Постановление от 1 октября 2024 г. по делу № А79-6376/2022

Дело № А79-6376/2022
г. Владимир
2 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24.09.2024.


Постановление в полном объеме изготовлено 02.10.2024.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кузьминой С.Г.,

судей Рубис Е.А., Сарри Д.В.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Логвиной И.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу                      ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 29.05.2024 по делу № А79-6376/2022, принятое по ходатайству финансового управляющего ФИО1, ФИО2                       ФИО3 о завершении процедуры реализации имущества должников,


в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее - ФИО1, должник), ФИО2 (далее - ФИО2, должник) в Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии обратился финансовый управляющий должников ФИО3 (далее - финансовый управляющий, ФИО3) с заявлением о завершении процедуры реализации имущества гражданина, освобождения должников от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии определением от 29.05.2024 процедуру реализации имущества ФИО1 и ФИО2 завершил; не применил правила об освобождении ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств перед акционерным обществом «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее - Банк, АО «Россельхозбанк») на общую сумму 713 690 руб. 06 коп.; не применил правила об освобождении                 ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед акционерным обществом «Российский Сельскохозяйственный банк» на общую сумму                564 570 руб. 42 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 и              ФИО2 обратились в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просили отменить обжалуемое определение в части отказа в применении правил об освобождении должника от исполнения обязательств перед Банком.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявители указывают, что недобросовестность со стороны должников не установлена.

Обращают внимание, что при решении вопроса о выдаче кредита                       АО «Россельхозбанк» оценивал платежеспособность должника, информация, представленная должником, могла быть проверена, само по себе не указание должником в анкетах имеющихся обязательств, с учетом его статуса - физическое лицо, не обладающего необходимыми познаниями в сфере кредитования, свидетельством намеренного сокрытия им информации об обязательствах, ее влияния на принятие решения банком о выдаче очередного кредита не является.

Сообщают, что при обращении в АО «Россельхозбанк» должник предоставил справку из сельсовета о наличии сельскохозяйственных животных как подтверждение ведения личного подсобного хозяйства в подтверждение заявленного дохода.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

В отзыве на апелляционную жалобу Банк просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением суда от 21.11.2022 ФИО2 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО3

Решением суда от 16.11.2022 ФИО1, являющаяся супругой должника ФИО2, признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества до 16.05.2023, финансовым управляющим в деле утверждена также ФИО3

Определением суда от 21.11.2022 дела о банкротстве супругов объединены для совместного рассмотрения в одно производство.

Предметом заявления финансового управляющего являлось требование о завершении процедуры реализации имущества должников.

Банком заявлено о неприменении в отношении должников правил об освобождении от исполнения обязательств перед Банком.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности» (далее - Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X данного Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Как указано в статье 2 Закона о банкротстве реализация имущества гражданина - это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Руководствуясь положениями статьи Закона о банкротстве, а также разъяснениями, данными в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45), установив, что финансовый управляющий принял исчерпывающие меры по поиску и реализации имущества должников: у должников, являющихся супругами, отсутствует имущество, подлежащее реализации; реестр требований креиторов сформирован на общую сумму 2 067 650 руб. 01 коп. (ПАО «Сбербанк», АО «Россельхозбанк», ООО КБ «Ренессанс Кредит»), требования конкурсных кредиторов в процедуре банкротства не погашались; денежных средств и иного имущества должников для продолжения процедуры реализации имущества гражданина не имеется; по результатам проведенного финансовым управляющим анализа финансового состояния должника судом первой инстанции сделан вывод о невозможности восстановления платежеспособности гражданина.

Принимая во внимание выполнение всех мероприятий в рамках дела о банкротстве должников, отсутствие возможности расчетов с кредиторами и оснований для продления процедуры реализации имущества гражданина, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о необходимости завершения соответствующей процедуры.

В данной части определение суда не обжалуется.

Предметом апелляционного обжалования является определение суда в части применения к ФИО2 и ФИО1 правил о неосвобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед Банком.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе, требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Положениями пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

- вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

- гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 Постановление № 45, согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 25.04.2019 № 991-О, предусмотренная пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве возможность освобождения от исполнения обязательств перед кредиторами, направленная на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств для извлечения преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), не содержит какой-либо неопределенности в части его действия во времени и само по себе не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя, указанные в жалобе.

Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с кредиторами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Пункт 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве носит императивный характер и не ставит перечисленные в нем случаи недопустимости освобождения гражданина от обязательств в зависимость от каких-либо условий.

В абзаце 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве прямо предусмотрено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, в случае, если гражданин предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита.

В обоснование ходатайства о неприменении правил освобождения от дальнейшего исполнения обязательств АО «Россельхозбанк» сослалось на то, что при получении займов от Банка должники представили недостоверную информацию о финансовых обязательствах и размере дохода, способствуя наращиванию кредиторской задолженности в преддверии банкротства.

Как установлено судом первой инстанции и не противоречит материалам дела, определением Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 01.02.2023 в реестр требований кредиторов должника ФИО2 включено требование Банка в сумме 713 690 руб. 06 коп.

Определением суда установлено, что задолженность образовалась в результате неисполнения должником обязательств в рамках кредитных соглашений от 05.04.2019, от 17.12.2019.

В анкетах-заявлениях в Банк ФИО2 указал, что имеет совокупный среднемесячный доход от ведения личного подсобного хозяйства в размере              48 395 руб. 83 коп. и 73 583 руб. 33 коп.

Как следует из материалов дела, определением суда от 07.02.2023 в реестр требований кредиторов должника ФИО2 включено требование публичного акционерного общества «Сбербанк России» в общем размере                 327 698 руб. 79 коп., по кредитным договорам от 06.01.2022 и от 09.09.2021, следовательно, ФИО2 осознанно увеличивал долговую нагрузку.

Определением Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 26.01.2023 в реестр требований кредиторов должника ФИО1 включено требование Банка в сумме 564 570 руб. 44 коп.

В судебном акте указано, что задолженность образовалась в результате неисполнения должником обязательств в рамках договоров от 17.07.2020, от 25.08.2021.

В анкетах-заявлениях ФИО1 от 23.08.2021 и 15.07.2020 указала, что имеет совокупный среднемесячный доход от ведения личного подсобного хозяйства в размере 73 495 руб. 83 коп., о наличии иных кредитных обязательства сведений не представила.

Как следует из материалов дела, определением суда от 09.03.2023 в реестр требований кредиторов должника ФИО1 включено требование коммерческого банка «Ренессанс кредит» (общество с ограниченной ответственностью) в общем размере 458 862 руб. 84 коп., по кредитным договорам от 11.05.2018 , от 04.07.2019, следовательно, на дату обращения в АО «Россельхозбанк» на выдачу кредита должник ФИО1 имела уже действующие кредитные договоры, которые в анкете-заявлении не отразила.

Судом первой инстанции установлено, что должники скрыли от Банка сведения о наличии кредитов в других банках и осознанно наращивали долговую нагрузку.

Поскольку кредитор доказал несоответствие сведений, предоставленных должниками в момент обращения с заявкой на получение кредита, то бремя опровержения указанных обстоятельств возлагается на должника.

Должники факт предоставления кредитору недостоверных сведений относительно наличии иных кредитов не опровергли и не оспорили.

Коллегия судей отмечает, что установление одного из обстоятельств, указанных в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, в частности, если при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, является достаточным основанием для не применения к должнику правил об освобождении от обязательств перед кредитором.

Совокупность установленных по делу обстоятельства позволяет коллегии судей сделать вывод о том, что должники при возникновении обязательства, на котором кредитор основывал свои требования (кредитный договор), действовали незаконно, поскольку предоставили кредитору заведомо ложные сведения в заявлении-анкете. Предоставление должниками недостоверных об отсутствии иных кредитных обязательств не позволило кредитной организации реально оценить финансовое положение должников и риски, связанные с возвратом кредита. Потенциальный кредитор не был поставлен в известность о действительном финансовом состоянии должников, обратного не доказано.

Коллегия судей исходит из того, что супруги ФИО4 являлись стороной кредитных договоров, самостоятельно их заключали, лично являлись в банк для их заключения, понимали значение своих действий, не могли не осознавать противоправность своего поведения, заключающегося в предоставлении банку ложных сведений о своей кредитной нагрузке.

В нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации супруги ФИО4 не опровергли того, что они предоставили Банку недостоверные сведения об отсутствии кредитов.

Должники не представили суду убедительных доказательств, что предоставление недостоверной информации является совершено вследствие добросовестного заблуждения должника.

Доводы заявителей апелляционной жалобы о том, что Банк является профессиональным участником кредитного рынка и может проверить кредитоспособность своих потенциальных заемщиков, не отменяют недобросовестное поведение должника.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429, само по себе последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо представления заведомо недостоверной информации.

Соответственно, профессиональный статус банка, как участника кредитного рынка, не освобождает заемщика от необходимости действовать добросовестно, в том числе представлять при получении кредита достоверные сведения.

Статус кредитора сам по себе не освобождает должника от обязанности предоставления достоверных сведений при заключении кредитного договора либо договора займа. Предоставление должником заведомо недостоверной информации кредиторам не соотносится с принципом добросовестности, нарушение которого в силу четвертого абзаца пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве является основанием для неприменения в отношении должника правила об освобождении от обязательств.

Более того, закон не ставит в обязанность кредитных организаций осуществлять безусловную проверку отраженных должником сведений в анкете на получение кредита (займа).

Представление достоверных сведений в отношении своего финансового положения получателями кредитов предполагается, поэтому данное обстоятельство никак не может влечь необходимость безусловной проверки кредитными организациями представляемых сведений. В случае неосуществления такой проверки кредитными организациями и представления должниками в отношения себя заведомо подложных сведений ответственность за неуплату задолженности не может быть возложена лишь на кредитора. Фактически такие действия должника изначально идут вразрез принципа добросовестности в его поведении. Такие должники не могут пользоваться правомочиями и возможностями, которые закон предоставляет для добросовестных должников, изначально представляющих достоверные сведения в отношении себя.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что при возникновении обязательств перед Банком супруги ФИО4 сообщили заведомо недостоверные сведения.

Данное поведение должников является недобросовестным и исключает применение в отношении них нормы об освобождении от обязательств перед Банком.

При изложенных обстоятельствах, коллегия судей полагает доказанным наличие совокупности условий для неприменения в отношении должников правила об освобождении от исполнения обязательств перед Банком.

Ссылка заявителей жалобы на судебную практику по другим делам коллегией судей отклоняется, поскольку по каждому из них суды исходили из конкретных обстоятельств, не тождественных обстоятельствам настоящего дела. Кроме того, приведенные судебные акты не имеют преюдициального значения для рассмотрения настоящего спора.

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив наличие у должника непогашенной задолженности, принимая во внимание установленные в деле факты получения должником денежных средств в размере, не позволяющем обслуживать имеющиеся обязательства, представление в Банк недостоверных сведений, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недобросовестности должников по отношению к Банку и о наличии оснований для неприменения к супругам ФИО4 правил об освобождении от исполнения обязательств перед АО «Россельхозбанк».

Ссылка заявителей жалобы о наличии оснований для применения к должникам правил об освобождении от исполнения обязательств не принимается коллегией судей, поскольку опровергается материалами дела и положениями, указанными в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Иные утверждения заявителей жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.

Таким образом, арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

С учетом указанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы заявителя жалобы являются аналогичными доводам, указанным в суде первой инстанции, которым судом дана надлежащая правовая оценка, которая признается судом апелляционной правомерной. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 29.05.2024 по делу № А79-6376/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий судья

С.Г. Кузьмина

Судьи

Е.А. Рубис


Д.В. Сарри