Постановление от 16 ноября 2023 г. по делу № А56-15722/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-15722/2022
16 ноября 2023 года
г. Санкт-Петербург
/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена 08 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 ноября 2023 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Тарасовой М.В.,

судей Герасимовой Е.А., Кротова С.М.,

при ведении протокола: секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 24.06.2023 (посредством веб-конференции),

от ФИО4 – представителя ФИО5 по доверенности от 30.10.2023 (посредством веб-конференции), представителя ФИО6 по доверенности от 07.11.2023,

конкурсного управляющего ООО «Стройтехнология» ФИО7 (паспорт),


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.07.2023 по обособленному спору №А56-15722/2022/сд.1, принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Стройтехнология» ФИО7 о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

ответчики – ФИО2, ФИО4

третьи лица – ФИО8, ФИО9

установил:

ООО «Строительная Технология» в лице конкурсного управляющего ФИО7 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ФИО4 (далее – ФИО4, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 28.03.2022 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением арбитражного суда от 28.07.2022 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО10.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №142 от 06.08.2022.

Решением от 21.12.2022 арбитражный суд признал должника банкротом, ввел процедуру реализации имущества гражданина, утвердил финансового управляющего ФИО10.

В арбитражный суд обратился конкурсный управляющий ООО «Стройтехнология» ФИО7 (далее – кредитор, ООО «Стройтехнология») с заявлением, в котором просил:

1. признать недействительным договор от 08.06.2021 купли-продажи автомобиля Audi Q7 2016 года выпуска VIN <***>, заключенный между ФИО4 и ФИО2 (далее - ответчик);

2. применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу ФИО4 денежных средств в сумме 3 995 000,00 рублей.

К участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены ФИО8 и ФИО9 (супруга ответчика).

Определением от 06.07.2023 арбитражный суд удовлетворил заявленные требования, признал сделку недействительной, в порядке применения последствий недействительности сделки взыскал с ФИО2 в конкурсную массу ФИО4 денежные средства в сумме 3 995 000,00 рублей.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение от 06.07.2023 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указал, что выводы суда о стоимости транспортного средства на дату сделки и об отсутствии у ФИО2 финансовой возможности произвести оплату спорного автомобиля не соответствуют представленным в материалы дела доказательствам; судом неправильно применены нормы материального права о порядке применения реституции в отношении ряда взаимосвязанных сделок.

В материалы дела поступили отзывы ФИО4 и правовая позиция ФИО2, которые поддержали доводы апелляционной жалобы, а также отзывы финансового управляющего ФИО10 и конкурсного управляющего ООО «Стройтехнология» ФИО7, возражающих против удовлетворения апелляционной жалобы.

Отзывы финансового управляющего и должника к материалам обособленному спору не приобщены и во внимание не приняты, поскольку поступили 07.11.2023 и 08.11.2023, то есть не заблаговременно до даты судебного разбирательства и отсутствуют доказательства направления в адрес лиц, участвующих в деле. Указанные документы поступили посредством электронного документооборота, в связи с чем оснований для их возврата на бумажном носителе не имеется.

В ходе судебного заседания представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, правовую позицию.

Представители ФИО4 поддержали доводы апелляционной жалобы.

Конкурсный управляющий ФИО7 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 06.02.2020 между ООО «Интертех» и ИП ФИО4 был заключен договор купли-продажи №06/02/-20-1 автомобиля Audi Q7 2016 года выпуска, <***> (далее - автомобиль). Указанный автомобиль ранее был внесен в уставной капитал ООО «Интертех» по решению единственного участника ООО «Стройтехнология» №16/07 от 16.07.2019.

Стоимость автомобиля по указанному договору составила 1 400 000 рублей.

Между должником (продавец) и ФИО2 (покупатель) 08.06.2021 заключен договор купли-продажи автомобиля, на основании которого продавец обязуется передать в собственность покупателя автомобиль, а покупатель обязуется принять указанный автомобиль и уплатить за него цену 1 400 000,00 рублей. Согласно акту приема-передачи от 08.06.2021 должник передал спорный автомобиль ответчику.

В качестве доказательств расчетов по договору купли-продажи транспортного средства суду представлена расписка от 08.06.2021.

В дальнейшем ФИО2 заключил продал спорное имущество ООО «Вагнер премиум» по договору от 16.01.2022 по цене 3 700 000 рублей.

Впоследствии 17.01.2022 указанное транспортное средство было продано ООО «Вагнер премиум» по договору №176574 купли-продажи транспортного средства в пользу ФИО8 по цене 3 995 000 рублей.

Решением арбитражного суда от 09.06.2020 по делу №А56-22894/2020 в отношении ООО «Стройтехнология» открыто конкурсное производство.

Определением арбитражного суда от 03.11.2021 по обособленному спору №А5б-22894/2020/сд.1, в числе прочих, признаны недействительными как совершенные с целью вывода активов и причинения имущественного вреда кредиторам взаимосвязанные сделки по отчуждению спорного автомобиля, а именно признана недействительной сделка по внесению спорного автомобиля в уставной капитал ООО «Интертех» на основании решения единственного участника ООО «Стройтехнология» от 16.07.2019 №16/07, а также договор купли-продажи автомобиля от 06.02.2020 №06/02-20-1, заключенный между ООО «Интертех» и ИП ФИО4 на основании которого ФИО4 стала собственником спорного автомобиля, имущество возвращено в конкурсную массу ООО «Стройтехнология».

В дальнейшем определением от 07.11.2022 по обособленному спору №А5б-22894/2020/сд.1.ход.1 способ и порядок исполнения определения от 03.11.2021 изменены в связи с отчуждением ФИО4 автомобиля в пользу ФИО2: с ФИО4 в пользу ООО «Стройтехнология» взысканы денежные средства в сумме 2 627 000 рублей, исходя из отчета независимого оценщика ИП ФИО11 от 21.06.2019 №21-3/06/19, представленного в материалы спора ФИО12, о рыночной стоимости автомобиля по состоянию на 18.06.2019.

Ссылаясь на то, что сделка совершена между заинтересованными лицами (брат и сестра), в отсутствие равноценного встречного предоставления в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный кредитор обратился с заявлением о признании договора от 08.06.2021 недействительной по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, учитывая разъяснения в пунктах 5, 6, 9, 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63), приняв во внимание, что спорный договор заключен между близкими родственниками при наличии у продавца-должника непогашенной задолженности перед иными кредиторами, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ответчик знал о неплатежеспособности должника, установленная договором цена явно не соответствовала рыночным условиям, как и расчеты по нему, в связи с чем признал доказанной цель причинения имущественного вреда кредиторам, а также остальные элементы юридического состава недействительности сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; признал недоказанным наличие реальных отношений по оспариваемому договору, применив положения статей 10, 170 ГК РФ.

Повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для постановки иного вывода по заявленным требованиям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 Постановления №63, следует, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу положений статьи 2 Закона о банкротстве для целей применения положений данного закона под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из пункта 6 Постановления №63 согласно абзацам второму -пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного

в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

На основании пункта 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Суд первой инстанции установил, что оспариваемая сделка совершена 08.06.2021, тогда как дело о банкротстве должника возбуждено определением от 28.03.2022, то есть в пределах периода подозрительности, определенного пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено и не опровергается ответчиком и должником, что должник и ответчик являются заинтересованными лицами в соответствии с положениями статьи 19 Закона о банкротстве.

ФИО4 является дочерью ФИО12 (бывшего руководителя ООО «Стройтехнология») согласно сведениям, полученным из Территориального отдела Записи актов гражданского состояния г. Печоры Министерства юстиции Республики Коми. ФИО2 является сыном ФИО12, а соответственно братом должника.

Факт заинтересованности сторон сделки возлагает на них бремя подтверждения реальности расчетов с учетом повышенного стандарта доказывания.

Суд пришел к обоснованному выводу, что наличие только расписки, составленной между заинтересованными лицами, в силу специфики дел о банкротстве не может являться безусловным основанием для подтверждения обстоятельств оплаты, поскольку факт передачи денежных средств, отраженный в расписке, не согласуется с иными имеющимися в деле доказательствами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств необходимо выяснять такие обстоятельства, как финансовое положение кредитора и его доходов, позволявших предоставить должнику соответствующие денежные средства, их расходования и отражения в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности.

В соответствии с представленным в материалы дела ответом Межрайонной ФНС №26 по Санкт-Петербургу от 17.05.2023 заработная плата ФИО2 за 2019 год составила 727 8521,16 рублей, за 2020 год – 43 851,80 рублей. Указанного доход явно недостаточно для оплаты стоимости автомобиля, как и дохода супруги, составляющего за 2019 год около 520 000 рублей в совокупности, и чуть более 28 000 рублей за 2020 год.

Также в материалы дела не представлены надлежащие доказательства наличия у ФИО9 финансовой возможности предоставить супругу наличные денежные средства для оплаты стоимости автомобиля.

Из выписки по счету ФИО9, открытому в Банке ВТБ (ПАО), следует, что 15.03.2021 на счет ФИО9 поступили денежные средства в сумме 1 115 935,16 рублей (перечисление средств клиентом при закрытии вклада). В этот же день ФИО9 произвела перевод денежных средств в сумме 900 000 рублей между собственными счетами и картами, перевод денежных средств в сумме 70 000,00 между собственными счетами и картами, денежные средства в сумме 129 900,00 рублей были сняты наличными в банкомате.

Доказательства снятия наличных денежных средств в большем размере суду не представлено. Справка о том, что 16.03.2021 ФИО9 был закрыт депозит на сумму 1 115 000 рублей не свидетельствует о том, что указанные денежные средства были получены наличными (а не внесены как ранее на другой вклад) и переданы ФИО4

Таким образом, вывод суда первой инстанции об отсутствии у ответчика финансовой возможности оплатить даже стоимость автомобиля, исходя из условий оспариваемого договора (1 400 000 рублей), является верным.

Суд первой инстанции критически оценил довод ФИО4 о том, что полученные денежные средства были внесены на расчетный счет, а также потрачены на оплату юридических услуг, поскольку 16.04.2020 ФИО4 сняла со счета в ПАО «Банк «Санкт-Петербург» денежные средства в сумме 4 850 000 рублей, полученные от продажи квартиры. С учетом изложенного, апелляционная коллегия считает обоснованным довод кредитора о том, что внесение денежных средств и оплата юридических услуг были осуществлены за счет денежных средств полученных от реализации квартиры, а не от продажи автомобиля.

При этом, на дату совершения сделки у должника имелись иные неисполненные обязательства, в частности перед ПАО «Сбербанк по кредитному договору от 05.02.2021 №94593839, включенные в последующем в реестр требований кредиторов определением от 24.01.2023 в размере 1 011 646,55 рублей.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710(3) по делу №А40-177466/2013, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления №63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оплаты за отчужденный актив, причинении вреда интересам кредиторов вследствие уменьшения объема конкурсной массы в условиях неплатежеспособности должника, осведомленности ответчика о цели причинения оспариваемой сделкой вреда; названная презумпция лицами, участвующими в деле, не опровергнута.

Доводов, свидетельствующих о пороках сделки, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не приведено.

Ссылка подателя жалобы о том, что суд необоснованно взыскал с ответчика денежные средства в сумме 3 995 000 рублей, исходя из стоимости продажи автомобиля в пользу ФИО8, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Действительно, по договору купли-продажи от 16.01.2022, заключенному между ответчиком (ФИО2) и ООО «Вагнер Премиум» стоимость транспортного средства составила 3 700 000 рублей. На следующий день автомобиль был продан ООО «Вагнер Премиум» в пользу ФИО8 по договору от 17.01.2022 за 3 995 000 рублей.

Принимая во внимание специфику деятельности ООО «Вагнер Премиум» (45.11.2 Торговля розничная легковыми автомобилями и легкими автотранспортными средствами в специализированных магазинах), а также представленный в материалы дела отчет оценщика от 13.04.2023 №64574-2023А об определении рыночной стоимости транспортного средства, подготовленный ООО «Независимая экспертная оценка Вега» по состоянию на 08.06.2021, из которого следует, что рыночная стоимость автомобиля на указанную дату составляла с учетом НДС 4 118 000 рублей, суд первой инстанции правильно определил, что действительная стоимость имущества, подлежащая взысканию с ответчика в конкурсную массу должника, должна определяться по цене сделки с ФИО13 (независимым участником рынка).

При этом, отчет оценщика принят судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства по делу, не оспорен, выводы специалиста не опорочены.

Ссылка ответчика на факт ДТП, в котором участвовал спорный автомобиль, правильно отклонена судом первой инстанции, поскольку в случае наличия значительных повреждений автомобиль не мог быть в результате техосмотра 30.03.2021 допущен к участию в дорожном движении, а в договоре, заключенном спустя два месяца (08.06.2021), отсутствуют ссылки на повреждения и ненадлежащее состояние, влекущее снижение цены более, чем в 2 раза, как и доказательства расходования денежных средств на восстановление автомобиля.

Довод апелляционной жалобы о неправомерном применении реституции безоснователен: реституционный механизм возврата в конкурсную массу должника автомобиля применен быть не может в силу отчуждения имущества ответчиком в пользу независимого третьего лица, в связи с чем, возмещению подлежит действительная стоимость этого имущества на момент его отчуждения по недействительной сделке (статья 61.6 Закона о банкротстве). Убытки в размере 2 627 000 рублей, причиненные конкурсной массе ООО «Стройтехнология» недействительной сделкой между ООО «Интертех» и ФИО4, подлежат возмещению из конкурсной массы ФИО4 посредством погашения требования ООО «Стройтехнология», включенного на указанную сумму в реестр требования кредиторов ФИО4 по обособленному спору №А56-15722/2022/тр.4, за счет денежных средств, подлежащих взысканию с ответчика и возвращенных в конкурсную массу ФИО4

Последствия недействительности сделки применены верно, оснований для вывода о двойном взыскании денежных средств не имеется.

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда, полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены верно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Нарушений судом норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.07.2023 по обособленному спору №А56-15722/2022/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


М.В. Тарасова

Судьи


Е.А. Герасимова

С.М. Кротов