражение дебиторской задолженности в размере более 18,5 миллионов рублей и запасов стоимостью около 6 миллионов рублей с учетом масштабов деятельности должника исключает возможность ошибочного учета таких показателей.

Суд первой инстанции также обоснованно принял во внимание, что часть документации, не переданной конкурсному управляющему, представлена ответчиком при рассмотрении иных обособленных споров, в частности при рассмотрении требований ООО «Булат», ООО «Проектбизнесстрой».

Доказательства списания запасов в результате фактического использования в хозяйственной деятельности, первичные оправдательные документы ответчиком не представлено.

С учетом изложенного суд правильно исходил из того, что неисполнение обязанности по передаче документов в полном объеме и запасов конкурсному управляющему, искажение документации привели к невозможности формирования конкурсной массы для последующих расчетов с кредиторами, что свидетельствует об уклонении руководителя должника от возложенных на него обязанностей по передаче документации управляющему в процедуре конкурсного производства согласно требованиям пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Кроме того кредитором и конкурсным управляющим указано на совершение действий по выводу активов должника: необоснованное перечисление в пользу ФИО1 денежных средств в виде прибыли от деятельности ООО НВФ «СМС ДВ», заработной платы, арендной платы.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно также вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (подпункт 1 пункта 1 статьи 61.11 указанного Федерального закона).

В пункте 23 постановления Пленума №53 разъяснено, что к числу вышеуказанных сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной нормы, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в период с 26.03.2018 по 29.11.2019 со счета должника в пользу ФИО1 перечислены денежные средства в общей сумме 79300000руб., в том числе 73250000руб – заработная плата, 6050000руб. - дивиденды.

Ответчик ссылается на законность выплаты себе прибыли (дивидендов) ввиду наличия у должника прибыли в 2014 году.

Судом установлено, что решение о распределении чистой прибыли принято единственным участником (ответчиком) 06.03.2019 при наличии у должника неисполненных обязательств перед независимым кредитора (ООО «Проектбизнесстрой»), обязательства пред которым возникли из договоров субподряда от 16.06.2017, 31.08.2018. При этом из существа требования следует, что должником не выполнены работы в установленные договором сроки: до 30.12.2018.

Вместе с тем согласно пункту 1 статьи 29 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество не вправе принимать решение о распределении своей прибыли между участниками, если на момент принятия такого решения общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате принятия такого решения.

Таким образом выплата прибыли (в период с 13.03.2019 по 20.12.2019) в условиях своевременно непогашенной кредиторской задолженности не может являться нормальным способом изъятия участником денежных средств от успешной коммерческой деятельности и прямо противоречит вышеуказанным положениям Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Уменьшение стоимости имущества должника за счет изъятия спорных денежных средств привело к причинению вреда кредиторам ООО НВФ «СМС ДВ» в виде невозможности удовлетворения требований на 6050000руб.

Доводы ответчика о том, что полученные в качестве прибыли денежные средства возвращены на счет должника в качестве пополнения оборотных средств, обоснованно отклонены судом, поскольку они опровергаются выписками по счету ООО НВФ «СМС ДВ», из которых следует, что пополнение оборотных средств совершалось с иных счетов общества, в то время как сведений о поступлении денежных средств от ответчика материалы дела не содержат.

В апелляционной жалобе ФИО1 ссылается на то, что требование ООО «Проектбизнесстрой» являлось спорным, ответчик до получения требования кредитора в 2021 году не предполагал о наличии задолженности. Однако несмотря на оспаривание должником определением от 15.09.2023 по настоящему делу установлено, что задолженность в пользу ООО «Проектбизнесстрой» осталась непогашенной, то есть фактически прибыль распределена при наличии неисполненного обязательства перед кредитором.

Судом также установлено, что денежные средства, выплаченные ответчику в качестве заработной платы, исходя из сведений, размещенных на официальном сайте Росстата, значительно превышают размер средней заработной платы руководителя в регионе (средняя заработная плата руководителя в Хабаровскому крае составляла 107683руб.). В отсутствие разумных пояснений ответчика относительно выплаты в качестве заработной платы более 73 миллионов рублей за непродолжительный период (с 26.03.2018 по 24.07.2018) суд правомерно признал указанные платежи не соответствующими признакам добросовестного и разумного поведения контролирующего должника лица и верно указал, что данные обстоятельства свидетельствует о несоразмерности полученного должником встречного предоставления.

При этом доводы ответчика о том, что указанные платежи совершены должником в отсутствие неисполненных обязательств перед внешними кредиторами, обоснованно отклонены судом, поскольку указанное обстоятельство не освобождает контролирующее должника лицо действовать разумно и добросовестно, в интересах общества. Обязательства перед ООО «Проектбизнесстрой» в 2018 году уже имелись, однако до настоящего времени не исполнены, в то время как руководитель получил заработную плату в завышенном размере.

Поскольку в данном случае заявителем представлены доказательства, что рассматриваемыми сделками по выплате прибыли и заработной платы в размере, кратно превышающем среднее значение в регионе по аналогичной должности, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, а кроме того в результате неисполнения обязанности по передаче конкурсному управляющему документов, необходимых для формирования конкурсной массы, отсутствует возможность погасить требования кредиторов, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) в суд заявления должника установлена статьёй 61.12 Закона о банкротстве, согласно пункту 1 которой неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Суд исходил наличия у руководителя должника обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной нормы, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц со дня возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Таким образом в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума №53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 указанного Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Таким образом привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, возможно лишь при доказанности заявителем момента возникновения объективного банкротства контролируемого юридического лица, а также исходя из состава и размера обязательств, возникших после момента возникновения объективного банкротства.

В настоящее время в реестр требований кредиторов ООО НВФ «СМС ДВ» включены:

- требование заявителя по делу в размере 16245706руб.04коп., которое представляет собой обязательство, возникшее результате ненадлежащего исполнения должником обязательств по оплате поставки товара (решение Арбитражного суда Хабаровского края от 05.07.2021 по делу №А73-8536/2021). Из обстоятельств обособленного спора по рассмотрению требования кредитора следует, что обязательства по оплате полученного товара в течение 30 дней с поставки, должником не исполнены, поставки состоялись 22.11.2019, 06.09.2019, 23.08.2019. Таким образом обязательство по оплате товара возникло у должника с 23.12.2019;

- требование ООО «Проектбизнесстрой» в размере 4604375руб. основного долга (неотработанный аванс) по договорам субподряда от 16.06.2017, 31.08.2018, работы по которым должны были быть выполнены до 30.12.2018;

- требование ООО «Петросах» в размере 4265088руб. основного долга (предоплата по договору подряда от 12.05.2020).

Судом также установлено, что с начала 2021 года к ООО НВФ «СМС ДВ» стали обращаться кредиторы в связи с ненадлежащим исполнением его обязательств, с начала 2020 года общество окончательно перестало исполнять обязательства перед кредиторами, что свидетельствует наступлении у него признаков неплатежеспособности.

Однако само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника и его участников ответственности за исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве; показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

В возражениях ответчик указал, что до самого момента обращения кредитора в суд с заявлением о признании ООО НВФ «СМС ДВ» банкротом принимались меры по налаживанию договорных отношений и сотрудничества с крупным платежеспособным контрагентом по ремонту/восстановлению оборудования, что в дальнейшем позволяло обществу погасить все долги и что является предпочтительным по сравнению с обращением в суд с заявлением о собственном банкротстве и уклонением от погашения задолженности.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума №53, если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Вместе с тем из пояснений ответчика следует, что мероприятия по преодолению кризисного состояния обусловлены выполнением поставок комплектов запасных частей, а также проведением ремонтно-восстановительных работ для одного контрагента: ООО «РН-Комсомольский НПЗ». Из деловой переписки, представленной ответчиком, и его пояснений относительно хронологии переговоров с контрагентом суд установил, что начало ведения переговоров приходится на январь 2020 года, запрос со стороны ООО «РН-Комсомольский НПЗ» к должнику относительно поставки запасных частей направлен лишь в июле 2020 года, при этом, как указал ответчик, контрагент подтверждал свою заинтересованность в ремонтно-восстановительных работах.

При этом апелляционный суд исходит из того, что переговоры велись в период с января 2020 года по апрель 2021 года только с одним контрагентом, хотя и являющимся крупным предприятием, однако действуя разумно и добросовестно, руководитель не был лишен возможности поиска иных контрагентов, тем более что ранее поставка по договору 20.06.2019 №2006 с ООО «Булат» для ООО «РН-Комсомольский НПЗ» сорвалась, что установлено при рассмотрении требования указанного общества к ООО НВФ «СМС ДВ».

При этом подача заявления о банкротстве подконтрольного общества не препятствовала продолжению мероприятий по преодолению кризисной для должника ситуации.

При определении объективной момента наступления у общества признаков имущественного кризиса судом принято во внимание, что данные бухгалтерской отчетности искажены, в связи с чем суд первой инстанции верно не принял бухгалтерскую отчетность для установления финансового положения должника и согласился с доводами заявителя о том, что объективное банкротство ООО НВФ «СМС ДВ» наступило 22.03.2020. При этом дело о банкротстве возбуждено лишь 18.02.2022 по заявлению кредитора. В период с22.03.2020 по 18.02.2022 у ООО НВФ «СМС ДВ» возникли обязательства, подлежащие включению в субсидиарную ответственность по указанному основанию, перед ООО «Петросах» в размере 4265088руб. Таким образом ФИО1 также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве в указанном размере.

Вместе с тем в соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Таким образом поскольку требование ООО «Петросах» включено в реестр требований кредиторов ООО НВФ «СМС ДВ» и имеются основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве, а иные мероприятия по формированию конкурсной массы завершены, то суд правомерно взыскал в ответчика в пользу заявителя по обособленному спору 16245706руб.04коп., что соответствует размеру требования АО «НПП «Сигнал», а остальной размер реестра взыскан в пользу должника по правилу абзаца третьего пункта 13 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела и законодательству. При этом доводы заявителя апелляционной жалобы по существу сводятся к иному пониманию и толкованию законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении обособленного спора. При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения обжалуемого определения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 223, 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 20.09.2024 по делу №А73-2165/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение месяца со дня принятия через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

Ю.А. Воробьева


Судьи


Т.Д. Козлова


С.Б. Ротарь