Постановление от 8 июля 2019 г. по делу № А56-91367/2016

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-91367/2016
08 июля 2019 года
г. Санкт-Петербург
/суб.

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 08 июля 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Аносовой Н.В.

судей Ракчеевой М.А., Слоневской А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания: помощником судьи Самойловой О.С.

при участии: согласно протоколу судебного заседания от 20.06.2019

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-9767/2019) конкурсного управляющего ООО «Живой офис» Яковлева А.Д.

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.02.2019 по делу № А56-91367/2016/суб. (судья Антипинская М.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Живой офис» Яковлева А.Д. о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Живой офис»

ответчики: Парфенов В.В., Хомылев А.А., Охочинский А.В.



установил:

Решением, резолютивная часть которого объявлена 14.09.2017, ОАО «Живой офис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим утвержден Яковлев Андрей Дмитриевич, член НП МСОАУ «Стратегия». Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсант» от 23.09.2017.

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление конкурсного управляющего Яковлева А.Д. о привлечении Парфенова Валерия Валерьевича, Хомылева Александра Андреевича, Охочинского Александра Владимировича к субсидиарной ответственности и взыскании с них денежных средств в размере непогашенных требований кредиторов.

В предварительном судебном заседании конкурсный управляющий заявил об уточнении требований, просил привлечь к субсидиарной ответственности ответчиков Хомылева А.А. и Парфенова В.В., указал, что к Охочинскому А.В. претензий не имеет, уточнил основания для привлечения к ответственности, указывая лишь на факт заключения договоров займа с ООО «Спенс», уточненное заявление поддержал, настаивал на его удовлетворении. Уточнения приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального Кодекса РФ.

Определением от 26.02.2019 суд заявление конкурсного управляющего Яковлева А.Д. удовлетворил в части. Привлек к субсидиарной ответственности Парфенова Валерия Валерьевича по долгам ОАО «Живой офис». Взыскал с Парфенова Валерия Валерьевича в конкурсную массу должника, ОАО «Живой офис» 19 309 937,49 руб. В остальной части в удовлетворении заявления отказал.

Конкурсный управляющий Яковлев А.Д. не согласился с вынесенным определением и обратился с апелляционной жалобой.

По мнению подателя апелляционной жалобы, в результате неверного применения норм абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве судом первой инстанции при вынесении оспариваемого Определения и установлении размера субсидиарной ответственности Парфенова В.В. не были учтены требования Компании ФИНАМ КОМПАНИ ЛИМИТЕД и АО «ФОНДСЕРВИСБАНК» в общем размере 262 896 126,33 рублей.

Также, конкурсный управляющий полагал, что судом при вынесении оспариваемого определения неверно установлен объем обязательств, которые должны учитываться при установлении размере субсидиарной ответственности, к которой привлекаются контролирующие лица, поскольку итоговая задолженность ОАО «Живой офис» перед кредиторами на дату вынесения оспариваемого в части судебного акта составляет сумму в размере 291 911 530,16 руб.

Кроме того, конкурсный управляющий указал, что судом в определении необоснованно отказано в привлечении к субсидиарной ответственности акционера и члена Совета директоров ОАО «Живой офис» Хомылева Александра Андреевича, ошибочно сделав вывод об отсутствии у последнего решающего права голоса на собраниях акционеров должника, в результате чего принятие акционерами каких-либо решений, в том числе и решения об одобрении сделки по предоставлению займа OOО «Спенс», не являлось решением лишь акционера Хомылева А.А.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 20.06.2019 был объявлен перерыв до 27.06.2019.

В судебном заседании 27.06.2019 представитель ответчиков возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в возражениях.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123, абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, своих представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между должником и ООО «Спенс» 02.07.2013, 08.07.2013 и 12.07.2013 были заключены договоры займа: № 1/07-2013 на сумму 236 609 300 руб., № 4/07-2013 от 08.07.2013 на сумму 263 730 000 руб. и № 7/07- 2013 от 12.07.2013 на сумму 2 000 000 руб.

Факт перечисления должником денежных средств во исполнение указанных договоров подтвержден материалами дела, ответчиками не оспаривается.

По данным бухгалтерской отчетности должника на конец 2015 год активы должника составляли 535 345 000 руб., из которых 527 295 000 руб. – дебиторская задолженность, тогда как во втором квартале 2016 года активы должника составили всего 8 599 000 руб.

По мнению конкурсного управляющего и конкурсного кредитора Финам Компании Лимитед, ответчики Хомылев А.А. и Парфенов В.В. должны быть привлечены к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 4 статьи 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку должник был признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий (бездействия) ответчиков. Конкурсный управляющий полагал, что в результате совершения вышеуказанных договоров займа должник лишился своих активов, что привело к его банкротству.

Применив нормы гражданского и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции счел заявление частично обоснованным.

Проверив законность и обоснованность определения арбитражного суда первой инстанции, апелляционный суд полагает необходимым его изменить в связи со следующим.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчикам действий.

Так как обстоятельства, которые, как считает конкурсный управляющий, являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, имели место в 2013 - 2015 годах, спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

Названные положения применяются в отношении контролирующих должника лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно пункту 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст. 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из содержания указанных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является доказанность факта, что именно действия названных лиц послужили причиной банкротства должника.

При таких обстоятельствах, применение всех изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличием причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Возложение на них ответственности за бездействие исключается.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью заявителя, заявившего соответствующее требование.

В данном случае, суд, оценив в совокупности представленные доказательства, установил, что задолженность, явившаяся основанием для введения в отношении должника процедуры банкротства – задолженность перед ФИНАМ КОМПАНИ Лимитед, не является задолженностью должника, как заемщика, а обусловлена обязательствами должника-поручителя по обязательствам ООО «Спенс».

Такой же характер носит и задолженность ОАО «Живой офис» перед АО «ФОНДСЕРВИСБАНК», чьи требования также включены в реестр требований кредиторов должника.

Задолженность перед кредитором ООО «Спенс» образовалась в результате оспаривания в деле о банкротстве ООО «Спенс» сделки, совершенной с должником и признанной судом недействительной.

Задолженность, заявленная уполномоченным органом ко включению в реестр, представляет собой административный штраф ЦБ РФ.

Задолженность перед регистратором АО «ПЦРК» возникла в связи с неуплатой сборов за ведение реестра.

Таким образом, судом установлено, что на момент совершения вышеуказанных договоров займа, задолженности перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов должника, не существовало, следовательно, совершение указанных сделок не могло повлечь неплатежеспособности должника, так как отсутствовали неисполненные обязательства перед третьими лицами. В то же время непогашение указанной задолженности в 2014г. обусловлено непринятием должником в лице его единоличного исполнительного органа мер по возврату выданных займов, тогда как в 2015г. было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Спенс», что привело к существенным затруднениям в части получения указанной задолженности.

Закон обязывает участников гражданских правоотношений при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей действовать добросовестно (п. 3 ст. 1 ГК РФ, п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно абзацу 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Каждый участник гражданского оборота, заключающий сделки с определенным юридическим лицом, имеет намерение получить соответствующий результат, что возможно лишь при платежеспособности этого юридического лица.

Вместе с тем, действуя при должной осмотрительности, разумно и добросовестно в гражданском обороте Парфенов В.В. обязан был совершить действия направленные на возврат денежных средств, в том числе в судебном порядке, обращаясь с установлением требований в процессе банкротства ООО «Спенс». Однако, данная обязанность выполнена не была.

В соответствии с пунктом 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов.

Согласно Выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Спенс» его единственным участником, обладающим 100% долей в уставном капитале, является ОАО «Живой офис». Соответственно, должник выдавал займы своей подконтрольной в полном объеме компании, так как являлся единственным участником (учредителем) общества.

ОАО «Живой офис» в лице Генерального директора Парфенова В.В. (член совета директоров и акционер ОАО «Живой офис» по данным текущей Выписки из ЕГРЮЛ) и в лице Хомылева В.В. (член совета директоров и акционер ОАО «Живой офис» подписант от лица ООО «Спенс» в июле 2013 г. договоров займа с ОАО «Живой офис»), не могло не располагать сведениями о состоянии дел ООО «Спенс».

Данный факт установлен Определением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области по Делу №А56-33705/2015/сд.4 от 12.12.2017 г. (дело о банкротстве ООО «Спенс»), в котором суд указал, что на дату совершения оспариваемой сделки (период с 16.01.2014 по 24.12.2014) ОАО «Живой офис» являлось заинтересованным лицом по отношению к должнику, поскольку генеральный директор ОАО «Живой офис» - Парфенов В.В. в указанный период времени одновременно являлся генеральным директором ООО «Спенс». Кроме того, он также входил в состав совета директоров ОАО «Живой офис», которое, в свою очередь, обладает 100% доли в уставном капитале ООО «Спенс». Следовательно, ОАО «Живой офис» не могло не знать о затруднительности финансового положения должника в момент осуществления оспариваемых сделок.

Таким образом, Парфенов В.В. являлся не только Генеральным директором ОАО «Живой офис», но и как установлено в рамках дела №А56-33705/2015/сд.4 осуществлял аналогичные функции по управлению ООО «Спенс».

Тот факт, что от лица ООО «Спенс» договоры займа подписаны не Генеральным директором Парфеновым В.В., а Хомылевым А.А., как представителем по доверенности, свидетельствует о том, что именно Хомылев А.А., а не иные акционеры или контролирующие должника лица, располагал информацией о состоянии дел обеих компаний, поскольку принимал активное участие в их деятельности.

Корпоративная связка Хомылева А.А. и Парфенова В.В. также отражена в Решении Приморского районного суда г. Санкт-Петербурга по делу №2-404/16 от 27.06.2016, которым с обоих в пользу ФИНАМ КОМПАНИ ЛИМИТЕД солидарно взыскана задолженность по кредитным обязательствам ООО «Спенс» в размере 154 201 026,73 руб.

Тождественная ситуация отражена в судебном акте о взыскании солидарной задолженности с Хомылева А.А. и Парфенова В.В. по обязательствам ООО «Спенс» по иску АО «ФОНДСЕРВИСБАНК» на сумму 108 695 099,60 руб.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд соглашается с позицией конкурсного управляющего о том, что роль Хомылева А.А. в доведении ОАО «Живой офис» до банкротства конкретными действиями совместно с Парфеновым В.В. очевидна и не может сводиться к формальному критерию отсутствия решающего права голоса на собрании акционеров должника.

В результате заключения договоров поручительства по чужим долгам, должник без встречного предоставления в свою пользу, принял на себя обязательства за третьих лиц. Вместе с тем, для ОАО «Живой офис» совершение обеспечительной сделки поручительства на безвозмездной основе не является обычным хозяйственным оборотом. В результате же указанных сделок должника без встречного предоставления по сделке у ОАО «Живой офис» образовались обязательства перед кредиторами в отсутствие собственной экономической выгоды.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Заключая цепочку приведенных сделок, Парфенов В.В. и Хомылев АА заведомо знали о невозможности исполнения ОАО «Живой офис» обязательств по договорам поручительства, могли и должны были предвидеть наступление возможных неблагоприятных последствий для должника в виде предъявления к нему денежных требований в объеме, который должник заведомо не сможет в силу своего финансового состояния погасить вместо основного должника, поэтому обязаны были действовать с такой степенью заботливости и осмотрительности, которая бы позволяла при обычном хозяйственном обороте исключить возникновение указанных выше последствий для должника.

При этом, Парфеновым В.В. и Хомылевым А.А. доказательства отсутствия вины в несостоятельности ОАО «Живой офис», не представлены. Доказательства того, что контролирующие лица должника выполняли какой-то экономически обоснованный план, также отсутствуют в материалах дела.

Таким образом, при доказанности всей совокупности условий, необходимо привлечь к субсидиарной ответственности по долгам ОАО «Живой офис» солидарно Парфенова В.В. и Хомылева А.А.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац восьмой пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой редакции).

В этой связи апелляционный суд, руководствуясь положениями абзаца девятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой редакции, соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что при распределении суммы ответственности следует учитывать привлечение к солидарной ответственности, как поручителей, по долгам должника перед ФИНАМ КОМПАНИ ЛИМИТЕД и АО «ФОНДСЕРВИСБАНК», что подтверждается соответствующими судебными актами, на основании которых требования указанных лиц были включены в реестр требований кредиторов должника.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

В соответствии с абзацем шестым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 настоящей статьи, невозможно определить размер ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение фактов приостанавливает рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

На основании изложенного, принимая во внимание невозможность определения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до момента завершения всех мероприятий конкурсного производства, установленного Законом о банкротстве, суд приходит к выводу о приостановлении производства по делу до формирования конкурсной массы и окончания расчетов с кредиторами.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.02.2019 по делу № А56-91367/2016/суб. изменить, изложив резолютивную часть определения в следующей редакции:

«Привлечь солидарно к субсидиарной ответственности Парфенова Валерия Валерьевича и Хомылева Александра Андреевича по долгам ОАО «Живой офис».

Приостановить производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности Парфенова Валерия Валерьевича и Хомылева Александра Андреевича в части установления размера субсидиарной ответственности до формирования конкурсной массы должника и окончания расчетов с кредиторами.».


Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


Н.В. Аносова

Судьи


М.А. Ракчеева

А.Ю. Слоневская