Постановление от 27 августа 2024 г. по делу № А08-2323/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А08-2323/2023
г. Калуга
27 августа 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 августа 2024 года Постановление изготовлено в полном объеме 27 августа 2024 года Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего Смотровой Н.Н., судей Бутченко Ю.В., Чаусовой Е.Н., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Погонышевым М.Н., при участии в судебном заседании:

от Белгородской таможни – представителя ФИО1 по доверенности № 4 от 10.01.24;

от Центрального таможенного управления – представителя ФИО2 по доверенности от 12.01.24 № 5;

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом;

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц- связи при содействии Арбитражного суда Белгородской области кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Парламент Продакшн» на решение Арбитражного суда Белгородской области от 22.02.2024 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2024 по делу № А08-2323/2023,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Парламент Продакшн» (далее - общество) обратилось в Арбитражный суд Белгородской области (с учетом передачи дела по подсудности из Арбитражного суда города Москвы):

- к Центральному таможенному управлению (далее – ЦТУ) с заявлением о признании незаконным и отмене решения по жалобе на решение, действие (бездействие) таможенного органа от 08.08.22 № 83-13/116;

- к Белгородской таможне (далее - таможня) с заявлением о признании незаконным и отмене решений от 01.03.22, 02.03.22, 03.03.22 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №№ 10103080/110619/0033158, 10103080/010719/0037251, 10103080/100719/0039761, 10103080/260819/0051943, 10103080/260919/0060626, 10103080/041019/0062696, 10103080/310120/0005623, 10103080/170420/0025370, 10103080/140520/0030170, 10103080/160620/0037716, 10103080/050820/0050932, 10013160/140919/0362413, 10013160/211019/0430816, 10013160/071119/0467809, 10013160/041219/0523694, 10013160/261219/0577183, 10013160/180320/0140977, 10013160/050221/0055278, 10013160/110321/0133646, 10131010/230920/0071731, 10131010/291020/0145593, 10131010/111120/0172617, 10131010/051220/0228583, 10131010/171220/0257611, 10005030/070419/0051427,

10005030/261019/0295628, 10005030/131119/0317846, 10216170/310120/0024823, 10216170/271020/0281821 (далее – спорные ДТ), в том числе о доначислении таможенных пошлин в размере 797 553,25 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Федеральная служба по финансовому мониторингу.

Решением суда первой инстанции от 22.02.24, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.24, в удовлетворении требований общества отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, общество обратилось в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить в связи с нарушением и неправильным применением судами при их принятии норм материального права и несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела, и направить дело на новое рассмотрение.

В отзыве на кассационную жалобу ЦТУ и таможня возражают против ее удовлетворения ввиду законности обжалуемых судебных актов.

После принятия кассационной жалобы к производству, до рассмотрения кассационной жалобы по существу, от общества поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства по делу мотивированное: «запретом компании на очное участие в судебном заседании, в связи с применением мер по противодействию распространения на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (Covid-19)». Кроме того, общество сослалось на то, что только 13.08.24 получило неподписанный отзыв таможенных органов, в связи с чем обществу необходимо время для ознакомления с отзывом до начало судебного заседания, назначенного на 20.08.24.

Кассационная жалоба рассматривается Арбитражным судом Центрального округа в порядке, установленном гл. 35 АПК РФ.

Общество и третье лицо своих представителей в судебное заседание не направили, о его проведении извещены надлежаще, в связи с чем и на основании ч.3 ст. 284 АПК РФ судебное заседание проводится в их отсутствие.

Представители таможенных органов в судебном заседании возражали против удовлетворения кассационной жалобы общества, по основаниям изложенным в отзыве, оставили решения вопроса об удовлетворении ходатайства общества об отложении судебного разбирательства на усмотрение суда.

Рассмотрев ходатайство общества об отложении судебного разбирательства, суд кассационной инстанции, с учетом положений ст.ст. 284, 286, 158 АПК РФ, признал его не подлежащими удовлетворению в связи с отсутствием для этого предусмотренных ст. 158 АПК РФ оснований. Суд округа не признал обязательной явку в судебное заседание представителя общества. В соответствии с определенным ст. 286 АПК РФ кругом полномочий суда кассационной инстанции, в судебном заседании подлежит проверке законность и обоснованность обжалованных судебных актов по имеющимся в деле материалам, без исследования новых доказательства и установления новых обстоятельств. Объективная возможность изложить суду округа письменную позицию относительно законности и обоснованности обжалуемых судебных актов у общества имелась, учитывая, что судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы на 20.08.24 было назначено определением от 26.07.24. Общество данной возможностью воспользовалось. В рассматриваемом случае доводы, по которым общество не согласно с судебными актами и настаивает на их отмене, достаточно подробно изложены в тексте кассационной жалобы, в связи с чем у суда округа отсутствует необходимость в заслушивании в судебном заседании каких-либо устных пояснений представителя общества. Кроме того, большая часть позиций кассационной жалобы общества была отражена в апелляционной жалобе общества.

Доводы общества о том, что ему направлен неподписанный отзыв таможенных органов, не является основанием для отложения судебного разбирательства, поскольку в суд

округа 13.08.24 поступил подписанный отзыв таможенных органов, который опубликован в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в Картотекте арбитражных дел (kad.arbitr.ru) 13.08.24 в 16 часов 38 минут по МСК.

Доводы общества о том, что обществу с 13.08.24 по 20.08.24 не хватило времени для ознакомления с отзывом таможенных органов, отклоняется судом округа, поскольку большая часть позиций отзыва также была приведена в отзыве таможенных органов на апелляционную жалобу. При этом у общества имелась неделя на ознакомления с отзывом налогового органа.

Проверив в порядке ст. 286 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не нашел оснований для их отмены, исходя из следующего.

Судами установлено, что в период с 11.06.21 таможней в соответствии со ст. 332 ТК ЕАЭС в отношении общества проведена камеральная таможенная проверка на предмет достоверности сведений, заявленных в спорных ДТ.

В ходе проверки таможней в числе прочего установлено, что в период с 01.01.19 по 20.04.21 общество в рамках внешнеторговых контрактов от 14.01.13 № 130114/RUSALCO с компанией «SAVERGLASS SAS» (Франция) на поставку бутылок из бесцветного стекла, для розлива ликероводочных изделий, емкостью 0,7 л (товарный знак «SAVERGLASS»), от 01.07.19 NGUALU/PP-0719 с компанией «ГУАЛА КЛОЖЕРС УКРАИНА» (Украина) на поставку средств укупорочных, из полимерных материалов, навинчивающихся колпачков для бутылок (товарный знак «GUALA CLOSURES»), от 02.07.18 NLVNI-0718 с компанией «Livingcap srl Unipersonale» (Франция) на поставку средств укупорочных для пищевой продукции (пробки из полимерных материалов (стирол-этилен-бутадиен-стирол, полиэтилен, этилен-винилацетат) с маркировкой для бутылки «KAUFFMAN» 0,7 л (товарный знак «LIVINGCAP»)), от 02.06.2008 с компанией «DGS S.A.» (Польша) на поставку крышек алюминиевых винтовых с предохранительным кольцом, перфорацией и уплотнительными прокладками из вспененного п/э, для укупорки бутылок с алкогольной продукцией (товарный знак «GUALA CLOSURES»), от 26.10.12 с компанией «IPS PACIFIC COMPANY LIMITED» (Гонконг) на поставку средств укупорочных полимерных для укупоривания бутылок (колпаки защитные пластиковые (абс- пластик), гальванизированные, для бутылок «Кауффман», вместимостью 0,7/0,75 л (товарный знак отсутствует)) (т. 1 л.д. 59-64,66-93), осуществляло ввоз на таможенную территорию ЕАЭС товаров, задекларированных в том числе по спорным ДТ (т. 1 л.д. 31-58).

В графе 31 ДТ № 10103080/110619/0033158 заявлены сведения о маркировке «Парламент», ДТ №№ 10103080/010719/0037251, 10103080/260919/0060626, 10103080/310120/0005623, 10103080/160620/0037716, 10131010/291020/0145593, 10005030/070419/0051427, 10005030/261019/0295628, 10005030/131119/0317846, 10216170/310120/0024823, 10216170/271020/0281821 - сведения о маркировке «Kauffman»; в комплектах электронных документов по ДТ №№ 10013160/110321/0133646, 10013160/050221/0055278, 10131010/171220/0257611, 10103080/050820/0050932, 10103080/041019/0062696, 10131010/051220/0228583, 10103080/140520/0030170, 10131010/230920/0071731, 10131010/111120/0172617, 10013160/140919/0362413, 10013160/180320/0140977, 10103080/170420/0025370, 10013160/211019/0430816, 10013160/261219/0577183, 10013160/041219/0523694, 10103080/100719/0039761, 10103080/260819/0051943, 10013160/071119/0467809 имеются чертежи колпачков для бутылок, содержащие лицензионную собственность (обозначение Парламент).

При таможенном декларировании товаров по ДТ обществом лицензионные договоры не предоставлялись, лицензионные платежи в структуру таможенной стоимости не включались; в графе 15 ДТС-1 (декларации таможенной стоимости) к ДТ сведения об уплате лицензионных платежей отсутствовали.

Таможней таможенная стоимость принята, товары выпущены в соответствии с заявленной таможенной процедурой.

По результатам анализа представленных обществом в ходе проверки документов и сведений установлено, что обществом (лицензиат) заключены лицензионные договоры, в том числе:

- от 01.07.15 с компанией «Vlaktor trading limited» (лицензиар), по условиям которого обществу предоставлена лицензия на товарные знаки в отношении товаров 33 класса МКТУ, указанных в свидетельствах на товарные знаки, при этом общество выплачивает лицензиару лицензионное вознаграждение в размере 2,0% от стоимости реализованной обществом продукции (включая НДС и акцизы), лицензионное вознаграждение указано с учетом НДС-18% (т. 1 л.д. 94-104);

- от 01.02.12 NLA-PDPP-01/2012 с ООО «Парламент Дистрибьюшн» (лицензиар) с учетом дополнительного соглашения, по условиям которого обществу предоставлена лицензия на товарные знаки в отношении всех товаров, указанных в свидетельствах на товарные знаки на территории Российской Федерации, при этом общество ежемесячно выплачивает роялти в размере 2% от стоимости реализованной обществом продукции на территории Российской Федерации (включая НДС и акциз) (т. 1 л.д. 105-113);

- от 15.11.13 с компанией «Copecresto Enterprises Limited» (лицензиар), по условиям которого обществу предоставлено право использования зарегистрированных товарных знаков «Parliament», на определенных территориях, обозначенных в регистрациях на знаки, указанные в приложении к лицензионному договору, при этом общество ежемесячно выплачивает лицензиару роялти в размере 2,0% от стоимости реализованного обществом товара (включая НДС и акцизы) и выступает налоговым агентом согласно законодательству Российской Федерации, обязуется самостоятельно исчислять НДС и одновременно с уплатой лицензиару вознаграждения, за вычетом НДС, уплачивать в бюджет Российской Федерации соответствующую сумму налога (т. 1 л.д. 114-116).

Таможне представлены доказательства уплаты лицензионных платежей по указанным лицензионным договорам.

По результатам анализа условий внешнеторговых контрактов, лицензионных соглашений и опосредовавших их исполнение доказательств, сведений, заявленных в проверяемых ДТ, таможней установлено, что общество ввезло на таможенную территорию товар - средства укупорочные, из полимерных материалов, навинчивающиеся колпачки для бутылок, бутылки из бесцветного стекла, для розлива ликеро-водочных изделий, и средства укупорочные, из полимерных материалов, пробки и колпаки для бутылок, (комплектующими материалами, участвующими в производстве), с нанесенными на них обозначениями «Parliament», «Парламент», «Kauffman», являющимися лицензионной собственностью по лицензионным договорам с правообладателями. При этом производимая обществом продукция неразрывно связана с ввезенными товарами (комплектующими материалами, участвующими в производстве), содержащими лицензионную собственность («Parliament», «Парламент», «Kauffman») и за пользование которой общество уплачивает лицензионные платежи, в рамках лицензионных договоров.

Как поясняло общество в ходе проверки, по лицензионным договорам с правообладателями роялти рассчитываются исходя из стоимости реализованной продукции (водки); обществу предоставлено право использования товарных знаков в отношении алкогольной продукции, а именно водки, по договору с Copecresto Enterprises Limited - реализация в тех странах, которые указаны в лицензионном договор, по договору с ООО «Парламент Дистрибьюшн» - производство и реализация в России; действие лицензионных договоров не распространяется на производство комплектующих.

Таможня пришла к выводу, что продукция - средства укупорочные, из полимерных материалов, навинчивающиеся колпачки для бутылок, содержащие лицензионную собственность (обозначение «Parliament», «Парламент») компании Copecresto Enterprises Limited и ООО «Парламент Дистрибьюшн», задекларированная по ДТ №№ 10103080/260819/0051943, 10013160/041219/0523694, 10013160/261219/0577183, 10103080/100719/0039761, 10103080/110619/0033158,

10013160/071119/0467809, 10013160/211019/0430816, 10103080/041019/0062696, 10013160/140919/0362413, 10103080/050820/0050932, 10103080/170420/0025370, 10131010/171220/0257611, 10131010/051220/0228583, 10103080/140520/0030170, 10013160/180320/0140977, 10131010/111120/0172617, 10131010/230920/0071731, 10013160/110321/0133646, 10013160/050221/0055278, относится к товарам, указанным в лицензионном договоре с компанией «Copecresto Enterprises Limited» и лицензионном договоре с ООО «Парламент Дистрибьюшн», а продукция - бутылки из бесцветного стекла, для розлива ликеро-водочных изделий, емкость 0,7 л и средства укупорочные, из полимерных материалов, пробки и колпаки для бутылок, содержащая лицензионную собственность (обозначение «Kauffman») компании VLAKTOR TRADING LIMITED, заде- кларированная по ДТ №№ 10005030/070419/0051427, 10103080/010719/0037251, 10005030/131119/0317846, 10005030/261019/0295628, 10103080/260919/0060626, 10013160/140119/0000545, 10103080/160620/0037716, 10216170/271020/0281821, 10131010/291020/0145593, 10216170/310120/0024823, 10103080/310120/0005623, относится к товарам, указанным в лицензионном договоре с компанией «Vlaktor trading limited», в связи с чем лицензионные платежи в рамках указанных лицензионных договоров с правообладателями относятся именно к оцениваемым товарам.

При этом таможней также отмечено, что условия лицензионных договоров с правообладателями свидетельствуют об осуществлении лицензиарами, в том числе, косвенного контроля над процессом производства иностранным продавцом - производителем товара, а цепочка от поступления материалов, задекларированных в ДТ, до получения и реализации готовой продукции, изготовленной с использованием иностранных комплектующих, полностью прослеживается в сведениях бухгалтерского учета общества; лицензиары также осуществляют контроль за соответствием товаров своим стандартам и условиям. В случае неоплаты лицензионных платежей обществу будет запрещено выпускать лицензионную продукцию. Прекращение действий лицензионных договоров с правообладателями влечет за собой прекращение использования товарных знаков.

По условиям внешнеторговых контрактов, законное право у общества на размещение объектов интеллектуальной собственности (графического, изобразительного, словесного обозначения товарного знака «Parliament», «Парламент» (знака обслуживания) и их комбинированного изображения) на производимой поставщиками по его заказу продукции, которая впоследствии продается и ввозится на таможенную территорию ЕАЭС возможно в данном случае при условии возмездного (с уплатой лицензионных платежей) использования указанных объектов интеллектуальной собственности в соответствии с заключенными лицензионными договорами с правообладателями.

С учетом приведенных обстоятельств таможня пришла к выводу, что в отношении ввезенных иностранных товаров (комплектующих) выполняются оба условия, а именно что лицензионные платежи относятся к проверяемым (ввозимым) товарам и уплата лицензионных платежей является условием продажи таких товаров, в связи с чем установлен факт занижения обществом таможенной стоимости товаров, ввезенных на таможенную территорию ЕАЭС в рамках внешнеэкономических контрактов и задекларированных по спорным ДТ.

Таможней произведен расчет предполагаемого размера подлежащих уплате таможенных платежей.

Согласно п. 6.1 лицензионного договора от 15.11.13 с компанией «Copecresto Enterprises Limited», общество ежемесячно выплачивает лицензиару роялти в размере 2% от стоимости реализованного обществом товара (включая НДС и акцизы).

В соответствии с дополнительным соглашением от 18.10.18 № 1 к лицензионному договору от 01.02.12 с ООО «Парламент Дистрибьюшн» (лицензиар), стороны пришли к соглашению изложить п. 3.1 лицензионного договора от 01.02.12 в следующей редакции: «за предоставленную лицензию общество ежемесячно выплачивает лицензиару ли-

цензионное вознаграждение в размере 2% от стоимости реализованной обществом продукции на территории Российской Федерации (включая НДС и акциз)».

Согласно п. 3.1 лицензионного договора от 01.07.15 с компанией «Vlaktor trading limited» (лицензиар), за предоставленную лицензию общество выплачивает лицензиару лицензионное вознаграждение в размере 2% от стоимости реализованной обществом продукции (включая НДС и акцизы). Лицензионное вознаграждение указано с учетом НДС-18%.

В целях определения процентной доли стоимости спорных товаров (бутылки, колпачки) в структуре лицензионного платежа готовой продукции, таможней общества направлено требование от 07.09.2021 № 61-14/15627.

Обществом по запросу таможни в ходе проверки не была представлена информация о процентной доле стоимости спорных товаров (бутылки, средства укупорочные, из полимерных материалов, навинчивающиеся колпачки для бутылок, пробки из полимерных материалов, крыши алюминиевые винтовые, колпаки защитные пластиковые) в структуре лицензионного платежа готовой продукции, определяемого как 2% от выручки за готовую продукцию, произведенную с использованием спорных товаров (алкогольная продукция). Обществом дано пояснение о том, что спорные товары не предназначены для реализации на территории РФ и являются комплектующими, используемыми для производства лике- роводочных изделий, вследствие чего информации о выручке, валовой и чистой прибыли не может быть представлена.

Таможней установлено, что согласно данным бухгалтерского учета общества (карточки счетов 10.02, 20.01.1, 25.01, 60.01, 60.21, 76.05), плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организации, стоимость спорных товаров, принятых к бухгалтерскому учету, соответствует фактурной стоимости товаров, заявленных при декларировании; количество и номенклатура товаров, принятых к бухгалтерскому учету, корреспондируют со сведениями, заявленными в ходе совершения таможенных операций по ДТ.

С учетом изложенного, лицензионные платежи в отношении ввезенных по спорным ДТ товаров, использованных обществом при производстве готовой алкогольной продукции, рассчитаны таможней как 2% (в сумме по спорным ДТ - 2 650 778, 03 руб.) от указанной в спорных ДТ фактурной стоимости данных товаров (в сумме по спорным ДТ -132 538 901, 34 руб.) (стр. 28 акта камеральной таможенной проверки от 30.12.21 –т.д. 2 л.д. 11, стр.12 заключения таможни по возражениям общества – т.д. 3, л.д. 12).

В свою очередь, определение таможенной стоимости в соответствии со ст. 45 ТК ЕАЭС на базе метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами произведено путем прибавления к принятой таможенной стоимости сумм рассчитанных лицензионных платежей и НДС, уплаченного в федеральный бюджет в качестве налогового агента.

По результатам камеральной проверки таможней составлен акт камеральной таможенной проверки от 30.12.21 № 10101000/210/301221/А000103 (т. 2 л.д. 4-11), и приняты решения от 01.03.22, 02.03.22, 03.03.22 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорные ДТ (всего надлежит доначислению - 797 553,25 руб.) (далее - решения, т. 1 л.д. 31-58,122-124).

Решением ЦТУ от 08.08.22 № 83-13/116 спорные решения таможни признаны правомерными, в удовлетворении жалобы общества отказано (т. 1 л.д. 19-30).

Полагая, что решения таможни и ЦТУ нарушают права и законные интересы общества в сфере предпринимательской деятельности, последнее обратилось в суд с рассмотренным заявлением.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды, руководствуясь положениями ст. 38 – 40, 45, 325 ТК ЕАЭС, разъяснениями п. 17 постановления Пленума ВС РФ от 26.11.19 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу ТК ЕАЭС» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 49), исходили из наличия представленных таможенным органом доказательств, свидетельствующие о необходимости включения в таможенную стоимость ввезенных комплектующих, лицен-

зионных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности, уплаченных в рамках лицензионных договоров.

Проведя анализ лицензионных договоров, суды пришли к выводу, что уплата лицензионных платежей является условием продажи компонентов для производства лицензиру- емой продукции, в том числе условием ввоза проверяемых товаров, что позволяет обществу заниматься своей основной деятельностью и получать прибыль от реализации товара, в связи с чем данные платежи подлежат добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары.

Суды пришли к выводу о том, что оспариваемые решения таможни соответствуют требованиям действующего законодательства в области таможенного регулирования и не нарушают права и законные интересы общества в сфере осуществления предпринимательской деятельности.

В отношении требования общества о признании недействительным решения ЦТУ от 08.08.22 № 83-13/116, суды пришли к выводу о недоказанности обществом наличия соответствующих оснований.

Суд кассационной инстанции, с учетом предоставленных ему ч.1 ст. 286 АПК РФ полномочий, не находит оснований для отмены судебных актов, исходя из следующего.

Согласно ч. 1 ст. 65 и ч. 5 ст. 200 АПК РФ орган, должностное лицо должны доказать соответствие их решения, действия (бездействия) закону; обязанность по доказыванию нарушения оспариваемым решением, действием (бездействием) прав и законных интересов возлагается на лицо, обратившееся в суд за его оспариванием.

Вместе с тем, указанные нормы не освобождают заявителя от обязанности доказывания обстоятельств, на которые он ссылается как на основании своих требований и возражений.

Пунктом 15 ст. 38 ТК ЕАЭС определено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

В силу положений п. 1 ст. 39 ТК ЕАЭС, таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со ст. 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий: 1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами; 2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; 3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу; 4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с п. 4 настоящей статьи.

В силу п. 3 ст. 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары (далее – ЦФУ), является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца.

В силу п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС, таможенная стоимость товара и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пп. 7 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС, при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к ЦФУ добавляются следующие дополнительные начисления: лицензионные и иные подобные платежи за использование ОИС, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в ЦФУ за эти товары.

Платежи за использование ОИС, не включенные в ЦФУ за ввозимые товары, учитываются в качестве одного из дополнительных начислений к цене в соответствии со ст. 40 ТК ЕАЭС при выполнении в совокупности двух требований: эти платежи относятся к ввозимым товарам и уплата роялти является условием продажи оцениваемых товаров (прямо или косвенно) для их вывоза на таможенную территорию Союза. При этом, для целей применения ст. 40 ТК ЕАЭС, само по себе заключение договора с иным, чем продавец товара, правообладателем не препятствует включению уплачиваемых на основании такого договора роялти в соответствующем размере в таможенную стоимость оцениваемых товаров (п. 17 постановления Пленума ВС РФ № 49).

Рекомендацией Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.16 № 20 утверждено «Положении о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары» (далее - Положение), согласно п. 7 которого в целях проверки выполнения условий, предусмотренных абз. 1 п.п. 7 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС, и решения вопроса о том, подлежат ли лицензионные платежи добавлению к ЦФУ за ввозимые товары, должны быть проанализированы условия лицензионного договора и внешнеэкономического договора (контракта), в соответствии с которым осуществляется продажа товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, а также иные документы, имеющие отношение к продаже товаров и уплате лицензионных платежей. В случае, когда лицензионные платежи не включены в ЦФУ за ввозимые товары, и уплачиваются отдельно от счета на оплату оцениваемых (ввозимых) товаров, при решении вопроса о необходимости включения лицензионных платежей в таможенную стоимость этих товаров следует принимать во внимание следующие ключевые факторы: относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам; является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров. При анализе указанных факторов необходимо учитывать, что под продажей оцениваемых (ввозимых) товаров понимается их продажа для вывоза на таможенную территорию Союза.

Соответственно из анализа приведенных положений таможенного законодательства в их нормативном единстве следует, что методы таможенной оценки предназначены для обеспечения правильного таможенного обложения ввозимых товаров исходя из их действительной экономической ценности.

В связи с этим стоимость сделки с ввозимыми товарами может быть дополнена иными платежами (элементами), которые приходятся на покупателя, создают доход продавца с таможенной территории соответствующего государства, и, следовательно, считаются формирующими часть цены, используемой для таможенных целей, даже если они не были включены в контрактную цену товаров.

При этом включение роялти в таможенную стоимость не ограничивается случаями, когда непосредственно ввезенные товары являются предметом лицензионных соглашений (товарный знак нанесен на товары и т.п), а в договоре купли-продажи имеется явно выраженное указание на необходимость заключения лицензионного договора и уплаты роялти в качестве условия продажи товаров.

Отсутствие в договоре купли-продажи указания на необходимость заключения иных договоров в отношении объектов интеллектуальной собственности, не исключает возможность учета роялти для целей таможенной оценки, поскольку внесение платежей за использование объектов интеллектуальной собственности может являться подразумеваемым условием продажи, без выполнения которого импортер не в состоянии приобрести товар, а экспортер - не будет готов его продать.

Если конкретный объект интеллектуальной собственности, за использование которого уплачиваются лицензионные платежи, ввозится на таможенную территорию и является составной частью этого товара, стоимость указанного объекта как неотъемлемой составляющей товара формирует более высокую коммерческую ценность товара для покупателя

и продавца, соответственно, включается в цену, уплаченную или подлежащую уплате за ввозимый товар (стоимость сделки) (определение ВС РФ от 21.03.16 № 307-КГ15-14266).

При этом включение роялти в таможенную стоимость не ограничивается случаями, когда в договоре купли-продажи имеется явно выраженное указание на необходимость заключения лицензионного договора и уплаты роялти в качестве условия продажи товаров.

Включение лицензионных платежей в таможенную стоимость также напрямую не обусловлено способом определения размера роялти (в зависимости от стоимости ввезенных товаров или иных показателей финансово-хозяйственной деятельности импортера), периодичностью уплаты лицензионных платежей, иными подобными обстоятельствами (определения ВС РФ от 02.12.22 № 310-ЭС22-9639, от 02.12.22 № 310-ЭС22-8937, от 01.12.22 N 305-ЭС22-11464).

Изложенное согласуется с рекомендациями, приведенными в п. 9 Положения, согласно которым основным критерием для определения того, выступает ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей. При этом зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, не содержит прямого указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются разными лицами.

В тех случаях, когда ввоз товаров осуществляется на основании сделок, совершаемых между участниками одной группы компаний, решение вопроса о заключении договоров, опосредующих использование объектов интеллектуальной собственности импортером, оказывается исключительно вопросом усмотрения иностранного поставщика и взаимосвязанных с ним участников группы, что порождает существенный риск манипулирования элементами стоимости товара, формирующими его таможенную стоимость. В указанных случаях уплата роялти может являться условием продажи товара для его ввоза в силу принятых внутри группы компаний правил ведения деятельности, что не находит прямого отражения в договорных условиях.

С учетом изложенного, при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам и является ли внесение данных платежей условием продажи товара, приобретенного по сделкам, совершенным в рамках одной группы компаний, значение имеет взаимосвязь между принятием импортером на себя обязательства по уплате роялти и возникновением (сохранением) у него возможности использовать ввезенные товары не только юридически (на законном основании), но и фактически (с учетом принятых внутри группы компаний правил организации торговой деятельности под определенным брендом).

Если внутри группы компаний установлены требования по использованию объектов интеллектуальных прав, делающие возможным продажу товаров в страну импорта для последующей розничной торговли, в том числе требования относительно использования внутригрупповых ноу-хау, программного обеспечения, веб-сайта и коммерческого обозначения, соответствующие платежи, осуществляемые в пользу поставщика или иного участника группы компаний (взаимосвязанного лица), могут рассматриваться как элементы действительной стоимости товаров, которые в силу подп. 7 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС должны быть учтены для целей их таможенной оценки.

Изложенное согласуется с общепринятым в мировой практике подходом к оценке допустимости учета роялти в структуре таможенной стоимости ввезенных товаров, нашедшим отражение в ряде рекомендаций Технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации, принятых в соответствии с п. 2 ст. 18 Соглашения по применению статьи VII ГАТТ 1994 (рекомендуемые мнения 4.3 и 4.7, 4.11 и 4.12), подтверждающих необходимость включения в таможенную стоимость платежей за использо-

вание объектов интеллектуальной собственности, уплачиваемых импортером для получения возможности осуществления производственного процесса (использования технологии), розничной дистрибуции товаров, в зависимости того, были бы проданы соответствующие товары в страну импорта без заключения иных договоров, обеспечивающих коммерческие интересы продавца и связанных с ним лиц (определение ВС РФ от 02.12.22 № 310-ЭС22-9639).

Судами установлено, что спорный товар содержит объекты интеллектуальной собственности компании Copecresto Enterprises Limited, ООО «Парламент Дистрибьюшн» и компании «VLAKTOR TRADING LIMITED», а сами товары представляют собой комплектующие - составляющие части потребительской упаковки производимой обществом продукции (бутылки, пробки, колпачки), используемые непосредственно для производства определенного типа продукции (дистиллированных питьевых алкогольных напитков), в связи с чем не являются универсальными товарами, возможными к использованию в производстве иного типа продукции или продукции под иными товарными знаками.

Поставка спорного товара не представляется возможной без заключения лицензионных договоров с правообладателями товарных знаков «Парламент», «Parliament», «Kauffman», при этом согласно представленным таможней фотоизображением товаров, перемещенных через таможенную границу ЕАЭС по вышеуказанным ДТ, таковые являются изделиями, специально разработанными для целей их идентификации на товарном рынке и позиционируемых как уникальное изделие с товарными знаками «Парламент», «Parliament», «Kauffman».

Индивидуализация продукции (т.е. доведение до потребителя информации о ней как о продукции под товарными знаками Парламент, Parliament, Kauffman), учитывая ее специфичность (напитки и спиртные напитки), возможна только путем нанесения соответствующих товарных знаков на потребительскую упаковку, которая обычно используется для упаковки данных товаров (в данном случае - на спорные товары (бутылки, колпачки, пробки, как ее составные части).

Как правильно указали на то суды, вопреки поддержанным в кассационной жалобе доводам общества, необходимость рассмотрения вопроса о включении роялти и лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров возникает не только в тех случаях, когда импортируемые товары содержат объекты интеллектуальной собственности, но и тогда, когда импортируемые товары являются ингредиентами или компонентами продукта, содержащего объекты прав интеллектуальной собственности.

В сборнике текстов по таможенной оценке и таможенному руководству Европейской комиссии (издание 2021 года), доведенных до ФТС России письмом Евразийской экономической комиссии от 02.12.21 № 18-735, даны комментарии Комитета по таможенному кодексу и группы таможенных экспертов касаемо вопроса включения лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров.

В силу п. 5 комментария № 3 «Включение роялти и лицензионных соборов в таможенную стоимость товаров» (далее - Комментарий № 3) необходимость рассмотрения вопроса о включении роялти и лицензионных сборов в таможенную стоимость товаров возникает, в том числе в тех случаях, когда импортируемые товары являются ингредиентами или компонентами лицензируемого продукта или когда импортируемые товары (например, специализированное производственное оборудование или промышленные установки) сами производят или выпускают лицензируемую продукцию.

Как правильно указали на то суды, вопреки доводам общества, необходимость рассмотрения вопроса о включении роялти и лицензионных платежей в таможенную стоимость товаров возникает не только в тех случаях, когда импортируемые товары содержат объекты интеллектуальной собственности, но и тогда, когда импортируемые товары являются ингредиентами или компонентами продукта, содержащего объекты прав интеллектуальной собственности.

Кроме того, само по себе невключение во внешнеторговые контракты условий, связывающих продажу товара с наличием у общества права на объекты интеллектуальной собственности, не свидетельствует об отсутствии оснований для их включения в таможенную стоимость, поскольку такое включение не ограничивается случаями, когда непосредственно ввезенные товары являются предметом лицензионных соглашений, а в договоре купли-продажи имеется явно выраженное указание на необходимость заключения лицензионного договора и уплаты роялти в качестве условия продажи товаров. Включение лицензионных платежей в таможенную стоимость напрямую не обусловлено способом определения размера роялти (в зависимости от стоимости ввезенных товаров или иных показателей финансово-хозяйственной деятельности импортера), периодичностью уплаты лицензионных платежей, иными подобными обстоятельствами

С учетом изложенного суды пришли к верному выводу о том, что производимая обществом продукция неразрывно связана с ввезенными товарами, задекларированными по спорным ДТ, за ее использование общество уплачивает лицензионные платежи, которые относятся к оцениваемым (ввозимым) товарам, их уплата является условием продажи таких товаров, в связи с чем таможенная стоимость товаров по спорным ДТ может быть принята с применением метода в соответствии со ст. ст. 39, 45 ТК ЕАЭС с добавлением дополнительных начислений, предусмотренных подп. 7 п. 1 ст. 40 ТК ЕАЭС.

Таможней произведен расчет предполагаемого размера подлежащих уплате таможенных платежей.

Согласно п. 6.1 лицензионного договора от 15.11.13 с компанией «Copecresto Enterprises Limited», общество ежемесячно выплачивает лицензиару роялти в размере 2% от стоимости реализованного обществом товара (включая НДС и акцизы).

В соответствии с дополнительным соглашением от 18.10.18 № 1 к лицензионному договору от 01.02.12 с ООО «Парламент Дистрибьюшн» (лицензиар), стороны пришли к соглашению изложить п. 3.1 лицензионного договора от 01.02.12 в следующей редакции: «за предоставленную лицензию общество ежемесячно выплачивает лицензиару лицензионное вознаграждение в размере 2% от стоимости реализованной обществом продукции на территории Российской Федерации (включая НДС и акциз)».

Согласно п. 3.1 лицензионного договора от 01.07.15 с компанией «Vlaktor trading limited» (лицензиар), за предоставленную лицензию общество выплачивает лицензиару лицензионное вознаграждение в размере 2% от стоимости реализованной обществом продукции (включая НДС и акцизы). Лицензионное вознаграждение указано с учетом НДС-18%.

В целях определения процентной доли стоимости спорных товаров (бутылки, колпачки) в структуре лицензионного платежа готовой продукции, таможней общества направлено требование от 07.09.2021 № 61-14/15627.

Обществом по запросу таможни в ходе проверки не была представлена информация о процентной доле стоимости спорных товаров (бутылки, колпачки) в структуре лицензионного платежа готовой продукции, определяемого как 2% от выручки за готовую продукцию, произведенную с использованием спорных товаров (алкогольная продукция). Обществом дано пояснение о том, что спорные товары не предназначены для реализации на территории РФ и являются комплектующими, используемыми для производства лике- роводочных изделий, вследствие чего информации о выручке, валовой и чистой прибыли не может быть представлена.

Таможней установлено, что согласно данным бухгалтерского учета общества (карточки счетов 10.02, 20.01.1, 25.01, 60.01, 60.21, 76.05), плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организации, стоимость спорных товаров, принятых к бухгалтерскому учету, соответствует фактурной стоимости товаров, заявленных при декларировании; количество и номенклатура товаров, принятых к бухгалтерскому учету, корреспондируют со сведениями, заявленными в ходе совершения таможенных операций по ДТ.

С учетом изложенного, лицензионные платежи в отношении ввезенных по спорным ДТ товаров, использованных обществом при производстве готовой алкогольной продук-

ции, рассчитаны таможней как 2% (в сумме по спорным ДТ - 2 650 778, 03 руб.) от указанной в спорных ДТ фактурной стоимости данных товаров (в сумме по спорным ДТ -132 538 901, 34 руб.) (стр. 28 акта камеральной таможенной проверки от 30.12.21 –т.д. 2 л.д. 11, стр.12 заключения таможни по возражениям общества – т.д. 3, л.д. 12).

В свою очередь, определение таможенной стоимости в соответствии со ст. 45 ТК ЕАЭС на базе метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами произведено путем прибавления к принятой таможенной стоимости сумм рассчитанных лицензионных платежей и НДС, уплаченного в федеральный бюджет в качестве налогового агента.

Общество же в свою очередь контррасчет таможенных платежей не представило.

В свою очередь, подп. 3 п. 2 ст. 40 ТК ЕАЭС установлено, что таможенная стоимость ввозимых товаров не должна включать в себя пошлины, налоги и сборы, уплачиваемые в связи с ввозом товаров на таможенную территорию Союза или продажей ввозимых товаров на таможенной территории Союза, при условии, что они выделены из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате, заявлены декларантом и подтверждены им документально.

Для включения указанных расходов в состав разрешенных вычетов из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, указанные расходы должны быть частью цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, они должны быть понесены декларантом в виде пошлин, налогов и сборов, уплачиваемых в связи с ввозом товаров на таможенную территорию Союза.

При этом суммы НДС, исчисленные, удержанные и уплаченные декларантом в рамках исполнения им обязанностей налогового агента в отношении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности, начисленных в пользу иностранного лица (правообладателя), не соответствуют перечисленным условиям: не являются частью цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, налогоплательщиком по ним является правообладатель, а не декларант, объектом налогообложения является не ввоз товаров, а передача прав на объекты интеллектуальной собственности (результаты интеллектуальной деятельности) на территории Российской Федерации (подп. 1 п. 1 ст. 146, подп. 4 п. 1 ст. 148 НК РФ), соответственно, уплачиваются указанные суммы НДС не в связи с ввозом товаров, а в связи с передачей, предоставлением патентов, лицензий, торговых марок, авторских прав или иных аналогичных прав.

Относительно уплаты указанных сумм НДС в связи с передачей, предоставлением патентов, лицензий, торговых марок, авторских прав или иных аналогичных прав, организация (декларант) признается налоговым агентом, то есть лицом, на которого в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах возложены обязанности по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению налогов в бюджетную систему Российской Федерации.

На организацию обязанности налогового агента возложены в соответствии со ст. 161 НК РФ, поскольку в рассматриваемой ситуации налогоплательщиками являются иностранные лица - лицензиары, не состоящие на учете в налоговых органах Российской Федерации в качестве налогоплательщиков.

Как правильно указали на то суды, поскольку отсутствуют основания для включения в состав разрешенных вычетов из цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, сумм НДС, исчисленных, удержанных и уплаченных из начисленных в пользу правообладателя лицензионных платежей в рамках исполнения обществом обязанностей налогового агента (п.п. 1 и 2 ст. 161, п.4 ст.174 НК РФ), НДС, удержанный налоговым агентом, подлежит включению в таможенную стоимость лицензионных товаров в составе дополнительных начислений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, в виде лицензионных платежей.

Изложенное согласуется с правовым подходом технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации (ВТамО) (Рекомендуемые мнения 4.16 и

4.18), которой сделан вывод о необходимости включения в состав дополнительных начислений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, в виде роялти полной суммы роялти, начисленной в пользу правообладателя, то есть с учетом сумм налогов, подлежащих удержанию налоговым агентом в стране ввоза товаров. При этом при подготовке рекомендуемых мнений 4.16 и 4.18 техническим комитетом по таможенной оценке ВТамО не приняты во внимание конкретные виды налогов, в отношении которых законодательством страны ввоза лицензионных товаров предусмотрены обязанности налоговых агентов по исчислению, удержанию и уплате соответствующих сумм налогов, в связи с чем положения указанных рекомендуемых мнений распространяются, в том числе на НДС, удержанный налоговым агентом.

Основываясь на совокупности приведенных нормативных положений и обстоятельств дела, суды пришли к верному выводу о правомерности включения таможней в состав таможенной стоимости сумм НДС, уплаченного декларантом в рамках исполнения им обязанностей налогового агента.

Определение таможенной стоимости в соответствии со ст. 45 ТК ЕАЭС на базе метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами произведено путем прибавления к принятой таможенной стоимости сумм рассчитанных лицензионных платежей и НДС, уплаченного в федеральный бюджет в качестве налогового агента.

Судами установлено, что при проведении проверки таможней не нарушен порядок проведения и оформления результатов камеральной таможенной проверки.

С учетом изложенного, суды пришли к верному выводу об отсутствии оснований для признания недействительными оспариваемых решений таможни.

В отношении же требования общества о признании недействительным решения ЦТУ от 08.08.22 № 83-13/116, судами установлено, что сроки рассмотрения жалобы общества, форма решения, порядок ее рассмотрения ЦТУ соблюдены, в связи с чем судами верно отмечено, что обществом не представлено достаточных сведений, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ, позволяющих сделать бесспорный вывод о том, что решение ЦТУ не соответствует какому-либо закону или иному нормативному правовому акту и нарушает права и законные интересы общества. Позиция общества в части признания незаконным решения ЦТУ фактически сведена только к констатации факта не согласия, как с обоснованием мотивировочной части выводов решения, так и его резолютивной части.

Основываясь на совокупности приведенных нормативных положений и обстоятельств дела, оценив представленные в материалах дела доказательства по правилам ст. ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, правильно применив нормы материального и процессуального права, суды пришли к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований общества.

В отзыве на кассационную жалобу таможня также указала на то, что сложившиеся характер и содержание экономической деятельности приводят к тому, что на территории Российской Федерации покупатели товара косвенно должны будут осуществлять его оплату с учетом затрат общества на лицензионные платежи, подлежащие уплате правообладателю, в то время как таможенные платежи будут уменьшены с учетом расчета роялти, подлежащих регулярной уплате лицензиару.

В силу положений ст. 286 АПК РФ, кассационная жалоба рассматривается исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражений относительно жалобы. Вместе с тем, доводов, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанции, кассационная жалоба не содержит. По существу доводы кассационной жалобы направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела, данных судами, что не относится к полномочиям суда кассационной инстанции в силу положений ст. ст. 286, 287 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 48, пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 22.02.2024 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2024 по делу

№ А08-2323/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.Н. Смотрова

Судьи Ю.В. Бутченко

Е.Н. Чаусова