Решение от 26 января 2023 г. по делу № А12-18057/2022

Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А12-18057/2022
26 января 2023 г.
город Волгоград


Резолютивная часть решения объявлена 19 января 2023 г.

Полный текст решения изготовлен 26 января 2023 г.

Судья Арбитражного суда Волгоградской области Машлыкин А.П.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Карсаковым А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании арбитражное дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Хлебница-Волгоград» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании задолженности по договору аренды нежилого помещения № 25 от 21 апреля 2016 в размере 3 106 190 руб. 97 коп., из которых задолженность по оплате базовой арендной платы за период с 13.07.2019 по 19.09.2019 в размере 287 696 руб. 97 коп., неустойка за неисполнение обязательства по оплате за период с 21.06.2019 по 01.03.2022 размере 2 818 484 руб. 00 коп., убытков в размере 231 000 руб., расходов по оценке размера стоимости восстановительного ремонта помещения в размере 16 000 руб., с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО2,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО3, представитель по доверенности от 24.06.202,

от ответчика – ФИО4, представитель по доверенности от 18.07.2022,

ФИО5, представитель по доверенности от 18.08.2022,

от третьего лица - представитель не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом,

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО1) обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Хлебница-Волгоград» (далее – ответчик), в котором просит взыскать задолженность по договору аренды нежилого помещения № 25 от 21 апреля 2016 в размере 3 106 190 руб. 97 коп., из которых задолженность по оплате базовой арендной платы за период с 13.07.2019 по 19.09.2019 в размере 287 696 руб. 97 коп., неустойка за неисполнение обязательства по оплате за период с 21.06.2019 по 01.03.2022 размере 2 818 484 руб., убытков в размере 231 000 руб., расходов по оценке размера стоимости восстановительного ремонта помещения в размере 16 000 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2.

Представитель истца в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, просит удовлетворить заявленные требования.

Представители ответчика представил письменный отзыв на исковое заявление, в котором просят отказать в удовлетворении заявленных требований.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению в части.

Как видно из материалов дела, 21 апреля 2016 г. между истцом, как арендодателем, действующим в собственных интересах и интересах собственника ФИО2, и ответчиком, как арендатором был заключен договор аренды №25 (далее - договор), по условиям которого в аренду были переданы нежилые помещения, расположенные по адресу <...>, а именно: помещение № 18- внутренний тамбур 2,2 кв.м., помещение №16 - торговый зал 65,0 кв.м., помещение №22 - коридор 2,4 кв.м., помещение №24 - санузел 1,5 кв.м., помещение №25 - санузел 1,6 кв.м., помещение №23 - подсобное 5,0 кв.м., помещение общего пользования №20, 21 - щитовая, коридор 4,7/2-2,35 кв.м.

Согласно пункту 2.1 договор заключен сроком с 21.04.2016 по 21.04.2021 г.

Арендованное имущество было передано ООО «Хлебница» в соответствии с условиями заключенного договора по акту приема-передачи (Приложения № 2 от 21.04.2016).

01 июля 2017 г. между ООО «Хлебница», ИП ФИО1, ФИО2 и ООО «Хлебница-Волгоград» было заключено соглашение о замене стороны в обязательстве, в соответствии с которым ООО «Хлебница» с согласия ИП ФИО1, ФИО2 перевело все права и обязанности по договору аренды № 25 от 21.04.2016 на ООО «Хлебница- Волгоград».

В силу статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии с пунктом 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Согласно пункту 5.1 договора размер арендной платы составил 128 800 рублей в месяц из расчета 1 600 рублей за 1 квадратный метр.

Истец указывает, что на 2016 г. была предоставлена скидка по арендной плате, в дальнейшем не предоставлялась. Срок внесения платежа - не позднее 20-го числа месяца, предшествующего оплачиваемому, то есть предоплатой.

Истец пояснил, что акт приема-передачи был подписан только 19.09.2019 г., в связи с чем арендатору надлежало оплатить период пользования помещением с 13.07.2019 г. по 19.09.2019 г. включительно. Сумма арендной платы за указанный период составляет 287 696,97 рублей.

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, должник обязан уплатить неустойку (штраф, пеню), установленную в договоре, кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно пункту 6.1 договора неустойка за просрочку внесения арендных платежей составляет 1% от суммы задолженности за каждый календарный день просрочки.

Из расчета истца видно, что сумма договорной неустойки за просрочку исполнения обязанности по оплате арендной платы по стоянию на 31.03.2022 г. составляет 2 818 484 рублей.

Истец пояснил, что поскольку имущество было передано в ненадлежащем состоянии, ответчику было предложено устранить недостатки возвращаемого имущества в разумные сроки. Какие-то поверхностные ремонтные работы с нарушением порядка их производства были произведены, однако, это не привело к первоначальному состоянию имущества.

В соответствии с актом о недостатках от 19.09.2019 г., составленным с участием независимого эксперта ФИО6 и представителей ООО «Хлебница-Волгоград», арендодателями была заказана оценка стоимости восстановительного ремонта.

Согласно отчету об оценке №27-09/2019 от 15.11.2019 г., подготовленного ООО «Центр по оценке недвижимости», стоимость ремонтных работ, необходимых для восстановления нежилых помещений, арендованных ответчиком, составляет 231 000 рублей. Затраты на производство оценки составили 16 000 рублей.

Досудебная претензия о добровольном погашении возникшей задолженности была направлена в адрес ответчика 27 апреля 2022 г. регистрируемым почтовым отправлением с описью вложения и 30 мая 2022г. была выслана отправителю в связи с истечением срока хранения.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором. Недействительность соглашения об обеспечении исполнения обязательства не влечет недействительности соглашения, из которого возникло основное обязательство. При недействительности соглашения, из которого возникло основное обязательство, обеспеченными считаются связанные с последствиями такой недействительности обязанности по возврату имущества, полученного но основному обязательству. Прекращение основного обязательства влечет прекращение обеспечивающего его обязательства, если иное не предусмотрено законом или договором.

Представители ответчика считаю, что требования истца о взыскании задолженности по оплате базовой арендной платы за период с 13.07.2019 по 19.09.2019 в размере 287 696,97 рублей не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 7.6 договора арендатор вправе по истечении трех месяцев аренды в любой момент в одностороннем порядке отказаться от исполнения настоящего договора, направив письменное уведомление арендодателю за три календарных месяца до момента отказа.

г. в адрес ИП ФИО1 и ФИО2 было направлено уведомление о расторжении договора аренды № 25 от 21.04.2016 г. с 12.07.2019 г.

Ответчик обращает внимание на то, что фактически с мая 2019 года ООО «Хлебница-Волгоград» арендованное помещение не использовалось, все оборудование и мебель были вывезены, поскольку был заключен новый договор аренды помещений по данному адресу с другим арендодателем.

Согласно письму ИП ФИО1 от 10.07.2019 г. на 12.07.2019 на 15.00 была назначена сдача помещения арендодателю.

В указанные дату и время арендодатели отказались принимать помещение, мотивировав свой отказ тем, что помещение находится не в том же состоянии, в каком оно передавалось в аренду.

ответчик направил истцу телеграмму, в которой просил его прибыть 19.07.2019 к 16.00 по адресу арендуемых помещений для их приема-передачи (возврата из аренды).

Представитель ответчика пояснил, что в указанные дату и время истец не явился, в связи с чем в тот же день, 19.07.2019, ответчик был вынуждено составить и подписать односторонний (но с участием 3-х сторонних свидетелей) акт приема-передачи (возврата) нежилого помещения от 19.07.2019 (далее - акт возврата), в котором зафиксировали надлежащее техническое состояние возвращаемых помещений и факт неявки истца на его приемку, а также отдельный акт о неявке арендодателя на подписание акта приема-передачи нежилого помещения от 19.07.2019 (далее - акт неявки), подписанный теми же свидетелями и дополнительно подтверждающий неявку истца.

Позднее, в своем письме от 19.08.2019, истец признал, что телеграмма о вызове на 19.07.2019 для приема-передачи помещений была доставлена по адресу истца 18.07.2019, то есть своевременно и заблаговременно, однако из-за того, что истец находился в то время за пределами РФ, он получил эту телеграмму только 24.07.2019 и явиться 19.07.2019 не смог).

Ответчик обращает внимание, что истцом не представлено надлежащих доказательств нахождения его в период с 18.07.2019 по 24.07.2019 г. за пределами территории Волгоградской области и пределами РФ.

22.07.2019 были направлены истцу заказной почтой вышеуказанные акты возврата и неявки, а также проект соглашения о расторжении договора аренды от 19.07.2019 с просьбой подписать и вернуть в адрес ответчика подписанное соглашение, однако истец его не подписал, какого-либо обоснования или мотивировки такого отказа не предоставил.

По мнению ответчика, если задержка с возвратом истцу арендованных помещений и имела место, то она не превышала 7 календарных дней, с 13.07.2019 по 19.07.2019. Стоимость арендной платы за эти 7 дней составляет 28 921,29 руб. (128 080 /31 * 7).

Представитель ответчика считает, что применение статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации связано с установлением факта возврата имущества из аренды. При этом не подписание сторонами акта приема-передачи еще не свидетельствует о продолжении арендных отношений и неисполнении арендатором обязанности по возврату арендуемого имущества.

В соответствии с положениями пункта 37 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 "Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой" арендодатель не вправе требовать с арендатора арендной платы за период просрочки возврата имущества в связи с прекращением договора в случае, если арендодатель сам уклонялся от приемки арендованного имущества.

Ответчик указывает, что дальнейшая же (после 19.07.2019) задержка с возвратом помещений истцу произошла по вине самого истца, уклонявшегося от их приемки по надуманным основаниям (например, 29.07.2019) или вообще не являвшегося на приемку, как это произошло 19.07.2019. Также необходимо обратить внимание суда на тот факт, что с мая 2019 года ответчик освободил помещение истца, соответственно с мая 2019 года у истца имелась возможность осмотреть помещение и направить в адрес ответчика замечания по техническому состоянию помещения.

31.07.2019 г. в адрес ИП ФИО1 и ФИО2 было направлены письмо и ключи от арендованного помещения. Однако истец отказал от получения данной почтовой корреспонденции без объяснения причин, что подтверждается письмом от 02.08.2019 г. № 85/19.

По мнению представителя ответчика, с учетом пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, указанных в пунктах 63 и 67 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 23.06.2015 № 25 риски неполучения поступившей корреспонденции и последствий ее неполучения несет истец.

В пункте 67 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Представитель ответчика пояснил, что истец является индивидуальным предпринимателем, ведущим самостоятельную деятельность на свой риск, а не просто физическим лицом, и как хозяйствующий субъект может иметь работников или действовать через своих представителей, никто не мешал истцу, даже если он выехал за пределы РФ, заблаговременно уполномочить своего работника либо представителя получать корреспонденцию, адресованную истцу, это зависело только от самого истца, поэтому его ссылки на выезд за границу и несвоевременное неполучение нашей заказной телеграммы не могут считаться уважительной причиной неявки на приемку помещений 19.07.2019.

При таких обстоятельствах, по мнению ответчика, имеется недобросовестное поведение со стороны истца, которое выражается в злоупотреблении правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Ответчик считает, что материалами дела подтверждается, что с мая 2019 года арендатор прекратил использование арендованного помещения, истец неоднократно уклонялся от приема-передачи арендованного помещения, поэтому независимо от даты составления сторонами акта приема-передачи арендованное помещение следует считать возвращенным арендодателю 19.07.2019 г. Доказательств, свидетельствующих о том, что арендатор пользовался арендованным имуществом после 19.07.2019 г. истцом не представлено.

Ответчик считает необоснованными утверждения истца о якобы ненадлежащем техническом состоянии возвращенных помещений, так как, во-первых, о конкретных недостатках помещений истец заявил только 31.07.2019, когда направил в адрес соответствующее письмо, полученное 09.08.2019, то есть уже после составления и подписания акта возврата от 19.07.2019; во-вторых, факт наличия самих недостатков помещений надлежащим образом не доказан: имеются лишь голословные утверждения истца и односторонние, составленные им самим же документы (письма, акты), в двухсторонних документах (например, в акте приема-передачи (возврата) нежилого помещения от 19.09.2019 и акте о недостатках от той же даты) заявлено о несогласии с наличием таких недостатков, поэтому эти документы также ничего не доказывают; в-третьих, на все заявления истца о недостатках были даны мотивированные ответы-опровержения в письмах исх. № 15 от 19.08.2019 и № 17 от 13.09.2019 (копии писем с почтовыми документами, подтверждающими их отправку, прилагаем).

Ответчик считает, что требования о взыскании неустойки за неисполнение обязательства по оплате не подлежат удовлетворению ввиду необоснованности требования истца о взыскании задолженности по оплате базовой арендной платы за период с 13.07.2019 по 19.09.2019, просит уменьшить ее размер.

Возражая против утверждения истца о том, что ответчик продолжал пользоваться спорным помещением, ответчик указывает на одностороннее уведомление в адрес истца об отказе от договора, на составление передаточного акта в одностороннем порядке, а также на то, что ответчик начал пользоваться иным помещением по тому же адресу, заключив договор с иным арендодателем.

Согласно условиям договора аренды от 21.04.2016 г. арендатор действительно справе отказаться от него в одностороннем порядке, предупредив арендодателя не менее чем за 3 месяца.

Однако, в соответствии с пунктами 3.4, 3.5 договора возврат помещения осуществляется на основании акта приема-передачи, подписанного сторонами, а арендованное помещение считается возращенным арендодателю и начисление арендной платы прекращается с момента подписания сторонами акта приема-передачи.

Истец указывает, что непереданное помещение не используется, не является основанием для прекращения начисления арендной платы, а наличие иного договора аренды не освобождает от ответственности по предыдущему, тем более никакому лицу не запрещено иметь несколько договоров аренды в разных местах единовременно.

Помещение было передано арендатору на основании акта приема-передачи от 21.04.2016 г., в нем отражено техническое состояние передаваемого помещения.

Истец считает, что помещение было приведено в состояние не пригодное для сдачи в аренду. Возврат считается надлежащим, если помещение соответствует нормальному техническому состоянию с учетом нормального износа. При этом, указание на разрешение произвести перепланировку совершенно нее означало разрешение на приведение помещения в негодное для эксплуатации состояние, в помещении были демонтированы охранная и пожарная сигнализации, светильники, кабели, провода перенесены со штатных мест, демонтирована вентиляция, испорчены стены, сантехника приведена в нерабочее состояние, что подтверждается приобщенными к иску документами и заключением специалиста, выраженном в отчете об оценке стоимости восстановительного ремонта.

Согласно статье 622 Гражданского кодекса Российской Федерации при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.

В пункте 38 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 №66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» разъяснено, что взыскание арендной платы за фактическое использование арендуемого имущества после истечения срока действия договора производится в размере, определенном этим договором.

Суд не принимает довод ответчика о том, что в спорный период не использовалось арендуемое помещение, так как не представлены доказательства, отвечающие принципам допустимости и относимости, подтверждающие передачи помещения и ключей истцу ранее подписанного акта приема-передачи (19.09.2019).

При таких обстоятельствах, требование о взыскании задолженности по оплате базовой арендной платы за период с 13.07.2019 по 19.09.2019 в размере 287 696 руб. 97 коп. подлежит удовлетворению.

Ответчик просит применить к спорным правоотношениям положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер неустойки.

Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку (статья 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пунктах 73, 75, 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки. Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011г. № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами.

Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

Суд считает, что при таких обстоятельствах имеются основания для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижения размера неустойки до 281 848 руб. 40 коп., из расчета 0,1 %, так как подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие в совокупности следующих условий: противоправность нарушения его субъективных гражданских прав, наличие убытков и их размер, причинную связь между нарушением субъективных гражданских прав и убытками, вину причинителя вреда.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из материалов дела видно, что предмет требований ранее рассмотренного дела и настоящего спора не совпадает, в отчетах № 25-06/2019 от 10.06.2019 г. и №25.06.2019/1 от 10.12.2019 г. в части повреждений основного арендуемого помещения №16 (торгового зала пекарни) отмечены повреждения потолка и стен- намокание поверхностей, которые отсутствуют в представленном истцом отчете.

Суд пришел к выводу, что возникновение у истца убытков связано с противоправным поведением ответчика) причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика и понесенными истцами убытками доказана; размер убытков документально подтвержден, поэтому требование о взыскании убытков в размере 231 000 руб. и расходов по оценке размера стоимости восстановительного ремонта помещения в размере 16 000 руб. подлежат удовлетворению.

Суд не принимает довод представителя ответчика о компенсационном (зачетном характере) неустойки, так как согласно пункту 6.7 договора убытки, вызванные нарушением договора, могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки, что соответствует требованиям абзаца второго пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 65, 102, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд Волгоградской области

решил:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Хлебница-Волгоград» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) денежные средства в размере 816 545 руб. 37 коп., из которых 287 696 руб. 97 коп.- задолженность по оплате базовой арендной платы за период с 13.07.2019 по 19.09.2019, 281 848 руб. 40 коп. - неустойка за неисполнение обязательства по оплате за период с 21.06.2019 по 01.03., 231 000 руб. - убытки, 16 000 руб. - расходов по оценке размера стоимости восстановительного ремонта помещения. В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Хлебница-Волгоград» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 19 331 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области.


Судья А.П. Машлыкин